Ирис

      Четвёрка, уже как час назад покончившая с ужином, расположились в комнате близнецов.       Комната ничем не отличается от любой другой у какого-либо мальчика их возраста. Здесь, помимо обычных кроватей, тумбочки, письменных столов, рядом с каждой кроватью и шкафов было множество различных игрушек: от конструктора до машинок на радиоуправлении. Всё распологалось на полу детской, и нужно было быть настоящим ниндзя, чтобы не задеть какую либо из них. Юлия постоянно баловала своих детей игрушками. Любой другой мальчишка бы завидовал такому количеству игрушек.       В углу в футляре стояла скрипка. Рафаэль планировал научиться играть на ней, но позже, когда уже пойдет в школу. В первый класс.       Белочка, восседавшая на тумбочке, пристально наблюдала за попыткой маленькой Люси не задеть препятствия. Она то и дело задевала своими ногами игрушки или же делала это хвостом, из-за чего бесилась. Сильвия ехидно улыбнулась, переведя взгляд на близнецов: оба пытались построить большую башню прямо из конструктора, добавляя иногда что-то из прочих игрушек, не входящих в набор. – О боже, это похоже на длинного червя. – Где?! – Люси выпрямилась, посмотрев по сторонам, выискивая большого червя о котором сказала белочка.       Сильвия показала в сторону братьев, а строители обернулись на девочек. Олежа поставил ладони на бедра, склонив голову в бок, рассматривая строение. – Нет, это башня. Ты не понимаешь! – мальчишки фыркнули в сторону белки. – Я сейчас как сломаю эту фигню!! – девочка спрыгнула с тумбы и не обращая внимание на игрушки, побежала напролом, прямиком на башню. Рафаэль встал прямо перед ней, отталкивая от строения. – Мы старались! Уйди!! – Я лучше могу!!       Между старшими завязалась драка за башню. Когда Сильвия задевала левой ладонью что-либо она громко ойкала, отпрыгивая. Рана постоянно напоминала о себе, мешая Сильвии защищаться от ударов мальчишек.       Неожиданно детей накрыло кучей подушек, упавших из ниоткуда, которая свалила всех с ног. Сломалось и строение братьев. – Не-е-ет!! Только не башня!! – завопил Олежа, убирая с себя подушку. – Кто кидается подушками?!       Люси стояла на одной из кроватей, победоносно вскинув свои кулачки. Она хихикала и топала ножками по постели, явно гордая своим поступком. – Люси победила, молодец!! – похвалила саму себя малышка.       Олежа вздохнул, смирившись со случившимся, а Рафаэль и Сильвия расстроились: белка, из-за того, что башню сломала не она, а ласка, что их творение пострадало. – Ну так не интересно..       Рафаэль кивнул в поддержку белки. Затем поднялся с пола, оценивая беспорядок в комнате.       Малютка прыгнула к тем, упав на одну из подушек, ручками обхватив Олежу. В ответ мальчик осторожно поправил её косички. – Я хочу сказку послушать.       Сильвия стала расчёсывать своими когтями хвостик Люси, думая на счёт сказки. – Пусть мальчики придумают. У меня нет идей. Да и мне надо бы домой. Колин ждёт меня наверняка.       Все дети взглянули на Сильвию, братья с неким недоумением. – Ты оставила младшего братца одного дома? – поинтересовался Олег, приобняв сестричку. – Нет, это не так. Дома нянечка. Я ещё ему оставила всякие интересные журнальчики, чтобы ему скучно не было, – сказав это, белочка стала рассматривать повязку на ладони, легонько почесывая. Такой разговор её не очень то и интересовал. – Я бы никогда не оставил сестрёнку дома одну. – Рафаэль, я же говорю, он не один! – девочка ответила ему грубо, сама поразившись своему тону.       Вместо ответа мальчик промолчал. Временами, как и сейчас, он думал, что она не очень то и любит своего братца. В комнате нависла тишина. За окном слышно было, как поют сверчки и ночные птицы. – Давай мы тебя проводим домой? – Олежа решил нарушить эту тишину. – А давай! Кто понесёт меня на спине?       Олежа сразу помотал головой и отвёл взгляд. Люси повторила за братиком, и только Рафаэль не понял. Когда до него дошло, было уже поздно. – Да блин! Не хочу! Ты тяжёлая! – Тебе не стыдно? Я сильнее тебя. Могу спокойно пронести на руках Олежу, а он больше меня весит! – Не сравнивай себя и меня! Мы разные! – Рафаэль обиделся на такое. Подошёл к выходу из комнаты, – Давай! Пошли! Я докажу тебе, что сильнее.       В ответ девочка только хихикнула, поползла к нему, рядом с ним выпрямилась. Забралась тому на спину, крепко обхватила ногами, а руки разместила у шеи. Рафаэль сразу запыхтел, словно паровоз, и потопал по коридору к главной лестнице.       Олежа и Люси последовали за ними, держась за руки. На половине пути сестричка обратилась к брату. – А меня понесёшь? Я тоже хочу!       Мальчик, недолго думая, подставил Люси спину. Как только та забралась, он подхватил малютку за ноги, продолжив путь. Малышка с интересом смотрела по сторонам, иногда рассматривая волосы брата, сравнивая со своими. Совсем разный цвет. И волосы у братьев мягче, приятнее на ощупь. Немного заскучав, стала щупать уши брата. От этого парнишка хихикал. – Люси, мне щекотно. – Я знаю! Я хочу чтобы ты смеялся!       Сильвия обернулась на идущих позади. Она сделала это так резко, что Рафаэль чуть не упал, тихо ругнувшись себе под нос. – Хватит дёргаться! – на последнем издыхании выдал Раф, остановившись на некоторое время у выхода из особняка.       Сильвия, кажется, не слышала мальчишку. Ведь внимание было приковано к Олеже. – Олеж!! – М?       Та выдержала паузу, а потом надула губки. – Знаешь что такое шибари?       Мальчик остановился, смотря на улыбающуюся белочку. Ему казалось, что вопрос с подвохом. Обычно так и бывало. Она задаёт провокационные вопросы, всегда что-то не так в них.. Олежа сузил глаза, высоко подняв брови. – Нет. – А хочешь расска- – Не хочу! Опять ты пристаёшь со своими вопросами! – игнорируя ту, он быстро обогнал «умирающего» Рафаэля, широким шагом идя к дому Сильвии. – Я просто сама недавно узнала!! Это на самом деле очень красивое дело!       А в ответ молчание.       Девочка обиделась, и дальше они продвигались молча. Ей, правда, было весело и интересно делиться полученной информацией. Хотелось чтобы похвалили за это хотя бы друзья. Маме она рассказать не могла. Было неловко отвлекать эту женщину.       Наконец они дошли до высокой калитки у дома девочки. Та, довольная, спрыгнула со спины Рафаэля, похлопала ладонью по его спине и вручила в кулак леденечик. – Молодчина! Но я всё равно сильнее.       Рафаэль в ответ только бормотал, упираясь ладонями в коленки и тяжело вдыхая воздух. Ноги дрожали от усталости. Сильвия быстро забежала за калитку и встала на ступеньку крыльца. Напоследок помахала друзьям покалеченной ладошкой, после скрывшись за дверью.       Братья развернулись, теперь идя обратно к своему дому. Рафаэль еле перебирал ногами, а потом присел на корточки. – Подожди, я передохну.       Олежа встал вполоборота, чуть поправив сестрицу, уже мирно спящую на его спине. – Давай и тебя понесу? – Если только в животном обличии. Нас двоих ты не выдержишь. – Верно.       Олежа поставил сестру на землю и взял ту за ладошку. – Люси, мне нужно чтобы ты приняла обличие животного. Я вас двоих понесу.       Та потёрла сонные глазки, обдумывая сказанное Олежей. Затем без всяких вопросов приняла облик ласки. Она стала ещё меньше. Бурая ласка, детёныш. Своими маленькими передними лапками она встала на ботинок Олежи, задрав голову. Рафаэль сделал тоже самое. Он точно побольше сестрёнки, и цвет почти как у снега – серо-белый. А сейчас лето и кажется, все они должны быть одного цвета с Люси.       Присев на корточки, мальчик поднял родных в ладони и понёс так. Те, в свою очередь, улеглись на его ладони калачиками. Пока Олежа шёл, то внимательно смотрел на верхушки тёмных деревьев. Лес выглядел не то что пугающе, а очень завораживающе. По этой причине ему нравилось сбегать в него, чтобы поохотиться на маленьких птичек и заодно провести ночь там.       Стоило Олеже вспомнить о случившемся сегодня, как настроение подпортилось. Вид кровавого месива вместо пальцев приводил в ужас. Ему не в первую видеть мясо с кровью, ведь иногда он убивал животных. Но видеть куски мяса животных и своего друга совсем разное. И второе очень пугало. В животе снова закрутило. Чтобы успокоиться, ласка остановилась на тропинке возле той самой клумбы с маргаритками. Опустив взгляд на брата и сестру, он уткнулся губами в их шерстки, начав целовать, от чего те засопели и защебетали. Это очень успокоило Олежу. – Я очень люблю вас. Честно-честно!       Люси совсем задремала от такого, уже не слыша слов Олежи. А Рафаэль таки расстаял. В ответ он облизнул щечку брата, от чего Олежа всплакнул. Оба были тронуты этим моментом.       Мальчик отнёс сначала сестру в комнату, потушив там свет. Вскоре и в свою комнату пришёл. Рафаэль спустился на кровать, приняв прежний облик. Потянулся руками вверх, немного растрепал свои волосы. Почувствовал, как его уже накатывает на сон. Олежа же стал ходить по комнате, убирая беспорядок. Немного подумав, Рафаэль стал помогать брату. Это было неплохим решением. Можно было не заставлять прислугу убираться. За них и мама порадуется. Хотелось ещё, чтобы и папа порадовался, но это было чем-то уже сказочным. – Олеж, а папа точно нас любит? – Почему ты спрашиваешь?       Рафаэль задумался. Действительно, почему же он спрашивал это у брата. Наверно, хотелось убедиться, что не один он переживает на счёт этого. Оба поникли, раздумывая на эту тему. – Просто понимаешь.., – продолжил Рафаэль, – Мама Сильвии много работает, но видится с дочкой и возит её куда-то. А наш папа тоже много работает. И понимаешь.. он не особо то и интересуется.. – Рафаэль! Мама говорила, что папа иногда спрашивает у неё, как мы, как себя чувствуем! – брат поспешил успокоить того, следом заключив Рафаэля в объятия, – Когда-нибудь обязательно навестит нас, спросит как наши дела! Вот увидишь! – Олежа говорил быстро, улыбаясь Рафаэлю. На самом деле он и сам не верил в свои слова.       Мама никогда не скрывала от своих детей, что брак Дэкурселей был по расчёту. Любовь проявилась лишь со временем. Олежа не особо разбирался в институте брака и любви, но точно понимал, что жениться на нелюбимом человеке очень удручает. Мальчик радовался, что мама в целом счастлива в этом браке, и в глубине души надеялся, что и папа тоже.       Рафаэль отстранился от Олежи, продолжив собирать игрушки, аккуратно раскладывая всё по местам. Больше они не говорили ни о чём. Также молча они легли спать. Но никто из них не мог уснуть ещё долго. Мысли были заполнены лишь тем, как временами не хватает родителей.