Трудный Выбор

      Она стояла в комнате у комода, на котором лежало всего немного вещей: расческа, несколько заколок и небольшая черная деревянная шкатулка, из которой выглядывал уголок сверкающей картинки. Розали достала колдографии, спрятанные в шкатулке и осторожно перебрала их в руке, будто опасаясь, что одно лишнее движение и они рассыпятся в её руках. На одном из снимков изображены две девушки и два парня в парадных мантиях и шапочках выпускников. Они весело подкидывали шапочки к небу и смеялись. Это её выпускной. А вот еще одна колдография, на которой они вместе с Уизли танцевали в гостиной Гриффиндора, после того, как узнали, что сдали СОВ. Следующая колдография из мрачной гостиной Слизерина, где она так любила проводить время на шестом курсе. На ней Розали вместе с Блейзом и Пэнси что-то поёт. А вот на этом снимке брюнетка вместе с Седриком купается в речке у его дома. Он подкидывает её с мостика прямо в воду.       Мгновения жизни, повторяющиеся лишь на фото. Крошечная возможность окунуться в прошлое на долю секунды и вновь прокрутить неповторимый момент в своей голове. Ей от просмотра фотографий всегда становится очень грустно. Не хочется мириться с мыслью, что это мгновение больше никогда не повторится. Хочется вновь повторить этот момент, окунуться в беззаботное детство и насладиться этим моментом.       Стука в дверь не слышно, но Розали затылком чувствует, что кто-то зашёл. Она вновь запихивает снимки в шкатулку и проворачивает на ней крошечный замок. Ключик вытаскивает и кладет в приоткрытую полку комода, после чего оборачивается. У двери стоит Беллатриса, редкий гость в её комнате, хотя тут больше подойдет другое слово, не просто редкий, а редчайший. Госпожа Лестрейндж ни разу за этот год не посетила её комнату.       — Чем заслужила такой визит? — не скрывая удивление, обращается к крестной Розали. Лицо Беллы спокойно, нет привычного безумия, но всё-таки Розали напрягает излишнее внимание в следующих вопросах. — Хотела узнать, как ты себя чувствуешь, крестница? Как проходят задания? Не сложно? — Голос Беллы неуверенный, кажется, что он даже немного дрожит. Голос, которому не присуще быть таким. Розали гордо вскидывает голову, смеряя женщину надменным взглядом, понимая, к чему та клонит. — Я давно выбрала сторону, Белла. Если ты про это, тебе незачем сомневаться. Я знаю, за кем сила и будущее, — твердо отвечает брюнетка. Лицо женщины напротив приобретает знакомое выражение. Беллатриса осматривает лицо крестницы с присущим ей безумством в глазах, а затем расплывается в ехидной улыбке.       Конечно же, близ стоявшие пожиратели Лорда очень беспокоились о верности подчиненных. Признаться честно, всё это довольно затянулось. Многие думали, что мальчишку поймают гораздо быстрее. Пожиратели словно «паршивые овцы», один неверный может испортить всё стадо. Раньше этой овцой была Розали. Оставалась ли она ей по сей день? Ответить Розали не могла.        — Я знала, что рано или поздно ты придешь к этому, моя девочка. — Белла сгребла Розали в охапку и первый раз в жизни обняла её и также, как в первую их встречу, дотронулась до её волос, закручивая локон на палец. В этом движении есть что-то властное, Розали уже давно чувствует, что не в силах больше бороться с происходящим. Нужно просто это принять. — У меня есть для тебя подарок. — Беллатриса извлекает из своей сумки, на которой, видимо, наложено заклинание незримого расширения, коробку, передавая её девушке. — Розали! — знакомый, но в тоже время чужой голос, доносящийся этажом ниже, перебивает их «семейной уединение». Она не успевает отойти от одного шока, как на смену ему приходит другой. Бровь девушки медленно, в удивлении ползет в вверх. — Кто это? — Иди на задание, примеришь после, — избегая прямого ответа на вопрос, Белла подталкивает девушку к двери, забирая коробку из её рук, ехидная улыбка не сползает с лица. — Спасибо, — Розали отрывисто улыбается и, выполнив реверанс, закрывает за собой дверь, услышав в конце уже знакомое ей: — Француженка…       На ней чёрный комбинезон и сапоги со шнуровкой. Спустившись на первый этаж, она обращает свой взгляд к трапезной. У входа Драко беседует с черноволосым парнем, но Розали видит только его затылок. В прихожей брюнетка поднимает ногу на обувной комод и засовывает металлический кинжал в сапог. Фигуры из трапезной двигаются навстречу к девушке — она видит это боковым зрением, но, не обращая внимание, проделывает то же самое с другим ботинком. Пока голос парня не становится слишком навевающим. — Здравствуй, Рози!       Аромат дорогих духов заставляет её поднять глаза. Что-то в этом запахе пробуждает воспоминания, ухватить которые не удается. А может быть, у неё в ноздрях защипало от знакомого запаха… запаха денег? — Нотт?       Розали выпрямляется и смотрит на него. Нет, не с отвращением. С легким удивлением и, наверное, разочарованием. Теодор тоже здесь. А чего она ожидала? Его отец — Пожиратель, значит, и он тоже. Где вот только он был всё это время? И почему не появился в доме раньше? Всё это время в трапезной Драко разговаривал с Тео? О чём? Неужели Драко всё-таки смог смириться с тем, как лучший друг поступил с его сестрой? Брюнетка весь последний год в школе просила брата его простить. Наверное, потому-что в глубине души сама простила Нотта. В конце концов, он показал ей то, как не должен вести себя парень. — И я рад тебя видеть.       Его голос такой же приятный, как и всегда. А внешне он ничуть не изменился за их последнюю встречу. Стал даже лучше. Ещё красивее что-ли. Это тяжело было признавать, но Тео обладал чуть ли не модельной внешностью. Вовсе не удивительно было и то, что в своё время за ним бегала половина школы. Он весь в чёрном. Привычную мантию Слизерина или его белую рубашку с костюмом заменила черная водолазка и брюки такого же цвета. Выглядит он в точности как Малфой, будто бы они даже закупаются в одном бутике. — Что ты здесь делаешь? — пытаясь скрыть удивление от встречи в голосе, она задаёт вопрос и фыркает, когда получает ответ. — Мы сегодня работаем вместе, Рози. — Не называй меня так. Никакая я тебе не Рози. Розали проходит вглубь коридора и выкрикивает вверх, стоя перед лестничной площадкой. Она не обращается к кому-то определённому, но хочет, чтобы её услышали. — Подле! Избавьте меня от общества этого кавалера! Не дожидаясь ответа, брюнетка надевает черные полупрозрачные перчатки и вальяжно проходит к выходу. Теодор открывает дверь, галантно пропуская девушку вперед, одарив улыбкой, неискренней, больше похожей на насмешку, читающуюся в его глазах. Он вновь смотрит на Драко и, подмигивая своему закадычному другу, выходит за девушкой.

***

      Они трансгрессировали на опушку леса. Сегодня они находились далеко от Лондона, в Грампианских горах. Ветер, дующий с Атлантического океана, здесь ощущался гораздо сильнее. Он продувает её насквозь, больно касаясь лица. Яркие солнечные лучи пробивались сквозь высокие и могучие деревья. Воздух был наполнен свежестью. На зеленых лоскутах травы собралась первая влага.       На этом участке их всего четверо. Хотя, по подсчетам Розали, даже этого количества слишком много. Вероятность того, что Поттер загремит сюда, крайне мала. Но она не спорит. Тео собирает хворост и сухие ветки для костра, дабы согреться. Ещё двое пожирателей ушли куда-то дальше в лес. Брюнетка скатывается спиной по дереву, подобрав под себя ноги. Один лишь краткий вдох и тяжелый длительный выдох. Теплый пар вырывается из её приоткрытого рта. Тишина и безмятежность успокаивают. Розали едва борется с собой, чтобы не провалиться в сон. — Индендио!       Она открывает глаза и видит, как огоньки оранжевого пламени танцуют на кучке из веток, у которых стоит Тео. Несмотря на дикий холод, он всё еще остается в водолазке. Черная кожаная куртка свисает у него с одного плеча. Рукав водолазки закатан, и глаза Розали цепляют на его предплечье черную метку. Такую же, как и у неё. Когда девушка вновь поднимает глаза на его лицо, он смотрит на неё. Тео издаёт смешок, когда Розали резко отворачивает голову в лес. А затем задаёт вопрос: — Ну расскажи мне, Рози, как ты живешь? Брюнетка вновь поворачивает голову к нему, смеряя его недовольным, холодным взглядом. — Не твоё собачье дело как я живу. Тебя же это не волновало, когда ты меня бросил. Тео разводит руками в стороны и закатывает глаза. — Прошу тебя, не начинай. — Напомни мне, ты всегда была такой нудный? — А ты всегда была такой стервой? — Он скрещивает руки на груди и проводит ботинком по молодой траве. — Вот видишь, мы квиты, — усмехается она и встаёт, придерживаясь за дерево. — Я, пожалуй, прогуляюсь — Куда? Одна? Драко сказал мне присматривать за тобой. — Нотт, мне не пять лет. Я уже давно самостоятельная девушка и могу постоять за себя. К тому же опыт прошлых лет показывает, что присматривать за мной для тебя слишком тяжелая ноша, — девушка отправляет ему воздушный поцелуй и, хихикая, уходит в чащу леса.       Краткие моменты одиночества были дороги ей особенно. Наверное, поэтому, несмотря на усталость от основной работы в министерстве, она так стремилась оказаться за пределами усадьбы Малфоев. Даже несмотря на то, что весенний холод и сырость леса пробирали до костей. А еще появление старого друга набивало её на разного рода мысли. Например, с чего у Нотта такая уверенность в том, что ей хочется с ним пообщаться? Всё же он неисправим, совершенно. Хотя её и распирало любопытство узнать, где он пропадал всё это время. Брюнетка строго настрого запретила себе любопытствовать по этому поводу. Уж очень не хотелось ей вдаваться в подробности его личной жизни. Как бы там не было, она переросла тот момент, когда Нотт представлял для неё «особый» интерес.

***

Когда пришло время возвращаться, на улице уже стемнело. Стояла совершенно черная, непроницаемая ночь, и сначала девушка, точно слепая, ощупывала перед собой дорогу. А после, едва не навернувшись, зажгла свет на конце палочки. Периодически опуская её вниз и выискивая свет от костра Тео. Девушка и не думала, что заберется на столько далеко в лес. Дорога до ближайшего водопада оказалась слишком дальней. И зачем она только захотела на него посмотреть?       К счастью, еще метров через десять послышались голоса и начал виднеться сегодняшний костер, который горел с прежней силой, что и днем. Видимо, Нотт докидывал ветки весь день. Разговор, доносящийся до неё, показался агрессивным, и она прибавила шагу. Как глупо всё-таки было оставить пост и просто уйти? И всё же она была настоящей эгоисткой и думала только о себе. Вдруг, что-то случилось или их взяли в плен? В голове начали непроизвольно всплывать красочные картинки. Пусть она была и не в восторге от общества Нотта, ей бы очень не хотелось видеть его покалеченным. Сердце бешено колотилось у неё в груди от неизвестности. Шаг за шагом, пробираясь через густую чащу леса и прислушиваясь к разговору, она наконец-то вышла на поляну, которую покинула несколько часами ранее. Тео стоял у костра, будто бы никуда и не уходил. За исключением того, что появилась палатка и вернулись два других пожирателя. По крайней мере, все были целые и невредимые, пока Розали не заметила оскалившееся лицо Нотта, и один из пожирателей грубо не оттолкнул парня к палатке. И всё же чуйка её не подвела. Действительно, что-то происходило. И как это было по иронии судьбы, это происходило с вечным драчуном Теодором. Только на этот раз он не лез на рожон. Он стоял, едва сжимая кулаки, и фактически ничего не говорил, в отличии от двух других пожирателей, поливавшими его словесными помоями. Прежде чем вступить в конфликт, последние слова в адрес Тео, которые она услышала, были: — Ты сосунок, Нотт! И пора бы уже отчитаться за действия своего отца. Розали могла лишь догадываться, что речь шла о том, как Нотт старший, борясь за свою свободу, сдал большинство пожирателей в клетку. Увы, ему это не помогло. Есть всё-таки грехи, которые ты не сможешь отмыть, как-бы не старался. Девушке от чего-то стало даже немного стыдно, она услышала что-то личное, запрещенное. — Какие-то проблемы? — как можно спокойнее произнесла брюнетка, стараясь сдержать энергичное биение испуганного сердца. Нельзя показывать страх. Брюнетка обошла пожирателей и встала около Нотта, держа палочку наготове. — Позвольте узнать, где носило вашу светлость? Парочка мародеров бежало мимо нас, пока вы, дамочка, прохлаждались! — резонно заметил большой широкоплечий мужчина секунду назад разговаривающий с Теодором. Теперь было понятно, почему Тео не действовал. У мужчины была черная радужка глаза с голубыми зрачками, не присущие человеку. А приоткрывшиеся в усмешке губы обнажили увеличивающиеся в размерах клыки. Перед ними стоял не обычный пожиратель — это был оборотень. Который искал повода раздуть драму, чтобы перекусить человечиной. — Трое пожирателей не смогли справиться с парочкой мародеров? Забавно. А где я была, вас не касается, вы думаете, у меня нет личных заданий от Темного Лорда? — уверенно и мрачно ответила Розали, складывая руки на груди, и посматривая на чуть склонённую голову оборотня со сверкающими в темноте голубыми глазами. Он вызывал желание сбежать. — А палатка зачем? На курорт приехали? — Если Вам чуждо чувство комфорта, мне вас жаль! Еще вопросы? — зло ответила Хейл, делая шаг вперёд к голубоглазому мужчине. Пожиратель недовольно хмыкнул, плану отужинать было не суждено сбыться, и он послушно отступил, захватив с собой приятеля. Нотт всё еще молчал, не комментируя произошедшее, и Розали не горела желанием его пытать, ей хватило и того, что она случайно услышала. Он силой сжимал зубы, отчего его скулы непроизвольно дергались, а потом, как ни в чём не бывало, надел свою кожаную куртку и плюхнулся прямо у костра. Теодор достал два фольгированных контейнера и, прошептав над ними заклинания, предложил один Розали, который она охотно взяла. В контейнере был ужин, который девушка, в отличии от оборотня, не планировала пропускать. — Подставила меня, оставив одного здесь и прикрыла, одновременно появившись в самый нужный момент. Удивительно, ты меня больше не ненавидишь, а, Хейл? — спросил черноволосый юноша, глаза которого горели от предвкушения. — Я Лестрейндж, я всех ненавижу! — немного раздражённо ответила Розали, ситуация её всё же позлила.        Она села у костра, облокотившись на дерево, отвела взгляд в сторону и распаковала контейнер, из которого тут же повалил пар от горячей еды и запах ароматной запеченной рыбы с картофелем.       Теодор, поджав губы, скользил по брюнетке взглядом каре-черных глаз, напоминающих только очень чёрный чай. — Ты ведь общалась не только с представителями чистокровных семей. Признаться, я удивлен твоему участию — отметил Нотт — Это в прошлом. Сейчас я полностью принадлежу своей семье и нашему общему выбору: быть с тёмным лордом, — заключила Розали. — А ты изменилась, — он вновь ненадолго замолкает. — Мне это не нравится — А я не должна тебе нравится, — грубо отвечает Хейл.       Далее разговора не последовали, всё время они молчали, и у неё даже шея затекла оттого, что приходилось всё время сидеть, глядя в сторону. Единственным источником звука был лишь лес, костер и ерзанье контейнера с едой в руках. Лишь бы не смотреть на него, не сталкиваться со своим прошлым. Зато Теодор так и не перестал рассматривать её и напряжённо о чём-то думать, потому что выражение лица у него было сосредоточенное и хмурое. — Что? — наконец не выдержала она, резко обернувшись — Почему ты так смотришь? — Вспоминаю — на его лице играла привычная ухмылка, и ей на секунду захотелось рассмеяться Нотт смерил её заботливым взглядом и спокойно, но с намёком спросил: — Нам было хорошо вместе, согласись? — Перестань! То, что было, уже не имеет никакого значения. — Скажи лучше что-нибудь новое, — посоветовал Нотт. — Что, например? — огрызнулась она. — Например, что страстно меня любишь и потому планируешь в ближайшем будущем вновь оказаться со мной в одной постели. Брюнетка разразилась смехом. — Я тебя не люблю, — без выражения, насмешливо бросила она, с сомнением оглядывая юношу, — и потому не собираюсь думать о том, чтобы оказаться у тебя в постели. Вместо этого, — её голос снова обрёл выразительность, — я буду думать исключительно о том, как бы постараться тебя не придушить. — Это устраивает меня значительно больше, — удовлетворённо заявил Нотт. — Если ты забыл, ты предал меня. Растоптав мои чувства — Прости, малышка, так нужно было — И таким доброжелательным тоном это было сказано, что Розали стало не по себе. — Дай угадаю, твой отец был совершенно не причем? — Я соврал, чтобы защитить тебя. — Его немигающие глаза сверлили её. — От кого? — Ты ничего так и не поняла. Когда я увидел тебя впервые. Ты была вся такая независимая, и вовсе не Слизеринка. Что-ж, возможно, моё влияние подпортило тебя. Но на мгновение я надеялся, что ты сможешь вырваться из этой петли. Сможешь быть другим человеком. Сможешь быть доброй. Ты была совершенно другой… — Дай угадаю, ты ошибался? — резко вспомнила она его слова при расставании, и он грустно хмыкнул такой иронии. После чего окончательно замолчал.       Блики от костра играли на коже Розали и вспыхивали веселыми искорками в тёмных глазах Теодора. Наступила глубокая ночь, из леса уже слышались странные звуки, издаваемые невидимыми для глаз животными, обитающими там. Совсем рядом, прямо над ними, ухает сова, а следом за ней и кукушка. И Розали не терпится в шутку спросить, сколько ей осталось жить. Помимо этих волнующих её звуком, рядом приятно потрескивал костер, расстилающий тепло вокруг себя и согревая её сердце. Пусть от утреннего холода не осталась и следа, Розали чувствовала себя очень уютно, намного уютнее, чем в Малфой Мэноре. Ночь охватывала её разум, она зевнула, вновь захотелось спать. Что не остается без внимания, Теодора. Она старалась хоть как-то скоротать время, делая работу, которую забрала с министерства. Сплошные отчёты, но сейчас сосредоточенность её подводила. Карандаш выпал из руки и покатился по холодной, сырой земле, что не могло не остаться без внимания Нотта, и парень засмеялся. — Ничего смешного нет, — буркнула она, достав новый карандаш из сумки. — Какая грозная, — напыщенным голосом, выпучив глаза, со смехом произнес Теодор. — Ну всё. Иди спать. Я постою на карауле. И те придурки тоже. — Тео кинул взгляд в лес, куда не так давно ушли пожиратели. Ей хочется отказать ему и сказать, что это она будет настороже. Но язык не поворачивается отказаться от заманчивого предложения и она кивает. — Я проснусь в четыре и сменю тебя, — сказала брюнетка напоследок и зашла в просторную палатку.

***

      В Малфой Мэнор они вернулись утром, примерно часам к десяти. Ночь в лесу прошла спокойна, в четыре Розали как и обещала сменила Тео и просидела так до восьми часов. Кажется в лесу девушка даже смогла выспаться, но сегодня делать больше ничего не хотелось. Поэтому по возвращению в дом Розали планировала принять душ и остаток дня провести в кровати. Однако у тех кто был в это время в Малфой Мэноре утро началась не самым добрым образом.       Когда Розали вошла в дом, она почувствовала резкий удушающий запах, запах смерти который брюнетка постоянно чувствовала в повторяющемся сне. В доме было тихо. Они с Тео переглянулись, в его глазах читалось безразличие, в её беспокойство. Когда они оказались в трапезной, она наконец отпустила голову на пол. Паркет был залит кровью. Люди лежали, скрючившись в самых неестественных позах, не смея шелохнуться. Все они были мертвы. У дальней стены стояли с застывшим выражением ужаса на лицах её родители и родители Драко с ним самим. — Что здесь произошло? — из пересохшего горла Розали слова выходили с трудом. Нарцисса взяла Драко за руку и осторожно переступая трупы подошла к девушке. — Идите с Драко по спальням. Мы вас позовём, уходите.       Розали кинула взгляд на мать, которая кивнула и так же взглядом попросила дочь уйти. Розали тяжело выдохнула, от картины происходящего, в глазах неожиданно потемнело. Запах свежей крови, уже охлаждённые тела стали бледнеть, ужас и крик застывший в глазах трупах. Она сделала шаг назад и ботинком невольно наступила в лужу крови растекающейся от чьей-то головы. Всё это были работники банка Гринготтс. Драко взял Розали за руку и вывел её из комнаты. Всё было словно в тумане, голоса Тео и Драко будто кто-то убавил на пульте, а затем Нотт ушёл. Когда они оказались в комнате у Драко он дал ей отдышаться, налил воды в бокал и усадил на кровать. А когда она пришла в себя рассказал всё в мельчайших подробностях: о том, что Тёмный Лорд посетил их этим утром. О том, что сейф Беллатрисы ограбили и о том, как Тёмный Лорд жестоко убивал всех кто попадался ему на пути. — …Отца едва не задело. — Кто ограбил хранилище Беллатрисы, Драко? — Поттер и его друзья. Неожиданно Розали вспомнила о том, как Беллатриса издевалась над Грейнджер, выпытываю у неё про хранилище и меч. Что было в этом сейфе еще? Что сподвигло их вновь вернуться туда, если со слов Беллатрисы они уже были в нем ранее. — Хорошо, что вы все живы, — брюнетка отвела взгляд к окну из которого ярко светило солнце, и потерла виски, будто пытаясь собраться с мыслями. — Как прошла смена с Ноттом? — Нормально. Как обычно проходят все смены. — Он говорил, что думает о трудоустройстве в министерство? — Что? Нет…— она ошарашенно посмотрела на брата — Тео никогда не разделял взглядов министерства и всегда уверял её, что не хочет «проторчать свою жизнь в каменной коробке» — Ладно, думал, он захочет это обсудить с тобой, — Драко хмыкнул и покрутил в руке древко. — Ты раздобыл палочку? Во время того, как Поттер и его дружки оказались в доме, палочки Драко и Беллатрисы были похищены. Белла кого-то убила, чтобы забрать себе палочку волшебника, а вот Драко всё это время был без неё. — Мать одолжила, — ответил он на её вопрос. Розали вновь кинула взгляд на палочку Нарциссы в руках Драко и промолчала, оставляя после себя лишь тишину.

Это естественно.

A beating heart of stone

Твоё каменное сердце бьётся.

You gotta be so cold

Ты должен быть хладнокровным,

To make it in this world

Чтобы добиться успеха в этом мире.

Yeah, you're a natural

Да, это у тебя в крови.

Living your life cutthroat

Ты живёшь своей жизнью, не щадя никого.

You gotta be so cold

Ты должен быть очень холоден.