НАСЛЕДСТВО С ОТЯГОЩЕНИЕМ

      Рей откинула носком ноги пистолет подальше, чтобы Тишра не могла до него дотянуться, держась за перебитую руку, она уже пыталась встать. Отчего-то разводной ключ стало трудно держать. Рей почувствовала, как он выскальзывает из рук, гулко ударяясь о бетонный пол. Как глупо она дала себя ранить. Пуля задела голову, но всё же нужно было дать время, Арлекину, чтобы он успел встать и защитить их от одержимой, для которой жизнь людей не стоила ничего. Чувствуя как плывет в глазах, она изо всех сил вцепилась в больную руку Тишры.       – Ты! — зашипела она, вытаращив на Рей наполненные ненавистью глаза.       – Молчи, – прикрикнула Рей, чувствуя, что заваливается, одновременно с каким-то облегчением заслышав бегущих по лестнице.       – Ты не хочешь чтобы они узнали о твоей маленькой лжи?       Пытаясь освободиться, выкручиваясь змеёй, Тишра развернула Рей в сторону Армитажа и Роуз, давая понять почему он не помогал. Пуля, прошедшая по-касательной по её голове, ударила Арлекина в грудь, раскрасив больничную пижаму, которая и без того была покрыта застарелым пятнами, карминовым цветком.       Перед глазами Рей вновь возникли пестрые ромбы, и закусив губу, она стряхнула подкатившую дурноту. Роуз, по-прежнему затянутая в смирительную рубашку, дергалась на полу, пытаясь освободиться.       – Что ты натворила?! – шипела Тишра.       Судя по звуку люди приближались к месту борьбы.       – Да отцепись ты!       Тишра скинула Рей. Освободившись, она кинулась к пистолету, который лежал в нескольких метрах.       На пороге показался Бен. Рей указала на Негодяйку, склонившуюся подобрать оружие. Совершив бросок, он сбил Тишру, погребая её собой. Вбежавший за Беном санитар, оценив опасность, отшвырнул оружие в сторону и метнулся к раненому, к которому и без того на четвереньках подползала Рей. В прачечную ворвались спецназовцы в чёрной форме и бронежилетах, их лица были скрыты масками. Тишру извлекли из под Бена, и, повели со скованными руками за спиной к выходу.       Финн, препятствуя кровопотере, давил на рану Армитажа. Человек в маске вызвал врача по рации, другой освободил Роуз от смирительной рубашки и кляпа.       Проходя мимо Рей, Тишра повернула в её сторону голову, и, несмотря на старания конвоиров быстрее её вывести, сообщила иронично ухмыляясь:       – Не думай, что это конец.       Роуз, высвободившись из смирительной рубашки, метнулась к мужу.       – Что же это? – беспомощно плакала она.       – Он жив, сейчас наша реанимация подъедет, – сообщил ей человек в чёрном.       – Ваша? – не поняла Роуз.       Финн, зажимавший рану Армитажа, встревожено посмотрел на вооруженных людей.       – Вам, вероятно объяснили, что никакой огласки быть не может.       – Объяснили? – Роуз испуганно посмотрела на Бена.       Заметив замешательство Роуз, заверил человек в маске:       – Не бойтесь, у нас хорошие хирурги, специализирующиеся на пулевых ранениях.       – А куда эту повели? – подняв голову спросил Финн, имея в виду Тишру.       – Это не должно больше интересовать вас, — заметив опасение в глазах Финна, сообщил спецназовец. — Я надеюсь на ваше благоразумие.       Опасения Финна только усилились. Бен, опустившись рядом с самоотверженным санитаром, фатально почувствовал ответ на вопрос, чем придётся расплачиваться за помощь неизвестных сил, вызванную дедом Рей. Страх за кузена снова переключил мысли Бена в другое русло.       – Вы уверены, что квалификации вашего хирурга, будет достаточно, чтобы извлечь пулю?       – Более чем, — подтвердил военный, — по роду занятий я не впервые вижу подобное ранение. Кстати, девушке, стоило бы обработать рану на голове.       Бен посмотрел на Рей. Сидя на коленях, она с остановившимся взглядом, смотрела как Финн зажимает рану Армитажа.       – Как ты? – спросил он, положив руку на её плечо, – нужно твою рану обработать.       Рей подняла на него взгляд, он понял, что мыслями она находятся далеко в прошлом. Его сердце тоскливо сжалось. Возможно он должен был испытывать что-то похожее на ревность, но, глядя на распростертое на полу тело кузена, с размётанными по сторонам рыжими прядями, яркость которых не умолял серый бетонный пол, он видел лишь заблудшего младшего братишку. Он должен был его вернуть, потому что он успел превратиться в неотъемлемую часть мира Бена, потеря которого грозила разрушением целостности души.       – Я должна была подумать, что Тишра выстрелит, – нарушила молчание Рей.       – Он жив, а это главное, – лаконично ответил Бен, сжимая кулаки за то чтобы это оставалось правдой.       Рей кивнула в ответ.       Их разговор прервали появившиеся медики в масках скрывающих лица, которые быстро наложили повязку, и уложили Армитажа на носилки. Кто-то обработал ранку на голове Рей. Получив помощь, встав с пола, они направились за людьми несущими рыжего кузена.       – Рей, ты что-то обронила, – окликнула Роуз, подняв с пола листок бумаги.       Рей и Бен обернулись, увидев что она подтягивает, не сговариваясь выхватили проклятый компромат. Зная что на на нём, они стремясь, чтобы волна безнадежной боли не обрушилась на эту маленькую чистую душой отважную девушку, на которую без того много свалилось. Их руки одновременно столкнулись, вырывая снимок из рук ничего не понимающей Роуз. Обижено затрепетаа чёрными ресницами, и обойдя их бочком, она заторопилась за носилками, на которых уносили её мужа. И ей некогда было выяснять причину их странного поведения, особенно когда её мужа увозили неизвестные в масках.       – Прости, Роуз, – сказала Рей Ниима.       Горячая бомба взорвавшаяся в солнечном сплетении Бена в страхе за то что благополучие кузена может дать больший крен, если его невестка психанёт, увидев злосчастный снимок, уже и так слишком многое изменивший в жизни. Бен начала понемногу остывать, ведь бумажка сложенная вчетверо не раскрылась.       Рей Ниима смотрела на него с той же, затухающей смутой, которую затапливало чувство вины. Бен осторожно сжал её руку, сминая проклятый компромат, словно этим действием преодолевая все препятствия существующие между ними. А, Рей, чувствовала поддержку, ей теперь было с кем разделить свою беду, которую она так устала нести в одиночку. Она сдавила его руку в ответ, окончательно обращая в ничто бумажный барьер и мстительные чувства, обращач их в заботу и поддержку, делая друг-друга совершенней.

***

      И снова были сложные месяцы выздоровления Армитажа, и моменты, когда начинало казаться, что обращаясь за помощью к деду Рей, Шиву Палпатину, он заключил сделку с демоном. Куда-то бесследно исчезла Тишра и его бывшая жена. Айрин снова было высунула голову, грозясь обнародовать прошлое Рей и Армитажа, превращая жизнь едва очнувшегося кузена в цепь судов со всеми случайными партнёршами, о которых он позабыл, которые рады будут ощипать его наследство. Снимки из приватного театра попали в руки Тишры, как оказалось по инициативе Айрин. Чего только стоило им держать шантажистку дальше от близких.       У него не было доказательств, что к исчезновению гарпии имеет отношение дед Рей, но ироничная улыбка говорила вместо тысячи слов. Бен начал было бояться и за нового знакомого Финна, который пропал на какое-то время, но потом появился, таинственно намекнув, что ему оплатило учёбу медучреждение в котором оказали помощь Армитажу.       Глядя на Рей, тело которой золотились в мягких утренних лучах, которая сейчас отвечала ему непритворной лаской, он переставал задаваться вопросом стоило ли ему принимать наследство с таким количеством отягощений.

КОНЕЦ