Ярко-серый - путь к выходу

— Я опять все испортила... Это из-за меня… — Что ты. Мы же победили, Вейдер впервые бежал с поля боя! Это начало конца ситхов! Стараюсь, чтобы звучало максимально убедительно. Ибо мы, конечно, победили, и ситх трусливо бежал, но что-то мне подсказывает, что киборг на нас обиделся. И вот прямо вот сейчас, добравшись до первого встречного крейсера, от обиды и огорчения прикажет открыть по нам огонь из главного калибра. И ничего с этим не поделаешь. Даже не сбежишь. Потому что Эзра сейчас в районе мостика, и бросать парня в мои планы не входит. Поэтому продолжаю с максимальным оптимизмом. —... И, сдается мне, Вейдер ещё сыграет свою роль - прежде, чем все закончится. — Тебе тоже показалось, что с прошлого раза он изменился? — Заметил. Только не уверен, что заметил тоже самое, что и ты. — Он мог меня убить, а сам только обездвижил. Мышцы так свело… Не знаю, как он это делает… — Он воспользовался тобой как щитом, чтобы сбежать. — А раньше бы добил в последний момент, чтобы сделать тебе больно... Согласен. С Вейдером сейчас что-то не так. Только думать сейчас не об этом надо. — Сможешь идти сама? — Да. Нет, тащить Асоку через весь корабль до мостика я не планирую. Надо искать место поукромнее. — Эй! Не стреляйте. Свои! Что за свои? Насторожено всматриваюсь в показавшегося военного, демонстративно поигрывая сейбером. Что-то рожа его мне знакома. Ну конечно! Тот самый сибовец, трауновский контрразведчик Каллус! — Агент Фалкрум, позвольте представиться. Мне живенько демонстрируют все необходимые условные знаки, позволяющие убедиться в том, что сказанное — не блеф. Приходиться верить. Хотя рожи у нас, видимо, кислые вышли. И если у Асоки сие можно списать на травмы, то мне прятаться не за что. Впрочем, собеседник не смущён. Скорее, наоборот, расплывается в нагловатый улыбке. — Чему вы удивляетесь, господин Агенар? Да, теперь Фалкрум это я. И не говорите, что вы в этом не поучаствовали. — У нас есть время на этот пошлый трёп? — шиплю с не до конца мной самим понятым раздражением. — Нет, — покладисто соглашается Каллус. — Времени у нас как раз на то, чтобы добраться до мостика, озаботиться серьезным заложником и сообщить о требовании предоставить нам корабль и безопасный коридор. — Здесь Вейдер. Он ни на какие переговоры не пойдет, — сомневаюсь в реалистичности плана уже на бегу. Благо, офицер вел нас абсолютно пустыми закоулками, так что разговору ничто не мешало. Особенно, после того, как оставили Асоку в каюте Каллуса на попечении меддроида, и дальше рванули налегке. — Если заложником будет какой-нибудь энсин, то не пойдет. А если адмирал Траун, то тут сложнее. Чисс у императора в фаворе. Так что без разрешения Палпатина даже Вейдер им не пожертвует. Расклад в целом проясняется. Авантюра, говорите? Согласен. Только чем эта отличается от тех, что мы проворачивали вчера и планируем провернуть завтра? Когда до цели оставалось совсем немного, Каллус притормозил, чтобы подключить свой комлинк к корабельной сети, для чего просто выбил какую-то дверцу и рванул провода. — Как вы небрежно относитесь к имперскому имуществу, офицер. Я понимаю, здесь и сейчас не самое удачное место для подколок, но я ещё не вполне готов считать этого человека своим, вот и нервничаю. А он, молодец, реагирует на мои слова адекватно, то есть никак не реагирует. На экране комлинка мы видим ситуацию на мостике. Траун и его люди пока живы-здоровы. Адмирал ведёт переговоры с кем-то по внешней связи. И я даже догадываюсь, с кем. Параллельно вахтенная смена собирает информацию о состоянии корабля, моментально передавая ее адмиралу. Они нас не ищет что ли? — Ну, вы прямо как та рыбешка, что мнит себя подводной лодкой. Команде есть чем заняться помимо вас — обиделся-таки на меня Фалкрум. — Ваши дроиды успели наделать на борту дел. Кроме того, есть основания, что за вами придет основной флот мятежников… Простите, повстанцев. А вашими же поисками занимается контрразведка, я то есть, да чиссовы крошки. Каллус резко шагнул в сторону и выстрелил в решетку вентиляции. Из образовавшейся дыры вывалилась обгоревшая тушка исаламири. — Зря. Для переговоров с Дартом Вейдером пригодилась бы. — Не последняя, небось. Их на мостике как грязи. Теперь понятно, почему Эзра так припозднился. Отвести глаза охране не получается, а драться с целым взводом штурмовиков падавану пока не по силам. Хорошо, что он это вовремя понял. И очень вовремя к нам присоединился. На мостик мы ворвались уже целой толпой. У Каллуса сообщники в экипировке штурмовиков имелись. А Эзра пристрелил ещё одну исаламири у самого входа на мостик. Так что немного моего внушения, и истошные вопли Каллуса, что ему к адмиралу с докладом срочно, оказались восприняты охраной без должного критического осмысления. Пропустили нас короче. Внутри же нас не ждали и попытались возмутиться. Хатт, опять эти антисиловые ящерицы! Но сопротивление все равно подавляем в считанные минуты. Даже без применения Силы наших навыков рукопашного боя оказалось достаточно для нейтрализации вахтенной смены. Более-менее внятное сопротивление получается оказать только Трауну. Хатт! Верткий чисс попался! Один из наших бойцов едва заряд в Каллуса не всадил, пока адмирала выцеливал. Ладно, сам напросился: он наш. Даю знак всем отойти. Киваю Эзре. И мы начинаем загонять чисса в угол. В какой-то момент у меня возникает ощущение дежавю. Вот сейчас уже практически схваченный адмирал повернется, горделиво вскинет голову, а Эзра окажется у него за спиной… Делаю предупредительный знак парню, чтобы тот в боевой раж не вошел. Траун живым нужен. Эзра обиженно поджимает губы и всаживает в спину противника парализующий заряд. Все. Больше никто не рыпается. Разве что тип с капитанской планкой, командир корабля, похоже, обкладывает нас по матери, но быстро ловит прикладом в зубы от Каллуса и притихает. Теперь шипит наш юный герой. — Корвин, я, что, по-твоему, совсем тупой, не смогу в спину ударить и окликать гада стану?! — Да, нет, в общем …— от такого предположения я, честно говоря, даже опешил.— Ничего такого я про тебя не подумал, извини. Мне видение было, будто ты Трауна грохнул, вот я и напомнил, чтобы не увлекался. — Ага, тогда ладно. Пока мы эдак мирно беседуем, те из имперцев, кто нам в хозяйстве пригодятся, уже маленько очухались и готовы к конструктивному взаимодействию. А куда им деваться, когда я бережно придерживаю сомлевшего Трауна в вертикальном положении, держа бластер у его виска. Так что все отсеки, в которых находятся члены экипажа, заблокированы. Тюремные боксы, напротив, открыты настежь. Никого, достойного внимания, там нет, но пусть господа пираты-контрабандисты-наркодилеры по коридорам побегают для полноты картины, и чтобы оставшимся незаблокированными патрулям было нескучно. Даже выплюнувшему лишние зубы капитану дополнительных пинков не понадобилось. Вполне покладисто прошамкал по громкой связи приказ прекратить сопротивление. После этого и за Асокой посылать людей можно. Вообще, у меня сложилось впечатление, что ксеноса Трауна экипаж уважает и сейчас действительно хочет минимизировать вред, который я могу ему нанести. А предательство Каллуса ни у кого из присутствующих особого удивления не вызвало. Знали, мол, что контрразведчик — сволочь, только не подозревали, до какой степени. И тут запищал сигнал связи. Наконец-то. А то прошлый сеанс связи с флагманом неожиданно оборвался, а в эскадре никто и в ус не дует. — «Химера», ответьте. Что у вас происходит? Ого, Дарт Вейдер уже потерянные пёрышки почистил и командовать принялся. — И снова здравствуйте, лорд Вейдер. С повышением вас! Ситх злобно пыхтит, а я уточняю, не дожидаясь недоуменных вопросов зрителей: — Как, с каким повышением? Над эклиптикой этой системы. Ваш нынешний крейсер пребывания, я погляжу, в паре световых минут выше «Химеры» завис. Нечленораздельный рык в смысле, ты у меня дошутишься, в ответ. Ситха колбасит так, что кабы не трауновы ящерицы, он бы тут всех передушил. Но не судьба. Лишь бы он аппаратуру связи на своем конце не разнёс со злости. А пока он этого не сделал, переходим к сути вопроса. Но не сразу в лоб, а издалека, с подходцем. — Поздравляю вас, лорд Вейдер. Рокировка с отправкой вас в утиль у императора не удалась. А Вейдер вдруг вся свою ярость словно в карман убрал, сам подобрался и перешел к показному пафосу. Не для меня. Для того же Трауна, который принялся подавать первые признаки ясного ума и твердой памяти. Хотя, может и для меня пафосом, неловкость собственного бегства маскирует. — А ты решил, неудачник, что лорд ситхов позволит сделать себя жертвой? Напрасно... Темная Сторона свидетель, ты пожалеешь о том, что встал на моем пути. — Осторожней, лорд Вейдер. Палпатин не любит отказываться от однажды придуманного плана, — не разделяю я желание ситха сохранить их секреты и говорю прямо, как есть. — Два часа назад ваш мастер Дарт Сидиус предложил мне, как вы, вероятно уже поняли, занять ваше место ситха-ученика… Но я предлагаю вам иной вариант. С Сидиусом вы уж как-нибудь сами разбирайтесь, а я тихо-мирно улетаю отсюда. Местные предоставляют мне борт, вы не мешаете, а господин Траун провожает нас некоторое время, а потом возвращается к вам на спасательной капсуле. Я понимаю, вам надо подумать, посоветоваться с императором. Жду ответа через полчаса. Конец связи. Первые несколько минут — самые опасные. Надеюсь, что я достаточно завел ситха, чтобы разговор с двурушником-повелителем оказался для Вейдера в приоритете. Так или иначе, огонь по нам не открывают. Вот и Траун окончательно очухался. Хотя, очнулся-то он раньше, но во время разговоров с Вейдером предпочел этого не демонстрировать. Коротенько описываю адмиралу ситуацию. Тот бормочет что-то в ответ. По-своему, наверное. Слов не понять. Но звучит матерно. — Предпочитаете геройски погибнуть под огнем своих же? Чисс умолкает, но смотрит ранкором. — Лучше распорядитесь подобрать нам соответствующий кораблик. И без глупостей: гипердрайв на предмет сюрпризов я проверю. — Разрешите переговорить с моими офицерами? Капитан Пеллеон, в случае, если милорд командующий сочтет возможным… Хаттов чисс отдавал распоряжения о подготовке корабля с таким величием, а его офицеры воспринимали его команды столь естественно, будто нас здесь и нет. В душе поднимается волна глухого раздражения. Совсем страх потеряли. Хотя немудрено. Это вам не полудурок Тринадцатый, и даже не мутный своей непредсказуемостью лорд ситхов. Это враг в самой чистой и незамутненной форме. С таким надо драться лицом к лицу, а не хороводы водить. Вот только, боюсь, он меня так не воспринимает. Я для него мутный, непредсказуемый аферист. Обидно. И от этого гнев в душе только нарастает. Внимательно слежу за импами, выискивая малейший повод напомнить гадам, что они здесь пленники, а хозяин положения — я. Смешно, но от рукоприкладства меня удерживает Каллус. Он-то по старой имперской привычке себя не сдерживает и раздает пинки и зуботычины направо и налево всем, кому попало. Выглядит мерзко. Самому уподобляться — ещё гаже. Приходится стиснуть зубы и одернуть союзничка. Наконец заработал канал связи. Теперь это не Вейдер. Даже не адмирал. Некий капитан неприметной наружности сообщает нам координаты коридора выхода и дополнительные условия. — С вами по коридору проследует заградитель. Вы не сможете уйти в гиперпространство до тех пор, пока наши специалисты не убедятся, что «Химера» не заминирована. После этого путь будет открыт, но не пытайтесь уйти, не отстрелив спасательную капсулу. Прозвучало угрожающе. Хотя, это скорее сигнал беспомощности. С точки зрения имперцев, самый скользкий момент. С момента, когда они поймут, что мы пытаемся уйти, не отпустив Трауна, до прыжка у них будет всего несколько секунд, чтобы нас уничтожить. Соблазнительно, между прочим. Только отстреливать пустую капсулу не вариант. Наличие на ее борту разумной жизни определяется мгновенно. Ну куда девалась хваленая имперская ксенофобия? Хотя… Есть на чем сыграть. Волна сытого злорадства самодовольно заплескалась в душе. Тем временем все засобиралась на выход. Первым, как и подобает адмиралу, шествует Траун. Он даже со своими офицерами попрощаться успевает. С кем-то, как с командиром корабля, персонально. Остальным кивает. Типа, я ушел, а вы держитесь. Пижон. К слову, пока я думал о высоком, мои товарищи занимались делами куда более обыденными, но полезным. Асока частью закоротила, частью просто прикладом разбила половину пультов управления. Эзра навыдергивал кучу модулей памяти, а Каллус припас полицейскую гранату с перечным газом, которую швырнул на мостик, перед тем, как закрыть за собой дверь. — Зачем? — чуть брезгливо поинтересовалась Асока. — Не боевой же на них тратить. Так пока прочихаются, да помещение проветрят, Дарт Вейдер уже подтянется. — Тогда боевой было бы честнее. — Чтобы дать повод обвинить нас в нарушении условий? — Сволочь ты, Каллус, а не Фалкрум. Каллус только самодовольно фыркает. Сегодня я согласен с ним, а не с супругой. Тем временем мы уже пришли. Ангар, разумеется, не тот, в котором мы недавно резвились. Там мы все разнесли. А тут корабли рядами стоят целёхонькие. Аж противно. Не мне одному. Эзра морщит нос и достаёт сейбер. Несколько отработанных движений, и на боку белоснежного адмиральского катера выжжена оскорбительная надпись в адрес Дарта Вейдера. Неодобрительно качаю головой. Асока тихо фыркает. Каллус одобрительно хохочет. Траун величественно проходит мимо. Нам выкатили предельно облезлый, не иначе как у контрабандистов изъятый грузовичок системы "гроб на репульсерах". Ну не жмоты ли? — Господин адмирал, вы уверены, что у этого корыта вообще есть спасательная капсула? Имперский гад не только до ответа не снизошёл, он даже бровью не повел. — Смелый вы парень, адмирал. Я бы на вашем месте к лорду Вейдеру даже на этом катафалке не полетел. А вдруг дотянет? Опять только высокомерное молчание в ответ. Внутри корытце состояло из пилотской кабины и технического отсека. Каллус со своими парнями и Асока лезут в грузовой отсек. Я с Эзрой занимаем места пилотов. Траун усаживается в кресло навигатора. Во время старта и полета с заградителем переговоры с диспетчерами вести будет он. Чтобы импы знакомый голос слышали и психовать не начали. Благо спасательная капсула на этой модели совсем маленькая и находится над кабиной. Оборудование, зачем врать, в идеальном порядке. Только система управления какая-то нестандартная. Какая-нибудь эксклюзивная модель, флоту не принадлежащая, и потому обвинить в растрате флотского имущества даже Дарт Вейдер местных не сумеет. Я с управлением разобрался быстро. Правда, не столько по инструкции, сколько по наитию в Силе. А Эзра так доверяться своим ощущением пока не привык и засуетился. Траун молча поднялся со своего места и поправил несколько настроек. — На место! — одергиваю имперца. Тот на меня и не взглянул и все так же молча сел в свое кресло. — Спасибо, — чуть неловко помедлив словно наперекор мне бурчит Эзра. — Второй пилот, не отвлекайтесь! — рычу уже на него. Все: мы и на разгонном треке. Висим, ждём, визуально наблюдаем, как импы оставленную нами «Химеру» со всех сторон осматривают, едва ли не облизывают. Несмотря на угрозу взрыва, сразу три ИЗР-а в непосредственной близости стоят, во всех мыслимых диапазонах сканируют, на экипаж внутри не полагаясь. Знали бы, что они так тщательно подойдут к делу, имело бы смысл заминировать ядро реактора. Если бы он сейчас рванул, ущерб был бы такой, что в очень редком бою нанести получается. И шанс уйти в возникшей суматохе, пожалуй, мог быть… Ладно, чего сожалеть о несделанном. Сижу и с редкостно мрачным сластолюбием представляю сам взрыв и его последствия. Вид с разных ракурсов: как снаружи, так и с бортов пострадавших кораблей. При этом просто купаюсь в кровожадном удовольствии. Что-то меня разобрало нынче не по-детски. Отвлекаюсь на голос Эзры. Обращается он, правда, не ко мне, а к Трауну. Парень, молодец, время зря не теряет, с мостика ИЗР-а файлы просматривает. Конечно, на серьезные вопросы адмирал ответит едва ли. Но мало ли. Пусть пацан пробует. Благо он не просто вопросы задаёт. Он толику Силы в слова вкладывает. На столь волевое существо, коим следует признать чисса, абсолютный приказ едва ли подействует, но разговорчивость повысить может. — Это еще что за кваказябры прикольные такие? — Эзра поворачивает экран в сторону пленника.— Написано - юужань-вонги какие-то. — Зверьё, не чета вам, шантрапе будут, — сквозь зубы цедит адмирал. — Раз зверьё по-вашему, значит, нормальные ребята. Хоть и страшненькие. И где такие чудики живут? — Далеко. Отсюда не видно. — Ладно. Сами найдем. Вот тут у вас и координаты какие -то есть. Далековато, правда… Энтузиазм по поводу неких новых врагов Империи, которых Эзра уже записал в наши друзья, несколько поубавился, когда падаван загнал найденные координаты в бортовой навигатор для определения привязки координат к системам. Где-то под боком у чиссов и вышло. Словно почуявший интересное в кабину заглянул Каллус. Вид неприметной планеты его, правда, не вдохновил особо. Покрутившись у пульта бортинженера, он удаляется с ленивым зевком. У остальных же интерес к неведомым вонгам не исчез. — А ты не поленись — слетай. Познавательно может получиться, — впервые по собственной инициативе огрызнулся Траун. Надо бы пресечь этого едва ли способный дать полезную информацию разговор. Но вместо этого сам обращаюсь к адмиралу. Дело в том, что я вдруг почувствовал, что темная туча Силы Вейдера исчезла. Так бывает, когда сильный форсюзер уходит в гиперпространство. — Куда это ваш кибер-главком заторопился? Траун ожидаемо не отвечал до тех пор, пока мое внушение в Силе не стало достаточно сильным. Потом болезненно трет виски и лишь тогда цедит: — Вероятно к Явину. Милорд Вейдер прилетал на Лотал всего на пару часов на совещание, перед началом подавления мятежа в этой хаттовой дыре… Уточнять, про Явин не пытаюсь. Потому что нам дают добро на прыжок. Судя по изменившейся суете, осмотр крейсера импы закончили. Так что теперь дело одной-двух минут. — Вам не пора, адмирал? Морок спал. Траун замолкает и, величаво вскинув голову, поднимается с места. Поднимаюсь следом, беря в руки бластер. Траун равнодушно пожимает плечами. Он ещё не понял. Стоя у люка капсулы, дожидаюсь, пока имперец усядется в единственное кресло и пристегнется. Затем неспешно и демонстративно ставлю регулятор в положение «парализатор» на максимум. Этой дозой банту свалить можно. Тут не то, что один - три миокарда не выдержат. Но не сразу, минуты через две-три. Так что когда капсула стартует, чисс на ее борту будет ещё жив. Все, как договаривались. Вот теперь Траун все понял. Но молчит, только сглотнул нервно. Ещё хорохорится, но в его красных глазах уже плещется страх. — Говорят, нет ничего, что могло бы поколебать ваше убийственное спокойствие… Но вы же умнейший разумный, неужели вы полагали, что после Альдераана будет иначе? Да возьмите вы себя в руки. В конце концов, в отличие от ваших подчинённых, которым ещё предстоит общаться с ситхами, вы просто уснете… На этом, пожалуй, все. Спокойной ночи, господин адмирал. — А чей-то вы тут делаете? Возникшая в люке голова Эзры непонимающе переводит взгляд с меня на Трауна. — Нет, Корвин, нет!!! От его истошного крика у меня словно кровавая пелена с глаз упала. Максимальный заряд парализатора, способный банту свалить, уходит в переборку. Делаю шаг назад. Люк с шипением закрывается, и капсула уходит в стартовый шлюз. — Корвин… Ты же… Парня трясет. Меня тоже. Разговаривать с ним я категорически не готов. Молча поворачиваюсь к пультам управления, и, почти не глядя, запускаю гипердрайв. А то ушедший было заградитель начал некое перестроение прямо у нас по курсу. — Не-е-е-т! Очередной вопль Эзры вынуждает-таки меня заговорить. — Теперь что не так? — Координаты… Мы прыгнули по координатам базы этих, как их там, зараз… Вот ведь хатт! И экстренный выход из гипера не совершишь. Неизвестно, где вывалимся, и не факт, что эта колымага во второй раз прыгнуть сумеет. Спокойнее до места лететь, а там разбираться. — Извини… — Да ладно. Только остальных о нашем маленьком незапланированной путешествии сам оповестишь. Выхожу из кабины на ватных ногах. Меня словно насухо выжали… Хотя, почему словно? Так оно и есть. Сам, дурак, подставился. Хорошо, что на нашей калоше есть хотя бы бак с водой. Несколько минут стою, подставив голову под ледяную струю. В голове пусто, как в межгалактическом пространстве, на душе редкостная помойка. Дженсаарай хренов! Я сегодня был на самом краю Тьмы! Шел по лезвию, сам того не замечая. Сидиус за сотню парсеков почувствовал и нарисовался. Дарт Вейдер, плюнув на немаленькое самолюбие, не только спас свою шкуру, но и не дал появиться новому ситху. А у меня хоть где бы екнуло. И если бы не Эзра… Смущённый Эзра перебирается в техничерский отсек, а его место в кабине занимает Асока. — Ты в порядке? — Теперь уже да. — Мне кажется, или сегодняшний день — это нечто, гораздо большее, чем просто бой?