Кукушонок

      Туман скрадывал очертания берега — чуть оступишься и полетишь в озеро. Живописное местечко на полпути между Кири и Мизуто облюбовали журавли. Изящные птицы охотились на громких лягушек. Мирным пейзажем полагалось любоваться и медленно, вдумчиво перенести на картину.       Саюри равнодушно смотрела на водную гладь. Будь её воля, она построила бы на берегу додзё и гоняла бы учеников плавать. Шумные и суетные места привлекали девушку. Тишина давила и напоминала о ритуальном молчании в храме.       Осознавшая свою силу куноичи занималась тренировками, а не живописью и музыкой, что в начале старейшины клана считали пустой тратой времени. К счастью, отец поддерживал все стремления дочери. Усилия не пропали зря. Она уже могла сравниться с сильнейшими шиноби Кири — её кендзюцу достигло уровня мастера. Но Мизукаге Каратачи никогда бы не даровал статус Мечника Тумана женщине из клана Юки.       Была ли причина в неуверенности силы куноичи — Наоко-сенсей быстро бы доказала ошибочность этого заблуждения, или повлияла ссора главы клана с сестрой. Как бы то ни было дорога к могуществу через статус Мечника Тумана закрыта, а следом и не достижимы многие цели. Юки Саюри должна играть роль красивого аксессуара при шиноби, не помышлять о мужских занятиях. От осознания жёстких рамок общества, в котором она растет, у девушки опускались руки. Лишь молчаливая поддержка отца не давала сдаться. Потеряв жену и сестру, глава клана Юки хотел, чтобы его дочь могла себя защитить. Долгое время Саюри была уверена, что его взгляды уникальны, пока не познакомилась с учеником Наоко — Канато Такеши.       Самонадеянно называть их друзьями: они мало общались вне тренировок, к тому же все внимание ученика занимала его наставница, но даже в редкие встречи Канато ни словом, ни делом не показывал своего превосходства. Он поддержал её авантюру со старостой, взял всю вину на себя. Она так и не поблагодарила его.       Канато спокойно воспринимал поражения на поединках. Как более опытный ученик терпеливо объяснял моменты в бое.       Наоко почти не вмешивалась в их спарринги — лишь наблюдала издалека с мягкой улыбкой. Вот кто был идеалом куноичи — она сочетала в себе и хрупкую красоту, и жесткую волю. Саюри видела взгляды, которые провожали Наоко. Ни намёка грязной похоти — рыжую куноичи никто не смел оскорбить подобным образом. Она без колебаний могла и убить. И Мизукаге закрыл бы на это глаза.       Общение с двумя шиноби Каратачи вселило уверенность в будущее, Саюри готова была покорять новые вершины. Но события развивались по худшему пути — члены клана Юки стали отступниками без права помилования, по крайней мере в глазах Мизукаге Каратачи.       Журавли замерли и настороженно повели головами. Мгновение — и птицы серой дымкой подкинули озеро. Из воды начали выбираться шиноби Хозуки. Саюри отступила назад. Один шаг, второй… Она кинулась в лагерь, чтобы предупредить отца о прибытии участников переговоров.       Юки Каору негромко что-то доказывал окружённому толпой подпевал наследнику Дайме. Бледный Сота напоминал птицу со сломанными крыльями, его слабость вызвала отвращение Саюри, но она вежливо поклонилась. — Клан Хозуки уже пришёл, Юки-сама, — при посторонних дочь никогда не звала отца фамильярно.       Снаружи послышались громкие голоса. Когда Юки вышли из палатки, то увидели, что представители кланов пришли в оговоренное время.       Теруми и Хозуки непримиримо стояли друг напротив друга. Вельможа из столицы — племянник Дайме — лежал в паланкине и лениво обмахивался веером. Его окружали Каратачи. Процессию завершала группа из Оды: глава города и дипломат в одном лице Амано-сама и его шиноби Хошигаки.       Саюри приметила Момочи Забузу, который с ухмылкой слушал спор Каратачи и вельможи. — Амано-доно. Вы сказали, что заберёте моего чуунина на день. Прошло три дня. Где он шатается? Аристократ поднял руки, словно принимая упрёки. — Канато-сан потребовался мне для чрезвычайно деликатного дела, оно не терпит спешки. Терпение, Каратачи-сан. Скоро вы увидите своего подчинённого. — Другими словами, он не дезертир? — О, предки, нет. Закрыв тему, Амано-сан поклонился племяннику и вышедшему из палатки сыну Дайме. — Многоуважаемые господа, нужно решить будущее страны Воды, — Амано повернулся к Юки, — прощу, подготовьте нам приватное место. По сигналу главы клана шиноби Юки посреди озера возвели ледяную беседку. Без сопровождения родственники Дайме ушли к столу переговоров. Шиноби настороженно косились друг на друга. Среди Каратачи не было ни Мизукаге, ни Наоко — странный, тревожный знак. В мирное время между кланами возникали споры, противостояние длилось поколениями. Традиционная роль Мизукаге — смягчать углы в отношениях и поддерживать баланс сил, но при Каратачи Ягуре Деревня, Скрытая в Тумане, ослабела. Поначалу поддерживающие кровавый отбор шиноби отчасти и сами пострадали. Саюри подошла к шиноби Хошигаки. Пусть не союзники, но все же они были инициаторами переговоров. — Мизукаге не видно, ты знаешь, где он? — спросила она у Момочи. — Возникли сложности, — Забуза нервно поправил меч, — на наших напали шиноби Конохи. У Ивы тоже какие-то подозрительные шевеления. — А Наоко Сенсей? — Она на миссии. Малявка без неё орет, как резаный, — Момочи едва не ляпнул, что зараза-Канато за два взмаха руками утихомиривал сына Мизукаге, — в общем, Мечники разгребают проблемы, пока мы тут топчемся на месте. — Но ты тоже здесь, — Юки слегка улыбнулась, увидев, что Мечник покраснел. — В мои обязанности входит защита Амано-доно. Саюри с пониманием кивнула и перевела взгляд на беседку. Издалека казалось, что люди пошли на соглашение. Родственники Дайме спокойно разговаривали друг с другом, не повышая голос.       Юки надеялась, что они смогут прийти к общему решению. Иначе не избежать бойни. У девушки мороз по коже шел, когда она представляла сражение против Канато. Саюри не хотела причинить ему вред. Племянник и сын Дайме кивнули друг другу и собрались вернуться на берег. Многие шиноби вздохнули с облегчением. Среди кланов послышались радостные шепотки. Идиллия длилась сущие мгновения. Многоголосый рык послышался с восточной части лагеря. Схватив меч, в том направлении побежал Забуза. Саюри оглянулась на отца и, увидев его кивок, направилась следом. Дальнейшие события запомнились мрачными картинами.       Одному из Теруми свернул шею странный татуированный шиноби. Хозуки превратился в воду и избежал яростной атаки двух нападающих. Саюри держалась за плечом Забузы. Когда он начал формировать печати, она прикрыла его от троих — одному перерезала горло, второму живот. Третьего разорвала ледяная техника. Водяной дракон сложил кольца вокруг Момочи и Юки. — Откуда они взялись? — не паника владела юной куноичи, но холодная ярость. Никто не имел права прерывать переговоры. — Кагуя. О них Канато и Кисаме сообщали, но у Каратачи не было ресурсов на подавление. Сильное течение дракона не давало нападавшим подобраться близко. Забуза влил больше чакры — дракон начал расти, хватая внутрь все больше врагов. — Но почему они напали сейчас?! Саюри взмахнула мечом, когда один из Кагуя все же прорвался сквозь воду. Его голова откатилась. Кровь окрасила дракона. — Они же сумасшедшие. Наверняка, специально искали шиноби для сражения. Водяной дракон раскрыл границы, выпуская Юки и Момочи. Кровавой лентой он рассекал ряды сражающихся и отправлял захваченных Кагуя в озеро, к разъярённым Хозуки. Встав спина к спине Мечник Тумана и куноичи сражались с дикими шиноби. По сравнению с тренированными бойцами Кири Кагуя были слабы, но они брали количеством. Стоило Юки разрезать одного, как на его место вставали двое. Они шипели и рычали, связную речь ни от одного из них Саюри таки и не услышала.       Казалось кровавая сеча длилась бесконечно долго, но, когда руки уже с трудом держали меч, все закончилось. Саюри осмотрела поле боя. Шиноби Кири отбили нападение. Раненых несли к ирьенинам разных кланов в общие палатки. Юки без труда нашла своих. Она хотела кинуться к отцу, радуясь, что с ним все хорошо, но мрачное молчание среди соклановцев остановило её. — Кто пострадал? — Замирая, спросила она. — Господин Сота и этот вельможа мертвы, — глава Юки не выглядел расстроенным, скорее растерянным, — Амано-сан ранен, но его поставят на ноги. — Хм, получается, он остаётся главным претендентом на место Дайме. — Момочи беспокоился о Саюри и пошел следом. — Вы правы. Глава клана Юки с подозрением осмотрелся. Как удачно напали Кагуя, как удачно, что выжил только старый интриган Амано. Но у Юки не было доказательств и искать он их не намерен. В конце концов, советник Амано-доно не самый плохой вариант. Шиноби Юки как наименьшие пострадавшие помогли остальным кланам. Вечером, когда Амано-сан пришел в себя, все пять кланов Кири присягнули ему как новому Дайме.       Учиха Рюзаки свою задачу выполнил. Оставшееся время до отъезда шиноби он рыскал по округе, ища остатки Кагуя. Похоже женщин и детей дикий клан не прихватил на бойню. Рюзаки не нашел следов Орочимару, который должен был забрать Кагуя Кимимару из страны Воды.