Захочешь ли ты поспать ещё?

— Ты же знаешь, Джек, спать.. — Северянина обрывают, продолжая его фразу. — Таким как мы необязательно и нежелательно. Да, да, помню, знаю, не забываю, — говоря это, Джек корчил недовольные гримасы, но как договорил и снова увидел на лице Северянина уверенность, почувствовал раздражение и улетел, предварительно открыв себе окно прорывом ледяного ветра. Джеку было интересно, если спать не обязательно, значит они, то есть духи, все-таки могут это делать? А как долго он проспит в таком случае, и будет ли видеть сны? А ещё интересно кто их ему отправит, неужто Песочник? Или он вспомнит прошлое, или кошмар, а если кошмар, то увидит ли Кромешника, а зачем Кромешник здесь? О, а может нежелательно именно из-за него? И, пока вопросы крутились в голове духа, тот улетел все дальше от Замка Льда. — Я не понимаю, почему ты ему запрещаешь? — спросил Кролик, когда Джек исчез, — Пусть себе проверит, уснёт он или нет. — Я не знаю что ему приснится. Вдруг к нему явится Кромешник и превратит сон в кошмар, от которого будет невозможно проснуться? — Северянин и правда беспокоился за духа веселья, это легко понять по его теперь обеспокоеному выражению лица. — Пф, — однако Кролик не был впечатлён, — Мы его победили, он больше не сможет причинить вред кому-либо из нас, — заверение сказано более чем уверено, но из-за беспокойства Северянина, червячок неуверенности в Пасхальном Кролике зародился. Фрост же в это время летал по свету и выбирал место, где он заснёт, ну или постарается это сделать. А вы что, думали он послушается Ника? Нет, несколько раз он, конечно, может это сделать, но однажды сорвётся и сделает всё равно по своему. Сегодня как раз тот случай, когда его любопытство победило. Всё-таки оно становилось особенно сильным после того, как ему отказывали в чём-либо, а тут столько раз это делали! — Что же выбрать — Антарктиду или лес какой? — возбуждённо размышлял Джек, пролетая как раз над одним из немногочисленных непосещаемых людьми лесов. — О-ох, нет, я больше не могу. Здесь буду спать! — и спикировал в сугробы. Подпрыгнув и встряхнувшись от снега в полёте, он огляделся. Ещё сугробы тут были, но они выглядели поменьше, чем тот, в который он упал. Так что он обратно завалился на него спиной вниз и стал крутиться, стараясь найти удобную позу для сна. Свернувшись клубочком и обняв руками и ногами посох, он потёрся головой о снег, будто кот, что помечает свою территорию, и тоже ею прикоснулся к посоху. Долго он не пробыл в сознании и заснул где-то через часика два, которые пролетели для него достаточно быстро, ведь в своей стихии он чувствовал себя намного лучше, чем где-либо ещё, так что нет ничего удивительно в том, что он уснул почти сразу, как только снежинки спрятали его тело под собой. Сначала ничего не было. Одна лишь тьма и холод. Иронично, что ему сейчас вспомнились слова Кромешника о том, что они идеально подходят друг другу? Не Кромешник и Джек, а тьма и холод! Блин, Джек, что у тебя за мысли такие? Из тьмы послышался смешок. — И правда, о чём ты думаешь, Джек? — полюбопытствовал до боли знакомый голос. Ледяной Джек завертелся на месте, но в темноте ничего нельзя было увидеть, даже собственную руку. — Где ты?! — хранитель хотел схватить свой посох, но обнаружил, что его нет. Он был безоружен. Страх начал подкрадываться к вечному подростку. — Я здесь, Джек, — шёпотом произнесенная фраза на самое ухо лишь усилила его. А восхищённый смех и крепкие объятия со спины позволили ужасу поймать Фроста в капкан. Ледяной дух вырывался, пихался, пинался и толкался, но всё было бесполезно. Объятия сжимались лишь крепче, стискивая до боли грудную клетку, из которой медленно и неотвратимо пропадал воздух. — Пусти меня! ПУСТИ! — яростные крики в никуда задушенным голосом. — Нет, Джек, пока сам не захочу отпустить, ты будешь в моей власти, — спокойный голос выбешивал и пугал. А слова, сказанные этим довольным тоном врезались в подкорку мозга, не желая уходить. «В моей власти. В моей власти. В моей власти.» — Кричало подсознание голосом Кромешника. А вместе с ним кричал и Джек, у которого отняли возможность двигаться сковавшие всё его тело тени, которые наоборот шевелились и ползли по нему. — Твой страх нравится им, — Повелитель тьмы переместил одну свою руку ему на поджарый живот, поглаживая тварюшек, что там собрались, а вместе с тем и тело парня, потому что тени не имели объема,— мне нравится твой страх, — доверительный шёпот и тёплое дыхание коснулись его ничем не защищённой шеи. Джек напрягся всем телом и замолчал. Он готовился к боли, которой всё не было. Лишь нежные поглаживания по всему телу, которые приносили руки Кромешника, задравшие его синюю толстовку, и тени, для которых одежды будто и не существовало. — Нет, стой, стой, стой, прекратите пожалуйста, остановитесь! Тени проигнорировали просьбы, сорвавшиеся с заплетавшегося языка мальчишки, но Кромешник ненадолго остановился. — Зачем же? — Н-не надо, — из не успевшего закрыться рта вылетел просящий всхлип. — Неужели? Твоё тело говорит совершенно другое, — с этими словами Кромешник направил свою руку ещё ниже и накрыл промежность духа своей тёплой ладонью. Джек старался сдержать звуки, рвущиеся из его рта, но восхищённый стон при этом действии удержать не смог. Ему очень не хватало прикосновений в жизни, а здесь они были такими нежными и в таком обильном колличестве... Кромешник на это оскалился и сильнее сжал вставший член парня, покусывая его кожу на шее. — Не сдерживайся, Джек. Тут никого кроме нас нет, — Кромешник решил добавить ещё трения на член парня, который итак активно ласкали тени. Джек взвыл. — Тебя никто не услышит, — тёмная радость, наполнявшая голос Блэка, почти толкнула Фроста за край, но кончил он лишь когда в его шею вгрызлись острые зубы, громко закричав. С этим же криком на губах он и проснулся. И если он думал что находится все там же — в чёрном нигде, наедине с Кромешником и его тенями — никто не имеет права винить его в этом. Ведь закопавший его снег был на удивление тёмным. А так же за дикий крик, вырвавшийся из его груди, когда он вылетел из сугроба, тяжело дыша и тоже почти ничего не видя из-за наступившей ночи и скрывшихся за тучами звёздами. И Кромешник, наблюдавший за ним из тени деревьев, окружавших недавно улетевшего отсюда на бешенной скорости Джека, однозначно при следующей встрече скажет ему, что его несдерживаемые ничем крики возбуждают Повелителя тьмы до звёзд перед глазами.