С каждным днем я становлюсь только сильнее

Когда Брюс увидел барона Штрукера, вошедшего в комнату, он сразу понял: первая половина его плана прошла успешно. На его лице появилась спокойная, слегка вежливая улыбка, и он произнёс ровным голосом: «Приветствую». Барон Штрукер кивнул в ответ, прошёл в комнату и непринуждённо сел в одно из кресел, после чего жестом пригласил Ли Тэ занять место напротив. В этот момент он выглядел идеальным гостеприимным хозяином — спокойным, воспитанным, почти доброжелательным. Ни следа того ледяного, расчётливого хищника, которого Брюс видел через зеркало несколько минут назад. Но Брюс не обманывался ни на секунду. Лидер Гидры физически не мог быть иным, кроме как безжалостным и беспощадным. Такие люди не поднимались на вершину одной из самых опасных организаций мира, проявляя мягкость и гуманизм. Стоит отметить, что Капитан Америка и барон Штрукер родились примерно в одну эпоху — в бурные годы Второй мировой. Однако Штрукер, благодаря инъекции редкого и крайне опасного вируса, сумел сохранить молодость и жизненную силу. Его тело выглядело крепким и подтянутым, а в глазах горел острый, хищный ум человека, пережившего десятилетия тайной войны. «Добро пожаловать на нашу базу, — произнёс барон тёплым тоном. — Вам предстоит выполнить очень важную и ответственную работу. Но прежде всего — хорошо отдохните и адаптируйтесь. Не стоит торопиться». Он сознательно решил не позволять Брюсу сразу встретиться с близнецами. Штрукер всё ещё не понимал истинных мотивов нового «союзника» и предпочитал сначала изучить его получше. Ли Тэ, в свою очередь, совершенно не возражал. Он прекрасно знал: даже самые гениальные планы нужно реализовывать шаг за шагом. Одна поспешность могла разрушить всё. «Извините, я ещё не представился должным образом, — продолжил барон. — Меня зовут Вольфганг фон Штрукер. Но вы можете обращаться ко мне просто Штрукер». Он не протянул руку для пожатия — маленький, но красноречивый жест, демонстрирующий дистанцию и осторожность. «Брюс Ли Тэ», — спокойно ответил Ли Тэ, глядя собеседнику прямо в глаза. После короткого знакомства Штрукер тихо отдал несколько приказов своим людям и, не затягивая визит, развернулся и покинул комнату. Этот визит был нужен ему лишь для того, чтобы лично «прочувствовать» нового человека, посмотреть ему в глаза и составить первое впечатление. Несмотря на то, что близнецы находились в крайне нестабильном состоянии, барон всё равно не рискнул сразу свести их с Брюсом. Штрукер был невероятно осторожен — качество, которое позволило ему долгие годы оставаться в тени и сохранять влияние. Скипетр Локи, в основе которого лежал Камень Разума, наделял людей силами, но делал их нестабильными. Близнецы до эксперимента были обычными людьми, поэтому теперь страдали не только от побочных эффектов сверхспособностей, но и от самой банальной потери контроля над собственным телом и разумом. Когда барон ушёл, Брюс спокойно лёг на кровать, закинул руки за голову и полностью расслабился. Он знал: за ним сейчас наблюдают десятки глаз — через камеры, микрофоны, возможно, даже через специальные датчики. Любое резкое движение, любое подозрительное действие будет мгновенно зафиксировано. Поэтому сейчас лучшей стратегией было абсолютное спокойствие и показное бездействие. На самом деле, даже если бы за ним не следили так пристально, у него оставалось ещё достаточно времени. Согласно сюжету, скоро должен был стартовать «Капитан Америка: Зимний солдат», а за ним — «Мстители: Эра Альтрона». Когда придёт нужный момент, Брюсу останется лишь позволить Тони Старку создать Альтрона и аккуратно направить события в нужное русло. ... Таким образом, Ли Тэ спокойно прожил семь полных дней. За это время он почти ни с кем не общался, кроме специальной группы сотрудников, которые трижды в день приносили ему еду. Его передвижения по базе практически не ограничивали — ему даже разрешили выходить на поверхность горы, наслаждаться свежим воздухом и видами. Однако существовали чётко обозначенные «запретные зоны», куда его не пускали. Брюс и не пытался туда попасть. Он прекрасно знал, чем сейчас занимается Гидра, и не собирался раньше времени вызывать подозрения. Как он и ожидал, барон Штрукер и доктор Лист в течение всей недели внимательно наблюдали за каждым его шагом, жестом и даже выражением лица. Но так и не нашли ничего подозрительного. «Пирс оказался чересчур осторожен, — раздражённо произнёс доктор Лист, глядя на мониторы. — Прошло уже семь дней, а этот парень практически ничего не предпринял». С каждым днём близнецы становились всё более нестабильными. Доктору приходилось изобретать всё новые и новые методы подавления их сил, но даже они начинали давать сбои. «Нам стоит понаблюдать за ним значительно дольше», — холодно ответил барон Штрукер. Несмотря на личную рекомендацию Пирса, он не собирался рисковать. Именно в этот момент раздался мощный удар. «Бум!» Вся комната содрогнулась. «Бум!» В двух огромных, усиленных прозрачных камерах находились мужчина и женщина. Они яростно атаковали стены, словно пара одержимых. Тело женщины — Ванды Максимофф — излучало пульсирующее красное свечение. Хаотическая энергия Алой Ведьмы била в стеклянную преграду с такой силой, что та уже покрылась густой сетью трещин. В соседней камере её брат, Пьетро, носился с невообразимой скоростью. Обычный человеческий глаз не успевал за ним — только размытая серебристая тень. Его скорость давно превысила возможности контрольной аппаратуры, делая все датчики практически бесполезными. «Бум! Бум!» Комнаты продолжали сотрясаться. На лицах агентов Гидры начал появляться неподдельный страх. В этот самый момент Брюс, сидевший в своих апартаментах в позе лотоса, медленно открыл глаза. На его губах расцвела хищная, довольная улыбка. «Наконец-то… близнецы вышли из-под контроля». «Мистер Штрукер! Доктор Лист! Близнецы практически вырвались из камер!» — в комнату вбежал бледный как полотно агент. «Бум!» Новый, ещё более мощный удар потряс всё здание. Лица барона и доктора стали кислыми. Средства подавления, которые они использовали до сих пор, окончательно перестали работать. Хотя у них ещё оставались способы усмирить близнецов, применение этих методов грозило нанести базе колоссальный ущерб. «Доктор, идите и заберите скипетр. Усильте охрану лаборатории, — резко приказал Штрукер. — Я же пойду проверю, на что на самом деле способен этот Брюс». Он хотел убить сразу двух зайцев: защитить скипетр и одновременно посмотреть, как проявит себя их новый «специалист». Тем временем Брюс продолжал спокойно сидеть, скрестив ноги, даже когда стены его комнаты начали слегка вибрировать. Дверь резко распахнулась. «Мистер Брюс, боюсь, нам понадобится ваша помощь раньше, чем мы планировали!» — произнёс барон Штрукер, стараясь сохранять внешнее спокойствие. Брюс медленно открыл глаза. На его лице играла лёгкая, почти насмешливая улыбка. «Что происходит, барон? Землетрясение?» «К сожалению, нет, — сухо ответил Штрукер. — Прошу, следуйте за мной». Не тратя время на объяснения, он повёл Брюса через множество линий обороны. С каждым шагом грохот становился всё громче и яростнее. Через три минуты они вышли в большой зал, где стояли две огромные прозрачные камеры. Всё пространство уже было заполнено вооружёнными агентами Гидры. Многие держали автоматы с резиновыми пулями — Гидра всё ещё не хотела терять своё самое ценное оружие. И в этот момент Брюс наконец увидел их наяву. Ртуть и Алую Ведьму. «Бум!» Стена перед Вандой взорвалась с оглушительным треском. Ярко-красная магическая энергия вырвалась наружу, словно живое существо. Большинство агентов мгновенно рухнули на пол, не выдержав давления невероятной силы. Одновременно с этим Пьетро разнёс свою камеру и теперь носился по залу с такой скоростью, что поймать его казалось совершенно невозможным. Барон Штрукер повернулся к Брюсу, с трудом сохраняя самообладание: «Мистер Брюс… Не могли бы вы решить нашу небольшую проблему?» Едва он закончил фразу, как перед ним с резким хлопком воздуха материализовался Пьетро, глядя на них с дерзкой и безумной ухмылкой.