Секреты (от) Гриши Йегера

Зик устроился на стуле около окна. Эрен лежал на животе, согнув ноги в коленях. Он чудом не порвал грифелем листок бумаги, лежащий прямо на мягком матраце. Эрен писал как курица лапой, гораздо хуже, чем Зик левой рукой, но читал быстрее и эмоциональнее. Зик узнал об этом, когда Эрен выложил перед ним DVD диски и стал воодушевленно озвучивать аннотации с обратной стороны коробок. Хотя это было бы более чем логично, они не поменялись местами. — «Дети мои», — процитировал Зик, — «я всегда мечтала о вашем союзе». Он сделал паузу и перечитал абзац заново. Эрен дописал предложение до середины и поднял голову: — С кем? С сестрой? — Они же не родные, — оправдал героев Зик, хотя этот поворот удивил его не меньше. Эрен странно посмотрел на него и продолжил писать. Зик пробежался глазами по следующим двум главам без единого диалога, и решил, что в них не может быть ничего важного. В начале пятой главы обнаружилась заготовка под Франкенштейна, которую Зик ожидал увидеть в самом конце книги. Со вздохом он отлистал немного назад. — «Я поражал студентов своим усердием, а наставников — стараниями», — прочитал Зик и встретился глазами с Эреном. — Похоже, Смит подсунул нам эту книгу, чтобы мы брали пример. — Я готов выкопать пару трупов, если за это он пустит меня на тренировки, — сказал Зик, чувствуя, что почти не шутит. — Еще на сестре женись, чтоб наверняка, — посоветовал Эрен, болтая ногами в воздухе. — Как вы, мальчики? Дверь открылась, и Эрен подскочил на месте. В проеме стояла красивая женщина лет на пять моложе Дины. Она не носила платок, и легкое платье открывало ее колени и руки. Бабушка точно назвала бы ее шлюхой, но Зик посчитал маму Эрена очень милой. Ему понравились ее блестящие волосы и передник с жизнерадостными цветочками. Женщина улыбалась. Из коридора в комнату проник запах жареной курицы. Странно, что они не услышали, как она вошла в дом и гремела посудой. Дома Зик привык вслушиваться в каждый шорох, а здесь слишком увелся книгой. И Эреном. — Добрый день, госпожа Крюгер, — поздоровался он. — Меня зовут Зик. — Стучать надо, — недружелюбно буркнул Эрен и сел на край кровати. — Ты что так рано? — Можешь звать меня Карлой, дорогой, — сказала госпожа Крюгер, игнорируя угрюмого сына. — Будете ужинать? — Нет, спасибо, я уже ухожу, — отказался Зик и демонстративно засобирался, ловко забросил книгу в рюкзак одной рукой. — Я настаиваю, — заявила женщина. — Еще пять минут и за стол. — Это бесполезно, делай, что она говорит, — посоветовал Эрен. — Кстати! Я вспомнил! Эрен встал, ринулся в другой конец комнаты и принялся рыться в ящике стола. Он беззастенчиво вытаскивал и бросал на пол комки бумаги и прочий мусор. Минуту спустя он с торжествующим видом вынул маркер с зеленой крышечкой. Зик после секундной заминки протянул ему сломанную руку. Родители неодобрительно косились на разноцветный гипс, но отказывать Эрену было невежливо. Все-таки Зик гостил у него в третий раз и они стали переговариваться на уроках, садиться рядом на других предметах. Только перемены они проводили раздельно: каждый отправлялся к своим друзьям. Эрен покрутил его руку, рассматривая, что уже есть. Вчера по отметке оставили все бывшие одноклассники, которые не сопровождали его в больницу. Полуметровая цитата Бертольда так и осталась самой крупной подписью. — Это еще чья поэма? — спросил Эрен, наклонив голову. — Как будто Смит написал. — А кто ж еще. Мы с ним лучшие друзья. Эрен хмыкнул, открыл маркер зубами и старательно вывел небольшую картинку. Когда он отстранился, Зик увидел, что это клевер. — На удачу, — пояснил товарищ по литературному несчастью. Листочки разместились между надписями «Выздоравливай» и «Лузер²». Зеленый цвет напоминал о лягушонке, который теперь сидел на книжной полке, свесив лапки. Зик поднимал на него глаза, когда делал домашнее задание, и жалел, что рядом нет Эрена. С ним весело заниматься даже скучными делами. — Готово! — крикнула с кухни госпожа Крюгер. Зик спустился и занял «свой» стул. Хозяйка выделила ему нарядную оранжевую тарелку. Эрен сразу принялся за еду и шипел, обжигаясь об горячее. Зик постелил на колени салфетку и подождал, пока госпожа Крюгер отнесет поднос в мойку и присоединится к ним. — Кушай-кушай, — разрешила она, и Зик стал медленно есть, не выдавая, что успел сильно проголодаться. — Ты новенький, да? — спросила Карла, аккуратно отрезая кусочек. — Не совсем. Я… остался на второй год, — ответил Зик и уткнулся в тарелку. Он не хотел видеть разочарование на лице Карлы. Какая мать позволит сыну общаться с неудачником и тем более делать с ним уроки. Зик едва не соврал, но решил, что рано или поздно правда все равно всплывет. Даже попытка соврать отцу была заранее обречена на провал. — Ох. Очень жаль, дорогой. Но это не страшно. Со мной тоже такое было. — Правда? — Зик не поверил своим ушам. — Да, — Карла беззаботно пожала плечами, — в средней школе. Всю жизнь не справлялась с физикой. Сейчас я дизайнер, и людям плевать, что я знаю о термодинамике. Так что не волнуйся. Тебе даже повезло. Есть еще год, чтобы подумать о будущей профессии. Какой предмет ты не сдал? — Литературу, — признался Зик, и в тот момент Карла казалась ему ангелом во плоти. — Ох, старина Смит. Плавали — знаем. Я каждый год встречаюсь с ним из-за Эрена. Он даже не виноват! В отца пошел, тот тоже… — Ма-а-ам, — простонал Эрен. — Молчу-молчу. Она сменила тему, и Эрен стал рассказывать об участии Армина в каком-то престижном конкурсе. Зик в основном молчал. Он не привык, что разговор за семейным ужином может обходиться без напряжения и оскорблений. Ситуацию омрачало лишь то, что это не его семья. Домой он добирался в приподнятом настроении, как и всегда после визита к Крюгерам. Дорога заняла больше часа, и когда Зик добрался до дома, уже стемнело. Работал телевизор, бабушка успела убрать со стола. Зик тихо поднялся в свою комнату, перешагивая через скрипучие ступеньки. Окриков не последовало. Зик выдохнул, открыл дверь, поставил рюкзак рядом со столом, и только потом заметил, что отец находится здесь и недоуменно рассматривает лягушонка. — Где ты это взял? — хмуро спросил Гриша, скрестив руки на груди. — Друг подарил, — ответил Зик и обошел отца. Он бегло осмотрелся, но все лежало на своих местах. Родители часто заходили в его комнату, убеждаясь, что он поддерживает чистоту, но не рылись в вещах. По крайней мере, Зик на это надеялся. Здесь не было ничего «запрещенного», но обыски доказали бы, что в этом доме его совсем не уважают. — Какой друг? — произнес отец и продолжил, не дождавшись ответа. — Где ты пропадаешь в последнее время? Тебя отстранили от тренировок. Я говорил с господином Гальярдом, он давно тебя не видел. Ты был со своей подружкой? — У меня нет подружки, — удивился Зик, но отец слушал. — Я понимаю, гормоны, но надо думать об учебе! Как ты собираешься… — Я думаю! — перебил его Зик, почти не боясь наказания. — Я писал доклад с одноклассником. Мы несколько раз встречались, но это… сложно. У меня проблемы с литературой, а господин Смит специально издевается надо мной. — Не говори так про учителя, — машинально поправил отец, но потом смягчился. — Знаешь, я тоже намучался с литературой. До пятого класса путал слоги и строчки. Потом прошло само собой. — Ты никогда не говорил, — удивился Зик. Отец мало рассказывал о себе. Пару раз он начинал делиться воспоминаниями о тете Фей, но быстро замолкал. Годы спустя он все еще чувствовал вину и ненавидел полицейских. Об остальном Зик узнал от бабушки, мамы и из семейного альбома. Сам Зик тем более не подходил к нему расспросами. Любую историю Гриша заканчивал нравоучениями и поносил либо Зика, либо бейсбол. — Чтоб ты не расслаблялся, — заявил отец, будто это очевидно. — Нужно стараться, преодолевать себя, а не просить поблажек. Теперь осталось немного. Получи свою тройку и налегай на предметы, которые нужны для поступлений. Ты уже решил, куда пойдешь? — Нет, — ответил Зик. Гриша посмотрел на него, как на безнадежного, бросил последний взгляд на лягушонка и вышел из комнаты. Зик запер дверь и взял игрушку. Глаза лягушки надулись несколько раз. От стресса действительно помогало, но не так, как задумал Эрен: Зик вспоминал уютную розовую кухню и заваленную хламом спальню нового друга. Ему так понравился сегодняшний ужин, что Зик почти не жалел о проваленном экзамене. Если бы не Эрвин Смит, он никогда бы не встретил Эрена и Карлу. Зик сел за уроки. Собрался сделать домашнее задание на два дня вперед, чтобы завтра встретиться с друзьями. После уроков Эрен поедет поддержать Армина, так что день все равно пропадает.