Детектив за гранью закона

Щёлк! Вспышка камеры немного ослепила семью Баркинсонов. Отец, Норман Баркинсон, жена, миссис Маргарет Баркинсон и 15-летний сын Якоб. Отец сидел на удобном и дорогом кресле, а остальные члены семьи стояли по боку от него. Целые 15 минут они пытались быть неподвижными, такова уж эта новая технология фотографирования. Даже серьёзный глава семьи выдохнул и обмяк на кресле. Кстати о нём. Норман Баркинсон, 40-летний британец, довольно авторитетный капиталист. Имеет не маленькое производство кухонных приборов, в частности сковородок. Его компания была довольно популярна в Англии и приносила мистеру Баркинсону неплохие деньги, на которые его семья и жила, не отказывая себе практически ни в чём. Его 38-летняя жена, Маргарет, встретилась со своим будущим мужем зимой, на обледенелой улице, когда тот помог молодой подскользнувшейся мисс подняться. У них закрутился бурный роман, который и привёл их под венец. Норман и тогда был бизнесменом, но меньших масштабов, хотя для юной девушки это не имело значения. Сейчас же у них в семье не очень-то и ладилось. Якоб Баркинсон, скромный и умный подросток, в котором виднелись поэтические задатки. Он предпочитал математическим наукам поэзию, но и их всё равно не запускал, дабы не получить наказания от учителя и не расстроить отца. Тот платил за учёбу Якоба немало. — Какие-то вопросы? В офисе было как всегда душно. Пахло деревом и спёртым воздухом. Отдел уголовного розыска имел в себе только одну небольшую комнату, в которой находилось максимум три человека, из-за его непосещаемости, и этого хватало. В углу находился стол детектива, который редко был заставлен официальными бумагами, чаще какими-то книгами и журналами, которые спасали от скуки. В другом углу стоял шкаф из тёмного дуба, в котором официальные бумаги и хранились. В третьем углу стоял другой стол детектива, но Оскар редко заходил сюда. Он предпочитал работать из дома или вообще не работать, он был не очень заинтересован в раскрытии дел. Окно в комнате выводило на оживлённую летнюю улицу, по которой ехали поблескивающие кэбы с красивыми лошадьми, ходили прохожие в утончённых костюмах и их спутницы в более разнообразных нарядах и причёсках. Полный и грузный шеф Хоккинс с двонйым подбородком зачитал сухой доклад, детали которого Джон и так знает. — Нет. — Тогда выезжай, кэб уже ждёт тебя на улице. Джон Кернет, детектив уголовного розыска Манчестера, взял из рук шефа доклад, встал из-за своего стола, подошёл к деревянной вешалке, надел свой сюртук и посмотрелся в зеркало. Ему было 24 года, тёмноволосый, кариеглазый, стройный парень со светлой кожей и ярко выраженными чертами лица, часто привлекал внимание девушек. Он был одет не по последней моде того времени, но для хорошего вида ему вполне хватало и этого. Тёмный фрак и брюки, глянцевые туфли, персикового цвета рубашка, закрытая светло-коричневой жилеткой, и цилиндр. В таком наряде детектив спустился по небольшой винтовой лестнице на первый этаж, прошёл через весь офис и вышел из здания полицейского участка, вдохнув свежего летнего воздуха, и уселся в новенький, по виду, кэб. К нему на второе сиденье сели два констебля, положив носилки на ноги, и молодой врач Генри. Он всегда сопровождал детектива при таких делах, как убийства. Водитель ударил вожжами по лошадям и повозка тронулась, поскрипывая колёсами и стуча лошадиными копытами по каменной серой дороге. Такова работа детектива, выезжать на место убийства после доклада об этом. Кстати о деле. Джон взял досье и стал его изучать от делать нечего, пока копыта лошадей равномерно стучали по дороге, что немного отвлекало детектива. Баркинсон был человеком достаточно зажиточным. Дорогие вещи, семья в достатке, своё производство. Причин убить его было намного больше, чем причин убить какого-то рабочего. Генри же сидел и смотрел на серую улицу, на которой повсюду были немного более тёмные дома с коричнево-тёмными рамами окон с белыми занавесками, которые так сильно выделялись из серой массы. Джон редко по душам разговаривал с Генри, да и встречались они нечасто. Он был немного моложе детектива и только в прошлом году закончил медицинский колледж. Тем временем, кэб выехал из города, и на горизонте уже хорошо виднелся особняк Баркинсонов. Его окружали другие особняки, но этот выделялся. Большой кирпичный белый особняк с двуями этажами окружал небольшой сад с формированными кустами и цветами. Джон первым вышел из кабины, ступив на каменную тропинку, которая вела к дубовой двери дома. Констебли остались в карете. "Живут же люди. " — так Джон думал постоянно, когда видел такие особняки. Сам детектив жил в городе, в небольшом доме недалеко от участка, где и работал, но жаловаться ему было не на что. Они с врачом подошли к двери и постучали по ней, не слишком громко, чтобы не казаться бестактными, но и не тихо, чтобы их приход точно заметили. Через некоторое время дверь открылась и на двоих смотрела женщина лет сорока с шишкой на голове. Джон узнал её, она их служанка. — Вы кто? — Уголовный отдел Манчестера, мэм. Джон Кернет, детектив, — он указал на себя, после чего повернул ладонь в сторону коллеги, — мистер Пирсон, потологанатом. — Да, да, мы вас как раз ждём, проходите, господа... — она учтиво открыла дверь полностью и впустила их внутрь. Особняк внутри был тоже не самым простым. На первом этаже было довольно светло, стояло два чайных столика и несколько зелёных дорогих диванов и кресел. Слева стоял красный кирпичный камин, но сейчас он не был зажжён, там же стоял и обеденный красивый стол. По углам же стояли книжные шкафы, наполенные книгами, содержание которых детектив не мог видеть. На потолке висела хрустальная люстра с позолотой, которая освещала центр этажа. Посередине, немного подальше центра комнаты, находилась ступенчатая лестница, на которой расположился красный с белыми краями ковёр, с двумя боковыми продолжениями, которые уходили в левую и правую часть второго этажа соответственно. По бокам от основания лестницы стояли две большие двери. Всё здесь говорило о материальном достатке жителей, в частности успешности хозяина-предпринимателя. К ним подошли женщина и подросток лет пятнадцати. — Мы вас и вправду ждали, — она прижала сына к себе, — это Якоб, — потом она мягко указала ладонью на служанку, — а это наша служанка мисс Валентайн. Будьте добры, проведите гостей к... К Норману. — Да, ми... Госпожа. Идите за мной, — служанка была по-настоящему заботлива. Они трое выглядели усталыми и молчаливыми, что не удивительно. Баркинсоны вместе с полицейскими поднялись на второй этаж, который был ещё светлее, тут находились большие окна, котоырые и освещали его, они свернули вправо и подошли к тёмно-дубовой двери. — Мы... Мы лучше останемся здесь... — пробормотала Маргарет, прижимая сына. Детектив кивнул. Они уже всё там и так видели. Джон, Генри и мисс Валентайн, вошли в офис главы семьи, закрыв за собой дверь. Труп сидел на стуле за своим рабочим столом. Его голова лежала на столу, покрытая запёкшейся кровью. Бумаги, лежавшие на столе тоже пропитались ей. Его глаза были открыты, и стеклянные зрачки бездумно смотрели куда-то перед собой. Генри подошёл к мистеру Баркинсону, надев перчатки, и стал его осматривать. Детектив же решил осмотреть само место преступления. Большой и тяжёлый стол стоял в центре комнаты, у большого окна, которое было открыто. Стол был завален какими-то бумагами и на ближайшей к окне ножке была завязана верёвка, которая была перекинута через оконную раму. На одной стороне комнаты стояли, как и на первом этаже, книжные шкафы и удобное кресло со столиком. На другой висела схема завода и полки с документами. На полу же лежал зелёно-белый ковёр с небольшими узорами. — Когда вы обнаружили его? — Мистер Баркинсон не пришёл на завтрак. К нему вчера поздно вечером к нему заходил мистер Ронвальд... Уильям Ронвальд. Они хотели что-то обсудить по работе, — добавила служанка, — То, что он сидит со своими гостями целую ночь, не редкость для него. Они пошли в офис и закрыли за собой дверь. Когда я пошла звать их, мистер Баркинсон был убит, а его гостя уже не было. Окно было открыто и на нём была закреплена верёвка, — она как раз указала на него, — похоже, так он и сбежал. Я думаю, это важная для вас информация... — Ох... Большое спасибо, так и есть, — сказал детектив. Пока главным подозреваемым был как раз этот самый мистер Ронвальд. Да и не верилось, что это был кто-то кроме него. — И как его гость выглядел? — Хм... — мисс Валентайн задумалась, — он был одет в чёрное пальто... Усы!.. Рыжие такие... И цилиндр... Большего я на запомнила, извините. — Спасибо и на этом, — поблагодарил детектив, — а где вы сами были в то время, как они общались? — Я занималась на кухне, а остальные готовились ко сну, как потом и я. Я же говорю, мистер Ронвальд пришёл очень поздно. Генри подошёл к детективу и снял перчатки, он закончил с трупом. — Он умер от черепно-мозговой травмы, удар был нанесён сзади в затылок каким-то твёрдым тупым предметом. Судя по цвету кожи, пролежал он здесь не меньше ночи. — Значит его убили ещё вчера? — уточнил Джон. — Похоже на то. Он больше ни для чего не нужен? — Да вроде нет. — Тогда я скажу констеблям принести носилки. — Генри вышел из комнаты, зашагав к лестнице на первый этаж. Детектив снова подошёл к служанке. — Как думаете, пропало ли что-то в офисе убитого? Суду обязательно нужно будет орудие убийства, а убили его чем-то тупым. — Хм, дайте посмотрю... — она подходила к то одним шкафам, то к другим, внимательно осмотрела все ящики и полки. Детектив тоже присоединился, хоть он и якобы не знал, что искать. Среди книг он заметил сборники Гёте, Достоевского, Шекспира, Гончарова. Казалось, что у мистера Баркинсона был свой вкус, и книги у него стояли не просто для красоты и эстетики. Но только казалось. — Знаете... Не хватает бюста Гончарова... Ивана... Русского писателя... — сказала служанка с тревогой, осматриваясь по сторонам. — Он возможно и является орудием убийства. Они точно не выходили из этого офиса? — Нет, это точно. — Тогда... Вы останьтесь здесь, вдруг убийца оставил его тут, или что-то ещё пропало, а я пойду на улицу. — предложил детектив. — Как скажете. Джон подошёл к окну и выглянул наружу. Канат, даже не верёвка, был закреплен на ножке стола и протягивался она до самой земли. — Мистер Ронвальд приходил с канатом? — вряд ли, конечно, но спросить же надо. — Нет, но у него с собой был чемодан. Думаю, он мог туда поместиться. — сказала служанка. Кто вообще ходит в гости с канатом в чемодане. — Хм. Тогда я всё же пойду на улицу. Детектив вышел из офиса, сказал ждавшим всё это время за дверью родственникам убитого, что его положат в морг, подержал парадную дверь констеблям с носилками и вышел на улицу. Он пошёл в то место, куда спускалась верёвка. Завернув за угол особняка, он увидел её и осмотрелся. Напротив стены был небольшой лабиринт из кустов, окрамлённых цветами, в углу которого росли небольшие деревья. Никого. Немного помедлив и походив взад-вперед, имитируя сыскную деятельность, Джон неторопливо вошёл в лабиринт. Влево, прямо, второй поворот направо, снова налево, и ещё прямо. Он подошёл почти вплотную к краю этого лабиринта, в котором потеряться было невозможно, из-за того что в высоту он был не больше метра. Наклонившись к земле, детектив пошарил в остриженной листве и нащупал что-то холодное. Он достал окровавленного мраморного Гончарова. Конечно. Здесь Джон его вчера и оставил.