ВиР

Музыканты разбрелись по репетиционной базе и занимались своими делами. Вадим опаздывал на полчаса. В последнее время это стало для него частым явлением, но поднимать недовольство на лидера никто не решался. Саня тоскливо смотрел на часы и перебирал струны гитары. Он чувствовал, что Вадик отдаляется от него. Он и раньше знал, что был для Вадима гастрольной женой, игрушкой, пажом, но не любимым человеком, однако сейчас всё становилось только хуже. Вадим совершенно перестал уделять ему внимание, словно Саня – один из многочисленной обслуги. На душе было тоскливо и больно. В зал Вадим влетел, словно маленький ураган. Его растрепанные волосы были небрежно собраны в хвост, а на носу сидели тёмные очки. -Прошу прощения за опоздание – Вадим бросил на кресло свою сумку – я сегодня проспал и даже не успел позавтракать, у меня сгорел чайник. Можете смеяться, но я сегодня голодный, поэтому давайте быстрее проведём первую части репетиции, и я смотаюсь в кафе. -Вадик, хочешь, я быстро сделаю чай и бутерброды – Саня подошёл к любимому шефу и мягко положил ему на плечо руку. -Не стоит, я и так задержал всех – Вадим ласково улыбнулся и похлопал рукой по кисти Сани. -Ты снова ночевал не дома? – Саня словно ненароком спрашивал, почему Вадим не позвал его скрасить ночь, он ревновал, подозревая, что у Вадима кто-то завёлся. -Да, не дома. Я опять застрял в городе – Вадим понял скрытый смысл вопроса и обиду своего любовника, но не мог ответить ему ничего ободряющего, ведь он провёл ночь в объятиях Глеба – так, хватит собираться, встаем на позиции и начинаем. Репетиция прошла довольно неплохо, и в час дня Вадим объявил часовой перерыв на обед. Музыканты разбрелись по своим делам, и только верный Саня остался рядом с Вадимом, преданно глядя на него. -Ты на обед не собираешься? – Вадим пятернёй расчесал волосы и перевязал их резинкой, на шее из-под ворота предательски показался край свежего засоса. -Я не голоден – немного смутившись ответил Саня – у тебя тут след. -Какой след? Ты о чём? – Вадим осмотрел одежду, ища на ней запачканные места. -Вот тут – Саня прикоснулся пальцами к трепещущей на шее жилке, которую прикрывала тонкая нежная кожа. Вадим оглянулся в поисках зеркала, но понял, что поиски не увенчаются успехом, поэтому включил на телефоне камеру и осмотрел себя. -Бляяя – раздался долгий расстроенный голос – Слава меня убьёт. -Ты кого-то завёл? – Саня пытался сохранить равнодушие в голосе, но нотки ревности никак не исчезали. -Саня, не начинай – раздражённо бросил Вадим – мне и так перед Славой сегодня вести отчёт. В кафе вчера посидел, подцепил фанатку, ну и всё. -Ты спал с ней? -Саня, не забывайся, я сам решаю, с кем спать. Да, переспал, и что? Саня закусил губу и отвернулся от Вадима, стараясь сдержаться от скандала. Вадима, при взгляде на своего влюбленного ревнующего фаворита, охватила волна тоски и раскаяния, ведь Саня меньше всего был виновен в тех страстях, что внезапно захватили его некоторое время назад. Вадим подошёл и приобнял Саню за плечи, прижимая к себе. -Не спал я с ней, слышишь? Не спал. Она лезла ко мне – Вадим бережно обнимал Саню и целовал его в висок – пошли лучше в кафе, я угощаю. Признаюсь честно, я голоден как волк и могу съесть даже тебя, точнее, я тебя съем, но чуть позднее. Саня улыбнулся и поддался мягкой силе Вадима, увлекающей к выходу из зала. А Вадим шёл и думал, что начинает запутываться в своей беспорядочной рок-н-рольной жизни, и когда-нибудь поплатится за это. Дома его ждал любимый муж, на квартире не менее любимый Глеб, а в студии такой милый любимый Саня – как было разобраться во всех этих связях и никого не обидеть? Вадим уже чувствовал себя шейхом и начинал планировать, когда провести время с Саней. Но график в сознании никак не устраивался, становилось даже страшно. *** Глеб с радостной улыбкой топал в хозяйственный магазин. Глеб был счастлив. А как ему не быть счастливым, если он шёл покупать электрический чайник для своей семьи. Отношения с обожаемым Владом длились не так и долго, ночевал он у него в квартире не каждую ночь, хоть и мог переехать туда полностью, но любимый там бывал очень редко, однако Глеб оставался и один, понимая, что ждет любимого человека из поездки. Эти новые острые ощущения сводили Глеба с ума, он был замужем. Странно, в длительны отношениях с Костей у Глеба ни разу не возникало чувства семьи, он всегда понимал, что они живут совершенно случайно, потому что Костя прибился к его одинокой истерзанной самокопаниями душе, да так и остался тут, а вот Влад… С Владом всё было совершенно иначе. С самого первого их дня, когда Влад передал Глебу то смешное пластиковое сердечко с ключами, Глеб ощущал, что у него появилась семья, не совсем нормальная, даже сумасшедшая, но его собственная семья. Глеб чувствовал, что у него появился очаг, к которому хотелось возвращаться каждый вечер, человек, которого не хотелось отпускать. У Глеба появился смысл жизни. Утро началось с того, что они банально проспали. Вадим проснулся от того, что лёгкий ветерок гулял по его обнажённому телу, вызывая прохладу. Вадим попытался прикрыться одеялом, но понял, что его утащил к себе лежащий рядом Глеб. Вадим посмотрел на улыбающегося во сне любовника и решил не отбирать у него незаконно утянутое одеяло, всё равно пора было вставать. Вадим посмотрел в телефон, пытаясь понять, сколько времени, и чуть не подпрыгнул на кровати – будильник должен был сработать полчаса назад, но сигнала так и не последовало. Вадим подскочил на кровати, чем разбудил Глеба, недоумённо протирающего глаза. -Ты чего? -Мы проспали – Вадим начал судорожно искать джинсы – я пока приму душ, а ты, очень прошу, поставь чайник, я хоть перекушу немного, у меня сегодня репетиция, я уже опаздываю. Вадим схватил в охапку вещи и метнулся в ванную, откуда тотчас зашумели струи воды. Глеб лениво потянулся, натянул на себя трусы и поплёлся на кухню. В холодильнике затерялись масло и колбаса, в пакетике лежал хлеб, который даже ещё не засох, так что можно было наспех сделать бутерброды. Глеб нарезал продукты и мысленно ухмылялся, подкалывая себя, что он, как примерная жена, готовит завтрак своему мужу, который собирается на работу. Дешёвый китайский чайник на столе весело поблёскивла нержавеющими боками, призывая наполнить его, наконец, водой, что Глеб и не приминул сделать. Глеб наполнил полный чайник и уже возвращался от раковины к столу, как завибрировал на беззвуке его телефон, лежащий на краю стола. Глеб дёрнулся, ловя грозящий свалиться от вибрации телефон, как расплескал воду из чайника прямо на подставку с контактами, но даже не обратил на это внимание. На экране горел вызов «Костя». Одной рукой Глеб нажал отзыв, а другой не глядя начал устанавливать чайник на подставке. -Глеб, что случилось? – голос Кости старательно сдерживал тревожные нотки, но это получалось очень плохо. -Ничего не случилось – раздражённо отозвался Глеб, чайник никак не хотел вставать в нужные пазы. -Тебя снова не было всю ночь, я тебя везде искал. -Не строй из себя ревнивую жену, ты мог мне на телефон позвонить – чайник сдался и сел в пазы, осталось его включить. -Я звонил, ты не отвечал. В этот момент Глеб всё же включил чайник, что и ознаменовал громкий звук взрыва в аккомпанементе искр, по кухне начал расползаться чёрный дым, сопровождаемый острым химическим запахом. -Что случилось? – встревожился Костя, услышав звук в трубке. -Пиздец – мрачно отозвался Глеб – вернусь, тогда поговорим. Глеб отключил телефон и дернул шнур чайника, подсознанием вспоминая, что сейчас это необходимо. -Что за вонь? – на кухню зашёл уже одетый Вадим, суша волосы полотенцем. -Наш завтрак взорвался – мрачно буркнул Глеб, махнув рукой в сторону сгоревшего чайника. -Нууу, ничего, голодать тоже полезно – непонятно, для себя или Глеба ответил Вадим и тяжело опустился на табурет. -Может, хоть бутерброды поешь, или с собой возьмёшь? – неуверенно мялся Глеб – Я не хотел так… с чайником. -Да успокойся ты – Вадим взял себя в руки и стащил полотенце с головы – сам есть хочешь? -Нет – виновато замотал головой Глеб. -Тогда и я не буду – Вадим взял чайник и выплеснул его содержимое в раковину – всё равно менять его хотел. Бутерброды возьми себе на работу, я же понимаю, что ты не миллионер, там поедите, а сейчас идём. -Но, Влад… -Что Влад? Мне идти надо, я уже опоздал. Вечером позвоню, всё нормально. Из квартиры они выходили молча и несколько нервно, только на самом выходе из подъезда Вадим зацепил Глеба за ремень штанов, притянул к себе и поцеловал, прошептав потом на ухо -Всё хорошо, не переживай, я тебе после репетиции позвоню. После этого Вадим ещё раз чмокнул Глеба в нос и быстрым шагом направился к машине, в целях конспирации они договорились, что Глеба он не подвозит. Всё это было утром, а сейчас Глеб выбирал в магазине крутой навороченный электрический чайник, чтобы принести его в своё семейное гнёздышко. Он принесёт в свой дом свою первую вещь, он сделает Владу сюрприз и постарается замять вину. О переживающем Косте Глеб даже и не вспомнил. *** Глеб притащил новый чайник к Вадиму. На кухне с утра остались крошки, грязная посуда, лужицы от чайника. Глеб вздохнул и начал методично прибирать. Самое странное в этом было то, что в своей настоящей квартире Глеб не утруждал себя наведением порядка. До переселения Кости грязь копилась месяцами, а после его появления все заботы о чистоте легли на его плечи. Глеб деловито нацепил на себя фартук и стал прибираться к приходу любимого. Вадим сегодня должен был уехать прямо с репетиции, где он снова помогал, а вернуться через несколько дней, но Глеб хотел к его приезду полностью подготовиться, он даже промыл и прокипятил этот злосчастный чайник, как было написано в инструкции. Выдраив кухню, Глеб со смехом свалился на табуретку, он даже и не представлял, что может быть такой заботливой хозяюшкой. Глеб осмотрел кухню и увидел на подоконнике ручку с блокнотом. Он выдрал листок, написал несколько слов, потом прицепил его магнитиком с изображением гитары на холодильник и отправился домой. Глеб знал, что не сможет встретить любимого из поездки, так как на тот вечер намечены политические дела, но маленький сюрприз любимому решил сделать. Глеб вернулся в свою квартиру в приподнятом настроении – он сегодня окончательно осознал, что смог полюбить человека. Не просто влюбиться, а именно полюбить. Впервые Глебу хотелось жить и что-то созидать, а не разрушать себя и окружающий мир. Он весь день занимался покупкой чайника и приборкой квартиры, словно самый заурядный обыватель, а сейчас ждал из командировки своего возлюбленного. Жизнь впервые приобретала смысл. В квартире встретил настороженный и дерганый Костя. -Глеб, ты где был? Я так волновался. -Костя, не доставай. Глеб поморщился, понимая, что сейчас его будут изводить. Самое противное было в том, что Костя его любил. Глеб был уверен, что Костя его любит, иначе он не был бы ему матерью, отцом и нянькой в одном лице. Костя любил, но раздражал. Глебу было бы проще, если бы у них был обоюдоравный секс, основанный, лишь на физиологии без чувств. Глеб чувствовал, что Костя зависит от него, ловит каждое его слово, каждое дыхание и старается угодить каждым движением. От этого становилось страшно. Глеб за свою жизнь никогда ни за кого не отвечал, он не содержал ни кошки, ни собаки, а тут преданный взгляд и полная самоотдача. Сначала эта собачья преданность радовала и льстила, но со временем начала утомлять и даже раздражать, как сегодня. -Я волновался за тебя. Ты не брал трубку, отсутствовал два дня. Даже Дима не знал, где ты. -Я отлучался по делам – резко бросил Глеб и, закурив, взвалился на диван прямо в ботинках. -Ты бы ботинки снял, запачкаешь ведь всё – Костя начинал вести себя как сварливая жена. -Достал – глядя в потолок, протянул Глеб. -По каким делам? Ты днём был в штабе, а ночью исчезал, мне всё рассказали, куда ты пропадал? – Костя придвинул к дивану стул, на который сел в отчаянном желании достучаться до своего сожителя. -Костя, тебе не кажется, что ты переходишь границы? – Глеб смерил Костю тяжёлым холодным взглядом – мы с тобой не в браке, не родня, мы – посторонние люди, а ты начинаешь командовать мной. -Прости, я не этого хотел – Костя помотал головой и затравленно посмотрел на Глеба – я не давлю на тебя, я боюсь за тебя. Тебя могут арестовать, могут убить. Ты же помнишь, те выстрелы на площади, ведь это мог быть кто угодно. -А тебе какое горе от того, что всё это со мной может произойти? Костя, посмотрим правде в лицо, если со мной что-то случится, то ты будешь первым кандидатом на моё место, да и Дима к тебе благоволит. Хочешь ведь? Вижу, хочешь, но признаться боишься – Глеб, словно специально старался причинить боль Косте своими словами, он набирал голосом сарказм и злость, чувствуя ненависть ко всему, стараясь сбить этот преданный взгляд и растормошить Костю – представь, что меня подстрелят, и ты станешь главой всего этого? Глеб махнул рукой, словно охватывал не только комнату, но и весь мир, потом вскочил и дернул оконную раму так сильно, что с улицы ворвался ветер, раздувая шторы. -Посмотри, Костя, ведь это всё может стать твоим. А Дима к тебе благоволит, я вижу. Он даже всю информацию старается передавать через тебя. Что между Вами? -Глеб, не ревнуй, у нас ничего нет – Костя вяло отмахивался от обвинений внезапно взбесившегося Глеба. -Ревновать? Тебя? Не смеши – в голос расхохотался Глеб – да я был бы рад, если бы ты нашёл кого-нибудь на стороне и ушёл. Пойми, я – сволочь и неблагодарная тварь, я сумасшедший, которому плевать на всех, ты разве этого не понял? Костя старался не реагировать на выплеск эмоций этого странного человека, который мог вести за собой толпы, но и топтать их одновременно. Глеб развернулся и метнулся из комнаты на кухню, хлопнув дверью. Упершись рукой о дверцу холодильника, Глеб тяжело дышал и рассматривал маленький магнит красной электрогитары, точно такой же, как и тот, которым он прицепил записку в квартире Влада. Эти две гитары Глеб купил в самом начале их встреч, чтобы у них была одна одинаковая невзрачная вещь, которая их связывала через расстояния. Глеб смотрел на гитару и успокаивался. Он мысленно ругал себя за срыв, потому что понимал его причину. Глеб никогда не любил Костю, а сейчас смог полюбить Влада. И что делать? Как развивать отношения с одним, если причиняешь боль другому? Глеб действительно хотел, чтобы Костя нашёл кого-то на стороне, бросил его, даже назвал подлецом, но не страдал с ним, таким неблагодарным. Вот и сейчас он обвинил Костю во всех грехах, унизил его, обидел, а тот лишь покорно терпит и молчит, переживая за него. От всего этого становилось противно и гадко, даже во рту появилось жгучее чувство горечи. Глеб снова ненавидел сам себя и весь мир, потому что не мог разобраться с проблемами. Он понимал, что проявляет слабость, но ничего не мог сделать с собой. Вот уже десть минут Глеб гипнотизировал себя красной гитарой, вспоминая всё, что было в месте расположения её сестры, вспоминал первое свидание с Владом, утреннее неудачное чаепитие, поиски чайника и записку на холодильнике. Это странное занятее успокаивало Глеба и придавало ему сил, он начинал понимать, что не сможет больше мучить всех и себя, что он сможет вырваться из этой трясины, которая поглощает его. Влад, его любимый Влад… Глеб улыбнулся, подошёл к раковине и сполоснул лицо холодной водой, чтобы привести себя в порядок. Он был готов. Уверенной походкой Глеб вернулся в комнату. Костя там стоял на балконе и курил, судя по полной пепельнице, уже далеко не первую сигарету. -Костя, прости меня, я был неправ. Глеб подошёл к Косте положил ему руку на плечо, тот даже не шелохнулся, продолжая курить. -Я понимаю, что был неправ с тобой. Можешь считать меня последним гадом, но я был неправ начиная с нашего первого дня. Не обижайся, но я тебя не любил никогда. Я тебя уважал, ценил… Ты не представляешь, как хорошо я к тебе отношусь, но я не испытываю к тебе влечения. Я не хочу портить тебе жизнь, это будет подло и нечестно. Костя, ты будешь продолжать оставаться моей правой рукой, моим самым ближним помощником, всё же я доверяю тебе больше, чем Диме. Мы останемся с тобой друзьями. Я же могу на это надеяться? -Мне надо сейчас собрать вещи и уйти? – голос Кости был уставшим и безразличным, словно они обсуждали покупку новых кед – я давно понял, что к этому идёт. -Костя, твоей вины нет, ты классный и хороший, если бы только у нас всё вышло, если бы я не был собой, то мы могли бы стать счастливой отличной парой. -Но ты меня никогда не любил – словно зомби повторил Костя – ты влюбился? Ты нашел себе мужчину своей мечты? -Почему мужчину, а если женщину? – Глеб попытался шуткой сгладить ситуацию. -Не смешно. Ты и женщина? Пошло и глупо – поморщился Костя – кто он? -Ты его не знаешь, он – музыкант. Точнее не совсем музыкант, но из музыкальной тусовки. Костя, пойми, я влюбился, но не могу расстаться с тобой, я хочу, чтобы ты остался моим другом. Я могу на это надеяться? Ты – мой лучший друг и правая рука по борьбе. Вместе мы ещё расшатаем эту власть. -Я это давно понял и уже собрал сумки – Костя огорошил Глеба своим откровением – я давно понял, что у тебя кто-то появился, но надеялся, что всё пройдёт. Я всё понимаю. Костя смахнул с себя руку Глеба и вернулся в комнату. Он прошёлся по полочкам, собирая свои вещи, которые медленно обживали квартиру и рассеивались в самых неожиданных местах. Вот диск на подоконнике, а вот наушники на столе, или майка на кресле. Вещей было немного, но они словно метили территорию, а сейчас Костя методично уничтожал свои метки, он уничтожал своё присутствие в этой квартире, память о себе. Сборы заняли не более получаса. -Да, мы останемся друзьями - Костя продолжал избегать смотреть в глаза Глеба – я останусь в партии, и буду продолжать вести дела. Надеюсь, всё это не повлияет на наше общение. -Костя, прости меня – Глеб внезапно обнял Костю, руки которого висели как плети, не позволяя ответить на объятия – я так неправ перед тобой, так виноват, но пойми. -Я понимаю. Прощай. Костя подхватил сумки со своим скарбом, в последний раз окинул взглядом квартиру и ушёл в подъезд, осторожно закрыв за собой дверь. Глеб так и остался тупо смотреть на входную дверь и грызть себя. *** Он шёл по залитой солнцем улице и не оглядывался по сторонам. Окружающий пейзаж он изучил за долгие годы и не видел в нём ничего привлекательного. Пройдя квартал по улице, он, наконец, остановился у скамьи и достал телефон. Набрал невзрачный номер с надписью «контора», он стал терпеливо ждать, слушая длинные гудки. На седьмой гудок, как всегда, трубку взяли, ответил приятный мужской голос. -Контора «Новый день» слушает Вас, чем могу помочь? -Я могу предоставить копии платёжек – последовало долгое молчание, разбавляемое ударами сердца и вздох решившегося человека – и он влюбился, возможно, через это можно на него надавить. Потом он не глядя сбросил вызов и засунул телефон в карман своей рубашки