Трудный Выбор

      Снег пошёл очень неожиданно. Невосомо и медленно он сыпался из места, как бы сказали древние греки, обитания богов. Неземным, прекрасным делают всё эти белые хлопья, радующие людей в Англии, увы, только зимой.       Она вышла из школы под ясным синим небом, а менее чем через полчаса, миновав замок и оказавшись в совятне, Хогвартс стал похож на пряничный домик, густо залитой белой глазурью. Впрочем, в совятне Розали оказалась не просто так. Необходимо было отправить важное письмо родителям о принятом решении по вопросу смены факультета.       Не смотря на все обстоятельства, произошедшие в её жизни за последнее время, она старалась не терять оптимизма. Вот и сейчас, девушка направлялась на встречу к своим хорошим друзьям — Фреду и Джорджу Уизли. Чтобы не говорили многие другие, они были теми, кто мог создать настроение из ниоткуда. И, наверное, единственными, кто не отвернулись от неё после той ситуации с квиддичем и дурацким поцелуем. Они даже помогли очистить не только гостиную Гриффиндора, но и остальных факультетов от фотографий. И чтобы уж наверняка, сожгли все возможные экземпляры, дабы исключить повторное распространение.       Малфой, как и было сказано ранее, также внёс не малую лепту в это дело. Он также искоренил факт распространения фотографий, но и помимо этого вправил некоторым мозги. Теперь среди Слизеринцев было мало желающих напомнить ей или кому-либо ещё о произошедшем, особенно это касалось первокурсников, которые абсолютно не следили за тем, что вылетает у них из пасти. Хотя, если признаться честно, говорили всякое. Вплоть даже до того, что они с Флинтом начали встречаться.       Конечно, Элизабет побесилась пару дней и остыла. Розали даже напрочь забыла, что та была с ней груба, и когда подруга с ней заговорила, она восприняла это абсолютно нормально.       Что касалось Оливера и Алекса, это была отдельная вселенная. Если Алекс старался ещё благодаря Бете как-то общаться с Розали. Вуд делал вид, что её вовсе не существует, он даже не явился на прошлый урок по зельеварению. Чем заработал прогул и ничего более. А когда девушка специально появлялась на завтраке чуть раньше обычного и садилась напротив него, на своё приветствие, она слышала лишь холодное «Привет». Поэтому разговоры с Вудом сократились до невообразимого минимума. Настигнув Близнецов, она шла между ними, закинув по одной руке на каждого парня: — Я тут подумала, что хочу, чтобы вы назвали что-нибудь в честь меня, — выдала она — И что же мы должны переименовать? Что-нибудь вроде Взрывная Роуз? будешь бомбическим фейерверком? — сказал Фред, протягивая коробку с пирожными. — Или, может, вечно прочные ресницы переименуем в ресницы как у Лестрейндж? — добавил Джордж, беря протянутое пирожное. — Идиоты! — сказала девушка и дала лёгкий подзатыльник обоим. — Я ведь серьёзно. — Мы тоже совершенно серьёзно, мисс Хейл, — провозгласил Фред. — Мы к вам только с чистым сердцем, и с грязными помыслами, — оба брата залились смехом, от чего вновь получили затрещину.       Розали увеличила шаг и обогнала парней, делая вид, что не желает больше с ними разговаривать. Догнав девушку, близнецы схватили её под руки уменьшая темп. — Мы, знаешь, что тут подумали, сестрёнка…       Они сказали это так заботливо, что у девушки внутри разлилось приятное тепло. Конечно же, Малфой тоже называл её сестрёнкой. Но это было другое, Уизли не были ей братьями и вообще, Розали старалась не показываться на глазах у Малфоя рядом с ними. Она уже прекрасно понимала Драко, и в особенности то, что его бесит. И Уизли как раз входили в этот бесконечный список. — Мы подумали, что… — начал Фред, — Тебе необходимо развеяться, — закончил Джордж.       Их привычка договаривать слова друг за друга забавляла девушку, от чего на её лице появилась невольная улыбка. — Решили закатить сегодня вечеринку, уже сообщили распространителям, так что в восемь ждём тебя в гостиной, и не думай сбегать опять со своим Малфоем, —предупредил Фред — Я вовсе никуда не сбегаю с Малфоем, мы ходили гулять в Хогсмид и было это только один раз. Я ведь не знала, что вы будете меня искать, — возмутилась Розали. — Вот так, Фред. Она повесила на нас всю грязную работу по избавлению школы от фоток, а сама пошла развлекаться с очередным парнем. — Розали, ты разбиваешь наши сердца! — Фред демонстративно схватился за сердце и камнем рухнул в снег, тут уже не сдержалась, и сама девушка и звонко засмеялась. — Да ну вас! — она смущённо отпустила глаза, но, когда вновь посмотрела на братьев, которые уже оба валялись в снегу в её взгляде появилась нотка хитрости. — А что за вечеринка? Я не знала, что в Хогвартсе вообще проводятся вечеринки, помимо посиделок в большом зале как это было на Хэллоуин. — Не знаем, как остальные, но мы закатываем вечеринки прямо в гостиной. А что насчёт школы, поверь, на Рождество будет тоже самое. — Единственную вечеринку, которую они нам обещают — это выпускной. — Тут многие только ради неё и остаются в школе и, кстати говоря, отзывы только самые положительные! — Главное девчонкам быть поосторожнее и не залететь ни от кого. А-то не успеют закончить Хогвартс, как через девять месяцев уже с дитём на руках. — М-да… Трэш, — девушка наблюдала, как братья, дополняя предложения друг друга, с интересом делятся впечатлениями, от чего у той округлились глаза. — Не бойся, на нашей вечеринке обходится без этого… Хотя кто знает… — прищурился Джордж. — Мы ведь не следим за ними, Розали, — утвердительно закивал Фред. Смотря на их серьёзные лица, девушка зашлась в очередном приступе смеха — Нет, ну у вас отлично получается. Вы, главное, ещё такие серьёзные. Но маленько переигрываете. А МакГонагалл не услышит музыку? — решила она сменить тему. — Она, как правило, ничего не слышит, — лукаво подмигнул Фред. — И в этот раз тоже, для этого существуют заклинания, Роуз! — отчаянно крикнул Джордж, отправляя остатки пирожного в рот, а затем продолжил: — Вообще, мы планировали устроить вечеринку после квиддича, думали, ведь исход будет другой. Но раз не срослось, а скоро уже Рождество, и все разъедутся домой то самое время. —Определенно, Джордж — подытожил Фред. — Хорошо, я посещу вашу улетную вечеринку, удивите меня! — Лицо ее озарилось улыбкой, и она плюхнулась рядом с ними в снег.

***

      В этот вечер на ней было красное шёлковое платье с довольно низким декольте, оно подчёркивало стройность фигуры и белизну её кожи, удачно оттеняя длинные вьющиеся волосы. В гостиной было шумно, звучала громкая хаотичная музыка — начиная от поп исполнителей до грубого рока. Студенты кричали, смеялись, обсуждали предстоящее Рождество и просто дурачились. Все младшие курсы отправили по спальням до того, как часы пробили двенадцать. И в ход пустили алкоголь, Уизли даже сумели договориться с кухонными эльфами, и те любезно предоставили им лёгкие закуски. Розали, подавшись искушению, пила сливочное пиво, устроившись между близнецов в самом центре комнаты. — Розали, может, пришло время перейти на тяжёлую артиллерию? — Джордж потряс в руках бутылку с потертой этикеткой, взболтав её содержимое. — Огневиски? — протянул Фред — Наливай ей и не спрашивай. — О, нет. Я не пью такое пойло. — брюнетка закрыла свой опустевший бокал рукой и, показав на бутылку со сливочным пивом, промолвила: — Лучше повторите мне. Когда бокалы снова наполнились, девушка подняла бокал вверх и сказала: — За вас, ребята! — За всех Гриффиндорцев! — Добавил Джордж — За семью, — сказал Фред, пародируя застолье «а-ля свадьба в селе».       К тосту присоединились другие Гриффиндорцы, шумно чокнулись бокалами, и праздник души загремел с новой силой. Веселье закончилось, когда в дверях появилась заспанная и раздраженная профессор МакГонагалл. Она стояла в красной пижаме с эмблемой факультета, а на голове у неё была ночная шапочка такого же цвета. — Почему вы всё ещё не спите?! — строго спросила она: — Уже час ночи! Если вы сейчас же не закончите шуметь, я сниму с каждого находящегося здесь по 10 очков. — У нас вечеринка, профессор! — громко заявил Фред, которого не смущало, что он разговаривает с деканом — Мистер Уизли, веселиться вы будете, когда сдадите С.О.В. А сейчас немедленно все спать!       После этих слов гостиная Гриффиндора быстро опустела, никто больше не хотел спорить с профессором МакГонагалл, зная, что в любом случае это выйдет им боком, не сейчас, так на уроке. Она, конечно, была явно не из тех, кто держал зло, и приписывал не учебные процессы в учебные. Но перестраховка никому еще не помешала.       Уже в спальне Розали обнаружила, что оставила на столике у дивана свою заколку в виде гребешка, фамильную драгоценность. — Элизабет, — тихо позвала она подругу, которая уже пропадала в царстве Морфея. — Я забыла заколку, скоро приду.       Элизабет лишь что-то нечленораздельно пробормотала. Девушка в розовой бархатной пижаме, спустившись на цыпочках в пустую гостиную, миновала ограждения из разбросанных подушек и оказалась у нужного столика. Увидев заколку, которая упала под стол, Розали нырнула под него и на четвереньках, извлекла заколку.       На лице появилась победная улыбка, которая также быстро пропала, когда она увидела чьи-то ноги у дальней стены.       У окна стоял Оливер Вуд, который всё это время смотрел за её действиями. Поднявшись, девушка, едва не ударившись головой об стол, отряхнула коленки и выпалила: — Чего не спишь?       Оливер покинул вечеринку вместе с Алексом ровно в двенадцать, сославшись на очередную тренировку по квиддичу и большой объём домашнего задания. — Не спится, — сухо произнёс парень, всё ещё не отводя взгляд от девушки. — А ты? — Я вспомнила, что забыла заколку, — девушка продемонстрировала её Вуду, подходя ближе.       На золотистой заколке была россыпь из зелёных камней, вероятнее всего — изумрудов. Верхушка была выполнена в виде нежных лепестков вишнёвого дерева. — Фамильная драгоценность, досталась по наследству, — закончила она — Красивая, — сказал Оливер и вновь отвернулся к окну.

Розали молча развернулась, собирайся как можно скорее покинуть гостиную, она подняла ногу для очередного шага, но застыла с ней в воздухе, когда голос Оливера растекся по комнате. — Прости меня, — послышался тихий голос Вуда, а затем томный вздох.       Розали повернулась и удивлённо посмотрела на парня, который вновь повернулся к ней лицом. — Прости меня, — повторил Оливер, видимо думая, что девушка его не услышала — За что я должна простить тебя, Оливер? — она, слегка нахмурившись, удивлённо на него посмотрела, задавая немой вопрос, который повис в воздухе. — За проигрыш, за то, что не смог оправдать твоих ожиданий, за то, что слишком плох для тебя, — себе под нос произнес Гриффиндорец, стесняясь таких откровений. — Что ты такое говоришь? — неожиданно мягко проговорила девушка. Она медленно и неуверенно делала шаги на встречу к Вуду. — Мы проиграли и тебе пришлось… — Оливер замолчал, шумно вдохнув воздух, и неожиданно поджал губы, — тебе пришлось целоваться с ним, если это было принужденно, конечно.       Розали понимала, на что намекает Вуд, на то, что возможно она и сама изъявила желанием целоваться с Флинтом, он наверняка видел фото, на котором они были очень страстно запечатлены. Вспомнив фото, Розали, подавила в себе отвращение. — Если кто в этом виноват, то это я. Я ведь сама согласилась на спор, ты меня отговаривал. Поэтому здесь никак нет твой вины.       Девушка стояла напротив парня, между ними был лишь проем в стене, в которой находилось окно, и то она, то он периодически поглядывали в темноту, в которой мигал какой-то огонёк. — Ты поэтому меня избегаешь? — неожиданно раздавшийся голос девушки заставил парня напрячься. Она продолжила смотреть в окно, но решила задать вопрос, который немного беспокоил её.       Вуд неуверенно посмотрел в глаза девушке, а потом, слегка замешкавшись, выпрямил спину, будто показывая, что вообще-то он не какой-то там трус, чтобы избегать девчонку. — Я тебя не избегаю, но веду себя как дурак признаю. Они одновременно издали смешок, словно близкие друзья. Оливер нахмурился: — Знаешь… Я тут слышал, что ты переводишься на Слизерин. — Боюсь спросить, откуда такая информация. Об этом никто не знает кроме меня и Малфоя, ну может ещё, пожалуй, профессора Снейпа.       Вуд слегка улыбнулся при виде изумления на ее лице. — Я только лишь хотел сказать, что я поддержу тебя в этом. Наверное, тебе действительно будет легче с ними.       Розали сделала ещё несколько шагов к Оливеру, сокращая расстояние между ними. Они стояли друг от друга в двух шагах, но даже на этом расстоянии слышали темп биения сердца друг друга. Розали устало улыбнулась: — Мне очень приятно это слышать. Но я не собираюсь переходить на Слизерин. — Но как же… Я думал… — Парень подыскивал выражение, которое могло описать его удивление — Я думал ты решила перейти к ним. — Что-ж признаюсь честно, в какой-то момент я действительно хотела туда перейти, но не сейчас. Я слишком далеко зашла на этом факультете, чтобы принимать такие глупые решения. Они стояли друг напротив друга и смотрели в глаза — К чёрту! — произнёс Оливер — Тогда позволь мне сделать одну крайне глупую вещь.       Он сделал шаг ей на встречу, сокращая расстояние до пары сантиметров. Его глаза были так близко, чистые и прозрачные, и она, кажется, получила ответ на свой вопрос. Может, она и не смотрела на него так, как Элизабет смотрела на Алекса, но теперь она с точностью могла сказать, что он смотрел на неё именно таким завороженным взглядом. — Какое? — почти шёпотом сказала Розали, чувствуя, как вспотели её ладошки.       Он, ничего не сказав, приблизил её к себе, целуя в полуоткрытый рот. Розали лишь оставалось ответить на поцелуй, что, как раз, девушка и сделала.       Переместив свою руку с подбородка на щеку, Оливер медленно впивался ей в губы. Он целовал нежно, приобнимая её за талию, и всё ближе притягивая к себе. Казалось, что мир разлетелся на сотни сверкающих осколков, когда его губы осторожно двигались по её губам, изучая, пробуя на вкус.       Они медленно оторвались друг от друга, открыв глаза. Вновь столкнувшись взглядом, Розали стеснительно отпустила глаза почувствовав, как её щеки пылают. Оливер всё ещё так же осторожно, но уже более уверенно взял её свободную руку в свою. — Что же это теперь значит? — Ухмылка заторможено перетекла в неловкую улыбку. — Что ты теперь моя, — прошептал Вуд, с нежностью глядя на Розали. — Да неужели? — ответила она ехидно, вскинув бровь. Теперь уже девушка потянулась за добавкой, снова прильнув к губам Оливера. Но этот поцелуй был совсем другой. Он был уже не такой трепетный и невинный, как был до этого. Поцелуй стал глубже, откровеннее.

Flashback: 12 часами ранее:

      Кабинет, находящийся в подземелье, наполняло холодом и сыростью. С наступлением зимы, Розали надевала под низ мантии теплый свитер, прежде чем идти на урок зельеварения. Холод пробирался под одежду, и она дрожала, тем самым вечно проливая на стол какой-нибудь ингредиент, хотя прежде никогда не считала себя мерзлячкой. —И как только слизеринцы не мерзнут в подземелье? — думала она.       В кабинете уже никого не осталось, кроме девушки и профессора, когда он обернулся. — Я не буду переводиться на Слизерин, — выпалила она. — Вот как, — с утверждающим спокойствием в голосе произнес профессор, под маской безразличия, которая была постоянно на лице, его реакция была весьма непонятна. — Я решила, что ты должен знать. Я приняла решение: я не буду никуда переводиться. Мне хорошо на Гриффиндоре, и я могу сама решить, на каком факультете мне учиться.       Она стояла уверенно и гордо, заложив руки за спину, и во всём её облике чувствовалась внутренняя сила. На его лицо старалась не смотреть, боясь потерять уверенность в своих словах. — Ты ведь понимаешь, что другой такой возможности может и не быть? — стоя у доски и несколько цедя сквозь зубы, он как бы вслух вдумывался в слова крестницы. — Да. Поэтому я говорю тебе это сейчас. Потому что уверенна в своём решении на сто процентов. Снейп вскинул бровь и слегка качнул головой в бок. — Девяносто девять процентов…Девяносто...На девяносто процентов я уверенна. Родителей я предупрежу сама, спасибо, что подсуетился. Северус ничего не говорил, молча наблюдая за девушкой. Розали на секунду замерла в дверном проходе, будто собираясь еще что-то сказать, но, видимо так и не решившись,       ушла, захлопнув за собой стальную дверь, сей звук ещё минуту рассекал тишину подземелий.