Непризнанная внучка директора Хогвартса

Лес казался непреодолимой гущей. Кривые, замершие ветки торчали: то там, то тут. Появляясь из неоткуда, фантазия то и дело улетала куда-то ввысь, порхая на задворках разума. Представляя будто это — старческие обезображенные руки тянутся к ней, стараясь поймать. От этого становилось не по себе. Луна совсем немного освещала путь, в остальном же помогали инстинкты. Не зря она изучила эту местность вдоль и поперёк будучи лаской. Хотя в дни этих вылазок она в большинстве случаев охотилась на мелкую живность. Треск веток за спиной становился невыносимым. Орели остановилась, шумно втягивая носом воздух. — И почему же мы ещё здесь? — Ворчливо бросила она, испепеляя собаку взглядом. Всё ещё не простив за холодный ветер, пробирающий до этого казавшуюся ей тёплой мантию. Чувство защищённости пропала совместно с палочкой — что подливало пороха в котёл и без того нарастающей злости. Огромная лохматая собака, идущая рядом, оскалив пасть, убежала вглубь леса. «Ну и чёрт бы с ним!» — подумала она, оставшись совершенно одна. Подождав немного, Орели обернулась лаской. Весь мир резко уменьшился в размерах. Хищница закатила от удовольствия свои чёрные как пуговицы глаза. Ах, этот прекрасный запах свежей мыши… Главное, по ошибке не съесть Питера Петтигрю! С лёгкостью запрыгнув на поваленное дерево, ласка прошлась поперёк него. Снег неприятно забивался в подушечки лап. Делая движения более размеренными. Оказавшись на верхушке дерева, она увидела замок при лунном свете. Из его окон лился едва различимый, тёплый, жёлтый свет. Значит осталось немного! Замок уже почти близко! С энтузиазмом спрыгнув с дерева прямиком в снег. Ласка закапалась в нём, прыгая от радости. Белая шубка была вся в снегу. А на мордашке осталась снежинка, под горячим дыханием животного она медленно начала таять. Добравшись до холмика, на котором размещалась хижина Хагрида. Орели вновь припала к снегу. Раздражало то, что она не могла это никак контролировать. Полностью поддаваясь инстинктам. Краем глаза, ласка заметила две фигуры, стоящие рядом с хижиной. Первая стояла к ней спиной, чёрная мантия словно пиратский флаг — развевалась по ветру. А вторая, по сравнению с первой, была гигантских размеров. Любопытство ласки зашкаливало, она медленно двинулась ближе, спрятавшись за камнем. Как хищница, высматривая жертву, только на этот раз это была вовсе не невинная мышка. — Значит, слушание состоится двадцатого апреля… — Голосом Снейп ничего не выражал, скорее медленно смаковал каждое слово. Заметив на себя взгляд, он обернулся, но ничего примечательного не заметил. Позади захрустел снег, выдавая чьи-то осторожные, приближающиеся шаги. Лихорадочно соображая, ласка перепрыгнула через камень. В опасной близости от её хвоста что-то щёлкнуло. С каждым мгновением треск снега всё приближался, гоня ласку всё дальше и дальше. Удаляющаяся фигура с парящей на ветру мантией почему-то казалась ей самым безопасным пристанищем. Лапками зацепившись за мантию, она забралась наверх. Северус, увидев на своём плече ласку, даже не остановился, только слегка выгнул бровь, бросив взгляд за спину. Ласка тоже заинтересовалась, наконец, увидев своего преследователя. Тот с опущенной головой плёлся за Хагридом. Изредка бросая на неё кровожадные взгляды. Расслабившись, зверёк в порыве благодарности укусил профессора за шею. Никак не ожидающий такого он скосил глаза на Орели, но так ничего и не сказал. Они приближались к замку. Ранним, заснеженным утром, он выглядел сошедшим с обложки детской сказки. Снег, лежащий на крышах многочисленных башен, отблёскивал голубым сиянием. Блеклое солнце лучами падало в окна, освещая их. Зайдя внутрь, ласка спрыгнула с профессора, но что-то невидимое приковало её к месту. Оскалив клыки, животное оглянулось, испепеляя Северуса взглядом. Захотелось впиться в его ногу зубами, а лучше… Приподнимая мордочку, она посмотрела на его изогнутые в усмешке губы. Ласка даже не заметила: как оказалась в воздухе. Пролетая один проём за другим, она еле сдерживалась, чтобы не вернуть себе человеческий облик. Мозг лихорадочно проворачивал схемы побега. Но ничего путного так и не придумал. Приходилось надеяться на какого-нибудь заблудшего профессора. Хотя вряд ли кто из них поднимется в такую рань. Даже той крохе учеников, что осталась в Хогвартсе на каникулах — не было! Какое упущение со стороны золотого трио! Единственный, кто видел это представление, был Пивз. Полтергейст подкинул животное чуть ли не до потолка и, безумно хохоча, помчался дальше по коридору. Если бы она только могла, свернула бы этому мерзкому призраку шею! Лапы вновь коснулись пола. При этом Орели даже не заметила, как они добрались до подземелья. Поймав на себе выжидающий взгляд, ласка только фыркнула, расплываясь в хищной улыбке. Оживившись, зверёк начал нападать на свой хвост. К удивлению Орели, это оказалось даже весело. Он постоянно убегал от неё, и это злило, но гораздо больше разжигало животный интерес. Опрокинувшись на спину, она, наконец, поймала его, посасывая кончик во рту. — Вижу вы не равнодушны к собственному хвосту, — холодный голос прорезал тишину, всё это время Снейп с иронией наблюдал за ней. Орели хотела сказать что-то едкое в ответ, но тогда бы выдала сама себя, чего этот интриган и добивается. Поэтому, закончив играть с хвостом, торжественно запрыгнула на стеллаж с ингредиентами. Готова была поклясться! Глаз зельевара в этот момент задёргался. А главное, ничего сделать он сейчас не мог, страшась что-нибудь задеть. Ласка грациозно, пластикой пантеры, петляла между склянками с какими-то смесями. Хвост то и дело плыл следом, мягко касаясь баночек. С каждым разом сердце на мгновение замирало. Что добавляло хоть немного адреналина так нуждающейся в нём крови. Не успела она спрыгнуть со шкафа, как её подхватили за шкирку. Задние и передние лапки беспомощно повисли в воздухе. Попытки выбраться ничего не давали, держащая её рука была крепкой. В один миг, лапы вытянулись, а лицо приобрело человеческое очертание, шерсть и вовсе пропала. Вместо неё по полу волочился грязный, весь ободранный подол мантии. — Я… Кажется, мне пора! Ноги понеслись к двери, но как бы она ни старалась ручка не поддавалась. Последний шанс на освобождение таял на глазах… Обернувшись, девушка так и припала спиной к двери. Зельевар склонился над ней, словно хищник над жертвой. Кажется, даже было слышно, как маска равнодушия с жутким треском лопается. — Вы хоть иногда думаете: что творите? Захотели меня позлить! — В чёрных глазах метались огни, а всегда лаконичный голос сорвался на крик. — Вы хоть знаете: какое зелье было в последнем пузырьке? — Там было… зелье? — Выглянув из-за плеча профессора, девушка в недоумении присмотрелась к склянкам. Пришлось хорошенько поднапрячь зрения, дабы увидеть, что выведено на бумажке мелким, каллиграфическим почерком. — Garrotting Gas, — еле слышно прошептала Орели. Даже такой дилетант, как она, знала: к чему приводят игры с этой штукой. — Ну, я же его не опрокинула! Хотя бояться за собственную жизнь похвально, профессор, — в груди что-то запульсировало, а вот на лицо вернулась фирменная улыбка. Почувствовав на себе взгляд, Орели отвлеклась от обозрения шкафа, вновь поворачиваясь к Снейпу. В его глазах промелькнула удручённость? — За собственную жизнь? — Мужской голос абсолютно ничего не выражал. Руки оттолкнулись от двери, мантия метнулась вслед за хозяином. Уверенным шагом Северус приблизился к письменному столу. — Вот только не говорите, что переживали за меня? — Сделав шаг в его сторону, Орели замерла. Улыбка, украшающая её бледное лицо, в миг померкла. Эмоции пережитой ночи накатили неудержимой лавиной. — По-моему, я тебя не волную, разве что в качестве замены неподражаемой Лили! — Голос казался столь громким, что отбивался от стен. Она сделала ещё один шаг в его сторону, пока её не снесло злым вихрем. Широкая ладонь схватила её за шею, большим пальцем приподнимая подбородок. Держа крепко, но не сдавливая. Их взгляды встретились. — Замолчи! — Приказал он, другой рукой убирая выбившуюся белую прядку. Пульсирующая жилка на шеи при этом забилась ещё быстрее, ударяясь о мужскую ладонь — Вы с Лили совершенно разные, и… — Профессор резко замолчал, всматриваясь в лицо девушки, будто видел его впервые. Орели же потянулась к нему рукой, проводя пальцем по складке между губ. Длинные пальцы сомкнулись на её руке, останавливая. — Где вы были, мисс Литтл? — Цепкий взгляд прошёлся по её одежде. А брови метнулись вверх в ожидании ответа. Хватка на шее ослабла, Орели воспользовалась этим, ускользая от внимания профессора. — Заблудилась и попала в объятья Римуса, ну а потом он превратился в монстра, и я сбежала, — в конце своего рассказа она даже наигранно горестно вздохнула. Требовалось немало стараний: чтобы подавить улыбку, ну и ещё больше, чтобы не рассмеяться в голос. Хлестнув её по ноге своей мантии, Северус уселся за письменный стол. Горящий взгляд чёрных глаз — словно котёл с переливающейся через край жидкостью — не предвещал ничего хорошего. — Покажите палочку! — Я не дрессированная собачка, приказы не выполняю, — желваки на лице профессора заходили ходуном. Мгновение, и он оказался прямо перед ней. Стук в дверь заставил его отвлечься, но ненадолго, Снейп вновь прожёг её взглядом. — Вы… — Не успел он договорить, как стук повторился. Выругавшись сквозь зубы, Северус всё же открыл дверь. В комнату влетела Макгонагалл. — Хагрид передал: что вы вернулись, — оглядев кабинет пристальным взглядом, она, наконец, заметила Орели. — Профессор Литтл? Что с вашей мантией? — Голос женщины стал допытывающим, как случалось иногда во время её учёбы в Хогвартсе. — Упала с метлы, — девушка устремила свой взгляд на Снейпа. Усмешка на его лице выражала весь скептиз её оправданий. — Ох, надеюсь, вы себе ничего не переломали? — На лице у Минервы читалось искреннее беспокойство. — Нет. — Что ж, прекрасно, — вновь осмотрев её внимательным взглядом, Минерва переключила всё своё внимание на профессора Снейпа: — Северус, я бы хотела с вами поговорить, — поняв намёк, Орели выскользнула из кабинета. На прощанье лукаво улыбнувшись. *** Оказавшись рядом с дверью своей комнаты, попробовала воздействовать на неё беспалочковой магией. Прислонив ладонь к двери, девушка постаралась сосредоточиться, прикрывая глаза. По пальцам прошлось лёгкое покалывание, в двери что-то негромко звякнула. Раскрыв глаза, она толкнула дверь, к её удивлению, та поддалась. В комнату лился блеклый утренний свет. Скинув с себя сапоги, Орели прошлась к шкафу, по дороге снимая с себя оставшиеся тряпки. Раскрыв створки, она критично осмотрела всё содержимое. Ну разве это гардероб «чистокровной» волшебницы? Висевшие в нём мантии явно не дотягивали. Мысленно записав себе пометку купить новые, она потянулась к привычной маггловской одежде. С наступлением обеда девушка спустилась в большой зал. Четыре факультетских стола вместе со столом педагогов объединили в один. На нём было единственное свободное место. Как ни странно, между Снейпом и Макгонагалл. То и дело ловя на себя удивлённые взгляды, Орели села за стол. — Ох, не ожидал вас здесь увидеть, мисс Литтл, как прошло путешествие? — Сидящий рядом с Северусом Дамблдор тут же начал с расспросов. Его сияющая улыбка немного напрягала девушку. — Прекрасно. — Кратко ответил профессор прорицания, притягивая к себе жаренную картошку. Дамблдор всё время пытался кого–нибудь разговорить или советовал попробовать то или иное блюдо. — А где же профессор Люпин? — Спросил кто-то из учеников. — Ему опять нездоровится, — подливая себя супа с потрохами, директор продолжил: — надо же заболеть в Рождество! Бедный Люпин! Орели предпочла это никак не комментировать, занимаясь ковырянием индейки. — А может ему как-то помочь? — Ярко-зелёные наивные глаза устремились на дедушку. Девушка, поперхнувшись тыквенным соком, безудержно закашляла. — Профессор Литтл, вам плохо? — Профессор Макгонагалл легонько постучала ей по спине. Кашель прошёл, а вот разговор продолжился. — Не волнуйтесь, ему ничего не грозит, порция зелий готова, Северус? — Да, господин директор. — Холодный голос пронзил воздух, даже Дамблдор не смог развеять его. Дальнейшая часть обеда прошла мирно. Вновь оказавшись в северной башне, Орели заметила на ступеньках огромного рыжего кота. В своей приплюснутой морде тот держал кусок пергамента. Смотря на неё необычайно умными глазами. Кот вальяжно, насколько это позволяли кривые лапы, двинулся к ней. Орели присела на корточки, ласково погладив его за ухом, вытаскивая из зубов листок. «Жду в 2 часа ночи рядом с Гремучей Ивой. Настоятельно прошу никого не приводить! Если согласна, передай записку обратно Живоглоту, если нет — сожги». Без малейших раздумий отдав записку коту, Орели, наконец, поднялась в свою комнату. По инерции рука полезла в карман, наткнувшись на что-то твёрдое и вытянутое. Палочка коснулась двери, та поддалась. К её удивлению, в спальне обнаружилась Ди. В последний раз она видела сову месяца три назад. Не обращая на хозяйку ни малейшего внимания, сова спала в клетке. Словно голубка спрятав свой клюв в перьях. Стопка пергаментов, накопившаяся за месяц, требовала, чтобы её содержимое проверили. Сев за стол, девушка начала перебирать пергаменты. Скучая по работе в министерстве. Очередной раз обмакнув перо в чернильнице, написала крупную букву «P». Полностью игнорируя имя этого вундеркинда. Перо вновь утонуло в чернильнице и так и осталось в ней. Перед ней лежало письмо. Подписанное небольшими круглыми буквами, даже не вчитываясь в слова она могла узнать почерк матери. Да и сургучную печать с родовым гербом невозможно было ни с чем перепутать. На бело–коричневых разводах красовалась куница. Помимо самого пергамента в письме лежал объёмный мешок с золотыми монетами. Родители искренне извинялись перед ней, решив преподнести это ещё и в денежном эквиваленте. Любая другая была бы оскоблена таким откупом. Что же до Орели, бросаться галлеонами она уж точно не собиралась. Тем более на зарплату преподавателя сильно не разгуляешься. Забросив мешочек в ящик под столом, Орели вернулась к своему нудному занятию. Работы учеников не отличались разнообразием. Единственная кто и впрямь постаралась на славу была Грейнджер. Целых два пергамента! На часах было уже 19:15, когда кучка пергаментов начала уменьшаться. За окном было уже темно. Взмах палочки, и комнату осветил жёлтый свет ночника. Глаза, не привыкшие к ночным похождениям, начали слипаться. «Ещё один» — устало облокотившись о стул, думала девушка, то и дело зевая. Спинка стула уже не казалась такой уж жёсткой. На мгновение прикрывая глаза, Орели провалилась в сон. Жёлтое марево в небе означало: что ночь закончилась для многих не очень удачно. Всё тело пронзали острые осколки. Что-то склизкое, мерзкое стекало из её раскрытого рта по шее. Она чувствовала едкий запах крови, пропитавший всё вокруг. Слышала шум сирены и неразборчивые голоса людей. Удушающий, хриплый кашель вырывался из груди. Ощущения были ужасными, будто она сейчас выплюнет все свои органы, но вместо этого кровь во рту пузырилась. Язык не слушался, она не могла выдавить из себя не звука. По щекам потекли слёзы от бессилия. Перед глазами замаячили чёрные круги. Сознание плыло. Неужели это конец? Мама… Папа… неужели мы скоро увидимся? Только Влада об этом подумала, как мир померк. Невыносимая боль, казалось, пронзила её сердце, к своему ужасу пришло осознание: что оно остановилось. Кромешная темнота забрала всю боль, страх и сожаление, возвращая одно чувство — безразличие. Распахнув глаза, она почувствовала, как горячая слеза спускается по её щеке. Настойчивый стук в дверь повторился. Смахнув слезу, Орели устало побрела к двери. На пороге стоял Северус Снейп. — Вы же не думали, что я собираюсь варить за вас зелья, — оценивающий взгляд прошёлся по ней. Орели же упёрлась спиной в перила. Натягивая на лицо отстраненную улыбку. — До утра это не подождёт? — Мужчина сжал губы в тонкую линию, задумчиво прищурив глаза. Крепкая рука бесцеремонно схватила её запястье. Казалось, они шли по лестнице вечность. Башня была бесконечной. Девушка изредка прикрывала рот ладонью, сонно зевая. — О святая гарпия, почему в Хогвартсе такие длинные коридоры? — И почему Снейп так быстро ходит? Его рука по-прежнему сжимала её кисть, заставляя двигаться быстрее. — Прекратите жаловаться! — Шлейф мантии полетел в сторону, поворачиваясь следом за хозяином. Их взгляды пересеклись. Капризные серо-голубые и непреклонные чёрные. — Я бы прекратила, если бы вы не бежали так быстро! Или хотя бы отпустили мою руку! — Запястье перестали так тянуть, но не отпустили. Его кабинет встретил их сыростью и мрачностью. На полках стояли какие-то ингредиенты, мерцание в огне камина предавало им особую мрачность. Только зайдя внутрь, Снейп сразу же направился к письменному столу. Жестом показывая ей сесть на стул для посетителей. Рядом с ней лежала чистая стопка пергаментов и та самая принесённая ей же книга. — Вы должны составить пропорцию для следующего этапа, в книги она безнадёжно утеряна, а зелье простаивается, — мельком взглянув на неё через книгу, Северус продолжил: — так что рекомендую поторопиться и вспомнить уроки зельеварения! — Поверьте, они мне до сих пор снятся в страшных снах, — зло фыркнула девушка, открывая запылившуюся книгу. На её старых ободранных страничках была куча разнообразных рецептов. И из этого всего нужно собрать что-то цельное? Да и ещё рассчитать пропорцию? Бросив любопытный взгляд на профессора, она увидела, что тот полностью погружён в чтение. Чёрные пряди заслоняли книгу, захотелось убрать их за ухо, провести пальцем по изгибу лица, прикоснуться к губам. Прошлая ситуации тебя ничему не научила? Отбросив все мысли, Орели вновь вернулась к изучению книги. С ингредиентами она более-менее разобралась, но пропорции… Допустим мы берём сто процентов… Значит получается… Листок был весь переполнен записями, не обращая внимания на зевоту, девушка продолжала высчитывать. При этом чувствуя себя чуть ли не Пифагором. Победоносный взгляд был направлен на профессора. Будто почувствовав это, он отложил книгу, подняв свой взгляд на неё. — Я не такая уж плохая ученица, — обворожительная улыбка украсила её сонное личико. На ладони образовался ветерок, он подхватил листочек, унося его прямо в руки зельевара. Северус читал содержимое с непроницаемым лицом. На мгновение показались в его глазах отблески гордости, но они тут же померкли под гнётом окклюменции. — Почему вы скрываете свои настоящие эмоции? — Вопрос сам по себе сорвался с губ. Орели заметила, как поменялось лицо профессора.