Внезапная сенсация

Глава 16 Эми Трамбл кормила Майкла и Карен завтраком на кухне, когда кто-то постучал в переднюю дверь. Затем позвонили в дверной звонок, и она могла слышать, как стучали с другой стороны дома. МакКалкисы будут раздражены – еще не было и семи утра. «Не играйте со своей едой», сказала Эми Майклу, вытирая руки о полотенце. «Мама сейчас вернется». Стук продолжался, даже тогда, когда она спускалась по лестнице. «Хорошо, я иду!», она распахнула дверь и с другой стороны обнаружила маленькую армию полицейских. Тот, который стоял впереди показал ей свой значок. «Детектив Ахаджа», сказал он «Вы Эми Трамбл?» Она обняла себя, защищаясь от холода «Да, это я. Что происходит?» «У нас есть ордер на обыск вашего дома, мэм». «Обыск моего дома? Зачем?» Он дал ей документ, проходя мимо нее, и вся толпа двинулась вверх по лестнице. «Там мои дети! Вы испугаете их!», она бежала за ними, все еще держа ордер в своих руках. «Если вы просто скажите мне, что ищете…» «В ордере все указано», сказал детектив Ахаджа, когда полицейские приступили к обыску ее квартиры. «Мамочка?», в дверном проеме стоял Майкл, все еще одетый в пижаму. «Иди сюда, малыш», она прижала его к себе, переворачивая ордер в своих руках. «Что все эти полицейские делают здесь?», спросил Майкл. Она пригладила его волосы, в действительности не слушая «Здесь сказано, что вы ищете Смит&Вессон 38 калибра. У нас нет такого оружия». Один из офицеров появился с сейфом, который она хранила в спальне «Я нашел это в шкафу», сказал он детективу Ахаджа. «Вы не возражаете открыть его для нас мэм?», спросил Ахаджа, протягивая ей коробку. «Разрешите мне принести ключ», она взяла ключ и открыла сейф. В нем лежал ее пистолет 9mm, и запасной зажим, «Вот, видите? Это оружие, которое я использую на работе, я охранник в центре города, и это единственное оружие, которое есть в доме. Я сказала вам, у нас нет пистолета 38 калибра». «У вашего мужа есть оружие?» «Джимми? Нет, конечно, нет». «Вы могли бы показать нам, где он хранит свою одежду?» «Почему вы спрашиваете меня о Джимми?», она отвела Ахаджа в спальню и показала ему шкаф Джимми. «Почему вы спрашиваете меня о пистолете 38 калибра?» Ахаджа начал открывать ящики и просматривать содержимое «Ваш муж был арестован, миссис Трамбл» Эми немедленно обернулась, чтобы посмотреть, не слышали ли этого дети, но их не было видно «Арестован?», спросила она низким шепотом «За что?» «Насильственное проникновение в помещение, нападение на двух федеральных офицеров, попытка изнасилования и убийства», он посмотрел на нее «И это только для начала». «Это должно быть какой-то ошибкой» Ахаджа застыл с горсткой носков в руке «Это не ошибка» сказал он «Он был арестован на месте преступления» «На месте чего? Я не понимаю того, что вы говорите. Джимми – репортер. Он работает над историей о недавних убийствах. Я могу позвонить ему». Она направилась к телефону, но Ахаджа остановил ее, нежно хватая ее за запястье. «Миссис Трамбл, вы должны позвонить адвокату. Ваш муж был задержан в центре города и ему были предъявлены очень серьезные обвинения». Она изучила его лицо и увидела жалость «Вы ошибаетесь», прошептала она. «Джимми не мог совершить те поступки, о которых вы говорите. Он отец! Он пробует помочь вам поймать убийцу, и это то, как вы его благодарите!» Она отдернула свою руку, когда два офицера зашли в ее маленькую спальню. «В гостиной комнате нет никакого признака оружия», сказал один из них «На кухне тоже» «Мои дети!», Эми выбежала из комнаты перед полицейскими и схватила своих детей. Она прижала их к себе, в то время когда полиция обыскивала каждый укромный уголок и каждую трещину в ее доме. «Все будет хорошо», она шептала им снова и снова «С нами все будет хорошо. Они скоро уедут» Они стояли так, прижавшись, друг к другу, пока не вернулся Ахаджа. Он стоял, возвышаясь над ней, одетый в длинное зимнее пальто и ботинки, покрытые солью. Эми смотрела на его ноги и задавалась вопросом, разнес ли он эту грязь по всему дому. «Вы не должны сообщать мне», сказала она «Вы не нашли то, что искали». «Ваш муж – человек, которого мы искали», ответил он, не недоброжелательно «Мы просто еще не нашли оружие. Вы должны подумать об адвокате». Затем они все ушли, но Эми не пошла, провожать их. Она села и усадила детей к себе на колени, качая их, пока не услышала последний хлопок двери. Майкл ласкал ее щеку «Мамочка, ты в порядке?» «Да, малыш. Мне жаль. Теперь они все уехали». «Что они хотели?» «Они только что-то искали. Вот и все». Майкл смотрел на нее серьезными карими глазами, так похожий на ее мужа «Что-то папино?» «Что-то, что они думали, принадлежит папе, да. Но они это не нашли», она поцеловала его голову и крепче обняла свою дочь. «Вы двое бегите и переоденьтесь, хорошо? Мама должна позвонить по телефону». Она подумала, что Хэл Томпсон из Herald будет знать правду. Вытирая слезы, она пошла к столу Джимми, чтобы попробовать найти номер. Она ненавидела рыться в его вещах, но она верила, что это нужно сделать. Эми нашла некоторые примечания от интервью с агентом Малдером и проект истории, над которой Джимми работал для газеты. «Мамочка? Мама?» «Секундочку, малыш», ящик застрял, и она дернула сильнее. Внезапно, он открылся с резким звуком, и она увидела груду бумаг, которые были, вероятно, перетасованы полицейскими. Она начала просматривать их, ища телефонный номер. «Мамочка?», Майкл появился слева от нее, держа в руках оружие «Это то, что искала полиция?» «О Господи», она забрала у него пистолет 38 калибра «Где ты это взял?» Он выглядел испуганным «Отвечай мне!» «Это было в моем тайнике» «В твоей коробке с игрушками?» Он кивнул, начиная плакать. «Папа положил это туда. Он сказал, что это было нашим секретом и что я никому не должен об этом рассказывать. Мамочка? Ты на меня злишься?» Эми не ответила. Она едва успела добежать до ванной, прежде чем ее стошнило. *** Малдер сидел в комнате допросов, перед ним лежал не съеденный обед МакМаффин и стоял еле теплый кубок кофе. На его шее была повязка, как и на его груди и животе, но, по крайней мере, на этот раз, встречаясь с Дианой, он был одет. «Где Скалли?», спросил он ее, когда она вошла в комнату, неся свежий кофе. «Все еще с агентом Петеркиным, дает свое показание», она села за стол и пододвинула кофе к нему «Вам двоим, повезло, что вы живы». Малдер не чувствовал себя везучим; он чувствовал себя глупым. Трамбл украл его ключ от номера и почти убил, причем собственным оружием Малдера. Он потер лицо обеими руками, щетина терлась о его чуткие ладони. У него все еще были красные следы на руках, там, где Джимми связал его телефонным проводом. «Трамбл заговорил?», спросил он «Его трудно заткнуть. Теперь, когда его поймали, он хочет удостовериться в том, что мы знаем каждую деталь. Он уже говорит о том, кто должен играть его в фильме». Ирония была в том, думал Малдер, что сейчас Голливуд, вероятно, говорил о том же самом. «Он признался в том, что украл твой телефон», сказала Диана, отклоняя голову так, чтобы Малдер не мог видеть ее глаза «Он хотел следить за вашими со Скалли передвижениями. Очевидно, он был весьма хорошим карманником в юности. Это единственное, что есть на него у полиции – пятнадцать лет назад он воровал бумажники у туристов». «Он украл и мой гостиничный ключ», произнес Малдер «Я даже ничего не почувствовал». Диана колебалась. «Я думаю, ты знаешь», сказала она. «То, что теперь вы со Скалли отстранены от расследования. Мы будем нуждаться в вас как в свидетелях на суде, поэтому вы не можете собирать или анализировать улики». «По крайней мере, мы ушли с шумом, правильно?», Малдер пробовал улыбнуться, и она слабо улыбнулась ему в ответ. «Давай закончим с этим, хорошо? Так, чтобы ты мог пойти домой и отдохнуть». Домом была гостиница, и он не спешил туда возвращаться. Малдер положил руки на стол и откинулся со вздохом назад на стуле. «Спрашивай» Он ответил на ее вопросы о том, как Трамбл встретил его на станции вчера вечером и как они отправились вместе в бар. Он рассказал ей о появлении Скалли, об их возвращении в гостиницу, и о ее решении остаться с ним на ночь. Диана сделала паузу, но ее пристальный взгляд был направлен на блокнот перед ней «Только для отчета», произнесла она «Когда мы приехали, на вас не было одежды. Вы разделись прежде, чем появился Трамбл или это была часть его ритуала?» Малдер знал, что остальные жертвы были также найдены голыми или с разрезанной одеждой. «Мы разделись до его прихода», сказал он, Диана подняла глаза, чтобы посмотреть на него. Он почти неощутимо кивнул, и она сильнее сжала в своей руке ручку. «Хорошо, тогда», сказала она, заворачивая прядь волос за ухо, снова склоняясь над бумагами, лежащими на столе «Сообщи мне, что случилось, когда появился Трамбл». После того, как его заявление было должным образом зарегистрировано, Малдер отправился искать Скалли. Он нашел ее, прячущейся за автоматами вместе с Мэнни Ахаджа, который, видимо, купил ей колу. Они разговаривали о Калифорнии, когда Малдер к ним присоединился. «Моя семья все еще живет там», говорил Мэнни «Кузены и сестры моей матери. Иногда, в такие дни как этот, когда снег достигает трех футов в высоту, я не понимаю, почему я уехал». «Мой брат живет рядом с Сан-Диего», сказала Скалли «Когда я была ребенком, то проводила там какое-то время». «Позволь мне догадаться – Военно-морская семья» Скалли подняла брови, потягивая колу «Как ты догадался?» Он усмехался «Хорошая ирландская семья на калифорнийском солнце? Могла быть только одна причина», он приподнял банку колы в сторону Малдера. «Мы пьем за Лос-Анджелеские зимы, Малдер. хочешь присоединиться?» Малдер покачал головой и посмотрел на Скалли «Как ты себя чувствуешь?», спросил он, протягиваясь, чтобы прикоснуться к ее раненной щеке. Доктора поместили три шва прямо под ее глазом, который теперь раздулся и почернел. Она спокойно стояла, позволяя ему к себе прикоснуться, а не уворачиваясь от него, как раньше. Ее кожа была розовой, из-за красного жара автомата с напитками. «Я в порядке. А ты?» «Трамбл предлагает начать кастинг для фильма. Я думаю, что Джонни Депп мог бы сыграть меня». «Эй, да», сказал Мэнни «Разве он не играл в каком-то полицейском сериале, несколько лет назад? У него есть опыт!» Малдер думал о том, каково это, быть актером, входить в чью-то жизнь на несколько недель, а затем, как только фильм или сериал закончен, уходить. Джонни, или кто-то другой, вытрет кровь и снимет поддельные шрамы, а реальные останутся с Малдером навсегда, напоминая ему о том, что он никогда не сможет быть кем-то еще. Он позволил своим пальцам найти заднюю часть шеи Скалли и начал ее массажировать. «Ты хочешь вернуться в гостиницу? Отдохнуть немного?» «Я предполагаю, что у нас осталась одна комната», ответила она. «Там сейчас сумасшедший дом», сказал им Мэнни «Пресса вас ищет» «Возможно, мы должны остановиться где-нибудь еще», произнес Малдер. Мэнни немного потоптался на месте. «Если хотите, вы можете остановиться у нас с Джиной, на несколько дней. У нас есть очень хорошая комната для гостей, и я уже согласовал все с Джиной. Она сказала, что это будет честью, если вы остановитесь у нас», он посмотрел на Малдера, а затем на Скалли «Она готовит самую вкусную лазанью» «Что ты думаешь?», спросил Малдер, смотря вниз на Скалли. «Я люблю лазанью» «Мы принимаем ваше предложение», сказал Малдер, протягивая Мэнни руку «И спасибо». *** Джейн забежала в уборную в конце дня. Она не сменялась уже более двадцати-четырех часов и в ее животе, в основном были только несвежие пончики и кофе. Ее волосы выглядели ужасно, но она ничего не могла поделать с ними без геля и хорошего фена. Теперь все в чем она нуждалась, это в горячей еде и где-то в шестнадцати часах сна. Она умылась и вытерла лицо, делая паузу, чтобы еще раз посмотреть на себя в зеркало. Именно тогда она услышала плач. Кто-то тихо плакал в одной из кабинок. Джейн прикусила губу, решая, должна ли она вторгаться, но вы не идете работать в полицию, если у вас нет глубокой потребности, помогать другим. «Привет?», позвала она, идя в направлении шума «Вы там в порядке?» Сопение, и через секунду голос произнес «Я прекрасна» Джейн прикоснулась к двери и ближе наклонила голову «Вы уверены? Я могу что-то сделать для вас?» «Вы уже достаточно сделали, спасибо». Ах, миссис Винтроп. Джейн, наконец, узнала голос. Она отошла от двери, с намерением уйти, но не могла просто так кого-то оставить в беде. «Есть кто-то, кого я могу позвать для вас?» Кабинка открылась и вышла Мэри Винтроп, держа комок туалетной бумаги в руке. Ее волосы были спутаны, а нос был красным. «Я должна ехать в больницу», сказала она «Моя дочь не очень хорошо себя чувствует. Доктор сказала…», ее глаза снова наполнились слезами, и она подняла комок бумаги к своему лицу. «Она сказала приехать быстро». «Мне очень жаль» Мэри облокотилась спиной на дверь, почти сползая вниз. «Господи, и мне тоже. Это все, что я есть в последнее время, но это ничего не меняет», она посмотрела на Джейн мутными глазами «Я слышала, что вы арестовали кого-то, по обвинению в убийствах. Мой адвокат сказал, что это должно помочь Джеку». «Это поможет». «Но вы все еще собираетесь посадить его», она медленно качала головой «Я теряю их обоих в одно и то же время». «Джек молодой и не имеет преступного прошлого», сказала Джейн, как она надеялась, ободрительным тоном «Судья может не быть с ним слишком суров», глубоко внутри она знала, что дело было не в пользу Джека. Его воровство было мелким, но случай был широко разглашен и Джек врывался в жилые дома. Как бы резко это не звучало, его умирающая сестра была его единственным шансом на симпатию со стороны судьи. Мэри отошла от стены «Я лучше пойду. Сделайте мне одолжение? Не сообщайте Джеку, куда я пошла. Если он узнает, что я знала о состоянии Кайлы и ничего ему не сказала…». Ее губа дрожала «Я только не вижу причины расстраивать его раньше времени». Она направилась к двери и Джейн услышала свой голос, даже прежде, чем она собиралась что-то сказать «Миссис Винтроп, подождите. Что, если Джек сможет пойти с вами в больницу?» «Он действительно может это сделать? Адвокат сказал, что это можно будет сделать только тогда, когда будет внесен залог, и это не случиться до завтра». «Он сможет пойти, но только в полицейском сопровождении», Джейн пересекла комнату, подходя к двери «Я пойду с вами». Мэри всматривалась в ее лицо «Вы это сделаете? Почему?» «У меня есть пять братьев» «О. Тогда вы знаете, каково это». «Да, я знаю», она открыла дверь для Мэри «Давайте пойдем и заберем Джека отсюда». *** Джина и Мэнни накрывали стол для обеда, как раз тогда, когда Малдер и Скалли по очереди мылись в ванной комнате для гостей персикового цвета. У них было множество горячей воды, чтобы разбить боль, и достаточно пушистые полотенец, чтобы ласкать их чуткие раны. Скалли исследовала свое лицо, рассматривая свои ушибы, высушивая волосы. Она выглядела так, как будто провела десять раундов в бою с чемпионом в тяжелом весе, ее воспаленные мускулы, подтверждали аналогию. Она осторожно прикоснулась к своим швам. Еще один случай, еще один шрам. По крайней мере, этот будет незаметен, и это была, конечно, предпочтительная альтернативы; чем то, что она и Малдер могли сейчас лежать на соседних столах в морге. Она сделала себя настолько презентабельной, насколько возможно, и пошла, присоединиться к другим за обеденным столом. Джина выставила на стол белые тарелки и белые свечи. Под зеленой салфеткой, стояла корзинка с чесночным хлебом, а в центре стола стояла гигантская кастрюля с лазаньей. «У меня есть еще салат», сказала она им «Позвольте мне принести его». Еда пахла замечательно и впервые в тот день Скалли почувствовала себя голодной. Она положила себе на колени салфетку и обменялась мягкой улыбкой с Малдером. Под столом, он сжал ее руку. Мэнни вошел, неся четыре бокала и бутылку красного вина «Я купил это бургундское вино шесть лет назад», сказал он, ставя бокалы на стол. «Я всегда говорил, что оно на случай, когда я решу какое-нибудь громкое дело. Хорошо, я не думаю, что в моей карьере будет дело, больше этого, поэтому, похоже, вам, ребята, придется разделить эту бутылку со мной». Джина заняла свое место за столом, ее темные глаза были круглыми и танцевали в искусственном освещении. «Вы должны разделить его втроем», сказала она Мэнни «Я ничего не сделала» «Ты приготовила нам эту великолепную еду», возразил он, раскинув руки «И ты помогала мне проходить через все это, и я знаю, что это было не легко», он наклонился и поцеловал ее в губы «Так что спасибо». Ее щеки слегка покраснели, но она выглядела довольной. «Хорошо, поспеши, и заполни бокалы, прежде чем еда остынет. Эти люди хотят есть!» Мэнни раздал им всем бокалы «Тост», сказал он «За то, что мы, наконец, поймали этого ублюдка!» «Мэнни!» «Я за это выпью», сказал Малдер, поднимая свой бокал. Они все чокнулись, и Скалли отпила глоток. Вино было насыщенным и гладким, его сильный аромат распространился вдоль ее языка и исчезал в горле, как теплый огонь. Она посмотрела на Малдера и увидела, что он скорее смотрит в свой бокал, чем пьет вино. Мэнни взял ее тарелку, чтобы положить ей лазанью, когда она прикоснулась к руке Малдера «Ты в порядке?» «Ммм? Да. Просто задумался». «О чем?» Он покачал головой «Это не важно» «Нет, важно, так о чем?» Он наклонил свой бокал, ловя отражение свечи в стекле. «То, что сегодня случилось… Я должен был это предвидеть. Я не думал, что он нападет на нас в гостинице, но я продолжал все время напрашиваться на это. Я должен был знать, что его эго было достаточно большим, чтобы пойти на такой шаг», он, наконец, посмотрел на нее. «Я почти убил нас обоих». «Ваш план состоял в том, чтобы выманить его», сказал Мэнни, ставя перед Скалли тарелку. «Это сработало» «Только, чтобы быть ясным», он обратился больше к ней, а не к Мэнни «Это никогда не было моим планом. Я не хотел, чтобы он вломился к нам и пытался убить нас». «Я это знаю, Малдер. Я знала риск, когда соглашалась на это». «Однако», сказал он, выглядя обеспокоенным «Мне жаль» «Мне нет», они все посмотрели на Джину, она сидела за столом со смертельно серьезным выражением лица. «Если бы вы не сделали, того, что сделали, этот человек был бы все еще на свободе. Погибло бы большее количество людей. Он был машиной убийств, а вы его остановили. Что я думаю? Вы герои, все из вас». Она протянула руку Мэнни «Милый, ты не мог бы передать мне приправу к салату». Затем они спокойно ужинали. *** Джейн не заставила Джека носить наручники, но он шел, как будто был прикован к цепи с тяжелым грузом. Чем ближе они подходили к комнате Кайлы, тем медленнее он шел. У двери, он полностью остановился. Мэри посмотрела на своего сына с симпатией «Милый, я знаю, что это тяжело» «Я не знаю, что говорить» Джейн знала, что теперь Кайла было в коме. Вероятно значение слов, теперь не имело смыл. «Только зайди и побудь с ней», сказала она, поглаживая его по голове «Она будет знать, что ты с ней» Они все прошли через дверь вместе, и Джек подошел к кровати своей сестры. Она лежала под одеялами, тонкая и бледная, такая тихая, как и снег. «Привет, Кайла. Это я, Джек», она не отвечала, конечно, и Джек повернулся, посмотрев на свою мать пораженным взглядом. Она кивнула, выражая свою поддержку. Джек повернулся обратно, его плечи резко опустились. Он протянулся и экспериментально погладил руку Кайла кончиками пальцев «Мне жаль, что это случилось с тобой», шептал он «Здесь должен был быть я, а не ты». Мэри прижала руку ко рту, но ничего не сказала. «Эй, мама принесла тебе “Через увеличительное стекло”», он поднял со стола книгу и пролистал ее. «Помнишь, как ты все время просила меня читать ее тебе?» Мэри прошла вперед «Я отметила место, где мы остановились», спокойно произнесла она, «если ты хочешь продолжить…». Джек нашел нужную страницу. Его голос дрожал лишь немного, когда он начал читать «Через какое-то время, шум постепенно затих, и установилась мертвая тишина, Алиса подняла голову, чувствуя какую-то тревогу. Но рядом не было никого, и она решила, что это ей должно быть приснилось…» Джейн выскользнула назад в холл, где медсестры ходили из палаты в палату, и странные на вид медицинские аппараты стояли вдоль стен. Она нашла тихий угол, закрыла глаза, наклонилась назад и в своих мыслях унеслась далеко, в мир чаепитий и волшебных белых кроликов. *** День, когда Джимми должны были предъявить обвинения, был ясным, но ожесточенно холодным. Солнце ужалило глаза Эми, когда она шла к своей машине, старому фургону, который ей пришлось заводить три раза, прежде чем двигатель заработал. Древнее металлическое тело дрожало вокруг нее, поскольку холод от виниловых сидений просачивался через ее шерстяное пальто. Она все равно была оцепенелой; ужас все еще сжимал ее в своем кулаке. Ночью, она спала вместе с детьми, и она не могла ответить на их вопрос, когда они спрашивали ее, почему она плачет? Телефон был отключен, потому что она не могла отвечать на звонки от всех и каждого, все хотели знать, что значит быть замужем за убийцей. В газетах были фотографии всех людей, которых он убил. Полицейские ожидали сегодня весьма сердитую толпу, несмотря на холодную погоду, потому что каждый намеривался посмотреть на монстра сам. Эми не видела его начиная с ареста. Даже мысль об этом, чуть не заставила ее вырвать, но она должна была идти. Те фотографии, жизни, теперь потерянные навсегда, каждый бормотал свою симпатию и поддержку. Те бедные души. Какая ужасная вещь. Но для нее не было никаких слез, никакой симпатии. Она чувствовала ледяной гнев города так ясно, как и зимний холод. Как ты могла? Как ты могла выйти замуж за такого человека? Как ты могла не знать, кем он был? Ее собственная мать задала ей этот вопрос, и Эми не знала, как ответить. Она сжимала свою сумку на коленах, когда вывела автомобиль в направлении здания суда. Оно чувствовалось тяжелым и твердым, оружие, которое забрало так много жизней. Теперь, она знала их имена и лица. Майкл Бирдек, Аннет Креншау, Ханна Маккиллоп. Список продолжался и продолжался. Она собиралась передать оружие полицейским и запечатать его судьбу. Возможно, она могла собрать вещи, взять детей и переехать куда-нибудь далеко, где никто не спросит об их отце - серийном убийце. Место для парковки перед зданием было забито, как будто в город приехал цирк. Эми кинула четвертак в автомат, как сознательный гражданин и потащилась назад к зданию суда. С ее капюшоном на голове и шарфом на лице, никто не должен был ее узнать. Она пыталась пропихнуться ко входу, где полицейские устроили баррикады на лестнице. Эми сняла одну перчатку и засунула руку в сумку. Оружие жгло ее пальцы, оно было таким холодным. Когда она сжала рукоятку пистолета, к зданию подъехали автомобили. Два крейсера с включенными сиренами. Возможно, один из полицейских мог бы забрать оружие. Она хотела, чтобы Джимми видел, как она передает оружие в их руки. Он приехал на блестящей черной машине, вместе со своими адвокатами. Они выстраивались в очередь, чтобы иметь возможность представлять его интересы, потому что Джимми Дин Трамбл был самым большим происшествием, начиная с Лэрри Берд. Забавно, но никто не предложил помощи ей. Офицеры следовали впереди, и Эми почувствовала, как толпа подталкивает ее в спину. Они боролись за лучшие места. Он приехал. Ее муж стоял на лестнице, вместе со своими адвокатами. Они все были одеты в черные пальто и держали в руках толстые портфели. Кто-то дал Джимми хороший костюм. Тот, который они купили в супермаркете, висел все еще в шкафу, в их доме. Она даже повторно подшивала брюки для него. Врущий грязный ублюдок. «Это он, вон он!» Джимми повернулся и помахал, как будто он был на торжественной встрече. Он не видел ее. Она была просто еще одним лицом в толпе. Она слышала, как что-то кричала, но слова были потеряны в гуле толпы. Оружие было похоже на холодный огонь в ее руках. Она снова выкрикнула и прицелилась. Один выстрел, затем второй. Полицейские кинулись к ней, океан синевы, подталкивающей ее назад в толпу, поскольку металлический барьер упал вниз. Последняя вещь, которую она помнила, это лицо Джимми, когда он упал, истекая кровью, на белую лестницу. Эми уплыла от шума, свободная. Все было закончено.