Requiem for a dream

***

      30 лет — далеко не преклонный возраст, вопреки стереотипам в человеческом обществе. Многие люди только начинают познавать себя в это время. А сексуальная жизнь человека начинает играть новыми красками: ты уже далеко не подросток, стесняющийся от одного вида половых органов, но ещё и не в том возрасте, когда «секса хотеть стыдно».       Через пару лет у Леви пойдёт четвёртый десяток, а он относительно недавно познал, насколько охуенно быть пассивом. До этого он старался сохранять образ альфы и трахать мальчишек-омежек, которые зачастую привлекали его не так сильно, как высокие мускулистые мужчины. Но стереотип «быть нижним — позор» плотно сидел в его голове, пока он не стал личной проституткой Эрвина, а затем и его бойфрендом. Сам Леви безумно красив, каждый шрам на его теле выглядит эстетично, а мышцы элегантно дополняют от природы красивую фигуру. Вот только ростом он не удался — сто шестьдесят сантиметров, благо хоть не в прыжке. Однако Эрвину — шкафу под два метра ростом — это было лишь на пользу: вдалбливать в кровать такое маленькое, но далеко не хрупкое тело особенно приятно с точки зрения эстетики. — Разреши… разрешите мне кончить, босс, а-ах… — поскуливал Леви, сохраняя субординацию даже в такой пикантный момент. — Нельзя. Терпи. — грубо отрезал Эрвин и, придушивая партнёра, ещё более активно задвигался внутри него.       Леви извивался, зарывался лицом в подушку, до боли зажимал член рукой у основания, но не позволял себе кончить без разрешения. Наконец, когда Эрвин сам был близок к разрядке, он дал сигнал своему мальчику двигаться активнее и позволил ему кончить одновременно с собой.       Хоть они и вместе, но периодически позволяют себе заниматься сексом с кем-то другим. Главное условие — всегда сообщать об этом. Например, пару месяцев назад Леви несколько дней подряд поёбывал Петру, потому что у него болел зад, а трахаться очень хотелось. Обычно на девушек у него не стоит, но Петра напоминает ему одного рыжего парня из серии русских комиксов, на арты с которым он пару раз очень сильно возбуждался. Эрвин очень смеялся с этого сравнения. Кому-кому, а ему точно этого не понять — он ебёт всё, что может заставить его почувствовать себя доминантом. С его внешностью, ростом, характером и образом сделать это не так сложно: сойдёт даже такой важный чёрт, как Леви. Причина, по которой он для Эрвина значит больше, чем остальные «секс-игрушки биг босса» — его отменное умение сохранять лицо и характер даже в позиции снизу. — Эй, босс. Ханджи Вам ничего не говорила про то, куда она пропала? — поинтересовался Леви, выводя кончиком пальца разные слова на груди его любовника. — Говорила, она на задании. Там какой-то мальчишка из мяса взбунтовался, она поехала напомнить ему, что он из себя представляет. — усыпляющим басом проговорил Эрвин. — М, понятно. Часто они стали выёб… — он запнулся, — выпендриваться. Прошу прощения. Не кажется ли Вам, что пора провести чистку? — Я подумаю над этим. Как Ханджи приедет — обсуди с ней этот вопрос, Леви. А сейчас можешь идти, я хочу отдохнуть. — Эрвин поцеловал суженого в макушку и отвернулся.       Леви слегка виновато улыбнулся, быстро оделся и пошёл к себе.

***

— Ж-женщина, вы в своём уме? Ты чего, блять, творишь? — растерянным голосом выдал мальчишка. — Женщина? Как грубо, а я ведь ровесница твоей сестрёнки… — произнесла девушка, закатив глаза, — Смотри, сейчас ты медленно идёшь в сторону кровати. Одно лишнее движение — и ты либо труп, либо калека. Оба этих варианта не понравятся этой… как её… надо же, забыла! Впервые за свою карьеру я забыла чьё-то имя!.. Ах, нет, показалось… Микаса, верно? — Да откуда ж вы все, блять, берёте её имя… — начал возмущаться парень, совершенно забыв про то, что на него направлен пистолет. — Это уже не твоё дело. Ты же откуда-то взял имя «Ривай Смит». Об этом ты мне, кстати, сейчас и расскажешь. Как и о том, нахуя оно тебе вообще понадобилось. Вперёд. — сказала она, подталкивая его пистолетом к кровати.       Как бы это странно не звучало, но мысль о том, что его мозги сейчас вышибут, пугала его меньше, чем соитие с этой четырёхглазой. Она достаточно красивая девушка, но сексуальностью от неё не веяло ни на дюйм. Эрен подозревал, что от него нужна лишь информация, поэтому не сопротивлялся, хотя это совершенно не в его характере — в обычной жизни он бы уже постарался выбить у неё из рук пистолет даже под риском смерти. — Если так хочешь держать пистолет, держи, конечно, но если бы я сильно захотел, то он уже бы был у меня в руках. — промолвил парень, стараясь говорить максимально безразлично. — Ты мне ещё и указывать будешь? Совсем страх потерял? Я же тебе прямо здесь могу челюсть снести, глупый. — совершенно не понимая действий парня, выдала она. — Твоё имя «Ханджи», верно?       Девушка опешила и на секунду даже поставила палец на курок. — Нет, с чего ты это взял? — переспросила она, параллельно краснея и моргая по 50 раз в секунду. — Значит, Ханджи. Здравствуйте. — с искренним уважением сказал он, — Мне нужно встретиться с Вашим боссом, потому что он в детстве был братом моей сестры, родителей которой убили, точнее, они сами умерли, точнее, отец убил мать… Блять. Давайте заново.       И Эрен, сидя на кровати под дулом пистолета, начал рассказывать душещипательную историю жизни Микасы. Он отметил, что не хочет причинить вреда их бизнесу, и единственная его цель — помочь сестре. Эта история звучала, как глупая идея для фанфика, но почему-то Ханджи хотелось верить этому парнишке. — У тебя есть хоть какие-то доказательства правдивости этого драматичного рассказа? — стараясь сохранять хладнокровие, спросила Зоэ. — У Леви… — Так, видимо, надо прояснить. Для тебя он Ривай. Это ясно? — перебила его Ханджи, на что парень кивнул в ответ, — Теперь продолжай. — У Ривая должен быть шрам от ножевого ранения на трицепсе левой руки. Его случайно нанесла Микаса, когда училась владеть холодным оружием. — Я не рассматривала его, откуда мне знать, какие там у него шрамы? Жду ещё. — эту фразу девушка процедила очень неуверенно, ведь на самом деле она неоднократно видела этот шрам на его теле. — Он странно держит чай, ужасно любит уборку и ростом с пятиклассницу. — фыркнул Эрен, приподнимая одну бровь.       «Бляха, а, как точно описал. Если бы пришлось выставлять анкету Леви на сайт знакомств, я бы написала именно это» — промелькнуло в голове Ханджи. — За мной. — сказала она, убирая пистолет в сумку. — Куда? — удивлённо спросил парень. — Ты совсем дурак или притворяешься? Я сейчас резко перестану верить в твою охуительную историю, пристрелю тебя и брошу на корм свиньям, если задашь хоть ещё один лишний вопрос. — агрессивно проворчала Ханджи.       Внутри Эрена терзали сомнения. С одной стороны: «А что, если эта идиотка сейчас вывезет меня в лес и убьёт?», а с другой: «Хотела бы убить — убила бы здесь, это явно не просто гостиница, в обычных наркобароны не ошиваются». Выбора у него особо и не было. Он поднялся с кровати и пошёл за девушкой.       Она усадила его на заднее сиденье, завязала глаза и руки, объяснив это анонимностю. Он не сопротивлялся. «Всё равно эта дура меня застрелит, если захочет. Я сейчас ничего не сделаю». Это всё напоминало какую-то затяжную ролевую игру.       В отличие от первой поездки, ехали они совсем недолго. «Судя по гробовой тишине, мы в какой-то глуши» — подумал Эрен. Девушка вывела его за машины и под руку повела куда-то вперёд, налево, вперёд, вниз… Наконец-то он услышал звук открывающейся двери и дальнейшее «Ханджи Зоэ». — Пс, скажи имя и фамилию. — прошептала она. — Э… словно ты не знаешь… — недовольно пробурчал парень. — Да ёб твою мать, охранникам скажи, дятел. — Ну… ладно. Эрен Йегер.       Они шли по какому-то коридору, затем поднимались по лестнице, опять шли по коридору, опять по лестнице и, наконец, прибыли на место назначения. Ханджи дала ему наставления: при Леви не материться, обращаться к нему исключительно на «босс», повязки без разрешения не снимать. Эрен кивнул. Низ его живота неприятно закололо от предвкушения встречи с человеком, про которого ему однажды сказали: «…если вдруг ты столкнёшься с ним — можешь писать завещание.»       В следующую же секунду дверь отворилась, и они зашли в кабинет. Ханджи сразу опустила Эрена на колени. В нос юноши ударил запах качественного мыла с нотками ванили и увлажняющего крема для рук. К сожалению, это единственное, что он мог оценить в этом кабинете. — Босс, сейчас этот пиздёныш расскажет трогательную историю, за правдивость которой я ручаюсь своей головой. Мне выйти? — очень профессиональным тоном заявила Ханджи. Леви кивнул, и она покинула комнату. «Ручается… головой? Неужели она настолько во мне уверена?» — удивился Эрен. — Ты вообще кто? — спросил Леви, прибывая в полном ахуе от событий последней минуты. — Я… Эрен Йегер, босс. Работаю в низах, кладмен. Сам не принимаю, устроился исключительно ради лечения моей сестры. У неё рак молочной железы.       Леви молчал. Был слышен звук царапания ручки об бумагу и постукивание ногой. — Сочувствую, какое отношение к этому имею я? — Она ваша кровная родственница, босс. Её зовут Микаса, сейчас ей 24 года, единственная её надежда на спасение — это Вы.