Ирис

      На улице стояла приятная погода для всех живущих здесь. Солнышко нежно обогревало ещё влажную землю и листву, а воздух был прохладным. На небе было много облаков, иногда закрывающие солнце. А со всех сторон горизонта виднелись тучи. Они были очень далеки, но даже отсюда было видно, насколько те массивные.       Малышка Люси восседала на качелях, сделанных утром прислугой по велению девочки. Дощечка были прикреплена верёвками к ветке высоченного дуба. На этой же ветке сидела Деревяшка. Она была расслабленной, так как только что плотно позавтракала свежим мышиным мясом на охоте.       Девочка, чуть раскачав качельки, поглядывала на сову, желая встретиться взглядом с питомцем. – Эй, Деревяшка! Лети, приведи ко мне Рафаэля! Мне скучно.       Ответа от совы не последовало. Пернатая всё также сидела на месте, не шевелясь, пребывая в дрёме, так что Люси просто тяжело выдохнула и уставилась в лужу. В ней отражалось небо, на которое можно было смотреть вечно. Оно влекло своей красотой, но точно не эту девочку. В голове были точно не мысли о прекраснои мире.       Рафаэль всё ещё спал, а Олежи в комнате не было. Девочка уверенна была, что брат с Сильвией уже ушли в лес на ночёвку.       «Почему меня не берут с собой? Я тоже хочу ночевать в лесу...» – подумала малышка и поспешила слезть с качелей. Всмотревшись в чащу леса, она постаралась принюхаться, дабы распознать, в каком направлении ушли ребятишки.       Среди множества запахов, единственный, который Люси различала – запах сырости. – Не понимаю!!! – крикнув это, ребёнок поднял голову к сове, – Ну почему я не различаю запахи!! Их так много, и как мне понять где какой?!       Пока она кричала, очень громко стучала босоножками по земле, привлекая внимание Деревяшки. Пернатая, чей отдых потревожила хозяйка, удивлённо пялилась на девочку, а потом что-то угукнула, потоптавшись на месте. Будто бы сова понимала обиду Люси и соглашалась с ней.       Иногда малышка ощущала себя одиноко. Даже не смотря на то, что семья большая, да и прислуги дома много. Ей всё равно не хватало внимания: ни родительского, ни братского.       Лисица из прислуги неторопливо подошла к дубу, поправляя тёмный фартук. Сначала девушка взглянула на недовольного ребёнка, а следом подняла глаза на сову. Свистнув, рыжая поманила Деревяшку к себе.       Неясыть, увидев лисицу, перелетела к ней на плечо. Люси была поражена увиденным. Даже рот раскрыла от удивления. Ни у кого не удавалось добиться выполнения команды от Деревяшки, а Лисица сделала это без проблем. – Как вы это сделали?! – Не знаю. Наверно просто совы меня любят, – на последней фразе Лисица сщурила глаза, широко улыбнувшись, видимо не собираясь раскрывать секрет, – Завтрак уже на столе. Пройдёмте со мной, Люси. – А папа и Рафаэль будут? – с надеждой спросила малышка. – К сожалению только Рафаэль.       Ласка покачалась на ногах, поглядывая за спину прислуге, на особняк, мечтая своей маленькой головушкой о трапезе в компании всей семьи, и только затем подошла. Слегка неуверенно взяла девушку за тёплую ладонь. – А потом съедите со мной мороженого?..       Лиса кивнула и Люси сразу засияла, распушив свои ушки. – А поиграете со мной после завтрака? Ну пожалуйста! Очень хочу! Мне скучно безумно. – Ох, ну раз просите.. Но придётся меня подождать. Нужно закончить работу на кухне. А затем я буду в вашем распоряжении – причесав свою чёлку назад, она повела маленькую госпожу к дому. – Обращайтесь ко мне на «ты». Мы же друзья. Правда?.. – Как скажешь, – лучезарно улыбнулась Лиса, – тогда попрошу и ко мне обращаться на «ты». – Договорились!       Пока они шли, малышка рассказывала своей взрослой подружке про звёзды и то, почему птицы летают. Совсем ребёнок.. И Лиса была не против слушать что-то что узнала девочка. Та всего лишь хочет поделиться новыми знаниями и чтобы малышку похвалили за это.

******

      Тело дрожало. Через кожу виднелись взбухшие вены. Они ветвями распространялись от места одного из уколов в разные стороны. Кожа сильно покраснела, чесалась. Конечности хаотично двигались, желая найти опоры или то, за что можно схватиться.       Олежа ворочался по полу. Раны до невозможности чесались. Когтями он раздирал бок, порвав ими свою одежду, принимаясь за кожу. Он царапался до крови, пытаясь избавить себя от этих невыносимых ощущений, но делал только хуже. Тело охватывало то жаром, то холодом. На лбу выступили капли пота.       Женщина сидела напротив мальчика, наблюдая за его мучениями. Она наслаждалась, как тот тяжело стонал, уползая то в одну, то в другую сторону, пачкая своей кровью и слюной пол.       Хлоя вытянула ногу. Уперевшись в бок Олежи, она стала надавливать на него, чем вызвала истерические крики ребёнка. – БОЛЬНО!!! ХВАТИТ!!! УМОЛЯЮ!!! ПОМОГИТЕ МНЕ!!       Крик был будто нечеловеческий. Женщине показалось, словно перед ней завопила здоровая свинья, которую на живую разделывают топором. От этих криков вполне могло заложить уши.       На глаза ребёнка выступили слёзы. Олежа плакал и давился. Давился кровью, потёкшей из его рта и носа.       Затем того вырвало чем-то. Непонятная смесь вчерашней еды и крови. В глазах совсем потемнело. Лицо Хлои скривилось. Взяв мальчика за волосы на затылке, она без зазрений совести уткнула его лицом в его же блевотину. – Какой же ты мерзкий, Олеж. А вроде приличный мальчик, – с ноткой брезгливости в голосе промолвила Лемур и поспешно убрала свою руку, будто побоявшись подхватить какую-то заразу.       Ласка больше не слышал её. Ему просто хотелось умереть. Казалось, что сейчас его кровяные сосуды просто лопнут. А глазные яблоки вылезут из орбит. Вытекут, как яичный белок и стекутся по щекам. И он будет умирать очень долго, пребывая в таком унизительном состоянии перед человеком, от которого он ожидал что угодно, но не этого.. – ПОМОГИТЕ!!! ПОЖАЛУЙСТА!! КХА!!–       Он не смог больше кричать. Его снова охватила волна боли и рвота подступила.       В ответ послышалось мерзкое хихиканье Хлои. Она сделала несколько фото на плёнку камеры. – На мышах быстро действовало.. Большинство из них уже были мертвы после эффекта С-99. А ты ещё держишься. Я удивлена, честно!       Лишь Хлоя видела со стороны, в каком ужасном состоянии Олежа был сейчас.       У них была целая ночь впереди для экспериментов, и Лемур хотела видеть всё, на что способно С-99 и Лазурь. Свои наблюдения женщина тщательно записывала в блокнот, а иногда делала фото. Рукой небрежно хватала ребёнка за конечности или части одежды, рассматривая дефекты и раны поближе.       Мальчик уже не кричал. Он был обессилен. Грязный, заплаканный, истощённый. Сколько крови ушло. Если кто бы зашёл в эту комнату, подумал, что тут орудовали ножом, нанеся не меньше сотни ударов.       Олегу поначалу казалось, что уже находится на том свете. Но звуки чиркающей по бумаге ручки вернули его к реальности. Хотелось к маме. Чтобы она обняла его и была рядом. Где она сейчас, когда так нужна ему.       Хлоя захлопнула блокнот. Кинула его на тумбу вместе с ручкой, что-то проговаривая вполголоса, чего не мог расслышать подопытный. Резко подняла тело ребенка за шиворот рубашки. Он повис прямо как труп; руки и ноги безжизненно болтались на весу.       Лемур вспомнила, как в детстве примерно также издевалась над котятами, швыряя об стену, раздавливая их маленькие головы об бетонный пол. Разрезая им животы и вытаскивая кишки. То, как те фыркали и чихали, захлебываясь своей кровью. Как жалобно мяукали. И Хлоя наслаждалась этим. Она сильнее, а они слабые маленькие уродцы. Олежа в его нынешнем положении вызывал те же приятные ощущения, как те котята. Но женщина была не так глупа. Она не собиралась убивать этого ребёнка. Он ещё ей нужен. И смерть его всё равно никакой пользы не принесёт. – Не расслабляйся, милашка. Мы только начали. Всего часа 2 прошло. Нас ждут дни веселья.