Вспышка вынужденного скандала

12:30 дня. Дача за городом.

В комнате было уже светло. Солнечные лучи решительно протискивались между шторами и пытались разбудить гитаристов своим ярким светом. Но Рихарду было на это все равно. Ему снился потрясающий сон спустя много времени... Его окутал притягательный мир грез. Он связал, сковал намертво и наконец-то не отпускал. Было легко и приятно, но неожиданно это все пропало. Стало очень тяжело, как будто Рихарда придавили, и очень сильно. От дискомфорта он открыл глаза и увидел такую картину: маленькая ножка лежала на бедре Круспе, правая рука пыталась обнять талию. «Ну это уже точно перебор, я даже повернуться не могу». – Подумал Рихард и стал пытаться хоть как-то убрать ногу, но все безуспешно. Тогда он стал убирать руку и тут тоже неудачно. ─ Черт! Пауль, убери ногу с рукой, а то иначе я в прямом смысле сдохну! – Резко закричал Цвен. После этих слов Ландерс стал уже намеренно наваливаться на него. Тут Круспе не выдержал и начал еще больше истерить. ─ Слезь с меня, дебил! У меня потом будет спина болеть! – Заорал во весь голос раздраженный Цвен. Позже Пауль все-таки слез с него, на его лице была большая улыбка, после он быстро встал с кровати и побежал к лестнице. ─ Смешно тебе?! Сейчас получишь, гном недоделанный! – Рихард рванул за ним. Спустившись, Ландерс все-таки заработал подзатыльник от Цвена. ─ О, доброе утро, что уже снова с утра пораньше собачитесь? – С этими словами к ним вышел из кухни Кристоф. В его руке была чашка с ароматным кофе. ─ Да нееет. ─ Протянул с улыбкой Хайко. ─ Тебе, наверное, показалось, мы это… Пойдем умоемся и придем на завтрак. – Произнес с холодом в тоне Рихард. ─ Мхм. Только давайте быстрее, Тилль хочет поговорить насчет альбома. – Шнайдер ухмыльнулся и после проводил ребят взглядом. Через десять минут все были в сборе. Участники сидели на кухне и обсуждали черновики. ─ Так, получается, мы берем первый черновик и переделываем, а остальные оставляем так, как есть? – Переспросил Тилль. Он стоял справа от стола и облокачивался спиной об столешницу. ─ Да, ну или можно четвертый тоже переделать. – Предложил Рихард, который сидел за столом и доедал салат. ─ Я согласен с Рихой, я бы тоже чуть-чуть переделал его. – Поддержал идею Кристоф. Он сидел рядом с Ландерсом, который уплетал яичницу. ─ Ну хорошо. – Тилль стал собирать черновики и уже хотел уйти, но его притормозил Хайко. ─ А давайте включим в альбом «Ohne dich»? – Предложил тот. В этот момент все повернулись к нему и вопросительно посмотрели. ─ Ну а что? Текст есть, название есть и мотив тоже. – С этими словами Ландерс забросил остатки яичницы в рот. ─ А почему и нет. – Неожиданно сказал Оливер и улыбнулся краешками губ. ─ Хорошо. – С улыбкой согласились одновременно Цвен с Линдеманном.

***

Прошло несколько часов с тех пор, как они переделали черновики, и наконец-то пришло время записи. Участники разделились по парам, чтоб им было удобно: Тилль с Флаке, Оливер с Кристофом, а Рихард с Паулем. Позже они ушли в разные комнаты, и началась долгая и трудоёмкая работа на много часов. ─ Рих, может, покурим? Ну или хотя бы поплаваем. Уже время четыре часа вечера, а мы ни разу не выходили на улицу. – Устало проговорил Хайко. ─ Нет, нам еще много делать, переделывать. – Ответил серьезным тоном Круспе, он очень внимательно что-то искал в ноутбуке. ─ Ну, пожалуйста, давай сейчас отдохнём, а ночью продолжим. – Хайко повернулся к младшему, затем мило надул губки. ─ Я сказал… ─ Круспе посмотрел на Пауля и помедлил. «Не смотри на меня так…» ─ Произнес в мыслях Цвен. ─ Нууууу… Ладно убедил. – Круспе закатил глаза и затем улыбнулся. Они вместе маленько прибрались и пошли вниз, сообщить ребятам о перерыве. Через несколько минут они были около озера. Это место было очень красивым и завораживающим. Солнце заходило за горизонт и мягко освещало листву, деревья окутывало темное полотно, а оранжево-красное небо постепенно превращалось в ночную синеву. Вода тоже темнела, чисто васильковый цвет перетекал в лазурно-синюю гладь. Ребята какое-то время смотрели на эту красоту и восхищались ей, а позже расположились рядом с лавочкой, которую когда-то сделал сам Тилль. После Кристоф, Рихард и Пауль разделись, и побежали купаться. Несмотря на вечер, вода до сих пор была теплой, и это их радовало. Оливер сидел и ел орешки, который прихватил собой из кухни. Флаке сидел рядом с ним и пытался их забрать, но тот боролся с этим ненасытным, а Линдеманн решил порыбачить. ─ Эй, Тилльхен! Может вы бросите эту дурацкую затею и отдохнёте? ─ Крича спросил Шнайдер, далее подплыл поближе к мосту, где сидел вокалист и стал специально перед ним плавать. ─ Дум, я и так отдыхаю, поэтому уплыви куда-нибудь подальше, я порыбачить хочу. – Спокойно ответил Тилль, который пытался закинуть крючок. ─ Ну пошли, потом еще порыбачишь. – Весело произнес Шнайдер и отплыл от моста, ближе к камышам. ─ Ладно, - Тилль быстро все сложил. ─ Тогда, поберегись! – Он быстро разделся и прыгнул бомбочкой в воду. Полетели брызги во все стороны, Дума окатило практически до головы волной и достало даже до гитаристов. ─ Нифига-се. – Рихард округлил глаза и переглянулся с Паулем. Тот тоже был шокирован происходящим.

***

Когда солнце уже давно село и подул прохладный ветер, участники стали собираться домой. ─ Так, я все взял, пойдемте. – Произнес довольно Линдеманн и направился к дому, за ним последовали остальные трое, но тут их притормозил Ландерс. ─ Мы еще с Рихой покупаемся, позже придем. – Сообщил Пауль и подплыл к лид-гитаристу. ─ Хорошо, только недолго. – После этих слов, ребята ушли. Гитаристы вновь стали плавать. Чуть позже начали дурачиться: брызгали друг друга водой и задерживали дыхание под водой на время. ─ Пауль, ну все. Мне уже холодно, пойдем домой. – Рихард вынырнул из воды. Через секунду его тело обдуло прохладным ветром, по широкой и красивой спине пробежали мурашки. Стало холодно. ─ Ну давай еще покупаемся, ─ Пауль вынырнул за ним и после брызнул в того. Круспе это не очень понравилось. – А я сейчас кого-то защекочу! – С этими словами он подплыл к гитаристу. ─ Ландерс, я же не люблю это! – Сквозь смех стал орать Цвен. Он стал отбиваться, но ничего не выходило. Через минуту крики и веселые голоса стихли. Грабовая тишина. Гитаристы смотрели друг на друга и улыбались, но вдруг тишину прекратил Хайко. ─ Слушай, можешь наклониться вперед? Я хочу кое-что тебе сказать. – С улыбкой попросил Ландерс. ─ Зачем? – Поинтересовался тот. ─ Ну надо, наклонись. ─ Ладно. – Рихард наклонился чуть-чуть к Паулю так, чтоб тот смог сказать ему что-то на ушко. Он закрыл глаза, предвкушая, что же тот скажет. После этого Хайко подплыл еще ближе к Круспе и робко накрыл своим губами губы Рихарда, а после отстранился, ожидая реакцию. Тот открыл глаза и недоуменно посмотрел на ритм-гитариста. ─ Что это было? – В голос сказал Цвен. Он был в замешательстве от такого действия. ─ Это… Цвен тут же притянул того за худую талию к себе вплотную, а после сам стал целовать податливые губы Хайко более уверенно и нагло. Ландерс на это с радостью ответил и стал углублять поцелуй. Было невыносимо жарко, несмотря на ветер. В груди Рихарда екнуло сердце, а после то самое тепло стало опять разливаться по всему телу. Было очень приятно и тепло. «Наконец-то я снова почувствовал это. Я скучал по этому состоянию». ─ Пронеслись эти слова в голове Круспе. Он был рад, что его «солнце», его «тепло» ответило ему. Цвен прижимал к себе Ландерса. Его наглые руки ходили по хрупкой спине, по красивой талии и худым бедрам. Теперь он понял, чего ждал так долго, теперь понял, кого любит по-настоящему. Понял, что хочет быть рядом только с Паулем. Ему больше не холодно и никогда больше не будет. Ведь теперь у него есть и будет собственное «солнце». Навсегда. Со временем становилось все жарче, а поцелуи и тактильные прикосновения более откровенными. Вдруг Рихард отстранился. Он пытался ровнее дышать и наладить ритм сердца, которое взрывалось и бешено стучало. ─ Слушай, нам надо остановиться. – С трудом сказал Цвен. ─ Да, надо. – Ответил ему Пауль, который еле-как сдерживался. ─ Давай пойдем в дом, а то мне кажется, там они нас уже заждались. ─ Круспе убрал руки с манящих бедер Хайко и поплыл к берегу, тот последовал за ним. Позже они оделись и побежали в дом, к тому моменту, когда они были уже дома, возбуждение исчезло, как будто его и не было. ─ О, а вот и они. Мы хотели вас уже идти звать. – С легкой улыбкой проговорил Тилль, он сидел со всеми за столом и ел жареные сосиски. ─ Ну как? Накупались? – С интересом в голосе спросил гитаристов Шнайдер, который сидел рядом с Линдеманном и допивал морс. ─ Да, мы еще четыре кружочка поплавали наперегонки и все. – Ответил ему Круспе, который садился рядом с Флаке. Тот не обратил на него внимания и продолжил читать энциклопедию. ─ Понятно, классно вы поплавали. – Улыбнулся лукаво Оливер и посмотрел на Ландерса, который садился рядом с ним. ─ Мммм… А вы где жарили сосиски? А то очень они вкусные получились. – Стал переводить тему Цвен. ─ На улице, около озера. – Вокалист посмотрел на лид-гитариста и ухмыльнулся, другие стали после этих слов тоже ехидно улыбаться. Рихард с Паулем чуть не поперхнулись от таких слов. ─ Что…? – С удивлением проговорил Круспе, после опустил голову. Стало резко страшно, руки мгновенно похолодели, а в ушах стало отдавать сердце, оно бешено колотилось. Позже он посмотрел на Хайко, тот сидел как скульптура. ─ Ну, рассказывайте. Как долго вы хотели эту всю эпопею скрывать? – С довольным лицом спросил их Тилль. ─ Когда свадьба? – В шутку поинтересовался Дум, а после засмеялся. Ребята поддержали его шутку и тоже засмеялись, даже гитаристы улыбнулись с этих слов. ─ Да ладно ребят, мы все уже давно знаем, что вы друг к другу что-то испытываете. Не обижайтесь, просто это очевидно. – Улыбнулся Олли. ─ А вы знаете, что подглядывать неприлично? – Смешно произнес Пауль, все опять засмеялись. ─ Ладно тогда, я пока пойду, покурю. – Сообщил Цвен, и направился к двери. ─ Рих, можно я с тобой? – Спросил его Тилль. ─ Конечно. После они вышли на крыльцо, взяли из пачки по сигарете и подожгли их зажигалкой. ─ Я охрениваю с вас. – Рихард с легкой улыбкой на лице повернул голову к Линдеманну, после затянулся. Тот ему ответил тем же и тоже затянулся вместе с ним. ─ Понимаешь… Мы просто хотим, чтобы вы нам доверяли и могли это рассказать. Вот и все. – Выдыхая едкий дым, сказал безмятежно Тилль. – Я надеюсь, что ты теперь счастлив. – Затем он положил руку на плечо Цвена и потом посмотрел на него, прямо в глаза. Тот ему положительно кивнул и расплылся в робкой улыбке. ─ Можете хоть целоваться перед нами. Мы даже против не будем. Только за. От этих слов они посмеялись. ─ Я пойду? А то завтра надо доделывать аранжировку. ─ Конечно иди. И я сейчас пойду. Круспе докурил сигарету, затушил ее об пепельницу и после зашел в дом. ─ Эх… Голубки. – Произнес эти слова Тилль и затем тоже потушил сигарету.