Непризнанная внучка директора Хогвартса

Одев более-менее парадную мантию, Орели спустилась в большой зал. Сев за стол, она принялась искать среди Гриффиндора трёх конкретных учеников. Но их не нашлось. Когда распределение закончилось, эти трое только появились в зале. За ними также появилась Макгонагалл. Ах, да, сегодня же Поттер упал в обморок! Как она могла забыть? После появления этой троицы началась нудная речь директора, которую Орели благополучно проспала. — …нового профессора по прорицанию Орели Литтл! – Сидящая рядом профессор Стебль толкнула девушку локтем. Та устало кивнула Дамблдору. Ученики тут же загалдели, обсуждая нового профессора. На этот раз Орели не спала, с интересом наблюдая за ними. — Ну вот, кажется, всё, – заключил дедушка, – во всяком случае, самое главное. А теперь будем праздновать! Девушка повернула голову в сторону Снейпа, тот с открытой неприязнью взирал на нового профессора ЗОТИ. Бедный Люпин выглядел слишком болезненным на фоне остальных. Его мантия явно доживала не последний век. — Орели, может сходите отдохнёте? – Обеспокоено спросила Помона Стебль, видя состояние девушки. — Пожалуй, – Орели из последних сил поднялась из-за стола. Чуть пошатываясь, она направилась к башне. Проклиная эти бесполезные собрания в большом зале. На первой же ступени она оступилась, сзади кто-то поддержал её за талию. — Как интересно… – Холодно прозвучал голос где-то за спиной. — Профессор Снейп? А вы здесь откуда? – Повернулась она к нему. В полутемноте выражение его лица было незаметно. Но, уверена, он насмехался. — Решил отдать вам это, – мужчина протянул ей те самые часы с золотой оправой, на циферблате которых были изображены магические зелья, переливающиеся друг в друга. Как раз сейчас красное смешивалось с зелёным, создавая красно-коричневое зелье. Подарок Снейпу после окончания учёбы в Хогвартсе. Так сказать, компенсация за испорченные нервы. — Можете выкинуть, раз они вас так удручают, – непринуждённо сказала Орели. Отмечая, как меняется лицо профессора зельеварения. От безразличия к бешенству. — Меня удручает только ваше присутствие, – зло прошипел он ей в ответ, больно сжимая руку. — Не волнуйтесь, я здесь ненадолго, – равнодушно глядя ему в лицо. На самом же деле её чувства были далеки от этих... Руку Северус вскоре отпустил, но на коже осталось обжигающее прикосновение. — Не сомневаюсь, – оставив последнее слово за собой, он, махнув своей мантией, удалился. В одном профессор прав: задерживаться под крылом дедушки она не собиралась. Сняв чары, Орели наконец-то вошла в свою комнату. Контраст по сравнению с большим залом был огромен. Здесь было тихо, прохладно, пахло корицей и цитрусами. Запах исходил от ароматических свечей, стоящих на подоконнике. И что примечательно, ни одной живой души. Переодевшись в ночную рубашку, девушка опустилась на мягкую постель и тут же уснула. Проснулась Орели от шума за окном. В окно к ней билась сова, узнав в ней Ди, Орели тут же подбежала открывать. Сова недовольно закудахтала, возвращаясь на своё законное место. Хоть в Хогвартсе и была совятня, Ди предпочитала находиться под боком хозяйки. На часах было уже девять, второпях одев чёрную мантию, девушка на скорую руку нарисовала стрелки, накрасила губы тёмно-коричневой матовой помадой. Иначе, она бы выглядела совсем как серая мышь. Напоследок расчесав волосы, побежала на урок. Слава Мерлину, ну или Богу, её кабинет был смежный со спальней. Ворвавшись в кабинет, она проскочила мимо учеников, занимая место преподавателя. Ну как преподавателя, просто там стояло широкое кресло рядом с камином, на котором обычно сидела Трелони. Только сейчас Орели поняла, как выделяется на фоне интерьера. Она в строгой чёрной мантии, и эти розовые: пуфики да кресла. Ученики тоже ни могли не заметить этот резонанс, поэтому все как один глупо улыбались. — Сегодня ваш первый урок прорицания, вы, наверное, выбрали этот предмет из-за простоты, ведь никому не хочется ходить на скучные руны или нумерологию, – философские речи профессора их сильно удивили. Скорее они ждали от неё фраз по типу: «Мой предмет самый лучший, а кто не согласен, пошёл вон!» — Книги в прорицании вам не помогут, для этого надо обладать врождённым талантом, – «которого нет даже у профессора», но это им знать необязательно. — В этом году мы будем изучать основополагающие методы прорицания. – Пройдясь с умным видом по кабинету, она взяла с полки одну из кружек. Задумчиво покрутив её в руках, поставила на место. От ярко-розового цвета зарябило в глазах. Надо бы помять их на белые… — Первый семестр посвятим гаданию на кофейной гуще. Во втором семестре займёмся хиромантией. В третьем – перейдем к магическим кристаллам, – монотонно рассказывала девушка, то и дело изучающе бросая взгляды на одного из учеников. Так Орели нашла глазами Гермиону Грейнджер. Хотя тут даже искать не пришлось, это единственная ученица, которая не отводила от неё взгляд. Наверняка, мысленно записывала книги, которые стоит взять в библиотеке. — А теперь я попрошу вас разбиться на пары, взять с полки чашку и подойти ко мне. Я вам налью чай, вы сядете и будете пить, пока на дне не останется гуща. Левой рукой поболтаете её круговым движением, затем перевернёте чашку на блюдце, подождёте, пока жидкость стечёт, и передадите чашку напарнику. Оставшиеся на стенках чашки чаинки должны вам рассказать о вашем будущем. Поможет в этом учебник – «Как рассеять туман над будущим», страницы четвёртая и пятая. Ученики стали подходить за кружками, но без неприятностей не обошлось. Невилл от испуга разбил одну из любимых чашек Трелони. Орели же тихо злорадствовала, хотелось бы посмотреть на её лицо, когда та вернётся. Тогда уж точно её любимого розового цвета в кабинете не останется. Налив всем по кружке чая, девушка села в кресло. Отсюда прекрасно слышались разговоры учеников. — Нашёл, – сказал, видимо, Рон Уизли, открыв нужную страницу. — Посмотри, Гарри, что ты видишь в моей чашке. — Коричневую жижу, – непринуждённо отозвался Поттер, то и дело зевая. В этом душном кабинете и впрямь хотелось уснуть. — Кажется, вижу, — наконец, сказал он. — Что-то вроде неясного креста... – Мальчишка склонился над учебником. – Это значит, что тебя, к сожалению, ждут «всякие беды и испытания». А ещё, кажется, солнце. Но солнце, наоборот, означает «огромную радость»... Понятно, значит, ты скоро будешь страдать и чувствовать радость... — Мистер Поттер, не знала, что в вас есть задатки прорицателя, – не удержалась от язвительного замечания Орели. На что друзья стушевались, перестав делать из себя «великих прорицателей». А мисс Литтл подошла к столику Гермионы, забирая её чашку. — Вижу в вашем праве менять время, но ненадолго, – при этих словах Гермиона удивлённо посмотрела на профессора. Конечно же зная, о чём она говорит. А вот её друзья тихо шептались о том какой это бред. – И когда-то это спасёт несколько жизней, – Орели довольная своими заключениями отошла от столика. Напоследок беря в руки чашку Гарри. — А у вас мистер Поттер, Грим, – как ни в чём не бывало сказала она. Без жалости или сожаления. — Грим – огромный пёс, вестник беды, кладбищенское привидение! Это самое страшное предзнаменование, оно сулит смерть, – прочитал в книжке заинтересованный Дин Томас. Все гриффиндорцы испуганно засуетились. Всей толпой подходя к Гарри, всматриваясь в его чашку. Некоторые неверующе говорили, что это вовсе не волк. А самые верующие испуганно обходили парня за две версты. — Ну-ка все вернулись на свои места! Минус пять баллов Гриффиндору за такое поведение! – Дважды повторять не пришлось, холодный голос профессора напугал всех до чёртиков. — Она не уступает Снейпу! – Прошептал Рон, обращаясь к Гарри, при этом косясь на преподавателя. Которая в это время спокойно продолжила урок. — …у вас мисс Брайн довольно скучная судьба, но вижу вы верите в прорицания больше, чем все тут сидящие, – когда урок подошёл к концу, профессор уже успела обойти всех учеников. Даже после окончания урока они всё подходили к ней, интересуясь что их ждёт в будущем. На что Ли лишь пожимала плечами, отваживая их как назойливых насекомых. По окончанию двух уроков Орели спустилась в большой зал. Все ученики тут же обратили на неё своё внимание. Орели почувствовала себя каким-то клоуном, собиравшимся выступать. Не хватало только: «И вот на сцене появляется непревзойдённая Орели, которая рассмешит даже Снейпа!» Интересно, если она сейчас развернётся и уйдёт, это будет считаться побегом? Пересилив себя, она протолкнулась к преподавательскому столу, садясь рядом с Макгонагалл. — Мисс Литтл, вы я надеюсь помните про ночное дежурство? – Сзади возникла Макгонагалл, строго смотря на профессора. Орели впервые почувствовала себя неловко, будто вернулась во времена учёбы в Хогвартсе. — Да, а с кем оно будет? — С профессором Снейпом, конечно, – Дамблдор как будто насмехался над ней, всё время сталкивая их лбами. — А можно поменяться дежурством? — Увы, мисс Литтл, – наверняка ей так и хотелось добавить, что-то вроде «это вам за Поттера, наслаждайтесь». Заводить врагов в лице Минервы не очень-то хотелось. И зачем она только заикнулась об этом чёртовом гриме? — Профессор Макгонагалл, вы не считаете, что смешивать личное и профессиональное – это очень неэтично? – Оставив последнее слово за собой, профессор Литтл выбралась из-за стола. Посчитав, что налаживание отношений ей всё равно не пригодится. Девушка направилась в свою комнату, в надежде хоть там обрести уют и спокойствие. А войдя внутрь, устало прислонилась спиной к закрытой двери. Ей хотелось кричать, всем своим нутром поддаться на искушение. Вместо этого она встала и побрела к запасам алкоголя. В серванте как раз лежала бутылочка нетронутого огневиски. Плеснув себе в бокал напитка, девушка наслаждалась терпким вкусом и будоражащим запахом. С маггловскими виски и колой – несравнимо, слишком горький вкус. У каждого напитка есть свой характер. Этот, например, угрюмый ворчун, внутри которого бушуют страсти. И, если привыкнуть к его вкусу, можно долго растягивать наслаждение, отказываясь от любого другого напитка. Даже самого сладкого и нежного, по типу эльфийского вина. Дело даже совсем не в алкоголе, скорее в целом. От выпитого по телу пробежало приятное тепло. Или это вовсе не от огневиски. В один миг мир изменился в размерах. Ну или она уменьшилась. Голова стала маленькой и вытянутой. Руки – маленькими лапками с коготками, а ноги стали почти идентичны с передними лапами. Само тело стало гибким, вытянутым, сзади появился пушистый хвостик. Орели уже привыкла к этому телу, но вот что странно, она ведь не хотела превращаться! Теперь ею полностью управляли животные инстинкты. А первым из них было: сбежать из комнаты в поисках приключений. Первым делом, её понесло в подземелье. Мысленно она старалась оставаться в этой ипостаси. Найдя дырку в стене, ласка легко пролезла туда. А оказавшись в кабинете Снейпа, исподтишка наблюдала за ним. Что её только сюда понесло? Северус задумчиво сидел в кресле, читая какую-то книжку в потёртой зелёной обложке. Наверняка, даже не подозревая о появление этого довольно милого зверька. Орели же притаилась за столом, с интересом поглядывая на мужчину. Тут он с грохотом закрыл книгу, из-за чего поднялась многовековая пыль. Его взгляд прошёлся по кабинету, останавливаясь на нарушительнице покоя. — Болваны! Опять не следят за животными! И как только пролез сквозь защиту! – Этот вопрос Орели мучал тоже. Для неё как ласки, нет ничего невозможного. Ворча себе под нос проклятья, он попытался поймать животное. Она же грациозно увиливала от заклятий. Не выдержав, Северус пытался поймать её руками. И снова неудача! Орели даже вошла во вкус – бегать по кабинету, разнося его раз за разом. Тут ласка метнулась в дырку, выбегая из кабинета зельевара. Не найдя никого поблизости, она вернулась в свой привычный облик. Быть белой лаской неплохо, но вот человеческий образ ещё лучше. Профессор не заставил себя долго ждать, выйдя из разрушенного кабинета. Растрёпанный, глаза полыхают огнём и прищурены, а губы зло сжаты в тонкую линию. — Профессор! Добрый день, как поживаете? – Расплылась она в улыбке, зная, что этим ещё больше злит Снейпа. — Ближе к делу, мисс Литтл! — Просто хотела поинтересоваться, до вечера профессор! – Сдерживая смех за широкой улыбкой, девушка направилась восвояси. — Стоять! – Вдруг воскликнул Снейп, разворачивая девушку к себе. — Что-то хотели? — Как вы здесь оказались? – Следом за этим вопросом голова отозвалась болью. Использует легилименцию, значит что-то заподозрил… — Применять легилименцию бесполезно… — Просто. Ответьте. На. Вопрос! – Подчёркивая каждое слово, рыкнул он. — Хорошо, хотела с вами посоветоваться насчёт одного зелья, – Орели действительно хотела эта сделать, – но я передумала, найду более доброжелательного зельевара! – Оставив его, так сказать, «раздумывать над своим поведением», девушка направилась к себе. * * * * * Дежурство проходило вполне комфортно, здраво рассудив, они разделились. Орели дежурила на входе в Хогвартс, а Северус рядом с северной башней. Что обоих вполне устраивало. — Надеюсь никто не дежурит! – Послышались голоса, а за ними появилась та самая троица. При виде профессора они заметно занервничали. — Профессор Литтл, мы… — Через северную башню лучше не ходить, – перебила их девушка, не дожидаясь бессмысленных оправданий. — Спасибо! – Сказал Поттер, а за ним и остальные. Пробегая мимо, боясь, что она передумает. — Далеко собрались?! – Девушка неверующе повернулась, чтоб тебя Мерлин проклял! Видно, удача не досталась не только ей. — Профессор Хагрид предупредил, что задержал учеников! – Зачем-то взялась оправдывать их девушка. Дети же благодарно улыбнулись. — Профессор Хагрид особого доверия не внушает! — Кому как… – Орели кивнула троице, чтобы они ушли, всё-таки вмешивать посредственно в разборки кого-то ещё не очень… — Какое благородство! Хотите стать им любимым профессором? — Ну хоть кому-то надо им быть, – подойдя ближе, она прошептала: — Тем более вам не дана истинная премудрость слизеринцев! — И какая же? – Также шёпотом спросил он. — Войти в доверие – истинная хитрость, – улыбнувшись самой обворожительной улыбкой, Орели поправила выбившуюся прядку чёрных волос. На удивление они оказались мягкими, но немного жёсткими на кончиках. Не удержавшись, она вновь провела по ним рукой. Северус наблюдал за всем этим с некоторым оцепенением. А затем стал также исследовать её лицо, проведя большим пальцем по шраму на щеке. При этом не отрывая взгляд от её бездонных глаз. — Откуда этот шрам? – При упоминании шрама девушка сразу же отпрянула, отворачиваясь от мужчины. — Думаю, дежурство уже закончилось, – сбегать от Северуса было неправильно, но по-другому Орели не могла. Снова врать не хотелось, а рассказать правду не могла.