Вспышка вынужденного скандала

8:00 утра.

Группа «Rammstein» уже подъезжала к стадиону, где через два часа они будут выступать. Сегодня Рихард сидел подальше от Хайко в машине. Он не мог с ним как-либо контактировать, от слова совсем. Каждый раз, когда Круспе смотрел на него, он вспоминал, что было ночью. «Еб твою налево…Что это было вообще?!» – Цвен все думал, почему так произошло. Ведь его даже не смущал тот момент, когда его обнимал Ландерс, а смущало то, что ему это понравилось: как Хайко прижимал его к себе, как его худенькие руки сжимали талию. Его горячие пальцы скользили по голой широкой спине. Притягивая за собой ледяные мурашки, которые будоражили тело лид-гитариста и давали почувствовать что-то нечто иное. Оно было жутчайше неприятным, мерзким и в другое время таким манящим и притягательным. О таких мыслях даже было и подумать страшно… Он в ту же секунду сам манит к себе старшего в ту ночь, тем самым переворачивается лицом к нему и целует. Невольно заглотнув тягучую слюну, стало еще больше не по себе. Пока Круспе мысленно закапывал себя еще глубже, участники уже приехали к стадиону. Через некоторое время ребята все как следует отрепетировали и пошли одевать свои яркие костюмы, и делать макияж. Все было прекрасно. Рихард до сих пор не мог поверить, что снова выходит на сцену. Он, наконец, отвлечется от всего того, что накатилось на него тогда, и сможет забыть этот странный инцидент с Паулем. Ведь Цвен не хотел рушить заново зарождающуюся дружбу с ним из-за этой глупости. Поэтому лучшим лекарством в данной ситуации была сцена. Ему хотелось снова испытать тот кайф от концерта и от поддержки фанатов. Ему этого сильно не хватало.

***

Громкий шум. Настолько громкий, что даже Тилля не было слышно. Позже стало вообще никого неслышно. Мертвая тишина. Чувствовался только бешеный стук сердца. Оно хотело вырваться наружу, из грудной клетки и танцевать под такт. Круспе играл мелодии песен из нового альбома или же все-таки из старого? Было непонятно. Его захлестнули эмоции, энергия валила через край. Хотелось еще и еще. Рихарда снова забылся. Это как тогда с наркотиками. Цвен элегантно пританцовывал, выкладывался на максимум. Вдруг к Круспе подошел Пауль, тот сначала даже его не заметил. – У тебя все хорошо?! Успокойся, ты тут не один на сцене! – Ландерса очень сильно взбесило поведение Рихарда. По его взгляду отражались все недовольства планеты. – Че? Я тебя не слышу мелкий! Подрасти, может тогда услышу. – Круспе после этих слов засмеялся и повернул голову к фанатам. «Даже бровью не повел, засранец!» – Появилось в мыслях красными большими буквами Хайко. Они кричали и возмущались. Вынуждали высказать этому лид-гитаристу все, что только можно было. – Че ты сказал?! Совсем охуел в конец?! – Пауль уже хотел наплевать на все и вмазать ему, но остановил себя, понял, что это не профессионально. И тут он решил, что когда закончится концерт, тогда и долбанет по тупой голове Круспе.

***

Была, наконец, теплая ночь. Участники уже отыграли свой сложный концерт и поэтому сидели в приличной гримерке. Чуть позже четверка во главе с Тиллем пошла за пивом, чтобы отметить свой первый выход на сцену в этом году. У них так всегда бывает. Это уже традиция. Когда все ушли и в гримерке остались только Пауль и Рихард. Хайко стал молниеносно действовать. Он подошел к Круспе, в это время тот смывал макияж у зеркала. – Ты охуевшый человек Рихард. Что это было на сцене? Объяснишь?! – Пауль хлопал злобно своими глазами и ждал ответа. – Слушай, че ты до меня доебался? Я вел себя, как всегда. – Хладнокровно ответил Круспе старшему, не отрываясь ни на секунду от своего занятия. – Как всегда?! Ты вытворял на сцене, что хотел! Не видел никого! – Ландерс не выдержал и стал срываться на крик. Он поднял руку, чтобы ударить Цвена, но тот резко взял его крепко за худое запястье и притянул к себе с какой-то собственностью. После поспешно вжал в гримерный столик. Тот чуть пошатнулся, но его мгновенно выровнял Круспе, тем самым опираясь двумя ладонями об столик. Пауля как будто захлопнули в огромный капкан, из которого не так уж было просто выбраться. – Че ты такой нервный? Давно не трахался что ли? Может тебе по дрочить, чтобы успокоился? – Рихард самодовольно усмехнулся. Он смотрел прямо в глаза. – А давай! Почему бы и нет. – Пауль ядовито усмехнулся в ответ, не смотря тому в глаза. Ритм-гитарист запрокинул голову на бок и после этого только смог заглянуть младшему в горящие глаза. Настала тишина. – Что...? – Круспе мгновенно отстранился. Его как будто кипятком на миг ошпарили. Он секунду посмотрел на старшего с огромным удивлением, но позже это ошеломление превратилось в смесь одного лишь жгучего интереса. – Что? – Ландерс переспросил его с приподнятой бровью. В глубине души он тоже был удивлен не меньше Круспе. Он не ожидал, что ответить на его предложение. Но в итоге не подал и ввиду. Напряжение росло. Никто не решался продолжить разговор, они просто вглядывались друг другу в завораживающие глаза и ждали ответы на свои же вопросы в голове. Они засели в них и хотели выйти наружу. Рихард попытался что-то снова попытаться спросить, но на их счастье в гримёрку вошла четверка с пивом. – Ребят, пошлите пить, че стоите? – После они сели на кожаные диваны и стали праздновать. Все вели себя, как и всегда, даже гитаристы общались нормально, как будто ничего не было пять минут назад. Это было очень странно…