Золотой ошейник

      К первой ночи с Лиамом Геллерт хорошо подготовился. Только в отличие от раба, он переоделся в более комфортную для него одежду, а именно — в белую рубашку, на которой расстегнул три верхние пуговицы и черные брюки.       Король лежал на кровати, ожидая Лиама. Когда того с силой запихнули в комнату, Рида осмотрел его с ног до головы. Себе он признался, что новый раб выглядит превосходно. — Как твоё имя? — оценивающе, слегка улыбаясь, спросил Геллерт. По пути к королевской спальне Кастор успел ударить стражу и попытаться сбежать, за что стражники скрутили руки за его спиной и силком потащили в покои. Оказавшись один на один с королем, он лишь выпрямился и метнул злобный взгляд на Его Величество, не собираясь отвечать. Геллерт нахмурился, встал с кровати и подошёл к парню. — Я задал тебе вопрос, — навис он над ним, блокируя способы выхода. Лиам недовольно рыкнул, отталкивая от себя короля. Как же унизительно быть в таком положении, в одежде и статусе. — Я не собираюсь подчиняться тебе! — оскалившись, словно отчаявшаяся найти спасение, собака, крикнул свергнутый принц. Геллерт стиснул зубы и, схватив его за шею, прижал к стене. — Я всего лишь задал тебе простой человеческий вопрос, неужели так сложно ответить? — в его глазах промелькнули искорки злобы, которая казалась вот-вот рекой выльется из него на бедного Лиама, который еще не знал, что его ждёт. — Гх, — прохрипел юноша, вздрагивая от неожиданности, когда оказался прижат к стене. Он потянулся своими руками к его, пытаясь убрать. Ошейник затруднял дыхание, и король только усугублял его положение, душа руками. Лиам с легким испугом взглянул в глаза королю, сказав: — Я не собираюсь говорить с такой тварью. Из-за тебя в королевствах пошли разногласия!       Рида слегка свёл брови и ударил парня по щеке с такой силой, что на той еще долго будет зиять красный след от ладони. Пощёчина резко обожгла щёку, заставив парня стиснуть зубы и зажмуриться. Точно… Как же он мог забыть, что королевство прибрал к рукам его братец?.. Теперь по статусу он сравним с пустым местом. Рабов никому было не жаль. Их использовали как хотели, загружали огромным количеством работы и прочим. Условия их жизни были просто ужасными. Единственный способ хоть как то улучшить своё положение — завоевать любовь хозяина и стать питомцем. У них есть куда больше преимуществ, если не считать того, что придется ублажать господина когда и как прикажут. — По-моему я не давал своей сучке команду разговаривать. Такого как ты не должна касаться моя политика. Я приказал назвать своё имя, — его голос резко поменялся на более низкий и грубый. Парню пришлось подавить в себе гнев и собраться с духом. — Ли..Ам..,— тяжело дыша, дрожащим голосом сказал юноша. Геллерт убрал руку от его горла, дав возможность сделать глоток воздуха. Кастор жадно выдохнул воздух. — Лиам значит…, — король Рида расслабил лицо. Имя было очень знакомое, но он много, где мог услышать его, поэтому быстро переключился на раба. Ему натерпелось попробовать свою новую игрушку. — Если я из тебя так долго выбивал имя, интересно, как долго ты будешь сопротивляться моим остальным приказам? На колени! — приказал Геллерт. Лиам со злостью взглянул на мужчину, потирая шею. Был ли смысл сопротивляться? Этим он сделает лишь хуже самому себе. Но ведь с детства его воспитывали королем. Как гордость может позволить так низко падать? Парень просто стоял как вкопанный, не собираясь самовольно так унижаться. — Не хочешь? Что ж, мне это даже нравится, — король коленом ударил Лиама по ногам и с силой толкнул вниз. Юноша упал на колени. Достаточно было бы и слегка толкнуть, тяжелые оковы уже делали своё дело. — Я научу тебя быть послушным рабом, — Геллерт схватил его за волосы и повёл к кровати. Сопротивляться не вышло, юноша стиснул зубы, зашипев.        Король затащил его на кровать. Он специально не стал привязывать Кастора к кровати, чтобы было интереснее играть. Король притянул к себе парня за цепочку на ошейнике и вдохнул аромат масел. Этот запах очень расслаблял и в то же время возбуждал. Геллерт рукой прорисовал его силуэт и залез ей под одежду, трогая прекрасное тело Лиама. Раб на пару секунд застыл от шока и возмущения. Отвращение и злость к брату и этому хмырю переполняло его. Руки Рида проскользнули сквозь полупрозрачную одежду, блуждая по телу. До чего же это было мерзко и противно. Кастр не стерпев этого стал отталкивать от себя мужчину, сверля его злобным взглядом, за что получил еще один удар по той же щеке. Новый удар заставил старый печь только сильнее. Кастор поморщился, вздрагивая и не решаясь коснуться щеки. — Продолжай сопротивляться, это так заводит, — на его лице появилась ухмылка, но глаза все еще не выражали никаких эмоций. Поняв, что парень не будет просто так сдаваться, Геллерт повалил его на кровать и, вдыхая приятный аромат, стал целовать раба в шею. Пару секунд Лиам лежал, не двигаясь. Шею опаляло горячие дыхание, из-за чего по телу пробежали мурашки. Раб не собирался оставлять попыток остановить это. Он пинался, отталкивал, пытался сделать хоть что-то, чтобы вырваться. После пары неприятных пинков от Лиама, Геллерт всё же решил привязать его к кровати. Веревка неприятно прилегала к коже. Король крепко привязал ноги раба к потолку, а руки к нижним стенкам кровати, таким образом у парня не было шансов сопротивляться. Лиам в шоке застыл, уставившись на короля злобным, сверлящим взглядом. Предприняв попытки двинутся и сопротивляться он быстро понял, что это бесполезно. Странная улыбка не спадала с лица короля, кажется он что-то задумал. Больше всего напрягала эта ухмылка. Она явно не обещала ничего хорошего.       Геллерт достал из тумбочки плеть и показал её Лиаму, наблюдая за его реакцией. Глаза юноши широко распахнулись, увидев плеть. Такого он явно не ожидал.       Вообще, король Рида на первый взгляд казался милым и добрым парнем, но только для тех людей, которые о нём мало слышали, все слуги и рабы в замке знали о его жестокости. Геллерт с подросткового возраста любил жестокие бои насмерть, его забавляло то, как в тюрьме пытали заключённых, он сам лично пытал многих пленных, а рабы, которых он забирал из завоёванных земель, сначала сопротивлялись, что его забавляло, но быстро ломались. Их участи не позавидуешь.       Сейчас Геллерту было интересно как долго продержится Лиам. Король не стал долго тянуть и ударил раба по ягодицам, от чего на них остался красный след. Резкий удар прервал тишину, и из уст вырвался крик, который Лиам, от неожиданности не смог сдержать. За первым ударом последовало ещё. Парень с силой сжал кулаки и укусил губу до крови. Он жмурился, делал всё, лишь бы не издавать никаких звуков, видя как ими наслаждается король. На глазах невольно выступили слезы. Нежная, бледная кожа покрывалась ярко-алыми пятнами, которые явно не скоро пропадут. Заметив, что Лиам сдерживается, Геллерт стал бить сильнее, лишь бы новь услышать его болезненный стон. От более сильных ударов полоски на заднице побагровели, и в некоторых местах стала проступать кровь. Как бы сильно Лиам не старался сдержаться, сейчас это было практически не возможно. С каждым новым ударом слышался жалобный крик боли. Тело задрожало и непроизвольно вздрагивало. В животе садиста появилось странное приятное чувство, которое стало распространятся по всему телу. Увидев слёзы, он остановился на пару секунд и наклонил голову в бок, издевательски улыбаясь. — Ты не представляешь как красиво выглядишь, когда страдаешь, — король наклонился к нему, проводя рукой от живота до красной задницы плавную линию. Дыхание Лиама сбилось. От задницы волны боли распространялись по всему телу. Кастр посмотрел на Геллерта, вновь прожигая его злобным взглядом. — П.пошёл… Т.ты! — тяжело дыша, сквозь боль, прошипел раб. — Мило, чертовски мило, — усмехнулся Рида, — Интересно, какой ты внутри?       Геллерт снова потянулся к тумбочке и достал из нее какое-то ароматическое масло. Он вылил его на задницу Лиама и размазал по ней, нарочно задевая раздражённые места. Король вошел в раба пальцами и стал небрежно растягивать его, но не для того, чтобы тому было не так больно, а чтобы самому было проще войти. Юноша слегка выгнулся в спине, кусая губы и мыча. Было ужасно неприятно и больно. Парень вновь попытался вырваться, как будто это могло ему как-то помочь. Каждая его попытка выбраться только сильнее возбуждала короля. Посчитав, что Лиам готов, Геллерт вошёл в него, и прочувствовав его полностью, почти сразу начал двигаться. Парня пронзили резко нахлынувшие, смешанные чувства. Он невольно выгнулся в спине, истошно простонав. Тело Лиама реагировало, поддаваясь вперёд. Он сжимал кулаки, вздрагивал и болезненно стонал. Рида охватывало чувство эйфории, он желал большего, поэтому ускорил темп. На его красивом веснушчатом лице появился лёгкий румянец, безумная улыбка превратилась в обычную. Король прикрывал глаза, наслаждаясь происходящем. Когда Геллерту показалось, что Лиам ведёт себя слишком тихо, он ударил парня по раздражённой ягодице. Кастр невольно вскрикнул и всхлипнул от боли, прогибаясь в спине. По щекам стекали горячие слезы. Как же это было унизительно и мерзко. Однако тело почему-то реагировало иначе. — Неужели тебе нравится, — усмехнулся Рида, понимая, что это не так. Ему просто нравилось видеть то, как Лиам словно маленький беззащитный котёнок шипит на него, но ничего не может сделать. Кастр тяжело дышал и стонал, чуть ли не задыхаясь. Ошейник очень затруднял дыхание. — Н.нет!.. ,— ели выдавил из себя раб,дергаясь и вновь предпринимая попытки освободится. Тело было словно ватным и не слушалось. Глаза наполненные злобой и отвращением сверлили короля. Как же он мечтал разделаться с этим подонком. Геллерт схватил Лиама за щиколотки, ему нравилось, безумно нравилось, когда парень смотрел на него вот так вот со злобой и ничего не мог сделать. В этот момент его эго взлетало вверх, он чувствовал себя настоящим властелином. — Какое прекрасное личико, — Геллерт ухмыльнулся и вышел из парня. Он сел ему на живот, одной рукой облокотился на стенку кровати, а второй начал мастурбировать член. Пару секунд, и его тело пронзил желанный оргазм. Король кончил Лиаму на лицо, довольно улыбаясь. Тот пытался отдышаться и угомонить бешено колотящиеся сердце.       Гордость свергнутого кронпринца была изрядно потрёпана. Кастр злобно смотрел на короля, а затем и вовсе отвернул голову в сторону, не желая его видеть. Геллерт довольно хмыкнул и, одевшись, приказал слугам разобраться с Лиамом.