Поднимем Же Занавес Наших Страданий

      Посреди небольшого коридора заискрилась электрическими змейками люминесцентная лампа на потолке, когда её с оглушительным грохотом разбило старое металлическое оружие. Тут же во все стороны полетели маленькие огоньки, чем-то напоминающие крохотные фейерверки от сварочного аппарата, едва не попадая в глаза, из-за чего пришлось на пару мгновений зажмуриться, пока за спиной раздавался режущий уши хохот разгневанного мертвеца. —Вот же ж пристал-то, юродивый —Рвано пробормотал Аралия, стараясь всё же поменьше разговаривать во время бега—Вот неймётся тебе именно за мной побегать, неймётся же...!       Неизвестно, с каких именно пор, но так уж повелось, что не шибко он любил игру в кошки-мышки, ибо ассоциации, иногда всплывающие на закромах памяти, были не слишком-то приятными. К тому же, когда за тобой устроил погоню полоумный тусовщик, которому ты, впринципе, ничего плохого и не сделал даже–на душе сразу появляется неприятный осадочек. Как бы то ни было, одно в нынешней ситуации юношу успокаивало: стоит только найти затесавшееся между комнатками окошко–и можно будет сразу же спокойно выдохнуть. Жаль только, что не получится у Аралии выполнить намеченное дельце, ради которого он и явился на уровень веселья, однако тут уж ничего не поделаешь: придётся заскочить тогда, когда этот живой мертвец более-менее успокоится или хотя бы свалит куда подальше, а то уж больно много от него проблем и лишнего шума...       Санс же, не разбирая дороги, подгоняемый жгучей ненавистью, которую нужно было куда-то выплеснуть, стремительно гнался за своей добычей и во все стороны размахивал ржавым ломом, успев разбить ещё не один источник освещения, и даже брызгающие с потолка чересчур яркие искорки его отнюдь не волновали–настолько ему хотелось порубить на мелкие кусочки этого хрупкого паренька.       Но вот только за очередным поворотом ведущего вечеринок ждало горькое разочарование: едва белоснежная макушка пропала из поля зрения, как и сам человек будто бы испарился, оставив разгневанного преследователя с носом.       Прошло пару долгих секунд, прежде чем своего товарища нагнал ещё один тусовщик. И он, ровно как и поэт с "полторашки", тоже никак не понимая, отчего же Санс так взъелся, недоумённо качнул головой. —₭₳₭ ₵₭฿Ø3ь 3Ɇмлю п₱Ø฿₳л₦л₵Ɽ,—Не обращая внимания на прибывшего товарища, сущность раздражённо лязгнула челюстью, проследив ненавистным взглядом за тем, как нарочито издевательски захлопнулись створки не пойми откуда взявшегося окна, после чего вдруг с силой воткнула уже более ненужный ржавый лом себе под ребро—₮ц...! Л₳дⱧØ Ɏж, пɎ₵₭₳й пØп₱ыг₳Ɇ₮ 3₳йчØⱧØ₭, пØ₭₳ л₳пк₦ ⱧɆ Ø₮₱Ɇ3₳₱₳Л₦₦, ӾɆ~ӾɆ.       Тонкая металлическая балка с чавканьем протаранила потроха изнутри, однако руки в изящных белых перчатках продолжали толкать инородный предмет внутрь своего организма вплоть до тех пор, пока железный кончик не упёрся прямиком в шейные позвонки.       Рядом стоящий жёлтый гуманоид, ничем особо не отличающийся от остальных тусовщиков, хотел было подойти и помочь, однако Санс только угрожающе махнул рукой. —Ɽ ₵₳м.—Гаркнул он, шарясь у себя во внутренностях до тех пор, пока на ощупь, наконец, не удалось закрепить лом в вертикальном положении. Раздался тихий щелчок—฿Ø₮ ₦ ฿₵ё, ₮ɆпɆ₱ь Ɏ мɆⱧⱤ Ɇ₵₮ь ₭₱₳₵₦฿₳Ɽ Ø₵₳Ⱨ₵₭₳, ӾɆ-ӾɆ-ӾɆ...

Справедливости ради стоит отметить, что теперь его спина стала действительно... Ровной.

      Подручный тусовщик вопросительно вскинул голову набок. —ⱧɎ... Ø₵₳Ⱨ₵₭₳.—Ведущий вечеринок развёл руками, несколько замявшись—₮₦п₳, ₭₳₭ Ø₵₳Ⱨ₭₳, ₮Øль₭Ø... ГӾ, л₳дⱧØ, 3₳бɆй. ₦ ฿ØØбщɆ, Ⱨ₳дØ бы дØлØж₦₮ь ØбØ ฿₵Ɇй ₵₦₮Ɏ₳ц₦₦ дØ ₮ɆӾ пØ₱, пØ₭₳ ₭₮Ø-₮Ø ⱧɆ ₵дɆл₳л ₴₮Ø 3₳ мɆⱧⱤ, ⱧɆ ₮Ø ₦ ₭Ø₵₮ØЧ₭₦ Ø₮ Ⱨ₳₵ ⱧɆ Ø₵₮₳ⱧɆ₮₵Ɽ, ӾɆӾ...~       И, гордый собою за то, что сумел удачно перевести тему, Санс спешно зашагал куда-то в сторону неосвещённых помещений. И его подручному, незаметно пожавшему плечами, более ничего не оставалось, кроме как последовать следом.

Но пусть брошены были слова живого трупа с некоторой иронией и даже смешинкой, в каждой шутке есть своя доля правды, которая иногда горчит и обжигает не хуже язвительной крапивы.

***

      Длинный тёмный коридор, казалось, не имел конца. Нагоняло тревожное ощущение, словно низкий потолок грозился в считанные мгновения прибить незадачливого путника к полу, оставив навечно заживо сгнивать в этом подобии склепа. Старые, посеревшие от плесени и сырости когда-то бывшие оранжевыми обшарпанные стены вмиг заставили бы пуститься в пляс по хребту целую ораву мурашек. На горизонте моргала еле-еле работающая лампочка, на проводке свисающая с потолка, кажущаяся при том недосягаемым светлячком, доживающим свои последние секунды жизни, прежде чем погрузить всё вокруг в пучину полностью окутывающего всё и вся мертвецкого холода; забвенную тьму, из которой нет выхода. До слуха даже доносился едва различимый треск электричества, скользящего по старым прохудившимся проводка́м.       С глухим шуршанием по ковролину волочили труп темноволосого мужчины с застывшим ужасом в остекленевших глазах и собственной отрезанной рукой, что торчала у него из глотки. В полном молчании тело за ногу тащил за собой один из тусовщиков, устремив взгляд нарисованных глаз куда-то вперёд, пока вслед за процессией тянулся длинный кровавый след. Впереди своего подчинённого шёл ведущий вечеринок собственной персоной, то и дело нервно поправляющий сползающую с головы фетровую шляпку, которой он пытался хоть немного скрыть свой расколотый череп. Тем не менее, несмотря на все его тщетные старания, уж слишком сильно выделялся вырисовывающийся от его макушки длинный след тесака, который даже шрамом назвать язык не повернётся–больно жалкое определение для той катастрофы, что красовалась на голове тусовщика.       Наконец, сущности дошли до самого конца коридора и оказались в просторном помещении, что нагоняло жути даже больше своим мраком. Пыльный, уже порядком отсыревший красный ковролин был в некоторых местах изорван, когда по всему периметру комнаты, а в особенности–по углам, пол вздулся, словно бы что-то забралось прямо под него. В воздухе стоит мерзотный смрад протухшей крови, от которого у обычного человека тотчас закружилась бы голова.       В самом центре комнаты лежит гигантская груда плоти. За последнее время она, кажется, в размерах увеличилась где-то в два раза. Крупные синие вены в некоторых местах проступали на слипшейся коже. Покрытое блестящей слизью мясо обросло крупными тёмными рубцами, похожими на растяжки. Выпирали грубые, ветвистые артерии, неестественно большие и вздувшиеся. Если сильно приглядеться, то можно даже заметить, как груда плоти слабо вздымается и опадает, словно бы... Дышит.       Санс жестом приказал приспешнику остановиться и сделал несколько шагов вперёд, после чего по-джентльменски приклонил одно колено и опустил голову в пол.       И вдруг в могильной тишине прозвучал неестественно приятный и даже чарующий голос: —Ɽ ₵лɎш₳ю.       Ведущий вечеринок, приложив ладонь в изящной белой перчатке к груди, всё ещё при том не поднимая головы, тихо вздохнул и начал ровно, в несвойственной ему официальной манере: —ПØⱧ₦м₳Ɇ₮Ɇ л₦, мы Ⱨ₳б₱₳л₦ дɆ₵Ɽ₮ь жɆ₱₮฿ ₵ ₮ØчⱧØ₵₮ью, ₭₳₭ ฿ы ₦ ₵₭₳3₳л₦...       Стоящий позади тусовщик бросил рядом с "живой плотью" изуродованный труп бедолаги, что в своё время принял неправильное решение, отказавшись от "вкуснейшего" угощения, за что, собственно, и поплатился. —₦ гдɆ ØⱧ₦ ₮ɆпɆ₱ь?—После недолгой паузы спрашивает нечто. Пусть голос его и подобен бархату, страх ядовитым плющом обвивает шею, затрудняя дыхание.       Санс нервно хихикнул. —฿₦д₦₮Ɇ л₦, п₱Ø₦3Øшл₦ ₭ØɆ-₭₳₭₦Ɇ Øб₵₮ØⱤ₮Ɇль₵₮฿₳...       И вновь пауза, но на этот раз–ещё более напряжённая. Даже затхлый воздух тёмного помещения вмиг потяжелел, словно бы осев в лёгких непосильной ношей–грузом, что никак не сбросить. —Øб₵₮ØⱤ₮Ɇль₵₮฿₳, 3Ⱨ₳ч₦₮? Ӿм-м-м... ₦3 дɆ₵Ɽ₮₦ п₱₦₮₳щ₦л₦ л₦шь ØдⱧØгØ, ₦ ₮Ø–฿ ₱₳3Øб₱₳ⱧⱧØм ₵Ø₵₮ØⱤⱧ₦₦...—Гипнотизирующий спокойный голос вдруг перешёл на визгливый истерический вскрик—Ø₮₱ɆБЬⱤ!       Даже стены задрожали, пребывая в немом ужасе. Сущность вздрогнула, так и не поднимая устремлённого в пол взгляда. Застыв на месте, она лишь чувствовала, как сердце, обречённое вечно отбивать свой ритм, на секунду участило глухой стук. —₭₳₭ ₴₮Ø ПØⱧ₦М₳₮Ь?! ₱₳3฿Ɇ ⱧɆ ฿₦дⱧØ, ч₮Ø ₴₮Øй плØ₮₦ ⱧɆ Ӿ฿₳₮₦₮ длⱤ мØɆгØ ₱ØждɆⱧ₦Ɽ?!—Продолжала разгневанная груда мяса—Ɽ ₵Øб₦₱₳л₵Ɽ ₭₳₭ мØжⱧØ ₵₭Ø₱ɆɆ ₦₵пØлⱧ₦₮ь ₵฿Øё ₵฿я₮ØɆ п₱ɆдⱧ₳3Ⱨ₳чɆⱧ₦Ɇ, ⱧØ ₦3-3₳ ฿₳₵, г₱ёб₳ⱧⱧыɆ Ø₵₮ØлØпы, мØ₦ пл₳Ⱨы пØшл₦ п₵Ɏ пØд Ӿ฿Ø₵₮!       Санс не видел, что происходило вокруг, однако он прекрасно слышал, с какой невероятной силой что-то звучно ударило об стену. Повеяло мертвечиной. Этот удар погрузил помещение в тишину–такую душащую, что, казалось, можно задохнуться в эту же самую секунду.       В конечном итоге, "нечто" издало подобие вздоха и, обуздав свой неконтролируемый гнев, заключило спокойное, но необычайно холодное: —Ɽ ØчɆⱧь ₱₳3Øч₳₱Ø฿₳Ⱨ.       Эти слова прозвучали, как гром среди ясного неба, потому ведущий вечеринок, в надежде хоть как-то спасти положение, спешно принялся оправдываться. —ⱧɆ₮-ⱧɆ₮-ⱧɆ₮, Ⱨ₳ ₵₳мØм дɆлɆ, пØ-Ⱨ₳ч₳лɎ ฿₵ё п₱₳฿д₳ былØ ₮₳₭, ₭₳₭ пл₳Ⱨ₦₱Ø฿₳лØ₵ь,—Когда говор зашёл о причине проваленной миссии и ужасного настроения, нервная речь вдруг обрела твёрдость, а едва сдерживаемое раздражение обратилось в холодную усмешку—ⱧØ п₱ⱤмØ пØ₵₱Ɇд₦ ₮Ø₱жɆ₵₮฿₳ ₭ Ⱨ₳м 3₳Ɽ฿₦л₵Ɽ ⱧɆ3฿₳Ⱨый гØ₵₮ь ₦ Ɏ₵₮₱Ø₦л пØг₱Øм.       Атмосфера резко изменилась. —ⱧɆ3฿₳Ⱨый гØ₵₮ь?—Заинтересованно переспросила "живая плоть", не сдержав издёвку в покровительственном тоне—Ⱨ₳дØ жɆ, ₵₳Ⱨ₵, мⱧɆ дɎм₳лØ₵ь, ч₮Ø ₮ы ₵пØ₵ØбɆⱧ ₵п₱₳฿₦₮ь₵Ɽ ₵ ₭₳₭Øй-₮Ø мɆл₭Øй ₵Øш₭Øй.       Тусовщик тихо хмыкнул, рассеянно покачав головой. Зашевелилось что-то в глубине комнаты, и с тихим шорохом длинная щупальцеобразная конечность, покрытая маленькими грязными мясными обрубками, схватила лежащий на полу бездыханный труп за ногу и поволочила в непроглядную тьму. —₴₮Ø ⱧɆ п₱Ø₵₮Ø мɆл₭₳Ɽ ₵Øш₭₳,—Пояснил Санс с презрительным фырканьем—Ɽ ₮ØжɆ был ₵₭Ɇп₮₦чⱧØ Ⱨ₳₵₮₱ØɆⱧ, пØ₭₳ ØⱧ ⱧɆ пɆ₱Ɇб₦л ฿₵ю мØю ₮₱ɎппɎ. ⱧØ п₱₦3Ⱨ₳ю: мØя Øш₦б₭₳ ฿ ₮Øм, ч₮Ø Ɽ п₱₦ⱧⱤл 3мɆю 3₳ чɆ₱฿Ɽ₭₳.       Раздались склизкие чавканья. —₴₮Ø чɆлØ฿Ɇ₭ ₦л₦ ₵ɎщⱧØ₵₮ь?—Коротко поинтересовалось "что-то". —ӾɎжɆ: ₵ɎщⱧØ₵₮ь, ₱₳ⱧьшɆ бы฿ш₳Ɽ чɆлØ฿Ɇ₭Øм,—Усмехнулся ведущий вечеринок—₴₮Ø ₮Ø₮ ₵₳мый п₳₱ɆⱧё₭, ₭Ø₮Ø₱ый Ø₭₳3₳л₵Ɽ ₱ⱤдØм ฿ мØмɆⱧ₮ мØɆгØ ₵₮₳ⱧØ฿лɆⱧ₦Ɽ. П₱₦пØм₦Ⱨ₳Ɇ₮Ɇ?       Повисла недолгая пауза. —Ӿ₳Ӿ.—Бархатный голос приобретает насмешливые нотки—₮₳₭ ₴₮Ø ØⱧ ₮ɆбⱤ ₮₳₭ "₱₳3Ɏ₭₱₳₵₦л"?       Тусовщик злостно щёлкнул челюстью. Его эго изрядно подбешивали подобные издёвки, вызывая неприятное чувство покалывания в позвоночнике, так ещё и бессилие скрутило по рукам и ногам, заставляя терпеть и молчать в тряпочку, словно смиренную цепную псину.

До чего же унизительно.

      Да и признавать тот факт, что именно старый знакомый стал причиной в одночасье свалившихся на плечи живого трупа проблем Санс желанием не горел совершенно, однако тут уж ничего не поделаешь. —ⱧɎ, мØжⱧØ ₦ ₮₳₭ ₵₭₳3₳₮ь.—Но отчего-то тусовщик умолчал о том, что на самом деле вина за его изуродованную мордашку лежит на одной невзрачной девчушке. По какой же причине он это сделал–остаётся только гадать.       В стену с резким треском отлетело несколько костей, из-за чего ведущий вечеринок и его недвижимой статуей стоящий приспешник синхронно дёрнулись.

Не прошло и пары минут–а это чудовище уже полностью поглотило принесённый ему труп. Под ногами раздался жуткий, леденящий душу неестественный скрип, словно бы что-то прорывалось в самую глубь уровня. И, кажется, пол вздулся ещё сильнее...

—Ӿм-м-м...—Притягательный голос прозвучал по-кошачьи расслабленно—ДɎм₳ю, ØⱧ пØдӾØд₦₮. ₵₳Ⱨ₵?       Только и ожидавший приказа тусовщик, словно игрушечная марионетка на ниточках, смиренно прочеканил серьёзное: —Д₳, ₵э₱? —Ɽ дØ฿Ɇ₱Ɽю ₮ɆбɆ п₱₦฿Ɇ₵₮₦ ₵юд₳ ₴₮ØгØ 3мɆёⱧыш₳, ₳ Ɽ-₮Ø Ɏж ₵мØгɎ п₱₦฿лɆчь ɆгØ Ⱨ₳ Ⱨ₳шɎ ₵₮Ø₱ØⱧɎ, хØчɆ₮ ØⱧ ₮ØгØ ₦л₦ ⱧɆ₮.—Намеренно подчеркнул последнюю фразу "сэр"—ⱧɆ п₱Ø฿₳л₦ ₦ ₴₮Ø 3₳д₳Ⱨ₦Ɇ. ПØмⱧ₦, ч₮Ø ₮ы, ฿ ₭ØⱧцɆ ₭ØⱧцØ₦–мØё лɎчшɆɆ ₮฿Ø₱ɆⱧ₦Ɇ. ⱧɆ ₱₳3Øч₳₱Ɏй мɆⱧⱤ. —Ɽ пØⱧⱤл ฿₳₵, ฿₵ё бɎдɆ₮ ₵Ӿ฿₳чɆⱧØ.—Ответил Санс, поднимаясь и кланяясь—฿ ₴₮Ø₮ ₱₳3 Ɽ д₳жɆ ₵₳мØл₦чⱧØ пØшɆ฿Ɇлю ₭Ø₵₮ØЧ₭₳М₦, Ɇ₵л₦ ฿ы пØⱧ₦м₳Ɇ₮Ɇ, Ø чɆм Ɽ, ӾɆ-ӾɆ...~

... И тишина.

—...—Груда плоти показательно оставила неуместный каламбур без внимания—Ж₦฿ɆɆ. —... ПØⱧⱤл ฿₳₵, мØлчɎ-мØлчɎ!—Нервно хихикнул ведущий вечеринок, жестом подзывая к себе нескольких тусовщиков, которые, словно бы по волшебству, каким-то неведомым образом оказались в тёмном коридоре—₴й, ฿ы. 3₳ мⱧØй. ฿₵₮₱Ɇ₮₦м Ⱨ₳ш₦Ӿ гØ₵₮Ɇй пØдØб₳ющ₦м Øб₱₳3Øм.       И, будто скользящие в тиши ночи тени, бесшумно направились они под предводительством своего "командира", тихо хихикающего себе под нос, прочь из тусклого серого помещения, где к стоящему в воздухе смраду протухшей крови теперь примешивался кисловатый аромат желудочного сока, капающего с костей полностью обглоданного трупа.

***

      Сказать, что героиня чувствовала себя, мягко говоря, не шибко хорошо–значит, ничего не сказать. Мало того, что организм потихоньку восстанавливался после той заразы, которую девушка успела подцепить, так ещё и недавний нервный срыв сыграл свою роль. Благо хоть, что благодаря наставлениям сущности удалось вылечиться, потому теперь, наконец-то, тернистый путь предстояло продолжить. И, к великому сожалению, герои вынуждены были покинуть безопасный уголок, чтобы двинуться дальше по просторам необъятного Закулисья. —Ургх, спину ломит...—Ступая по очередному коридору, в которых Фриск уже успела запутаться, она на секунду потеряла равновесие, из-за чего пришлось схватиться за морковную стену—Старость–не радость, молодость–не жизнь...       Сущность же, ровно как и обычно, выглядела довольно-таки бодрой, словно даже и не задумывалась никогда о существовании такого слова, как "усталость". И пока шатенка с трудом пыталась заставить себя идти дальше по опасным коридорам, Чара уже оторвался от неё метров так на пять. —Взбодрись, овечка, представление же только-только началось,—Соизволив-таки остановиться и подождать страдалицу, он хмыкнул, после чего, обернувшись на напарницу, не смог сдержать смешок—Пф, и сделай мордочку попроще. —У меня нормальное лицо.—Нахмурилась девушка и, спешно нагнав удаляющегося парня, тут же сменила тему—Кстати, Чара. —М-м?       "Из-за этого Санса всё пошло по наклонной,"—Вздохнула про себя златоглазка—"Уф, зла не хватает." —Раз уж мы наконец-то встретились, то, может быть, подумаем теперь, что делать дальше?—Она с некоторой опаской оглянулась по сторонам—А то действовать без плана как-то... Ну такое себе. —Вау, что это...? Неужели умная мысль? Да не, бред какой-то, быть того не может...~—Издевательски протянула сущность и, не обращая внимания на саркастичные взгляды шатенки, вдруг задумалась—Дай-ка подумать... Теперь-то можно со спокойной душой продолжить поиск выхода с уровня, но придётся держать ухо востро, так как всюду рыскают эти уродливые пародии на клоунов. Ну и, естественно, желательно не попадаться на глаза тому таракану.       Стоп. Учитывая тот факт, что Чара называет тараканом лишь одну личность во всём Закулисье...       У Фриск трепетно кольнуло сердце. —Подожди.—Она надеялась, что ей просто послышалось—Ты же говоришь не о...? —... Да, о той самой мерзкой тихоходке, которой я ещё череп проломил.—Ответил русоволосый, запоздало вспоминая, что девушка не знает о возможной неуязвимости Санса (В которой он и сам, собственно, не до конца уверен)—Неужели ты думала, что он так просто умер?

Ну конечно, классика жанра.

      К горлу подступил ком, своими паучьими лапками неприятно защекотав нёбо, а по лопаткам пробежался резкий холодок. На секунду показалось, будто к голове прилила кровь: в глазах помутнело, а уши пронзил тихий, но от того не менее невыносимый трезвон. —Но ведь...—Златоглазка на мгновение замолчала, после чего вдруг гневно топнула ногой, с такой силой сжав кулаки, что даже костяшки пальцев побелели—Аргх, бесит! Да как он выжил вообще?!       Фриск по своей природе всегда была очень спокойным человеком, вывести которого из себя было практически невозможно. Только вот ключевое слово здесь– "было".       Пустоглазый вздрогнул, будто бы его ударило молнией, после чего медленно повернул голову к собеседнице. Выражение бледного лица даже без слов красноречиво заявляло: "Мать, у тебя там с головой всё в порядке...?". —Спокойно~спокойно, овечка, не трать свои драгоценные нервы на это ничтожество, всё равно от твоих возмущений толку мало.—Иначе говоря, Чара изрядно так подивился столь эмоциональной реакции—... И, кстати, у тебя глаз дёргается. —Я знаю!—Всё же умерила свой пыл героиня, кинув помрачневший взгляд себе под ноги с усталым вздохом—Уф... Я не хочу снова с ним пересекаться...       Неприятные воспоминания, оставшиеся после прошлой встречи, всё ещё болезненно пульсировали на её сердце уродливыми ожогами. Хотелось выбросить из головы всё, что связано с этой ужасной личностью, однако сказать–намного проще, чем сделать.

В самый неподходящий момент рыжевато-русые волосы, что так не вовремя растрепались, помешали разглядеть эмоцию пустоглазого, но буквально на доли секунды девушке показалось, что на бледном лице появилось... Сочувствие?... Авось, так просто привиделось...?

—В таком случае, придётся кое-кому блеять потише,—Развёл руками парень и ободряюще улыбнулся—Рожки в копытца–и вперёд. —У овец нет рогов. —До чего же узкое, всё-таки, у тебя мышление, не устану поражаться. Про рацку не слышала?—Он горделиво задрал нос, после чего, довольно хмыкнув, как бы невзначай добавил—И, кажется, кое-кто уже окончательно привык к своему именованию. —С тобой привыкнешь...       Послышался тихий, но достаточно красивый смех: такой приятный, с хрипотцой... Выпав из реальности где-то на несколько секунд, девушка не заметила, как пустоглазый вдруг ни с того ни с сего потрепал её по макушке, словно бы та была маленьким ребёнком или той же... Собакой. —Моя ж ты собачка Павлова, хе-хе...—Словно бы прочитав мысли шатенки, промурлыкал он, после чего, как ни в чём не бывало, продолжил уже обыденно, не обращая внимания на то, что собеседница от таких действий немножко в осадочек выпала—Слышала поговорку "Не верь глазам своим"? Так вот, советую следовать ей до тех самых пор, пока мы не выберемся из этого грёбанного гадюшника. Надеюсь, мне не придётся объяснять, почему?

Это была поистине самая резкая смена темы за всю историю существования мироздания.

—Из-за того наркотика в тортах?—Догадалась Фриск, после чего задала резонный вопрос—Но разве он не действует только возле... Этих самых тортов?       Парень с весьма трагичным видом потёр переносицу. —Итак, вопрос на миллион, овечка,—Хриплый голос приобрёл нарочито торжественные нотки—Чем, по-твоему, питаются тусовщики? —...—Еле слышное гудение ламп было единственным, что нарушало воцарившуюся тишину—Человечиной? —Ответ неверный, миллион ты не выигрываешь. Человечиной питаюсь я, моя дорогая,—Устало вздохнула сущность—А вот наши весельчаки любят эти самые тортики. Правда, я до сих пор никак не могу понять, как можно есть эту гадость: гниль с огромным количеством сахара... Бр-р, ночной кошмар каннибала-диабетика...       Фриск благоразумно решила проигнорировать тот факт, что и сам Чара, в общем-то, недалеко от них ушёл.       Следующие секунд десять их путь продолжался в молчании, пока златоглазка обдумывала выданную напарником информацию. —... И из-за того, что они постоянно питаются тортами с наркотиками, они этот наркотик в себя... "Впитали"?—Заключила она вслух, неуверенно взглянув на русоволосого. —Бинго, до неё дошло!~—Театрально обрадовался парень и, вновь перейдя на спокойный тон, пренебрежительно махнул ладонью—Всё верно. А так как эти мрази тут повсюду слоняются, они автоматически становятся разносчиками всякой заразы. Да я даже сейчас чувствую этот приторный запах, будь он неладен, гр-р... В общем, глазкам не доверяй, доверяй своему господину–и всё будет замечательно. —Но ты же... —На меня не действуют психотропные вещества.

Что же, весьма исчерпывающе.

      "Иногда я всерьёз задумываюсь, можно ли тебя впринципе убить..."—Переживая вместе столько опасностей, волей-неволей о таком задумаешься—"Помнится, когда у тебя была насквозь пробита грудь, ты упоминал свою ускоренную регенерацию, но мне всё равно довольно сложно это принять. Вдобавок, ты частенько вступаешь в неравный бой, а потом заставляешь меня волноваться. Мне же правда очень тревожно каждый раз, когда ты подвергаешь себя опасности, да и если вдруг с тобой что-то случится, то я... Стоп, как мои мысли вообще перетекли в это русло?!"       Златоглазка спешно прогнала из головы странные думы, так как почувствовала, что к щекам резко прилила краска, а в груди засел испепеляющий жар. Угх, пожалуйста, только не говорите, что та болезнь ещё не до конца покинула её организм... —На тебя вообще хоть что-нибудь действует...?—Фриск всё же задала интересующий вопрос вслух, при том подозрительно сощурившись. —Ага, вот прям та~ак и рассказал,—Усмехнулся Чара—Вдруг одна маленькая овечка потом захочет свести меня со свету? Не~не~не, мне такого счастья не нужно, а то мало ли, что...~ —Эх, а ведь у меня почти получилось...—Естественно, ничего подобного у неё и в мыслях не было, но нужно же иногда подыгрывать язвительной натуре этой сущности, правда?       ... Нет, неправда. Ибо героиню тут же постигла мгновенная карма в виде лёгкого подзатыльника. До чего же жизнь несправедлива. —Мечтай-мечтай, моя дорогая овечка,—На бледном лице играло лисье лукавство—Так просто тебе от меня не избавиться.

И отчего-то у шатенки возникло дурное предчувствие после этих слов.

***

      Глаза уже порядком подустали от однотипных оранжевых коридоров, однако делать было нечего–приходилось идти и идти, внимательно глядя по сторонам и прислушиваясь к малейшим шорохам. Конечно, на душе становилось немного спокойнее оттого, что рядом идёт сумасшедшая сущность с садистскими наклонностями, однако липкое чувство страха всё же не горело желанием отпускать нашу героиню.        ... Ровно как и ощущение слежки, что вновь обострилось. Хотя, обычно оно просыпается только тогда, когда рядом никого нет... Что же происходит, в конце-то концов?       "Можно уже просто взять и уйти отсюда, ну пожалуйста..?"—У Фриск уже попросту не оставалось сил то и дело оглядываться и вздрагивать при каждом шорохе, да и Чара уже потихоньку начинал поглядывать на неё, как на ненормальную, пусть и единого слова не проронил—"Я даже на учебный уровень согласна вернуться, лишь бы только тут не оставаться..."       Из мыслей девушку вывел резко остановившийся напарник, из-за чего она недоумённо подняла голову и взглянула вперёд.       Коридор вывел их в довольно просторное помещение с интересным убранством: под потолком летали воздушные шарики самых разных цветов, ковролин почти полностью был усыпан мерцающими звёздочками конфетти, а почти на всю стену напротив героев был развешен плакат с надписью "Добро пожаловать =]".       А также в глаза бросались пластиковые стулья и очень подозрительный стол, где стояли привычные взору пластиковая посуда, пару тортиков с "секретом" и... Игрушечный клоун. Небольшой игрушечный клоун в радужном колпаке, неотрывно глядящий на пришельцев своими нарисованными глазками-крестиками.

Да уж, обстановка доверия явно не внушает.

—Очень... Миленько.—Пробормотала девушка, оглядывая странное убранство комнаты—Да и клоун забавный. Мне так-то нравятся клоуны, хех, да-а... —Ненавижу клоунов.—Фыркнул Чара, вынимая из-за пазухи тесак.       Только герои сделали осторожный шаг вперёд, как игрушка начала забавно крутить головой, играя какую-то незамысловатую ломанную мелодию... Про день рождения? Ту самую?       "О нет, в прошлый раз, когда я слышала эту песню, дела закончились очень плохо,"—Шатенка сглотнула—"Не нравится мне всё это, ох, как не нравится..."       Напряжение всё возрастало. Никто не двигался с места, а клоун всё продолжал задорно играть свою песенку, потихоньку искажая её, видимо, из-за быстро садящихся батареек. Время тянулось удивительно медленно, и в какой-то момент издаваемые игрушкой звуки уже мало чем походили на детскую мелодию, только подливая масло в огонь. И стоило только кукле замолчать... —Д₳฿ⱧØ ⱧɆ ฿₦дɆл₦₵ь.       Этот грёбанный голос. Лучше бы Фриск вообще его больше никогда не слышала.       Словно по команде, отовсюду повыскакивали жёлтые гуманоиды. Они оперативно перекрыли все входы и выходы из помещения, фактически заключив наших героев в ловушку. Теперь-то было ясно, что то ощущение слежки было далеко не простой паранойей...

Всё это время им готовили засаду.

      "Да сколько же их тут...?"—Паника рысью подбиралась к златоглазке, так как от обилия существ с нарисованными кровью лицами у неё уже рябило в глазах—"Куда больше, чем в прошлую нашу встречу..."       В реальность шатенку вернули медленные, нарочито размашистые аплодисменты главного зачинщика всего этого цирка. —ØӾ-ØӾ, пØчɆмɎ Ɏ ฿₳₵ ₮₳₭₦Ɇ ₭₦₵лыɆ л₦ц₳?—Издевательски протянул Санс, подходя ближе—ɎлыбⱧ₦₮Ɇ₵ь, Ɽ п₱₦шёл ₮Øль₭Ø пØгØ฿Ø₱₦₮ь!~       У девушки едва не остановилось сердце, когда их с тусовщиком взгляды невольно пересеклись. Эти пронизывающие насквозь два горящих белым светом огня, что испепеляют самые потаённые уголки души адским пламенем. И, пожалуй, единственным, что смогло спасти девушку от зрительного контакта с этим чудовищем–это тот факт, что Чара намеренно сделал шаг вперёд, закрыв напарницу своим плечом от глаз Санса. —Языком насекомых, увы, не владею,—Процедил пустоглазый, перехватив поудобнее ручку своего холодного оружия—Но могу послать тебя нахер на французском. Устроит? —₳Ӿ, Ч₳₱₳-Ч₳₱₳, гØды ₦дɎ₮, ₳ ₮ы ฿₵ё ⱧɆ мɆⱧⱤɆшь₵Ɽ...—Сладко пробормотал тусовщик—₳ ฿Ɇдь Ɏ мɆⱧⱤ Ɇ₵₮ь ₵пɆц₦₳льⱧØɆ п₱ɆдлØжɆⱧ₦Ɇ, Ø₮ ₭Ø₮Ø₱ØгØ п₱Ø₵₮Ø ⱧɆ฿Ø3мØжⱧØ Ø₮₭₳3₳₮ь₵Ɽ! —Va au diable. —... Ɽ п₱ØдØлжɎ.—Холодно ответил Санс, после чего сменил тон на более дружелюбный, но довольно притворный—ⱧɆɎжɆл₦ ₮ɆбɆ ₮₳₭ Ⱨ₱₳฿₦₮₵Ɽ дɆⱧь Ø₮Ø дⱧⱤ бØ₱Ø₮ь₵Ɽ 3₳ ₵฿Øё ж₳л₭ØɆ ₵ɎщɆ₵₮฿Ø฿₳Ⱨ₦Ɇ? ⱧɎ жɆ, п₱₦₵ØɆд₦ⱧⱤй₵Ɽ ₭ Ⱨ₳м–₦ ₮ы ₵₮₳ⱧɆшь ₵₳мым ₵ч₳₵₮л₦฿ым ฿ 3₳₭Ɏл₦₵ьɆ! Ч₮Ø ₵₭₳жɆшь?~ —Благодарю, но я, пожалуй, откажусь.—Фыркнул Чара с высокомерием, тем самым прямо обозначая свою позицию в столь бессмысленном, по его мнению, разговоре—Как-то не хочется менять свою обворожительную привлекательность на внешность ходячего трупа. Мне повторить, чтобы до твоей пустой черепушки дошло?       Гнетущая пауза. —... ₵п₳₵₦бØ, ⱧɆ Ⱨ₳дØ.—Ведущий вечеринок развёл руками с показной печалью—₴Ӿ, ⱧɎ ч₮Ø ж, ฿ы ฿₵Ɇ ฿₦дɆл₦, ч₮Ø Ɽ пы₮₳л₵Ɽ ₱Ɇш₦₮ь ฿₵ё м₦₱Øм. ₵Ӿ฿₳₮₦₮ь ₦Ӿ.       Тем не менее, на этом он не закончил, увы и ах. От последующих слов гнилого ублюдка у Фриск подкосились колени. —... ₦ д₳, пØ₵₮₳₱₳й₮Ɇ₵ь л₦шⱧ₦й ₱₳3 ⱧɆ ₭ØлɆч₦₮ь дɆ฿чØⱧ₭Ɏ. Ɏ мɆⱧⱤ Ⱨ₳ ⱧɆё ₵฿Ø₦ пл₳Ⱨы.       То, что началось далее, нельзя было представить даже в самых изощрённых кошмарных снах. Со всех сторон доносились крики смеющихся созданий, что только и жаждали доставить противникам как можно больше боли и страданий, ибо по их извращёным понятиям эти бесчинства считаются "весельем". Конечно, герои отбивались, как могли, однако численное превосходство явно было не на их стороне. Пока удавалось вывести из строя одних–с тыла нападали другие. В конечном итоге, первой скрутили именно Фриск, больно заломав ей руки за спину, едва не поломав суставы по неаккуратности, однако сущностям было абсолютно всё равно на то, что на запястьях девушки теперь распустившимися цветами красовались огромные синяки.       Тем временем Чара нацелился прямиком на Санса, что вполне спокойно смотрел на то, как русоволосый стремительно приближался к нему. И в самый последний момент тусовщик вдруг засунул руку себе под ребро и резко выдернул из своего чрева старый ржавый лом. Потасовка завязалась страшная: оба противника буквально пытались изрезать друг друга на куски. Хуже всего было то, что пустоглазому приходилось помимо как от самого тусовщика, отбиваться ещё и от его приспешников. И никто не заметил, как в определённый момент Санс вдруг достал откуда-то горстку какого-то странного бесцветного порошка и, выждав удобный момент, кинул сущности прямо в лицо. Русоволосый, так и не до конца понимая, что вообще сейчас произошло, вдруг выронил тесак из рук и... Упал на пол. —Блять, какого... Кха..!—Парень залился в невероятно сильном приступе кашля. Кое-как переборов себя, он вдруг замер —Стоп... Горький миндаль...? Ублюдок, это же... Кха...! —฿₵ё ฿Ɇ₱ⱧØ, Ч₳₱₳, ₴₮Ø–ц₦₳Ⱨ₦д.—Хихикнул Санс и опустился рядом со старым знакомым на корточки—₳ ₮ы, ₭₳₭ Ɽ пØглⱤжɎ, ₳ж ДЫӾ₳Ⱨ₦Ɇ 3₳₮₳₦Л. Ч₮Ø, Д₳₱ ₱ɆЧ₦ пØ₮Ɇ₱Ɽл Ø₮ мØɆгØ ฿Ɇл₦₭ØлɆп₦Ɽ, д₳?~       Ответить ничего сущность не смогла, так как новый приступ кашля заставил её свернуться на полу калачиком, дёргаясь в мучительных судорогах.       "Цианид ....?"—Даже такой далёкий от химии человек, как Фриск, прекрасно знал о том, чем чревато действие этого смертельно опасного вещества на организм—"Нет-нет-нет, пожалуйста, нет! Это же неправда, да?!"       Это могла бы быть просто очередная злая шутка, однако, глядя на то, как парень сейчас бьётся в агонии, непохоже, что ведущий вечеринок соврал. —ØӾ, ₳ Ɽ ฿Ɇдь п₱ɆдɎп₱Ɇжд₳л, ч₮Ø мы мØгл₦ ₱Ɇш₦₮ь ฿₵ё м₦₱ⱧØ,—Насмешливо продолжал Санс—฿ любØм ₵лɎч₳Ɇ, чɆ₱Ɇ3 ⱧɆ₵₭Øль₭Ø ₵Ɇ₭ɎⱧд ₮ы пØ₮Ɇ₱ⱤɆшь ₵Ø3Ⱨ₳Ⱨ₦Ɇ, ₳ ฿₵ɆгØ чɆ₱Ɇ3 п₳₱Ɏ м₦ⱧɎ₮–Ø₭ØⱧч₳₮ɆльⱧØ Ɏм₱ёшь. ⱧØ ⱧɆ ฿ØлⱧɎй₵Ɽ, 3₳ ₴₮₦ п₳₱Ɏ м₦ⱧɎ₮ мы Ɏ₵пɆɆм п₱Ø฿Ɇ₵₮₦ ₮ɆбɆ Øб₱Ɽд пɆ₱Ɇ₱ØждɆⱧ₦Ɽ, ӾɆ~ӾɆ.       В подтверждение этих слов русоволосый мелко-мелко затрясся, после чего... Отключился, обмякнув на полу неподвижным трупом.       "Чара..."—Сердце девушки пропустило удар и, кажется, выпало из грудной клетки куда-то в район желудка. —Ø₮л₦чⱧØ, п₳₭Ɏй₮Ɇ ɆгØ.—Довольно хмыкнул тусовщик, поднимаясь и отряхивая ладони в перчатках, на которых осталось ещё немного мелких кристалликов цианида—₦ ₦д₦₮Ɇ бɆ3 мɆⱧⱤ, Ɏ мɆⱧⱤ Ɇщё Ɇ₵₮ь ⱧɆ3₳₭ØⱧчɆⱧⱧыɆ дɆл₳.       Будто псы по хозяйской указке, несколько гуманоидов подняли бездыханное (...?) тело Чары, дабы понести куда-то, но большего Фриск, к сожалению, увидеть не смогла.       Держащие её сущности со всей силы кинули девушку на пол, будто та была обычным куском мяса, после чего отправились вслед за товарищами, в одночасье позабыв об её существовании. Шатенка зашипела от боли, когда её голова едва не разбилась о твёрдый пол, устеленный колючим ковролином.       Пусть взгляд и помутнел не пойми отчего, одно героиня могла видеть предельно ясно–медленно приближающийся силуэт Санса.       Идеи и думы лихорадочно метались от одного варианта развития событий к другому, в то время как он всё приближался, тихо хихикая и с каждым мгновением больше и больше оттесняя златоглазку к стене.

Мыслить нужно было быстро.

      "Думай, ну же, думай..."—И тут в разгорячённую голову вдруг стрелой влетел план—"Так, это банально и рискованно, но это может сработать.       Скрыть дрожь в голосе оказалось тяжело, однако героиня всеми силами старалась сохранять спокойствие. —Что ты собираешься со мной сделать...?—Девушка надеялась тянуть время до тех пор, пока не придумает что-нибудь получше. —ØӾ, ⱧɆ бØй₵Ɽ, ₭Ɏ₭Øл₭₳, пØ ₭₱₳йⱧɆй мɆ₱Ɇ, Ɽ ⱧɆ бɎдɎ Ø₮₱₳฿лⱤ₮ь ₮ɆбⱤ ц₦₳Ⱨ₦дØм,—Сладко проговорил Санс—Ɇ₵₮ь Ɇщё ØчɆⱧь мⱧØгØ ₦г₱, ₮₳₭ ч₮Ø 3₳чɆм жɆ Ⱨ₳м пØ฿₮Ø₱Ɽ₮ь₵Ɽ?~       Фриск передёрнуло. Зря этот ублюдок упомянул цианид, очень зря...       "Он тебя провоцирует, успокойся, Фриск, успокойся..."—Пришлось прикусить щёку до крови, чтобы хоть как-то взять себя в руки—"Но всё равно... Ненавижу... Ненавижу!" —₭Ɏ~Ɏ₭Øл₭₳, ₮ы жɆ 3Ⱨ₳Ɇшь, ч₮Ø Ɽ ⱧɆ лю₲лю, ₭Øгд₳ ₮ы ⱧɆ Ø3฿Ɏч₦฿₳Ɇшь ₵฿Ø₦ мы₵л₦...~—С театральной обидкой в голосе пробормотал тусовщик—฿ ₮₳₭₦Ɇ мØмɆⱧ₮ы ₵Ø3д₳ё₮₵Ɽ ØщɎщɆⱧ₦Ɇ, бɎд₮Ø бы ₮ы пы₮₳Ɇшь₵Ɽ ₦Ӿ Ø₮ мɆⱧⱤ ₵₭₱ыть, ӾɆ-ӾɆ.       "Мысли потому и мысли, пустоголовый ты идиот!"—Внешнее спокойствие давалось уж очень трудно—"Пытаешься забрать всё, что мне дорого? Ну попробуй, гнилой ты подонок!" —А можно конкретнее, пожалуйста, как меня будут пытать...?—Фриск сглотнула, когда возвышающаяся сверху фигура перекрыла свет от потолочной лампы.       Ведущий вечеринок только хмыкнул и опустился на корточки перед девицей. Сквозь маленькие прорези в маске на неё смотрели неестественные, горящие жутким могильным холодом глаза, пробирающие до самого мозга костей.       Ладонь в изящной белой перчатке вдруг обхватила подбородок шатенки, заставив ту непроизвольно вздрогнуть. —ⱧɎ, ₵Ⱨ₳ч₳л₳ Ɽ ₮ɆбⱤ ₦3Ⱨ₳₵₦лɎю.—Прошептал Санс не то с толикой флирта, не то угрожающе—₳ пØ₮Øм бɎдɎ мɆдлɆⱧⱧØ лØм₳₮ь ₮฿Ø₦ м₦лыɆ ₭Ø₵₮Øч₭₦. ØдⱧɎ 3₳ д₱ɎгØй. ₦ ₮₳₭ дØ ₮ɆӾ пØ₱, пØ₭₳ ₮ы ⱧɆ п₱Ɇ฿₱₳₮₦шь₵Ɽ ฿ Ⱨ₳₵₮ØⱤщɎю ₭Ɏ₭Øл₭Ɏ, ч₮Ø д₳жɆ п₳льч₦₭Øм пØшɆ฿Ɇл₦₮ь ⱧɆ ₵мØжɆ₮ бɆ3 пØ₵₮Ø₱ØⱧⱧɆй пØмØщ₦. ДØ₵₮₳₮ØчⱧØ ₭ØⱧ₭₱Ɇ₮ⱧØ, ₵л₳д₭₳Ɽ?~ —Ага, вполне, спасибо.—Пискнула Фриск, понимая, что шансов на выживание с каждым стуком сердца становится всё меньше и меньше...       Она попыталась было перевести взор куда-то в сторону, лишь бы только больше не видеть это уродливое лицо, вселяющее в неё лишь ненависть и страх, ещё и скрывающееся за ею собственноручно изорванной маской, однако чужие пальцы сильнее стиснули подбородок. —฿ гл₳3₳ мⱧɆ ₵мØ₮₱₦.       Сердце колотится так быстро и яростно, что велик риск его внезапной остановки. Страх сковал ледяными цепями, пригвоздив к стене намертво. И только решимость маленьким огоньком продолжала гореть внутри, пока пугающий взгляд, смотрящий прямо в душу, пытался его затушить.

Должен же быть какой-то выход...

      И тут Фриск украдкой заметила, что розовый галстук-бабочка сущности буквально обвязан вокруг голых шейных позвонков, что выглядели весьма хрупко. В голове вдруг сверхновой звездой зародился план, который вполне мог сработать.

Ну, поехали.

—Я...—Она томно взглянула на мучителя, проронив тихое и робкое—Если я не буду сопротивляться, ты обещаешь быть нежным в мой первый раз...?       Изрядно опешив от такой покорности, над ничего не заподозревшим Сансом обрело власть его горделивое эго. —ⱧɆ ØбɆщ₳ю, ⱧØ Ɇ₵л₦ ₮ы бɎдɆшь ӾØ₱ØшɆй дɆ฿Øч₭Øй, ₮Ø Ɽ пØдɎм₳ю...~—Лицо в жёлтой маске, приближаясь, обдало героиню гнилостным дыханием.       " "Хорошей девочкой" меня называл только Чара."—Девушка едва сдержалась от рвотных позывов, когда она обняла ведущего вечеринок за шею—"По крайней мере, не так давно он назвал меня так первый раз. И последний."       Сердце вновь защемило, однако златоглазка отозвала прочь наворачивающиеся на глаза слёзы. Скорбить она будет потом, а сейчас нужно завершить начатое, пока рыба ещё клюёт на приманку.

Она твёрдо намеревалась исполнить задуманное.

—Почему твои глаза...—Сущность вдруг растерялась—... Резко потускнели?       И в этот самый момент девушка со всей силы дёрнула череп тусовщика в сторону.

Раздался громкий щелчок.

      С глухим стуком упав на грязный ворс, оторванная голова неспеша докатилась до стены, где и окончательно остановилась.       Шатенка тут же откинула от себя резко потяжелевшее тело Санса и перевела сбивчивое дыхание.

Она сделала это. Теперь всё кончено.

      В ушах невыносимо зазвенело, а висок неприятно заныл, из-за чего пришлось некоторое время посидеть на месте, чтобы более-менее придти в себя. Перед глазами плыл туман, однако, даже несмотря на это, девушка смогла разглядеть лежащий на полу в паре шагов от неё порядком испачканный в свежей крови тесак.       Она молча поднялась, отряхнулась, после чего взяла с пола грозное оружие: потрёпанное жестокой судьбой, в некоторых местах покрытое царапинами, оно всё ещё поражало своей остротой. И в очередной раз взгляд застилает пелена, только вот уже слёзная.        "Я не думала, что мы расстанемся так внезапно..."       Прижав к груди окровавленный тесак, Фриск обессиленно осела на пол, понуро опустив голову. У неё уже больше просто не оставалось сил. —Пожалуйста, прости меня. Прости, пожалуйста, прости меня...—Только и шептала она одними губами.       Здравый смысл на корке сознания тихо вопрошал: "почему ты просишь прощения?", но героиня его не слушала. В сердце ещё теплилась надежда на то, что сущность жива, но от недавних воспоминаний о том, как же болезненно корчился на полу пустоглазый, на душе становилось невыносимо тоскливо. Нет, нельзя терять веру. Чара жив, он наверняка жив!... Фриск попросту отказывалась верить в обратное. Она не могла принять смерть того, кто за столь короткое время пребывания в Закулисье успел стать для неё... Другом? Родным? Близким? Или даже... Хотя, нет, это уже неважно. Уже ничего не важно...

Разум постепенно одолевал плотный туман, а у самой шатенки всё труднее получалось трезво мыслить или даже двигаться. Подобное уже происходило на "полторашке", но...

      В ушах звенело, в прожилки мозга впивались шумы, отдалённо напоминающие чьи-то до боли знакомые голоса. Девушка резко дёрнулась и взглянула на оторванную голову Санса, одиноко лежащую на грязном полу. Всё из-за него.       В пугающем трансе героиня поднимается на ноги, осторожно кладёт тесак на ковролин, после чего подходит к голове и берёт её в руки, держа на довольно приличном расстоянии от себя, ибо даже касаться холодной плоти, обёрнутой в мешкоподобную маску, было просто омерзительно.       Фриск смотрит в эти прорези для глаз, в коих видна лишь чернота, а не привычные белые огоньки. Выпирающая голая челюсть, с которой даже свисают маленькие кусочки мяса. Часть шейных позвонков и виднеющаяся у основания черепа почти незаметная верёвка, которую закрепили, по-видимому, для того, чтобы маска лучше держалась.

Все проблемы из-за него. Это он во всём виноват.

—Я ненавижу тебя.—Холодно проговорила Фриск, а после... Не выдержав, перешла на истерические вскрики, так ей несвойственные—Ненавижу, ненавижу, ненавижу, я ненавижу тебя!       Этот полный отчаяния голос разорвал могильную тишину ныне пустого помещения, где не было никого и ничего, кроме нашей героини, тела, головы и одиноко лежащего на полу окровавленного тесака. —Ненавижу, ненавижу...—Всё тщетно повторяла шатенка дрожащим голосом, словно бы оторванная голова могла ей что-то ответить. —Д₳ блⱤ₮ь, пØⱧⱤл Ɽ, пØⱧⱤл, ⱧɆ глɎӾØй.—Вдруг раздался до боли знакомый раздражённый баритон, от которого сердце издало болезненный стук.

.... И что это сейчас было...?

      Фриск удивлённо подняла взор, шокировано уставившись на голову в её руках. Ей же не могло просто показаться, правильно? —Ч₮Ø, ₭Ɏ₭Øл₭₳, ฿пɆ₱฿ыɆ ฿ ж₦3Ⱨ₦ ฿₦д₦шь гØ฿Ø₱ⱤщɎю гØлØ฿Ɏ?—Лязгнула челюсть мертвеца—ⱧɎ, Ɽ 3₳б₱₳л ӾØ₮ь Øд₦Ⱨ ₮฿Øй пɆ₱฿ый ₱₳3–₦ Ⱨ₳ ₴₮Øм ₵п₳₵₦бØ. —... Какого лешего?—Хлопнув пару раз ресницами, девушка окончательно убедилась в том, что у неё не галлюцинации. Возможно. Чары же здесь нет, чтобы проверить. —₭Ɏ₭Øл₭₳, д₳฿₳й п₱ØⱤ₵Ⱨ₦м ØдⱧɎ дɆ₮₳ль,—Вздохнул Санс—Ɽ бɆ₵₵мɆ₱₮Ⱨый, Ɽ₵ⱧØ? ₳ ₮ɆпɆ₱ь, бɎдь дØб₱₳, п₱₦дɆл₳й мØю гØлØ฿Ɏ Øб₱₳₮ⱧØ ₭ ₮ɆлɎ–₦ Ɽ Ø₭ØⱧЧ₳₮ɆльⱧØ ₵ ₮ØбØй пØ₭ØⱧЧɎ.       Не обращая внимания на эти угрозы, Фриск оглянулась на тело живого трупа. То продолжало оставаться бездыханным–cобственно, каким и должно быть.       "То есть, если его голова находится отдельно от тела, тогда он полностью выведен из строя,"—Ещё одна тайна оказалась раскрыта—"Так вот, значит, какая у него слабость..." —БлⱤ₮ь, ⱧɎ ₮ы ₦ жɎ₮₭₳Ɽ. —Уж знаешь, кто бы говорил.—Фыркнула девушка, кладя обратно на пол говорящую голову, после чего подняла брошенный тесак и села где-то в паре метров от Санса–так, для подстраховки, чтоб не укатился никуда. —ⱧɆ Ɏ мɆⱧⱤ ₮Ɏ₮ пɎ₵₮ыɆ жёл₮ыɆ гл₳3₳ бɆ3 бл₦₭Ø฿.—Бросил в ответ ведущий вечеринок—₵Ɇ₱ьё3ⱧØ, ₮ы ฿ØØбщɆ ж₦฿Øй чɆлØ฿Ɇ₭?       Рукавом протерев лезвие тесака, Фриск без особого интереса взглянула на своё отражение, пусть то и было довольно мутным. Как бы то ни было, мертвец действительно оказался прав: некогда золотистые глаза утратили свой блеск, приобретя блеклый жёлтый цвет. Выглядит и правда жутковато... Если принимать всё за чистую монету. На металле отражение всегда выглядит несколько иначе, да и к тому же–зачем прислушиваться к бредням этого трупа? —ДØлгØ Ɇщё бɎдɆшь ₮₳м ₵₦дɆ₮ь?—Раздражённо цокнул Санс—₴й, ₮ы мɆⱧⱤ ฿ØØбщɆ ₵лыш₦шь? ₳Ɏ-Ɏ-Ɏ.       Ответом ему послужила тишина. Девушка лишь уткнулась лицом в свои колени, сильнее прижав к груди тесак. Непроизвольно она шмыгнула носом. —₮ы ₮₳м ₱Ɇ฿ёшь ч₮Ø л₦?—От внимания сущности это не укрылось—Øй, д₳ Ɽ ₮ɆбⱤ ɎмØлⱤю, ч₮Ø ฿ ₴₮Øм ₮₳₭ØгØ ₵₮₱₳шⱧØгØ: ⱧɎ пØдɎм₳Ɇшь, ฿ ₭Ø₵₮юм ɆгØ 3₳₵ɎⱧɎ₮, ⱧɎ пØдɎм₳Ɇшь, ₵ ₭₳₮ɎшɆ₭ ₵ъɆдɆ₮–₭₳₭ бɎд₮Ø ØⱧ дØ ₴₮ØгØ был ₳дɆ₭฿₳₮Ⱨый.

Вообще, он прав, однако за такие мысли шатенка несильно ударила себя по щеке.

—П₦3дɆц, ₮Ɽжёлый ₵лɎч₳й.       Вновь воцарившаяся тишина была напряжённой и очень горькой. Но недолгой. —... ₮Ɏ₭-₮Ɏ₭.—Не получив ответа, Санс снова настойчиво повторил—₮Ɏ₭-₮Ɏ₭.       И снова никакой реакции. —₮Ɏ₭-₮Ɏ₭, блⱤ₮ь, Ø₮₭₱ы฿₳й бы₵₮₱ɆɆ, ₮Ɇбе ₵Ɇйч₳₵ д฿Ɇ₱ь ฿ыбью₮,—Он на секунду сорвался на гневный окрик, но потом быстро успокоился, продолжив свою шарманку—₮Ɏ₭-₮Ɏ₭. —Кто там...?—Устало пробурчала Фриск сугубо для того, чтобы он уже поскорее от неё отстал. —Ц₦₳Ⱨ. —Какой ещё циан...? —Ц₦₳Ⱨ-ц₦₳Ⱨ, ฿ гØ₵₮₦ п₱₦шёл.—Довольно гаркнул мертвец—ØⱧ пØ3฿₳л ₵ ₵ØбØй д฿ɎӾ д₱Ɏ3Ɇй: ₦₵₮ØгØ ₦ ₭₳л₦Ɽ, ПӾɆ-ӾɆ-ӾɆ.       Героиню в который раз передёрнуло. —Не смешно.—Холодно процедила она, после чего с силой кинула в голову сущности свой рюкзак. —₳й. ₳ ₮ы бØй₭₳Ɽ,—Ничуть не обиделся тусовщик—฿Ø3мØжⱧØ, Ɇ₵л₦ ₮ы ₵Ɇйч₳₵ ฿Ɇ₱Ⱨёшь мØю гØлØ฿Ɏ Ⱨ₳ мɆ₵₮Ø, Ɽ ₮ɆбⱤ пØщ₳жɎ, ₮₳₭ ₭₳₭ мɆⱧⱤ ₴₮Ø д₳жɆ 3₳฿Øд₦₮...~       Но на этот раз Фриск кинула в него уже пластиковый стул.

***

Лёгкие горели адским пламенем, а в голове всё болезненно пульсировало. Бурлящая в венах смольная жидкость кипела и разъедала сосуды куда мучительнее обычного. Похвально то, что от выданной тем мертвецом дозы цианида нормальный человек умер бы на месте, прожив от силы минуты три, не больше, в то время как парень относительно стойко переносил столь жуткую пытку.

Дышать невероятно трудно. Органы стягивает смола. Она всё густеет, заполняет их полностью, однако возможности откашляться попросту нет. Даже в бессознательном состоянии паника накатывает не хуже цунами. Но вдруг...

—ДØб₱ØɆ Ɏ₮₱Ø. ӾØ₱ØшØ ₵п₳лØ₵ь?       Парень с трудом открывает глаза и обнаруживает себя в каком-то странном помещении, где темно так, что хоть глаз выколи, да ещё и сидящим на коленях перед огромной грудой уродливой плоти. При чём, очень знакомой уродливой плоти.

“Блять. Ну вот почему такая херня если и случается–то именно со мной?”

—Потрясающе, сука, никогда ещё так классно не отдыхал.—Рявкнул Чара, попытавшись встать, однако вырваться было весьма проблематично из-за удерживающих его тусовщиков.

Дышать всё ещё тяжело. Нужно прокашляться как можно скорее, а иначе...

—Ч₮Ø жɆ, ₱₳д 3₳ ₮ɆбⱤ.—Проговорило "нечто", когда откуда-то из темноты на свету тусклой лампы оказалась не менее отвратительная длинная и толстая конечность, чем-то напоминающая щупальце—₮ы жɆ пØмⱧ₦шь, ч₮Ø Ɽ ₵Ɇйч₳₵ бɎдɎ дɆл₳₮ь?

“Лучше бы, блять, забыл.”

—... Ок'ей, а можно мне тогда сразу живот вспороть и уже так провести это... Ну как его там... "Перерождение"? "Становление"?—Хрипло спросила сущность, ещё не до конца отойдя после потери сознания—А то я, просто, так-то умру от отравления меньше, чем через пару минут, так что можно провести всю эту процедуру побыстрее?       До чего же нахально это прозвучало. —... МØжⱧØ.—Согласилась "живая плоть" и обратилась уже к удерживающим его жёлтым гуманоидам—₵лыш₳л₦, бɆ₵₮ØлØч₦? ฿₵пØ₱₦₮Ɇ ɆмɎ ж₦฿Ø₮.       Второй раз просить не пришлось–у кого-то из них, словно по волшебству, по мановению руки материализовались какие-то огромные старые ржавые ножницы. —Значит так, безмозглая мошкара,—Прошипел Чара, прежде чем смеющиеся создания успели к нему притронуться—Только попробуйте "случайно" порвать свитер или рубашку–и я "случайно" порву вас, прежде чем пискнуть успеете. Это ясно?       Тусовщики озадаченно переглянулись, пожали плечами и, немного задрав одежду сущности, со всей силы резанули ножницами ей по животу. Парень даже не шелохнулся: боль от глубокой раны была просто ничтожна по сравнению с болью от перекрывающего дыхание цианида.

Но даже так голова была забита отнюдь иными мыслями. То и дело болезненно сжималось и разжималось сердце, выдавая рвущееся изнутри беспокойство.

“Всё ли с овечкой в порядке, пока меня нет...? Нелегко это признавать, но я волнуюсь. Да что там, я очень, блять, волнуюсь! Сука, если эта тварь ползучая хоть что-нибудь с ней сделает... Гх, да давайте быстрее уже заканчивать ваши детские игры.”

И тебя в такой ситуации беспокоит лишь это? Удивительно...

—ПØ₱₳ Ⱨ₳ч₦Ⱨ₳₮ь.—Заключила груда мяса, уже готовясь вонзить конечность с кислотно-желтоватым ядом прямо в свою "жертву", дабы та стала такой же бесхребетной марионеткой, как и Санс.

“Отлично. Ох, я в предвкушении весёлого зрелища.~”

      Щупальце, словно прыгнувшая на кролика змея, с рывком глубоко впилось в живот сущности, однако... —... Три, два, один.       ..."Нечто" вдруг оглушительно, истошно и душераздирающе завопило, перепугав всех тусовщиков до полусмерти. Конечность, будто бы ошпаренная кипятком, мгновенно отпрянула в сторону, и только в этот самый момент можно было увидеть, что она, заляпанная вязкой смолянистой жидкостью, почти полностью покрылась огромными тёмными ожогами, а в некоторых местах не без того уродливое мясо было разъедено настолько, что можно было даже разглядеть маленькие сосуды, артерии и канальчики.       Подручные гуманоиды, растерявшись, кинулись к пострадавшему созданию, полностью позабыв о пленнике, чем, собственно, тот и воспользовался. —Пха~ха~хах, какие же вы всё-таки идиоты, кхе-кхе...!—Прокашлившись, Чара осторожно встал и отряхнулся, презрительно поглядывая на мерзкую плоть с садистской усмешкой на лице—Неужто правда думали, что такая херня меня возьмёт? Пф, в жизни ничего тупее не слышал. Так, для справочки: цианид, конечно, штука сильная, но не настолько, чтобы убить меня. Хотя да, признаю, было близко. —Д₳ ч₮Ø ₮ы ฿ØØбщɆ ₮₳₭ØɆ...?!—Сорвался на крик обладатель чарующего голоса. —Ах, как грубо.—Фыркнул парень, развернулся и направился прочь—Я бы с радостью истребил всю вашу популяцию, но не в этот раз, ибо мне ещё нужно забрать мою милую овечку из мерзких лапок вашего таракана.       Но, напоследок обернувшись, Чара вдруг миловидно улыбнулся. —... И если я узнаю, что хоть один волосок упал с её милой головушки–вам и всему вашему уровню придёт жестокий, мучительный и очень весёлый конец. Но только с одной маленькой поправочкой: весело будет только мне.

***

      Тишину прорезали чьи-то негромкие, но довольно быстрые шаги, однако Фриск даже головы не подняла. Ей уже было совершено всё равно на каких-то там сущностей, просто дайте ей побыть одной в тишине и спокойствии... —Ну и погром, конечно. Тц, не завидую тем бедолагам, которым придётся здесь убираться...—Этот голос хрипел намного сильнее, чем обычно—Ой, овечка, а ты чего такая печальная? Неужто умер кто-то? —Привет, галлюцинация Чары.—Без всякого энтузиазма проговорила Фриск, пялясь куда-то в пустоту—Я думала, что ты придёшь раньше. —Уж извини, пришлось немного задержаться,—Хмыкнул парень, складывая руки на груди—Эх, а я-то думал, что по возвращении меня встретят слезами радости. Обидно, знаешь л... Кхе-кхе...! Да что ж это такое-то...       Девушка горько усмехнулась и слабо покачала головой. Надо же, эта галлюцинация ведёт себя точно так же, как повёл бы себя настоящий Чара. От этого на душе стало ещё более тоскливо, грустно, холодно и одиноко.       Грустные мысли развеял в одночасье тот факт, что кто-то вдруг потрепал её по макушке.       Шатенка вздрогнула и подняла голову, тут же встретившись с изучающим взглядом пустых глаз напротив. Парень опустился перед ней на корточки, подперев щёку ладонью, невинно к тому же хлопая ресницами.

“Снова глаза потускнели.”

      Фриск показалось, что у неё остановилось сердце. Который раз за час уже. —Подожди, это правда ты..?—Она ещё раз неверяще оглядела "галлюцинацию". —Ну не кожекрад же,—Усмехнулся русоволосый—Меня не было всего пять минут, а ты уже успела немножко тронуться умом. Тц-тц-тц, ты такая несамостоятельна...—       Но до того, как он успел закончить свою мысль, девушка внезапно кинулась ему на шею, повалив на пол и принявшись безудержно рыдать. —...А?—Чара был немножечко шокирован такой резкой сменой эмоций—Овечка, ты меня пугаешь иногда, вот честное слово. —Ты сам сказал, что ожидал слёзы радости, так что не жалуйся,—Всхлипнула шатенка, уткнувшись тому в грудь—Ча-ара, ты живо-о-ой...! —Боже, до чего же с тобой трудно...—Вздохнул парень, аккуратно погладив златоглазку по волосам одной рукой, в то время как второй аккуратно приобнял её за талию. Его движения были столь осторожными, словно собеседница была хрустальной вазочкой, которую могло разбить любое неаккуратное движение—Живой я, живой... Тц...! Но, хе~хе, если ты продолжишь давить мне локтём на живот, то ситуация может вдруг резко поменяться.^^       По коже прошёлся волнующий озноб, а лёгкие объятия сущности, чья кожа была холоднее свежевыпавшего снега суровой зимой, поразительно согревали, разливая в сердце чувство столь приятное и трогательное, что обжигающие слёзы потекли сами собой с новой силой. —Прости-и-и...—Тут же захныкала героиня, сильнее прижавшись к напарнику, словно тот в любое мгновение мог попросту испариться—Я... Я думала, что ты... Что ты... Уа. —Не дождёшься, я не собираюсь так просто коньки отбрасывать, говорил же, хе-хе...~       Русоволосый замялся на пару мгновений, после чего спешно уткнулся в изгиб у основания шеи девушки, щекоча кожу той равномерным дыханием. —... Заставила же ты меня поволноваться. Я... Я тоже очень рад, что с тобой всё в порядке, дурочка.—Прошептал парень совсем тихо, дабы эти слова услышал только лишь один единственный человек во всём мире. —Сам дурак.—Но, вразрез со своими словами, шатенка искренне улыбнулась так лучезарно и счастливо, что любой, едва взглянувший на эту эмоцию, засиявшую на её лице маленькой звёздочкой–тут же потерял бы дар речи, посчитав увиденное не то благословением, не то восьмым чудом света. —П₦3дɆц, мɆⱧⱤ ₵Ɇйч₳₵ ₵₮ØшⱧ₦₮.—Неожиданно подала голос лежавшая где-то в сторонке голова тусовщика, всё это время наблюдавшая за сценой трогательного воссоединения—฿₳ш₦ ₵л₳щ₳฿ыɆ ₮ɆлⱤчь₦ ⱧɆжⱧØ₵₮₦ ₦ "мɎ₵₦-пɎ₵₦" мⱧɆ ɎжɆ ₭₳₭ ₭Ø₵₮Ь ฿ гØ₱лɆ, ฿Ø₮ ₱Ɇ₳льⱧØ.       Чара резко принял сидячее положение. —Я извиняюсь, а это что?—Спросил он девушку, переводя недоумённый взгляд с неё на не-совсем-целого-старого-знакомого. —А, это...—Фриск решила умолчать о том, что Санс пытался с ней сделать, ибо что-то ей подсказывало, что не стоит лишний раз говорить Чаре о чём-то подобном—Если вкратце, я оторвала ему голову. —Ну, это-то я вижу,—Хмыкнул парень, после чего вдруг замер на пару секунд—Я надеюсь, он не обижал мою маленькую невинную овечку? —Ⱨ₦ӾɎⱤ ₵ɆбɆ ⱧɆ฿₦ⱧⱧɎю.—Ведущий вечеринок скрипнул челюстью, когда перед его глазами пронеслись воспоминания того, как эта самая "невинная овечка" буквально три минуты назад кидалась в него всем, что под руку попадётся—Ɇд₦Ⱨ₵₮฿ɆⱧⱧый, ₭ØгØ ₮Ɏ₮ Øб₦ж₳л₦–₴₮Ø Ɽ. —Варежку прикрой, я не разрешал тебе разговаривать.—Холодно прошипел Чара, после чего с миловидной улыбкой обратился уже к девушке, смахнув с уголка глаза невидимую слезинку—Ах, дети нынче так быстро растут. Оглянуться не успел, как моя овечка уже самостоятельно принялась великодушно дарить боль и страдания всякой челяди, я та~ак тобой горжусь!~ —Это был единичный случай, я так-то за мир во всём мире...—Девушка неловко кашлянула, после чего тут же сменила тему—К слову, ты не выглядишь удивлённым. Неужели каждый день видишь говорящие головы? —Скажем так, я не впечатлён,—Пожал плечами пустоглазый—В конце концов, не секрет, что тараканы вполне могут жить без головы.       Фриск хихикнула, когда Санс оскорблённо фыркнул, явно не считая данный каламбур чем-то остроумным. —В любом случае, давай уже выбираться из этой дыры,—Проговорил Чара, поднимаясь и вдруг протягивая шатенке руку, которую она с благодарностью приняла.       Надо же, каков джентльмен. Раньше он никогда не выражал подобных столь вежливых жестов.       Хотела было сущность уже покинуть это злосчастное помещение вместе с напарницей, ибо более им здесь делать нечего, как вдруг ему в голову пришла одна интересная мыслишка, едва тот взглянул на недовольную голову тусовщика.

И, учитывая тот факт, что на бледном лице показалась коварная, в каком-то роде даже злодейская усмешка, мыслишка эта была совсем не доброй.

***

      По неестественно ярким помещениям разгуливала пугающая тишина. Не было слышно шорохов ковра, смеха ополоумевших созданий, тут и там рыскающих–совершенно ничего, будто в одно роковое мгновение все обитатели уровня веселья пропали без следа. Заблудившимся здесь путникам даже в какой-то момент могло бы показаться, якобы полностью опустевший Ад ныне можно теперь считать безопасным, однако это совершенно не так: просто твари затаились в темноте опасными хищниками, только и ожидая своего часа. Но не стоит бояться раньше времени, милый зритель, ибо кара в своё время настигнет каждого, кто однажды возомнил себя вершителем людских судеб.       Как, например, сейчас, в пределах бесконечных просторов простирающегося на многие километры уровня, где-то в одном ничем не примечательном помещении осуществлялось жестокое возмездие за все совершённые когда-либо грехи. —฿Ø₮ Ɽ Ⱨ₦₭₳₭ ⱧɆ пØймɎ,—С потерей туловища тусовщик растерял и всю свою любезность со лживой тактичностью—₭₳₭ мØжⱧØ бы₮ь Ⱨ₳₵₮Øль₭Ø ₭ØⱧЧɆⱧⱧЫМ₦, БЛⱤ₮Ь. Ч₮Ø ØДⱧ₳, Ч₮Ø ฿₮Ø₱ØЙ...— —Овечка, посмотри, у тебя в рюкзачке, случаем, не завалялся маркер?—Не обращая внимания на гневные тирады Санса, бросил через плечо Чара, параллельно с тем насаживая говорящую голову на... Ржавый лом. —₵лышь, п₦дØ₱₳₵, мⱧɆ ₮₳₭-₮Ø бØльⱧØ. —Твои проблемы.—Хмыкнул парень и облегчённо выдохнул, когда шейные позвонки сущности громко хрустнули, знаменуя о том, что работа выполнена—Ух, красота: встал, как влитой!~ —Маркера я не нашла,—Подала голос копающаяся в своей аптечке Фриск—Но тут есть зубная паста. Подойдёт? —Дорогая моя, так даже лучше,—Довольно усмехнулся пустоглазый—Давай сюда, хе~хе...~       И вот, не проходит и пары минут, как на физиономии Санса появились нарисованные зубной пастой гусарские усики, закрученная бородка, монокль и фингал под глазом. Всё верно, это и есть то страшное возмездие, о котором мы говорили ранее. —МØⱤ мɆ₵₮ь бɎдɆ₮ жɆ₵₮Ø₭₳.—Но только прозвучали эти слова, как ведущий вечеринок вдруг зашипел, точно кошка, которую бросили в ледяную прорубь—₳Й, БЛⱤ₮Ь, ØⱧ₳ Ч₮Ø, ₵ МɆⱧ₮ØЛØМ?! ӾØЛØДⱧØ... —Муа~ха~ха~ха~хах!~—Подобно злому гению рассмеялся пустоглазый. Хотя, почему же подобно.       Казалось бы, что же тут такого: обычный розыгрыш, который практикуют на каждой уважающей себя вписке, однако смысл тут кроется намного более сокральный, чем может показаться на первый взгляд. Правда, этот самый сокральный смысл наши герои пока не придумали, но кого это вообще волнует, если впервые за долгое время можно как следует повеселиться? —Можно тюбик на пару секунд?—Спросила вдруг шатенка, на что получила в ладонь тюбик зубной пасты и весьма многозначительный взгляд партнёра.       Эх, Фриск, ты должна была бороться со злом, а не присоединяться к нему...       Без лишних разговоров девушка старательно принялась выводить на лбу ведущего вечеринок... Классический вариант мужского детородного органа, если вам угодно. —₭Ɏ₭Øл₭₳, 3₳ ч₮Ø ₮ы мɆⱧⱤ ₮₳₭ ⱧɆ люб₦шь?—Действительно, за что же?—ПØгØдь, ₮ы чё ₮₳м, ӾɎй ₱₦₵ɎɆшь, ч₮Ø л₦... —Да.       Где-то в сторонке Чара принялся задыхаться от смеха, то и дело перерастающего в сильный кашель. Тем не менее, кажется, чувствует он себя вполне неплохо. —Ладно-ладно, ой, уф, пха~хах...—Пробормотал он, еле-еле успокоившись—У него уже места на лице не осталось, хе~хе. —... Вообще-то, тут ещё хватит на кошачьи усы.—Серьёзно произнесла Фриск, принявшись чертить на ободранных щеках тусовщика аккуратные линии, имитируя милые кошачьи усики.       В конечном итоге, когда герои вдоволь утолили свою жажду мести, разукрашенную зубной пастой голову Санса, нанизанную на старый ржавый лом, Чара умудрился подвесить аж под самый потолок на так кстати подвернувшийся гвоздик. —Что же, дело сделано. Овечка, мы уходим,—Довольно кивнув проделанной работе, русоволосый на прощание кинул бедной говорящей голове злорадную ухмылочку, после чего обернулся и вальяжно зашагал в сторону ближайшего коридора—Au revoir, vilain cafard.~ —П₱₦ ₵лɆдɎющɆй Ⱨ₳шɆй ฿₵₮₱ɆчɆ ฿ы бɎдɆ₮Ɇ ɎмØлⱤ₮ь мɆⱧⱤ ฿₳₵ пØщ₳д₦₮ь. —Пока-пока, надеюсь, что больше никогда тебя не встречу,—Помахала Сансу рукой Фриск, после чего спешно последовала за напарником—Чара, а с каких пор ты, кстати, знаешь французский? —Делать было нечего, вот и выучил,—Пренебрежительно пожал плечами парень, следуя по изначальному пути, однако после резко остановился, озадачив собеседницу—Слушай, овечка. Иди-ка ты вперёд, я тебя догоню.       Извините, что? —А?—Не поняла девушка—Нет уж, а то мы снова потеряемся. И зачем это вообще? —Угх, если уж ты так боишься, то можешь просто подождать меня за поворотом,—Вздохнула сущность—До чего же пугливая овечка. Давай-давай, копытцами топ-топ–и вперёд.~       "Что это с ним?"—Фриск была удивлена подобному поведению, но всё же решила не допытывать Чару очередными расспросами–и так уже день(?) тяжёлый выдался—"Ладно. Если бы это было чем-то важным, то, думаю, он бы мне об этом рассказал." —... Буду ждать тебя за вон тем поворотом.—Наконец кивнула шатенка, не сумев сдержать подозрительного прищура. Всё-таки шестое чувство подсказывало, что было здесь что-то не так.       Не говоря больше ни слова, она направилась дальше по коридору и, последовав просьбе напарника, скрылась за одним из поворотов.       Вглядываясь вперёд ещё пару секунд, русоволосый облегчённо выдохнул, когда девичья фигура полностью скрылась из поля зрения. —Ну наконец-то.       После чего обессиленно опустился на колючий ворс, тяжело дыша.

Смольная лава разъедает вены. Можно почувствовать, как она прижигает рану на животе, постепенно запаивая или... Нет, "зашивая" её длинными чёрными нитями, что шевелятся и ползуют, что царапают плоть и органы изнутри своей липкой шершавой кожицей. Очередной приступ мучительного кашля сотряс грудную клетку, пытаясь тем самым очистить лёгкие от осевшей в них чернильной субстанции. Горло обжигала ядовитая смола, что с резкими спазмами причиняла всю большую боль сущности. Страх впитался в каждую клеточку тела, однако страх этот принадлежал 𝐮м. 𝐓𝐞м, кто лихорадочно ползал под кожей, кто буравил кости мощными челюстями и перекачивал кровь, заставляя работать уже давно мёртвое сердце. Организм пытался восстановиться, пытался вновь ввести "штатный режим", пытался вновь наладить работу, чтобы не повлечь за собою ещё более губительные последствия. Ох, Чара, это было действительно опасно. Ты не хочешь сказать "спасибо"?

“... Спасибо за то, что я чуть не умер из-за 𝐁𝐚ш𝐮𝐱 "переключений"?.”

"Спасибо" за то, что ты впринципе выжил. Уж извини, но единственный способ вывести цианид из твоего организма–это разъесть его чем-то более сильным.

“Ну спасибо, блять, и что теперь прикажете делать?”

Твоё тело ослабло. Просто признай, что ты больше не можешь держать над ним контроль, потому предоставь всё...—

“Аргх, снова одна и та же шарманка.”

Ты не можешь не согласиться с тем, что саморазрушение в какой-то момент достигнет своего пика. Ты прекрасно знаешь об этом. Чара, мы все просто очень беспокоимся о тебе.

“И без вашего беспокойства как-нибудь справлюсь, так 𝐮м и передай.”

Твой эгоизм всегда был твоей главной проблемой. Когда-нибудь он станет причиной твоей окончательной смерти, ещё тогда, ещё до этого он был причиной твоей смерти. И именно он виновен в том, что случилось полтора года наза...

“ЗАТКНИСЬ. Просто скройся нахер и не трогай меня, ясно?!”

... Ну что же. Время покажет, насколько долго ты ещё продержишься, прежде чем окончательно потеряешь то, чего никогда не имел.

      Сущность скрипнула зубами и раздражённо потёрла переносицу. Дыхание потихоньку стабилизировалось, да и вены жгло уже не так сильно. Похоже, что 𝐎н𝐮 всё же очень старательно пытаются перевести организм в "штатный режим".       Чара, судорожно хватаясь за стену, осторожно поднялся и сделал глубокий вдох. Пора взять себя в руки. Овечка наверняка уже заждалась.       И в это же самое время уровень будто бы приобрёл другое настроение, совсем ему несвойственное: тихое, даже с лёгким оттенком тоски и тягостей тяжёлых мыслей, ибо терзали они каждого, кто хоть шаг ступил на красный ворс ковролина. И было такое смутное ощущение, что вскоре должно произойти нечто ужасное. Пытались эту мысль донести люминесцентные лампы с тихим треском, однако никто расслышать их не сумел. Но, пока что, пред тем, как грянет гром и с оглушительным ударом молнии ознаменует начало конца, насладимся же этим крохотным затишьем перед бурей.       И только лишь где-то там, в глубине одинаковых комнаток, можно было расслышать полные желчи слова: —Д₳ ₵Ⱨ₦м₦₮Ɇ мɆⱧⱤ, блⱤ₮ь, ɎжɆ ₭₮Ø-Ⱨ₦бɎдь Ø₮₵юд₳.

***

      Лёгкой поступью по мрачному коридору продвигалась изящная фигура. Пусть и были осторожными весьма её шаги, она ни на секунду не останавливалась в замешательстве, прекрасно зная, куда и зачем она направляется.       Придерживая рукой свою белую походную сумку, человек невольно вздрогнул, почувствовав жуткую атмосферу того места, к которому он приближался. Пусть он и не первый раз наведывался сюда, неприятный холодок, всё же пробежавший по коже, в очередной раз доказал, что маленькие иголочки страха продолжат укалывать ещё какое-то время, прежде чем наступит долгожданное привыкание. Конечно, если наступит...       Войдя в помещение, тьму которого развеивала одна единственная лампочка на потолке, незваный гость рефлекторно зажал нос рукой, когда в ноздри ему ударил смрад гнили и протухшей крови. —Не мешало бы тебе тут всё проветрить, милый друг, уж больно душно, что аж в глазах темнеет,—Бархатным голосом проговорил он, проходя вглубь помещения—Могу принести тебе вентилятор, если угодно.       Во тьме что-то зашевелилось, и вздувшиеся полы под изорванным ковролином показательно заскрипели. —Ч₮Ø ₮ɆбɆ ⱧɎжⱧØ, ₳₱₳л₦Ɽ?—Холодно проговорила груда плоти, ведя себя как-то на удивление слишком тихо и задумчиво—₭₳₭ ฿₦д₦шь, Ɽ ₵Ɇйч₳₵ ⱧɆмⱧØгØ ⱧɆ ฿ дɎӾɆ. —Полагаю, что за чашечкой чая удастся прояснить засевшие в твоих думах тучи,—Спокойно ответил Аралия, вынимая из белой походной сумки термос и фарфоровую чашку—Пусть пока нет возможности провести чаепитие должным образом, не желаешь ли пока излить душу?       Не дожидаясь ответа, бледная рука аккуратно открыла термос и налила янтарно-карамельный напиток в чашку, после чего с миловидной улыбкой протянула вперёд. Тут же из темноты резко возникло длинное и склизкое мясное щупальце, быстро обхватившее посуду своими маленькими отростками, после чего вновь скрылось от слабого и тусклого света, будто чудовище, под покровом ночи скрывающееся от людских глаз. Раздались звенящие, достаточно тихие хлюпанья, на что Аралия довольно цокнул и, аккуратно присев на пыльный ворс недалеко от собеседника, подал и самому себе не пойми откуда взявшуюся чашку горячего чая. —ЛюдɆй ₵₮₳ⱧØ฿₦₮₵Ɽ ฿₵ё мɆⱧьшɆ ₦ мɆⱧьшɆ,—Произнесло наконец нечто ровным, совершенно безэмоциональным голосом—₳ ₵ ₮Ɇм–฿₵ё ₱ɆжɆ ₮Ɏ₵Ø฿щ₦₭₳м Ɏд₳ё₮₵Ɽ ӾØ₮ь ₭ØгØ-₮Ø пØйм₳₮ь. МⱧɆ ⱧɎжⱧØ ₵₱ØчⱧØ Ɏ₵₭Ø₱₦₮ь ₱₦₮Ɏ₳л, ⱧØ пØдӾØдⱤщ₦Ӿ жɆ₱₮฿ пØп₱Ø₵₮Ɏ ⱧɆ₮. —Но к чему же такая спешка?—Недоумённо вопросил беловолосый. —฿₵ё ₦3-3₳ ₵ɎщⱧØ₵₮₦ ₵ пɎ₵₮ым₦ гл₳3₳м₦.—Загробным голосом дало ответ создание—Ⱨ₦₭₮Ø п₱ɆждɆ ₵Øб₵₮฿ɆⱧⱧØ₱ɎчⱧØ ⱧɆ п₱Ɇ₱ы฿₳л "₵₮₳ⱧØ฿лɆⱧ₦Ɇ", Ø₵₮₳฿₳Ɽ₵ь п₱₦ ₴₮Øм ฿ ж₦฿ыӾ. Ⱨ₦₭Øгд₳ Ɇщё Ɽ ⱧɆ ฿₦дɆл Ⱨ₦чɆгØ пØдØбⱧØгØ, п₱Ø₵₮Ø ɎмɎ ⱧɆпØ₵₮₦ж₦мØ. ₦, ฿₵₮₱Ɇ₮₦฿ш₦₵ь ₵ ⱧɆй л₦чⱧØ, Ɽ Ø₵Ø3Ⱨ₳л, ч₮Ø ฿₵ё ₴₮Ø мØжɆ₮ ฿ыл₦₮ь₵Ɽ ฿ ØдⱧɎ ₵Ɇ₱ьё3ⱧɎю п₱ØблɆмɎ–пØ ₭₱₳йⱧɆй мɆ₱Ɇ, дØ ₮ɆӾ пØ₱, пØ₭₳ ⱧɆ ₵лɎч₦₮₵Ɽ "₱ØждɆⱧ₦Ɇ". ПØэ₮ØмɎ ⱧɎжⱧØ ₭₳₭ мØжⱧØ ₵₭Ø₱ɆɆ 3₳฿Ɇ₱ш₦₮ь ₱₦₮Ɏ₳л, ч₮Øбы ₦3б₳฿₦₮ь₵Ɽ, Ⱨ₳₭ØⱧɆц, Ø₮ ₴₮Øй ₵₭Ø฿ы฿₳ющɆй ₵₭Ø₱лɎпы... ₳ 3₳ØдⱧØ ₦ Ø₮ ₮ɆӾ, ₭₮Ø мØжɆ₮ пØмɆш₳₮ь мØ₦м пл₳Ⱨ₳м.       Сделав маленький глоток карамельного чая, Аралия на пару секунд замолчал, обдумывая услышанное. Его эмоции оставались нечитаемыми, потому и понять, о чём глагольствовал его внутренний голос в данный момент, оказалось попросту невозможно. —Мгм... Понятно.—Вслух заключил парень, чьи глаза на свету вдруг сверкнули осколками битого стекла—Ежели ты не против, то я могу предложить вариант решения этой проблемы.       Едва различимый треск пола умолк, сменившись могильной тишиной. —₵лɎш₳ю ₮ɆбⱤ ฿Ⱨ₦м₳₮ɆльⱧØ..       Поэт благодарно кивнул, аккуратно опуская фарфоровую чашку на пол. —Да, раздобыть свежие трупы стало сложнее, но...—На бледном лице появилась лёгкая улыбка—... В таком случае, почему бы тебе не взять своих приспешников в качестве жертвенных кроликов? —П₱Ɇдл₳г₳Ɇшь мⱧɆ пØж₦₱₳₮ь ₮ɆӾ, ₭ØгØ Ɽ ₵₳м пØ₱Øд₦л?—Пусть на первый взгляд показалось, что "живая плоть" встретила идею со скепсисом, на самом же деле обладатель притягательного голоса всерьёз ею заинтересовался —₴₮Ø мØжɆ₮ п₱₦฿Ɇ₵₮₦ ₭ дØпØлⱧ₦₮ɆльⱧым мɎ₮₳ц₦Ɽм, ØдⱧ₳₭Ø ₮₳₭ Ɽ ฿ ₭Ø₱Ø₮₭₦Ɇ ₵₱Ø₭₦ ₵мØгɎ ₱Øд₦₮ь₵Ɽ ₵ ⱧɆØбыч₳йⱧØй ₵₦лØй, ₭Ø₮Ø₱₳Ɽ, ฿Ø3мØжⱧØ, д₳жɆ Ø₭₳жɆ₮₵Ɽ Ⱨ₳мⱧØгØ мØгɎщɆ₵₮฿ɆⱧⱧɆɆ... —... И "Абсолют" тогда станет далеко не просто прозвищем, а сладостной действительностью.—Закончил мысль Аралия с лукавой улыбкой. —Ч₮Ø жɆ, ₮฿Øй пл₳Ⱨ мⱧɆ пØ дɎшɆ.—Промурлыкало нечто особенно ласковым голосом—ПØ₵лɆ Ⱨ₳шɆгØ ч₳Ɇп₦₮₦Ɽ Ɽ ØбⱤ3₳₮ɆльⱧØ ฿Ø3ьмɎ₵ь 3₳ ɆгØ ₱Ɇ₳л₦3₳ц₦ю. ₴й, ฿ы д฿ØɆ.       Реакция последовала мгновенная: стоило только произнести эти слова, как резко возникшие из темноты тусовщики, словно роботы на радиоуправлении, тут же выжидающе замерли, ожидая приказ. —₱₳3ыщ₦₮Ɇ ₵₳Ⱨ₵₳, ₳ ₮Ø пØ₵лɆдⱧ₦Ɇ п₳₱Ɏ ч₳₵Ø฿ Ø₮ ⱧɆгØ Ⱨ₦ ₵лɎӾɎ, Ⱨ₦ дɎӾɎ.       Покорно кивнув, гуманоидные сущности растворились во тьме коридора, словно бы галлюцинации разыгравшегося воображения, когда беловласый вдруг прикрыл рот ладонью. —Ну надо же. В последнюю нашу встречу он был без настроения...—Со сладкой задумчивостью пробормотал он, пряча взгляд на краях фарфоровой чашки—Полагаю, что он попросту сейчас в слегка подвешенном состоянии. Бедняжка...~