Трудный Выбор

      Следующее собрание прошло сразу же после провала Лорда и Пожирателей при перевозки Поттера. Они сидели всё там же, в трапезной, в полной тишине.       Сегодня Розали увидела здесь новое лицо. Точнее, для всех оно было старым, но не для младшей Хейл. Это был Нотт-старший отец Тео. Он всегда оставался верным сторонником Тёмного Лорда и, по рассказам его сына, всякий раз мог загреметь в Азкабан. Розали для себя подметила, что Тео не был внешней копией своего отца. У Нотта-старшего были серые глаза, каштановые волосы, мощное телосложение, и ко всему этому он был очень бородат. Волшебную палочку он держал, как и Люциус, в трости. Его строгое лицо было напряженным, а серые глаза — пустыми. Мужчина смотрел перед собой, и Розали стало интересно, о чём он сейчас мог думать? Думал ли он сейчас о своём сыне или о чём-то другом? Хотя вопросом времени было местонахождение Нотта-младшего? Поступил ли он по воле отца? Хотя, наверняка Теодор был завербован раньше Розали и сейчас был либо на задании, либо просто где-то отсиживался. По крайней мере, в доме его не было, и Розали хотелось верить, что он избрал свой собственный путь. — Вы принесли новости, я полагаю, — обратился Тёмный Лорд к Нотту и своим слабым скрипучим голосом разрезал пространство. В комнате все будто очнулись от сна и нехотя повернули голову к своему повелителю. — Наши источники доложили, что у семейства Уизли в субботу планируется свадьба. Есть предположение, что Поттер находится именно там. Если в этот день нам удастся захватить министерство, мы разобьём их защиту. Даже если он находится в любом другом из домов Ордена, они также окажутся под нашей властью, — прервал сиплый голос лорда грубый мужской бас.       Розали, до этого сидевшая с припущенной головой, приподняла голову и с тревожным выражением повернула её к мужчине. В глазах читался интерес.       — Свадьба? Как? У кого там могла быть свадьба? — кричал голос в её голове. Она не верила словам. Под кожу забрались мурашки. У кого бы не планировалось это светлое событие, оно будет испорчено по Его велению.       — Ну, Яксли? Падёт ли Министерство к следующей субботе? — Прежде чем обратиться к другому мужчине, Темный Лорд окинул пристальным взглядом всех присутствующих, будто проверяя реакцию, произведенную его словами. Сейчас его как никогда волновала верность своих подданных.       — Мой Господин, на этот счёт у меня есть хорошие новости. Я, хоть и не без труда, успешно наложил Заклятие Империус на Пиуса Тикнесса.       Пожиратели были впечатлены. Даже сосед Яксли — Долохов — похлопал того по спине в знак уважения.       — Скримджер должен быть окружён нашими людьми, прежде чем я начну действовать. Одно неудачное покушение на министра, и я буду отброшен далеко назад, — прохрипел Волан-де-морт сдавленным шепотом. — Уизли, такая знакомая фамилия… — Они чистокровные, мой лорд. Но предали нашу кровь плотным общением с грязнокровками и маглами, — под руку проговорила Беллатриса. — Многие из наших старейших семейных древ немножко подгнили со временем, — сказал Лорд, в то время как Беллатриса жадно ловила каждое его слово. — Да, Господин, — прошептала Белла и принялась без остановки кивать головой. — Всему миру нужна очистка. Мы уберём ту гниль, что отравляет наше существование, пока не останутся лишь действительно чистокровные. Что-ж, мы можем отправить туда наше новое лицо. Мисс Розали Лестрейндж, есть возможность доказать свою преданность делу. — Лицо Лорда в усмешке искривилось, а голова с интересом наклонилась вбок, чтобы лучше видеть свою жертву.       Розали неуверенно посмотрела на Темного Лорда. Казалось, что он смотрит ей прямо в душу. От испуга сердце сжалось и похолодело. Прежде чем ответить, она поспешно отвернула голову, но её успел перебить голос крестного:        — Мой лорд, смею заметить, что мисс Лестрейндж ещё не умеет перемещаться подобающим нам образом. От этого могут возникнуть проблемы. Её можно отправить на захват министерства. Как раз это в её компетенции, она там работает, — монотонно причитал Северус.       Неумение перемещаться подобающим образом означало не совсем обычную трансгрессию, которой Розали как раз таки владела. Трансгрессия пожирателей была больше похожа на полёт с оставлением за собой дымного следа во время перемещения. Так можно было различить пожирателей от обычных волшебников. Ну и, наверное, это было эффектно. Кто не любит эффектные появления? Пожиратели, большая часть которых обучались на Слизерине? У тех, у кого вся жизнь пропитана показухой? Очень сомневаюсь, подумала Розали. — Ты прав, Северус. Долохов, твоей задачей является как можно скорее обучить мисс Лестрейндж нашей трансгрессии.       Долохов был атлетического телосложения, с чёрными, слегка волнистыми волосами, на фоне которых выделялись темно-синие глаза и борода. Он кивнул Лорду, а затем его бледное, заросшее щетиной лицо исказилось лёгкой ухмылкой, когда он посмотрел на девушку. Стерев с лица испуганный вид, Розали тут же презрительно вскинула голову вверх. Позволяя себе смотреть на мужчину сверху вниз. Несмотря на то, что они сидели на стульях, он, судя по всему, был выше её почти на две головы.       — Розали, ты общалась когда-нибудь с семейством Уизли? — продолжил допрашивать её Тёмный Лорд. Пусть он и согласился с Северусом, ему, кажется, вовсе не терпелось отправить девушку на первое ответственное задание. И его можно было понять. Зачем ему в близких подручных, человек, который не несет никакой пользы?       Розали перевела свой взгляд на Малфоев. Измотанное лицо Люциуса не выдавало никаких эмоций. Казалось бы, именно он не так давно на кухне в доме Хейлов говорил о различиях их семей. Да и Розали знала, что Драко наверняка всё рассказал отцу о том, какими плотными её отношения стали после расставания с Ноттом. Она уже было хотела признаться, когда новоиспечённый директор Хогвартса, вновь перебив её, произнес:       — Как бывший профессор Розали в школе Хогвартс, могу заверить вас в том, что она общалась с ними поверхностно. По нужде учёбы, — продолжил говорить Северус.       — Мы очень рады, Северус, твоему участию в разговоре, но я бы хотел услышать именно юную леди. У неё ведь есть рот, — уже более раздраженно произнес Волан-де-морт.       Северус, по-видимому, решил больше не испытывать терпение его величества и замолчал, поглядывая на крестницу.       Розали, собрав всю свою силу воли в кулак, уверенно посмотрела на Повелителя и заговорила на одном дыхании, точно первоклассница, немного опустив веки и покачивая головой: — Мне нечего дополнить, мой лорд. Я общалась с Уизли, но не близко, — она закивала. — Я общалась с ними лишь во время обучения в Хогвартсе. После с ними связь была потеряна и я ничуть об этом не жалею.       Назад пути нет. Они солгали. Розали думала о том, что наверняка не может себе вообразить, каким жестоким и изощренным способом лорд убьет их, если узнает правду, искалечит их тела и отдаст на съедение своей змее.       — Что ж… тогда стоит прислушаться к совету Северуса. Отправим тебя на захват Министерства.       После этого, Розали больше не затрагивали, и до конца собрания она могла спокойно выдохнуть. Настолько спокойно. Насколько это было возможно в нынешних условиях.       Когда собрание окончилось, её взгляд встретился со взглядом крестного. Северус пристально смотрел на неё, когда Розали благодарственно ему кивнула. Они оба понимали, что он её прикрыл.              А затем девушка отправилась, как и планировала, домой. При переезде брюнетка оставила рабочие документы, которые лично копала под пожирателей. Хотелось немедленно всё уничтожить, спрятать, замуровать в стену дома, чтобы их не нашли ни при каких обстоятельствах.       Розали трансгрессировала и появилась прямо перед домом, находящемся в Графстве Ноттингемшир. За несколько недель его внешний вид не сильно изменился. За тем лишь исключением, что окна дома были заколочены досками с внешней стороны. Это была попытка родителей отвлечь внимание от своего семейства, создать видимость того, что они пустились в бега.       Местечко точно вымерло, даже собаки не лаяли. Сильный ветер, стремительно носившийся по улицам, дул прерывисто вздрагивая. Почтовый ящик, который был обычно не надобен и закрыт сейчас свисающей дверцей, скрипел на пустой улице, привлекая её внимание. Девушка прошла к ящику и, заглянув в него, обнаружила в нём письмо. Сняла белоснежную перчатку и просунула руку внутрь. Письмо было обыкновенного маггловского образца, за тем лишь исключением, что помимо обычных марок была ещё одна, точнее, не марка, а печать. Буква «W» С кисточкой в виде палочки на конце буквы.       Из-за дождливого и холодного лета жёлтая листва деревьев уже заполонила порог дома и немного хрустела под ногами. Дверь дома была, конечно же, заперта всевозможными магическими замками, но их было недостаточно для Розали, у которой был самый обыкновенный металлический ключ.        Внутри было темно, из-за заколоченных окон свет не поступал.       — Люмос! — Она взмахнула палочкой, и из неё вырвался яркий луч света, освещая буквально пару метров перед ней. Внутри дом оставался прежним, лишь пыли стало в разы больше. Она летала в воздухе. Через те редкие лучи солнца, что сочились из окон, было видно, как она кружится в беспокойном танце. Брюнетка села на белоснежную ткань, укрывающую диван, и развернула письмо.

«Дорогая Розали!

Уже не знали как до тебя дописаться, поэтому отправляем письмо из центра Лондона магловской почтой. Надеемся, они найдут твой дом.

Родители запретили нам с Джорджем писать тебе, потому что боятся, что ты вступила на сторону пожирателей вслед за Малфоем и Снейпом. Мы, конечно же, с Джорджем в это не верим. Наши письма видимо до тебя не доходят, на прошлой неделе даже наша сова Эррол вернулась обратно с письмом. Он, конечно, птица не умная, но на нашей практики такого ещё не было. А трансгрессировать отец запретил, но нам законы никогда не были писаны. Мы сами переживаем, говорят, что министерство переходит под власть пожирателей.

Недавно Джорджу расщепили ухо, не важно при каких обстоятельствах.

Теперь он немного глуховат. Поэтому главным красавчиком остаюсь я. Но ты и так это знаешь.

Свадьба нашего брата Билла Уизли и Флер Делакур, её ты конечно тоже знаешь, состоится первого августа. И это отличная возможность для меня вернуть тебе должок по танцам и просто шанс встретиться для нас троих. Надеемся, ты примешь приглашение и ждём тебя на свадьбе! Ждём тебя там же, где и всегда,

дом близ деревушки Оттери-Сент-Кэчпоул, в доме семьи Уизли «Нора».

Целуем, твои Фред и Джордж»

      Розали застыла с письмом в руках. Пожиратели были правы. Если попытка свергнуть министерство окажется победоносной, их всех поймают врасплох. Убьют, заберут в плен, будут пытать. Она так тщетно хотела защитить друзей, что только сейчас осознала свою беспомощность. Она выставила условия скорее самой себе, чем им. Ведь никто сейчас не мог защитить её друзей, кроме её самой.        Брюнетка встала с дивана и закрыла глаза в попытке сконцентрироваться. Вспоминать лучшие воспоминания своей жизни с каждым разом становилось сложнее. Она думала о близнецах, о походах в Хогсмид с Элизабет, о том, как они выиграли Кубок Школы и кубок по квиддичу.       — Экспекто патронум!        Лисица из серебристой материи появилась из палочки, принимаясь носиться по комнате. Необходимо было сформулировать желание и не ошибиться с датой. Если Розали всё правильно рассчитала, это было её предупреждение семейству Уизли, которые должны были получить его в момент падения Министерства. Голос у Патронуса должен был исковеркаться в мужской, а сам он должен был смиренно стоять на четвереньках. Так было задумано. А вот получилось это или нет, Розали не имела понятия.

***

      Долохов не был заинтересован в обучении Розали, поэтому учиться приходилось самостоятельно. В последний день обучения от бесконечных перемещений её трижды вырвало, и она всякий раз падала на каменную кладку перед домом, не в силах больше этим заниматься, пока он не кричал снова и снова.       — ЕЩЕ РАЗ!       Хорошо хоть не расщепило. Голова уже была словно чугунная, а барабанные перепонки готовы были лопнуть от давления.       — Я больше не могу! — взывала девушка в попытке сдержать слезы.       В голове теперь формулировалось только одно желание, и оно было никак не связано с трансгрессией. Хотелось убить Долохова, который стоял у стены дома, закидывая в рот закуски, которые любезно предоставили Оливия и Нарцисса.       — Жалкое зрелище. Распласталась тут по газону и не может ничего с собой поделать. Тебя даже на ответственное задание отправлять боятся. И фамилию, которую ты носишь, не заслужила!       Немного оглушенная громкой речью этого высокого мужчины в черной мантии, она встала с каменной плитки, почувствовав себя в разы хуже. Из носа тонкой струйкой стекала кровь. Брюнетка зажала нос рукой, пока Долохов позволял себе оскорблять её личность. С черных брюк капала вода. Прошлый раз при приземлении её угораздило залететь в болото. Она, слегка прихрамывая, дошла до лестницы, на которой лежала её палочка, и приземлилась рядом с ней.       — Ведешь себя как школьница. Слабó сделать что-то достойное? Даже перемещаться не можешь научиться. Надо прирезать будет всех на этой свадьбе, чтобы они из чистокровных людей не делали тряпок. Там наверняка будут ваши профессоры, да? Наконец-то Сейчас в Хогвартсе воцарится нормальное образование. Кэрроу покажут всем волшебникам, как стоит обращаться с нижеподобными грязнокровками.       — Хватит! Она направила на него свою палочку.       — И что ты мне сделаешь? Убьешь? Очень сомневаюсь. Да у тебя кишка тонка! Ты всего лишь слабая, напуганная девчонка!       Она сжала зубы и резко рванула вперёд, ударив его в нос. Безумная улыбка тут же пропала с лица Долохова. Он схватился за нос, который секунду назад неприятно хрустнул. Из носа хлынула кровь.              — Ублюдок! Не смей считать меня слабой!       Кулак от удара сильно заболел, её лицо исказилось от боли, и она подула на костяшки. Розали отскочила на пару шагов, боясь, что от того поступят обратные действия. Драться с огромным амбалом она не сможет. Никогда бы не смогла. Она вообще считала, что всё можно решить переговорами, Но тут он вывел её на эмоции. Долохов замахнулся палочкой. Когда входная дверь отворилась и из неё выглянула Беллатриса.       — Что здесь происходит?! — её вид был почти такой же безумный, как и всегда, а черные глазки бегали от одной к другому. — Розали, ты в порядке?       Девушка знала, что крестная не способна на жалость. Вероятнее всего, она интересовалась состоянием девушки только потому, что мать попросила следить за ней. Но Долохов то этого не знал.       Уголки губ Розали двинулись в сторону, демонстрируя оскал Долохову. Она показала большой палец вверх Беллатрисе, и та вновь ушла.       — Если я ей скажу, что ты избиваешь её дорогую племянницу. Она тебя убьет и глазом не моргнет. Я выше тебя по статусу, и я могу уничтожить тебя.       — Ладно, давай последний раз, — он посмотрел куда-то вверх. — Трансгрессируй.       Брюнетка отошла подальше, а потом побежала прямо на Долохова. Когда до него оставалось пару метров, она превратилась в черную дымку и вылетела прочь за пределы дома, вернувшись только спустя пару минут. Долохов улыбался не присущей ему улыбкой.       — Умница, Давно пора было тебя позлить. Может быть, и получилось бы всё в разы быстрее.       Главным в перемещении Пожирателей было как можно сильнее сконцентрировать свою злость на одном месте, а прочим она не сильно отличалась от обыкновенной трансгрессии. Розали всё время сбивалась, пытаясь не связывать места с хорошими воспоминаниями, и это стало причиной того, ничего не получалось. Она представляла либо место, в которое перемещается, либо злилась. Делать это одновременно было фактически невозможно. Или воспоминания для ярости было недостаточно сильное. Конечно же, оно было связано с Вудом. В глубине души брюнетка не могла отпустить его и думала, что это идеально подойдет. Видимо только желание смерти Долохову разбудили в ней необходимые эмоции.

***

      Захват министерства должен был производиться утром. Это было удобно, потому что, как и все чиновники, министр любил после обеда куда-нибудь слинять.              Розали уже была на рабочем месте. Сегодня она должна была открыть сеть каминов в министерство для попадания пожирателей прямо из Малфой Мэнора. От этого она сильно нервничала и неестественно много пила кофе, будто боясь случайно уснуть или просмотреть нужное ей время.       Министр, как делал это всегда, зашел в кабинет, немного озираясь. Хотя, если признаться честно, о своей безопасности он, кажется, никогда не думал, всякий раз позволяя себе спокойно перемещаться без Авроров внутри и вне этого здания.        От долгого сиденья у неё затекли ноги и заболела спина. Покидать зону видимости сегодня было нельзя. Вытянувшись во весь рост, она сильно потянулся вверх руками, захрустев своим телом, и вновь взглянула на время.       — Пора!       Всё произошло под шумок. Розали открыла каминную сеть близ кабинета министра и потом просто караулила вход главы британского магического мира, не желая заходить внутрь. Из кабинета слышались невнятные слова, удары и хрип. Пия Толстоватого, который был по совместительству боссом Розали, главой Отдела магического правопорядка, вызвали чуть позднее, прямо из кабинета министра. Затем притворный женский голос доложил, что всем сотрудникам требуется немедленно собраться в главном зале здание, когда из кабинета вышли довольные пожиратели, за исключением Корбана Яксли.       — Яксли! Да брось ты его! Он труп!       — Можно так не орать — прошептал Пий, и с благодарностью кивнул Розали. Ждём тебя снизу.       — Он так и не рассказал местопребывания Поттера. Утырок — посвятил её в дела. Высокий мужчина с тяжелыми и грубыми чертами лица, вытирая платком кровь с рук, Яксли, бросил платок у порога, прежде чем выйти из кабинета.       Когда брюнетка заглянула в кабинет, искалеченное тело министра лежало, чуть скатившись, в неестественной позе на стуле. Мёртвые глаза выдавали последнюю свою эмоцию — застывший ужас, губы уже посинели. Алая лужица крови растекалась у виска. Она снова ухватился за горло, не веря в происходящее, едва подавив в себе рвотный рефлекс, выбежала из кабинета, закрыв за собой дверь запечатывающим заклинанием.