Развивайся или сдохни

Томас Ликури наконец-то нашёл работу. У него не было образования, хотя в детстве он и подавал надежды, был полон амбиций в средней школе, к старшей школе он потерял интерес к обучению. Зато он всегда мечтал стать музыкантом. Но и это не сошлось, не сложилось, и как назло никакой работы для таких как он. Лишь одна компания приютила его. Он устроился смотрителем в башне. Вся его задача на день: высматривать в лесу очаги возгорания и при обнаружении немедленно звонить в пожарную службу. Один минус: работа длится 12 часов. Вокруг лишь деградировавшая местность и лес. В первый рабочий день он пришёл вовремя. С тяжёлой отдышкой поднялся по вертикальной лестнице в каморку. Внутри было пусто, но достаточно уютно. Слева кровать, справа стол с креслом. Окна по периметру позволяли видеть практически весь лес. Том положил рюкзак на пол возле кровати и огляделся. Вроде и настроение даже хорошее. Наверное, потому что место красивое. И новое. В последние годы Тома преследовала тяжелая депрессия и он всеми силами пытался избавиться от неё, отвлечься. Поиск работы был вызван той же целью. Ему даже захотелось прибраться здесь, хотя у самого в доме было совсем не чисто. «А ещё сюда надо принести гитару!» подумал Томас. Он давно не играл на гитаре, хотя это была его страсть на протяжении всей жизни. После смерти сестры всё его сознание перевернулось с ног на голову. Некогда он был амбициозным и талантливым, но вот уже второй год, как погибла сестра и от того парня не осталось ни следа. Том присел на кресло. Он задумался о Мэгги, сестре. Он представил, как она сидит напротив, на кровати, но посмотрев туда никого не увидел. Он уже не плакал от таких моментов, но по прежнему чувствовал, как сжимается от этого сердце. Он закрыл глаза и снова предстала перед ним Мэгги, на этот раз они оба маленькие, бегают по заднему двору за мыльными пузырями и смеются. «Нельзя закрывать глаза, а то случится пожар!» пронеслось в голове и Том вернулся в реальность. Первые пятнадцать минут прошли в рассматривании местности, затем полтора часа за чтением книги, которую он, к счастью, прихватил. Затем Тома начало клонить в сон. «Определённо нужна гитара или что-то ещё»-подумал он уже на кровати, закрыв глаза. Ему снилась Мэгги. Красивая, пятнадцатилетняя молодая девушка в платье и с кудрями, она собирается на выпускной в девятом классе. Она то смеётся, то строго смотрит вокруг. Подобные события играли важную роль для неё: она не позволяла никому хотя бы на немного портить подобные дни. Ей было необходимо, чтобы всё было чётко и по плану, а если не по плану, то лучше, и никак иначе. После таких снов Томас просыпался бодрым, но не от заряда энергии, а от кортизола-гормона стресса. Он вставал и начинал бегать по комнате. Он думал и думал о том, что сделал не так, что сделано было плохо, а чего он не сделал вовсе. Прихватило сердце и он присел в кресло, закрыв глаза. Рабочий день кончился в 8 вечера. За три минуты до восьми, Том запер лачугу и начал спуск по ужасной лестнице, ступени которой через одну шатались. Домой Тома отвозил последний автобус, приезжающий ровно в 8:30. Дома Том приготовил себе чай и бутерброд с сыром и ветчиной. Он смотрел телевизор в абсолютной темноте. Тоской была пропитана вся нынешняя жизнь Тома. Он просыпался один, по будильнику и вставал сразу, не позволяя себе полежать ни минутки, чистил зубы, слушая только звук льющейся воды; ел, слушая свой звук пережевывания пищи или, изредка, телевизор; сидел в комнате в тишине; или выходил в город, где тихо не было, но он оставался одинок. Ни кто без надобности с ним не говорил, дети ему не улыбались, даже собаки на него не лаяли - они его боялись; вечером он неизменно ел бутерброды ветчиной и сыром и ложился спать, если настроение было сколько нибудь хорошее, он чистил зубы перед тем, как пойти в кровать. Изо дня в день, каждый месяц в году. И даже день рождения и Рождество проходили примерно так же. Если интересно - деньги ему присылали родители. Он не раз пытался завести друзей и отношения, но всё кончалось скоропостижно и жизнь возвращалась в прежнее русло стоковых вод. Томас перестал пытаться, когда в очередной раз без особой причины его бросила девушка.