Эпилог 4
3 декабря 2023 г., 20:56
Павел опускает крышку от ноутбука и покидает компанию в тишине.
Арсений не появляется. Ни сегодня, ни завтра. Арсений Киру по универу за ручку водит, преподавателям сестру показывает, сессию ей закрывать помогает.
Арсений сестру до безумия любит. В его глазах этой любви столько, что никому другому там и места нет. Арсений никого другого и не видит, не замечает. Арсению ни до кого нет дела.
Кира смеётся, шутя над братом, что тот от одиночества однажды загнётся. Ему бы девушку найти и женится, детей завести, но тот с ней таскается. Арсений лишь отмахивается от её слов.
Арсений любить не умеет. В его сердце только для Киры место и есть.
А Киру Арсений любит до безумия. Её одну.
И Антона Арсений не полюбит уже никогда. Потому что, стало быть, никогда и не встретит.
Но Арсению это и не нужно: он сейчас в своём бизнесе погряз по горло, ему не до чувств. Ему любить кого-то времени не хватает, как не хватает и себя. Арсений и в любовь-то не верит. Смотрит, как Павел за руку с Алёной из ЗАГСа выходит, пока Ляйсан слёзы платочком утирает, и не верит.
Если действительно любил, почему не её выбрал?
Почему выбрал не её…
Арсений не понимает, но и разбираться не видит смысла. Арсений Алёну толком не знает, чтобы в их с другом отношения лезть.
И Арсений, выходит, Антона никогда и не встретит.
Арсений выбирать Антона никогда не будет.
Время неумолимо украло их историю. Всё, что ими и было. Отняло все поцелуи, все объятия, все стоны, крики, ссоры. Время их к началу вернуло, вероятно решая, что слишком уж много крови и разбитых сердец из-за их любви получилось.
Время всё на свои места расставляет. И Антона с Арсением оставляет простыми прохожими. Тенями в жизнях друг друга. Незримыми и незаметными.
И вероятность именно того исхода, который мог бы получится, влюбись Алёна в Арсения, оставляет минимальным.
Один процент на миллион. Миллиард.
Павел вскидывает голову, встречаясь взглядом с когда-то лучшим другом.
А Арсений смотрит так, словно его ненависть сжирает до костей. И даже тех не оставляет.
— Думаю, что тебе следует освободить моё кресло.
Время тихонько матерится в сторонке, снова и снова отматывая всё назад.
И возвращаясь к началу.
Не люби меня. Забери все свои признания. Сотри их. Я пытался. Но они не стираются.
Судьба просто так предназначенных друг другу людей не разводит. Она тихо посмеивается в сторонке, играется, посылая ненужных человеку людей, но неизменно оставляет его с тем самым. Судьба никогда не ошибается. Она путает нити, теряет концы, но снова и снова верно связывает нужные вместе. Нити Антона и Арсения однажды она распутывает, встретиться и узнать друг друга не позволяет. Им не быть вместе, считает она. Судьба думает, что они очередные тени на пути друг друга, случайные прохожие, и разводит их, заставляет отвернуться от чужих глаз, чтобы те не стали называться родными. Судьба права: Антон и Арсений друг другу противопоказаны. Попов пацана уничтожит, всю душу из него высосет и ничего не оставит. Он для любви не создан. А Шастуну именно любовь и нужна, он без неё загнётся. Судьба своё дело знает и растаскивает их нити по разным углам, наивно отворачиваясь, когда столкновение взглядов удаётся избежать. И только потом понимает, как ошибалась. Судьба заглядывает в их жизни. Судьба снова и снова пересматривает тот первый раз, когда Арсений останавливается на перекрёстке и опускает голову, чтобы взглянуть на экран смартфона и отклонить входящий звонок, потому что с сестрой говорить не хочет. Потому что устал её спасать. Кира его не понимает и не слушает. Кира в Павле тонет так, что с ума сойти можно. Так, что голос срывается от всех этих «Я Люблю Тебя» в пустоту. Потому что Павел её не слышит. Потому что Павел её не любит. Арсений тогда откровенно не понимает, как вообще можно так кого-то любить. Чтобы и в огонь, и в воду. Чтобы с порезами на запястьях. Чтобы с надеждой тогда, когда это бессмысленно. Арсений никогда никого не любил, Судьба видит. Глупо это, считает он, — отдавать всего себя какому-то незнакомцу. Ждать его, доверять ему. Всего себя ему посвящать. И Арсений Киру поэтому и не понимает в ответ. Смотрит, как по её щекам скатываются слёзы, как размазывается тушь, портя такие же глубокие, как у него самого, глаза. Слышит её всхлипы, крики. Видит, как её на части разрывает. От этой ответной нелюбви. И в отвращении уходит, закрывает уши и глаза. Это не любовь, верит он. Это болезнь. Она косит похуже вируса. Травит организм лучше любого яда. Она убивает. Убивает его сестру. Господи, зачем ты вообще придумал это чувство? Судьба прищуривается и всматривается в фигуры сильнее. Арсений сглатывает и убирает смартфон в карман. Антон проходит мимо. Судьба снова выдыхает, когда убеждается, что Арсений его тогда всё же не замечает, не видит, в другую сторону смотрит, думая о своём. Антону тоже до него дела нет: у него сессия заканчивается, первый курс остаётся позади, он последние экзамены сдаёт и усиленно ищет подработку. И они, встречая друг друга сейчас, так и не оборачиваются, чтобы не встретиться глазами. Чтобы в этих сейчас незнакомых глазах не утонуть. Чтобы оставить историю такой, какой она должна быть. Друг без друга. Антон и Арсений, по правде говоря, действительно могли бы обернуться и изменить ход событий, понимает Судьба. Они могли бы полюбить раньше. Они могли бы многое изменить. Стереть все слова, признания и обвинения со страниц их истории ещё до того, как те оказались бы написаны. Они могли бы заранее отвергнуть все взгляды, стоны и объятия. Они могли бы полюбить сейчас — стоило лишь обернуться. Но Антон и Арсений, радуется Судьба, уже слишком далеко друг от друга. И история остаётся неизменной. А всё обещания — нетронутыми. Стоило лишь обернуться, и тогда Арсений Киру бы понял сейчас. Арсений Киру мог бы спасти. Но он не обернулся, уходя. Судьба закрывает глаза. И проглядывает вновь, как Арсений обернётся потом, чтобы полюбить какого-то незнакомца после. Чтобы научится ценить эту любовь. Чтобы боготворить её. Возносить до небес. Господи, что за шутки? Судьба глаза открывает. Арсений переходит дорогу и останавливается снова, слыша очередную мелодию входящего звонка. И снова отклоняет вызов. Арсений ещё не знает, что однажды научится любить. И сам будет и в огонь, и в воду прыгать. Потом. Но не сейчас. Стоило лишь обернуться, чтобы узнать это раньше. Но он обязательно узнает после. Потому что Судьба не в силах стереть со страниц этой истории их встречу, сколько бы не отстрачивала её срок. Потому что люди, которым суждено быть вместе, однажды встречаются вновь. Чтобы теперь остаться. История сослагательных наклонений не терпит. Истории нужны точности, детальные описания и гарантии, что время не отмотает всё назад. Истории необходимы люди. Истории нуждается в их чувствах, эмоциях, желаниях. И Истории изменения ни к чему. Время слепо истории подчиняется. Идёт у неё на поводу, не давая людям и возможности обрести второй шанс. Время людей сводит, разводит и равнодушно наблюдает за их жизнью уже друг без друга. Но развести Антона и Арсения времени смелости не хватает. И История молча повинуется этому. Антон и Арсений встретится не должны были никогда. И полюбить друг друга не должны были. Но Время само себя обмануло, подбросив их в судьбы друг друга, переплетя их запястья единой красной нитью. И Арсений так в эту нить вцепился, что Сама История склонила голову и молча отошла в сторону, переписав саму себя. И Антон с Арсением обрели тот финал, который сами же и написали. И если бы они сами не вписали в свою историю все поцелуи, все объятия и признания, то никакой их истории бы не было никогда. Антоном с Арсением сами её создали. Антон с Арсением, вопреки Истории и Временю, полюбили. И не разлюбят уже никогда. И История, делая исключение, вдруг переписывает другую историю. Время сыграло злую шутку, тихо посмеиваясь в сторонке. Время равновесие отыскало, Историю устаканело. Время над Дмитрием с Катей пошутило. Потому что, Арсений с Антоном, нарушая ход Истории, изменяя её, Дмитрия с Катей свели. Вселенная просто так предназначенных друг другу судьбой не разводит. Вселенная играется, посылая ненужных человеку людей, но неизменно оставляет его с тем самым. Вселенная никогда не ошибается. Она путает нити, теряет концы, но снова и снова верно связывает нужные вместе. Нити Антона и Арсения она распутывает. Им не быть вместе, считает она. Вселенная думает, что они очередные тени на пути друг друга, случайные прохожие, и разводит их навсегда. Вселенная дует губы и обижается, когда один из них противится этому. Вселенная злится, и... ...Антона Арсений забывает. Антон на неё не обижается. Антон принимает её волю, неслышно уходя, словно действительно считает себя просто прохожим. Антон Арсения отпускает. Арсений за него не хватается, не успевает, не знает, что вообще может ухватиться. Арсений Антона не знает. Антон для Арсения действительно случайный прохожий. И только Вселенная знает, что случайных прохожих не бывает. Каждый человек, появившейся в чьей-то жизни, неизменно становится героем чужой истории. Антон в истории Арсения был главным персонажем. Арсений в истории Антона — второстепенным. Но Арсению нет до этого дела. Арсений понятия не имеет, кто такой Антон. Арсений занят подготовкой к свадьбе. Спустя два месяца Арсений женится на Алёне. Спустя ещё год у них родится дочь. Арсений Антона никогда в глаза не видел. Для Арсения Антона просто не существует. Арсений по нему не скучает. Арсений его не любит. Антону откровенно всё равно. Антон продаёт квартиру матери за месяц до бракосочетания Арсения и Алёны и уезжает в Питер. В город, что их свёл. Антон Арсения не вспоминает. Антон достаёт чистый лист и пишет продолжение своей истории уже без него. Антон без Арсения справится. Антону Арсений не нужен. Потому что, на самом-то деле, Антон Арсения никогда не любил. А Арсений так глупо забыл, как сильно любил Антона. И Антон его отпустил, потому что Арсений его больше не держал. Потому что Вселенная, сплетая их жизни друг с другом, изо всех сил постаралась не совершить новую ошибку, в конце концов распутав две нити их судеб. Арсений Антона навсегда забыл. Антон Арсения никогда не вспоминал. Вселенная предназначенных друг другу людей обязательно сводит, но на Антоне и Арсении делает сбой. Антон и Арсений друг другу противопоказаны, она знает. Но однажды, возможно, положив две нити в старый и пыльный комод, не заметит, как лёгкий питерский ветерок вдруг набросит одну на другую снова? Вселенная не глупа, и она всё понимает. Поэтому раскладывает их нити по разным углам. Вселенная предназначенных друг другу людей обязательно сводит, но Антон и Арсений, увы, не из их числа.* * *
Любовь — это болезнь, когда-то сказал Арсений. И Арсений, заболев Антоном, не по своей воле, но вылечился. Антон Арсением так и не болел.
Арсений Антона не знает. Арсений говорит «да» у алтаря и прижимается к губам Алёны, чувствуя, что что-то не так, но не акцентирует на этом внимания. Арсений хочет верить, что делает всё, как нужно. Как было бы единственно-правильно. Антон в это время залпом выпивает остатки зелёного чая. Антон об Арсении не думает, у Антона итак забот полно. Он продаёт квартиру матери после похорон и покупает однушку в Питере. Городе, который их свёл. Но Антон и об этом не думает. Антон учится жить заново. Антон берёт чистый лист и пишет новую историю. Антон ни о чём не жалеет. Вселенная просто так предназначенных друг другу судьбой не разводит, Антон уверен. И они друг другу никогда по-настоящему не принадлежали. Жизнь просто решила поиграться, в какой-то момент подкинув им друг друга. Будет весело, подумала она, не задумавшись о последствиях. Последствия были, но обратились в прах. Арсений Антона не помнит. Арсений Антона больше не встретит. А Антон теперь никогда не попадётся ему на глаза. Антон продолжит свою историю без него. Антон без Арсения справится. Потому что, на самом-то деле, Антон Арсения никогда не любил. А Арсений так глупо забыл, как сильно любил Антона. И Антон его отпустил, потому что Арсений его больше не держал. Потому что Вселенная, сплетая их жизни друг с другом, изо всех сил постаралась не совершить новую ошибку, в конце концов распутав две нити их судеб. Арсений Антона навсегда забыл. Антон Арсения никогда не вспоминал. Любовь — это болезнь, когда-то сказал Арсений. И Арсений, заболев Антоном, не по своей воле, но вылечился. Антон Арсением так и не болел.
