Во всем виновата геометрия!

" Если ты недоволен - меняй. Не нравится тебе мир, который тебя окружает - меняй." ~ Павел Воля _______________________________________ Переливание крови было сделано успешно и, слава богу, вовремя. Все же, не смотря на это, врачи еще не пускали никого к Антону, который в данный момент уже как полчаса лежал в палате. Арсений сидел в холле. Каждая минута казалась вечностью. Запах антисептика и лекарств еще больше сводил с ума. За прошедший час Арсу так и не удалось хоть что-нибудь узнать о состоянии своего мальчика. Зато удалось выпить пару кружек невкусного кофе из автомата. За это время в больницу прибежала Паркова, но пробыв всего лишь 20 минут, убежала из больницы, матерясь на ходу. Но и попрощаться она не забыла( странно конечно, но как есть). Родители... А родители жутко винили себя во всем этом и звонили каждые 10 минут, дабы узнать хоть что-то. Арсению такое было непонятно. Он же сидел тут до сих пор, и, когда его времяпровождение в больнице перевалило за два часа, вышел врач. - Вы к кому? - поинтересовался тот. - Я уже битый час тут сижу, к Антону Шастуну я! Ну хотя бы скажите как он! - подняв уже лишь слегка красные глаза, с тревогой слегка повысил голос брюнет. - Тише-тише. Держите, это успокоительное, - мягко произнес врач будничным тоном, протягивая стакан с жидкостью. - Таакс... Антон Шастуун... Это тот, которого к нам доставили с большой потерей крови, да? - изучая документ, все же уточнил мужчина. - Да-да... Я еще своей кровью для него жертвовал, - поправляя взлохмаченные волосы одной рукой и крестя пальцы на другой руке, молясь, подтверждает Попов. - Можете так не волноваться. С ним уже все хорошо. Переливание прошло успешно. Он в сознании уже полчаса. Скоро можно будет к нему зайти, - наконец посмотрел док на Арса, слегка улыбнувшись. - Боже, спасибо!

***

Антон лежал на твердой койке, укрытый легкой простынкой, вспоминая, что произошло и как он тут оказался.

Вот он признается родителям в своей ориентации... Вот на него кричит отец, обзывая педиком. Вот он закрылся в комнате. Вот он нанес первый порез. Второй... А когда он отключился не помнит... И вовсе не помнит как оказался в больнице...

"Дебил! Ты ж в отключке был! Конечно не помнишь " - напоминает внутренний голос. Он попытался подняться, но в боку жутко заболело место порезов. - Perra!* - случайно ругнулся на испанском парень. Не, он не знал испанский... Так... Несколько фраз и ругательств. Ему русский больше. Вдруг дверь в палату открывается и из коридора спешно появляются два голубых омута, которые Тоша хотел сейчас видеть меньше всего. - Арс.. Сений... Серг.. Еевич? - не веря глазам, здоровается Шастун. - Тот самый, - улыбнулся на миг брюнет, но улыбка тут же спала с его лица. - Антон! Ты. На. Какой. Хер. Сделал. Это? - серьезно и выделяя каждое слово, спрашивает геометрик, хотя и сам прекрасно догадался. - На ваш, - буркнул парень, надеясь, что его не услышали. - Еще повыебывайся у меня. Я тебя Шастученыш дома так выпорю... Или оттрахаю что... - он не закончил фразу, прекрасно зная, что Антона это жутко страшит и бесит... Эта недосказанность... И знание того, что может этот учитель. - Из.. Извините... - сразу же еле выговорил Тоша, немного смущаясь. - Ну ничего... Дома поговорим... - зло ухмыльнулся Попов, а в его глазах юноша увидел тот самый нездоровый блеск, означавший, что так просто он не отделается. Шастун сглотнул. Дальше они просто общались, потом Арс напевал слова песни, которая Антону казалась жутко... Интимной? Или сексуальной? - I wanna be your slave I wanna be your master I wanna make your heartbeat Run like rollercoasters I wanna be a good boy I wanna be a gangster 'Cause you can be the beauty And I could be the monster I love you since this morning Not just for aesthetic I wanna touch your body So fucking electric** -

***

Рано, ну или поздно, для кого как, но он уже был в квартире Попова. Родители позвонили как раз, когда Антон с Арсом хозяйничали на кухне, пытаясь приготовить что-нибудь на ужин. Майя сразу же стала узнавать про состояние сына и извиняться за то, что не приняла его ориентацию, ведь: "Если ты счастлив, мне ничего больше не надо, я хочу лишь, чтобы ты был с тем, кого реально любишь". Отец же после километровой речи женщины подтвердил все ею сказанное и еще раз извинился. Шастун простил их, хотя в глубине души ему было жутко неприятно от всего этого разговора, но он решил дать им шанс. Разговор закончился договором о том, когда же Антошка приедет обратно. Далее был вкусный-превкусный ужин.

***

Антон лежал на кровати, животом вниз, который немного оголила футболка, и рисовал озеро в ночной тиши в своем новом скетчбуке. Сзади тихо подошел Арсений (Шастун даже не заметил, как тот открыл дверь) и резко надел повязку на юношу. Парень вскрикнул от неожиданности. - А..Арсений Сергеевич, что в.. Вы делаете? - руки уже были прикованы наручниками к изголовью кровати. СУКА - Не беспокойся, малыш. Я всего лишь хочу отчитать тебя за этот случай и за все, за что обещал не единожды, - улыбнулся брюнет. Хорошо что Тоша этого не видел, хоть и чувствовал этот взгляд своей кожей. Глаза учителя заметно потемнели, как только он отошел к шкафу. Арсений достал оттуда черную указку и розовую коробочку, наполненную чем-то. Мужчина подошел к парню и втянул его в поцелуй, сразу же проникая языком без разрешения. Стоило только Арсу отстраниться, как ученик полез за продолжением, но старший лишь усмехнулся. Язык брюнета скользнул на ухо, а зубы прикусили мочку. Протяжный, но очень тихий стон снизу. Два мгновения, и вот учитель уже покусывает левый сосок парня, пощипывая рукой другой. Судя по активным стонам снизу, Антону все деяние очень нравилось, хоть юноша и был с повязкой и наручниками. Дорожка мокрых поцелуев спускалась прямо к паху. Попов поддел зубами уголок спортивок парня и потянул вниз. Шастун глубоко вдохнул. Сейчас он был благодарен, что у него завязаны глаза, иначе он бы умер от жуткого смущения. Вскоре, таким же способом, с парня стянули боксеры. Продолжая целовать Антона, Арсений резко его перевернул, поставил в коленно-локтевую позу и отстранился. - Антон, ты только не пугайся, - хмыкая произнес брюнет, наливая смазку на пальцы. - Чт.. Что? В пульсирующие отверстие вошли сразу два пальца, но ощущения у Антона были лишь слегка болезненными. Арсений быстро растягивал Тошу, а вскоре нашел простату и резко вынул все пальцы с пошлым хлюпом. Шастун хотел уже было возмутиться, но тут в его проход скользнуло что-то силиконовое. Блять... Пробка. ВИБРИРУЮЩАЯ - Бляяяяять, Аарс... - почти простонал подросток. Арсений же вертел в руках указку. Услышав стон, понял, что нужно двигаться дальше. Геометрик сильнее перехватил указку и приставил к шее ученика. - А что это? - немного тревожась, поинтересовался Шастун. - Это указка, малыш, - ласково ответил учитель, проводя ею между половинок. Антон утонул в новом стоне. Указка надавила на пробку, заставляя ее продвинуться еще глубже. Тоша был уже на грани, и Арс, будто чувствуя, решил пережать член у основания с помощью эрекционного кольца. - Нет, малыш, мы еще только начали. Еще рано, - поглаживая ягодицы, решил нужным предупредить брюнет. - Сукааа. Первый удар указкой был довольно болезненным. Парень взвыл, но тут же почувствовал успокаивающие поглаживания на месте удара. - Не сквернословь! Удар второй, уже менее больно, и Шастун всерьёз задумался, насколько это возбуждает, хотя куда еще больше? Любимый учитель по его любимому предмету порет его сейчас указкой, предварительно вставив пробку-вибратор. Ужас... Ударов спустя так десять, Антон уже не выдерживал той боли от ударов деревом и, не стесняясь, плакал. Вдруг удары прекратились... Пробка тоже была выключена и снята. Это могло значить лишь 2 варианта исхода: 1) Арсений хочет его трахнуть 2) Арсений придумал новый способ издевательств. Антон, конечно же, больше всего надеялся на первое, но он и не имел аргументов, чтобы исключать второе. Пока он думал, Арсений уже раскатал презерватив по члену, добавив немного смазки. Он поднес к отверстию головку и резко вошел на всю длину. Хриплый стон удовольствия и звук шлепка кожи о кожу разнеслись по квартире. Попов все же снял повязку с лица Тоши, но отстегивать наручники не стал. Спустя минуту брюнет уже натурально втрахивал Шастуна в кровать. Вот-вот и Арс кончит. Но он смог вынырнуть из предоргазменного состояния снять эрекционное кольцо, помогая кончить Антону. - Ты как? - Кажется... Теперь хорошо... - Ты усвоил урок, малыш? - отстегивая парня, поинтересовался геометрик. - Я думаю, что мне нужно повторить, - ответил Шастун, томно улыбаясь.