Предназначенные.

                            От лица Вики. Пламя окутало здание, сжигая каждый угол под душераздирающие, полны боли крики. Люди носились рядом: кто-то из них кричал, чтобы вызвали скорую, а кто-то — что это просто нереально. Но никакой из этих вариантов не был верен, ведь «казнь» была сделана. Никто и догадаться не сможет, что пожар это «случайность». Мои руки тряслись, от страха, от нервов, от шока, но взгляд, как и я сама, не подавал никаких признаков. По щеке покорилась слеза, еле оставляемая ощутимой след. Люцифер, стоя рядом, обнял меня, прижав к своей груди. Я утонула в нем, пытаясь позабыть то, что сделала десять минут назад. Их крики не прекращались, звоном отбиваясь от ушей. Но я должна стоять и смотреть, пока те не умрут… Чтобы убедится, что мое задание закончино.        Десять минут назад. После своих слов о готовности, я отстранилась от демона. Больше не было смысла медлить. Но, было глупо одно — делать это днём. Но тянуть время подобно бомбе замедленного действия, ведь кто знает, в какой момент может разорваться, было очень глупо. Вздохнув, я направилась прямиком в ателье, взяв себя в руки. Поджимая губы, нервно отводя взгляд, когда перед мной появилась Фелиссия. Девушка удивительно взглянула на меня, но тут же самообладала собой, мило улыбнувшись.        — Вы наверное по то платье?        — Нет, я по вашу совесть, — решительно ответив, сжимаю рукой край собственного наряда. Рядом с ней оказалась Сюзанна, которая потревожила дочь, пока та находилась в шоке. Они обе посмотрели на меня с недопониманием. Хотелось много чего им сказать: всю свою боль, которую причинили не только мне, но и другим. Сказать, как же им сильно не повезло, ведь правосудие настигло их! Но вместо собственных слов, я тяжело вздохнула, закрыв глаза. Это испытание — воздействия на чужое сознание, заставляя покорится и поддаться моим убеждением, поставив на истинный пусть. Но так как я должна убить, то заставить сделать это самим. Много энергии уходит на такое. Управлять сознания и тем более — подкорять его — было не из лёгких. Казалось, что собственный разум распадается на мелкие частички, проникая в их, сплетаясь с нервными окончаниями. Мы работали как единый механизм, и я видела ее прежнюю жизнь: грешную, наполненную мраком и боли. Она съедала изнутри Фелиссию. Её мать постоянно заставляла делать то, что не нужно. И вместо того, чтобы опираться, девушка выполняла. Я видела ликование при виде смерти, наполняющие меня внутри сладким предвкушением, которое расползались по венам. Сюзанна просто мечела властью. Она была готова прикончить любого за нее. А вид крови, растекающейся по какой-то поверхности взбудораживал и возбуждал ее. К горлу подскочила тошнота от сильного металлического запаха. Мы устанавливаем контакт, который прервётся когда я захочу. Они обе стояли, как вкопанные, ничего не могут сделать. Я вижу, как им больно: подобные махинации похожи на вонзание тонкой иглы в голову, медленно проталкивая ее глубже. Боль колющими пульсациями приносилась по телу, но больше всего концентрировалась на лобных долях.        — Кто ты, черт возьми, такая?! — кричит Сюзанна, чем испугала посетителей, которые до сих пор ходили по ателье увлеченно выискивая что-то себе. Но после подобного, несколько из них покинули задние, бросая косые взгляды на нас. Страх… Он ощущался чётче, чем когда-либо… Она боялась меня. Словно увидела перед собой не просто человека, а больше — призрака. От части это так и есть. Но женщина об этом не знает. Она хотела сделать шаг, но не смогла, оставшись прикованной к месту. Фелиссия поджала губы.        — Этого не может быть… — молвила Фелиссия, скрывая взгляд, обшаривая все углы, избегая зрительного контакта. — Я знала, что это ты, Вики… — тихо прошептала. По щеке скатилась одна слеза, которая растворилась, как только упала куда-то вниз.        — Что?! Что здесь происходит? Почему я не могу пошевелился?! Ты, чокнутая, что ты сделала?        — Ничего такого, — спокойно отвечаю. Фелиссия не сопротивлялась, нежели её мать. Она не виновата в грехах своей матери, ведь та обманом заставляла ее делать подобное. У каждого есть второй шанс стать на путь искупления. И у моей родственницы он есть. Переведя взгляд на Сюзанну, я начала сильнее воздействовать на неё. Женщина качнулась от лёгкой боли, а я ощущала, как проникают к каждой клеточке её тела, заставляя быть подвластной мне. Есть люди с сильным и стальным духом, который тяжело пробить, но она была не из таких. Подавить её было легче. Воздействуя на неё, я заставила женщину, которая превратилась в куклу, взять небольшую вазу с водой. Её руки содрогались, и она пыталась противостоять, но все было тщательно. Сюзанна подошла к розетке, расположившуюся рядом с несколькими висящими вещами, вылив на неё воды из вазы.        — Прекрати! — вскрикнула Феллисия, двинув ногой, которая в тоже время вернулась в обратное положение. Розетка заискрилась. И один из летящих искор упал на платье плотного кроя, где рядом расположилась и синтетика, загораясь очень быстро. Я перевела взгляд на полыхающий огонь, который прибавлял предвкушение опасности, страха… Огненные язычки пламени быстро разгорелись. Несколько человек, увидев это, выбежали из здания. Я вновь подавила волю женщины, заставив её войти прямо в огонь. Мне было страшно, от чего все тело зацепенело, и я не могла поверить, что делаю подобное. Жажда мести была не сильной, но травящей меня внутри. Я была уверенна, что так смогу избавится от ноющей и забытой боли, которая вспыхнула во мне. Но я всегда была выше подобных действий и никогда не думала, что лишу её жизни… Я мечтала, что в один из дней это сделают другие люди, которые были обмануты ею. Но сейчас это мое задание. Ощущая внутри полную пустоту, я продолжаю приказывать ей входить в огонь, который окутал её полностью. Женщина пыталась сказать что-то, кричать, но все тщательно — я лишила ее этой возможности. Крик Феллисии, был почти мне не слышен, пока я наблюдала молча, ослабляя свое влияние на неё, давая тем самым выбор между жизнью и смертью. Половину магазина окутал смрад, огонь, забирая в свои «ласковые» и обожающие объятья тело Сюзанны. Девушка подбежала к матери, встряхнув голову, но не могла зайти в пучину огня. Она дрожала, закрывая руками лицо, присев. Огонь быстро расползался, почти взяв ее в заложники.        — Зачем ты это делаешь… — со слезами проговаривает.        — Она заслужила, как и ты, — ответив, я делаю шаг назад, увидев стоящих за стеклом людей, которые с шоком наблюдали за происходящим, даже не удосужившись вызвать пожар. — Но я даю тебе шанс, можешь жить, а можешь — умереть.        — Ты… — не успела девушка договорить, как резко потрескалась стекло на стене, служащее зеркалом, рассыпаясь на небольшие кусочки, и мелкие, падая рядом с ней и телом Сюзанн, а некоторые полетели прямо по диагонали. Пару осколков пролетели рядом со мной. Женщина перестала биться в конвульсиях и пытается что-то сказать, не сопротивлялась, скорее, уже умерла. Потолок потемнел, а люстры от давления огня взрываясь. Несколько осколков стекла врезалось в мою кожу. Феллисия посмотрела на меня, кашляя от густого дыма, взяв в руки осколок стекла. Моя голова шла кругом от всего происходящего, а сердце колотилось в груди. Она, плача, посмотрела на свою мать. Огонь добрался и к ней: подхватив край платья, которое вспыхнуло как спичка. Фелиссия закричала, занеся резко руку вверх, так же опуская вниз. Кровь брызнула на стену, окропив пол, лежащую Сюзанн, а тело девушки бездыханно упало, слегка подрагиваясь на тело матери. Чья-то рука резко вытащила меня из здания, утаскивая на улицу. А я сама была прижата к груди. Но паралельно смотрела на огонь, взявшись в «муки» почти все здание. Отстранившись от демона, которые тревожно смотрел на меня, наблюдала за всем происходящим. Справедливость торжествовала: забрав жизнь тех, кто не заслуживал иметь на неё право. И я так отплатила за смерть бабушки, становясь демонессой…               Пару дней спустя. Итан стоял рядом со мной, поправив волосы и костюм. Синеватые листья пролетали рядом, подхваченные ветром, как и тонкие пряди моих волосы, выбившиеся из элегантной прически. Я накрыла рукой свою ладонь, проводя пальцем по оставшемуся небольшом ожоге на кисте руки, где была и рана. Метке, которая гласила о моем выборе и том дне. Но я даже не могла вспомнить, как получила его… Хотя, Ангел Фенцио объяснил, что эта метка была поставлена Шепфой, как и на других бывших смертных. У Итана я заметила порез. У Лоры или Энди были так же маленькие шрамы. Эти метки не проходят, они остаются на всю последующую жизнь… В толпе стоящей неподалеку от себя, заметила Мими, которая скучно болтала о чем-то с какой-то демонессой. Но её взгляд остановился на мене, а улыбка превратилась в миг на ухмылку. Но глазки перемешались на Итана, словно стреляя ними стрелами амура. Демонесса вчера мне рассказала о своей глупости… Она считала, что Непризнанный изменяет ей, но к счастью, этого не было. И даже при моих убеждениях, что после подобного у нее остались бы шрамы, это не убеждало её, пока сама не поняла. Я слышала от некоторых демонов и ангелом о неком эликсире, который приглушает боль при разрыве родственных душ и изменах. Это придумала Серафимы, чтобы облегчить себе жизнь отрекаясь любви ради карьеры. Этот эликсир хранился лишь у ангелов, но позже рецепт перекочевал к демонам, которые, точнее знати Ада, начали принимать его. Это был небольшой флакон с золотистой жидкостью, по вкусу напоминая кровь в перемешку с лавандой. Простым Непризнанным, соответственно, такое не дадут. Даже не знаю, почему Мими решила над счёт этого, даже при том, что Итан не смог бы его достать. Но теперь они помирились, что просто радует. На небольшую импровизируемую сцену вышел Серафим Кроули, Солла и Анахита, рядом с которой остановился какой-то ангел с закрытым лицом белой тканью. В его руках был посох, с помощью которого, упираясь, он передвигался. Его крылья были поникшие, а кончики обгоревшие слегка. Руки незнакомца были замотанные на половину белыми тканями, которые слегка были на ладонях красные. Те Непризнанные, которые здесь довольно большое время, переходят на сторону, выбранную заранее. Я же пока что только, как объяснил Серафим Кроули после моего испытания «наполовину» демон. Это только формально, пока не завершу и новый год обучения, только после того у меня будет возможность приобрести темные крылья. Но даже эта «половина» не может уберечь нас с Люци от закона, ведь я все ещё ничьей стороной не понята.        — Всем добрый день! — радостно, разводя руками, проговорил Серафим, обращаясь непосредственно к стоящим внизу ангелам и демонам. Я вновь посмотрела в толпу, замечая стоящего почти в конце, отреченого от всех остальных демонов Люция. Он смотрел на меня, без какой-либо эмоции, но внутри себя я ощущала обволакивающий трепет и тепло, которое он передавал мне, словно обнимая своими крыльями и руками. — Рад поприветствовать всех присутствующих на нашей церемонии Признания. Каждый из вас по одному будет подходить к многоуважаемому пророку Гектору, который запечатает вас к одной из сторон, — мужчина с закрытым лицом кивнул. Только сейчас моему взору было подхваченное странное сочетание его крыльев: кроме белых, и поникших, я так же заметила у самого основания черные прожилки, когда тот обернулся в сторону, до самых кончиков перьев. Тонкие черные полосы, покрывающие словно хворь, скрывая небесно-белый цвет. Пророк слегка покачивался, приближаясь к Серафиму. Солла так же подошла, уставившись на других, но её взгляд постоянно останавливался на мне. Я почувствовала себя неловко, пытаясь «скрыться» от ее глаз, шагаю за спину Итана.        — Что-то случилось? — интересуется он, бросив на меня взгляд через плечо.        — Мне что-то не хорошо… — решила соврать, притронувшись рукой ко лбу. — Очень болит голова.        — Может тебе стоит уйти? — Итан не отрывая от меня своего взгляда принялся поворачиваться ко мне подвернулся. Но я ловко касаюсь его спину руками, возвращая в исходное положение.        — Нет, не нужно, сейчас все пойдет, — подбадривающе отвечаю, улыбаясь.        — Эй, тихо вы! — рядом возле нас прошла Месселина, приложив кончик пальца к губам. Она была сегодня невозмутимой и статной, смотрящей за непризнанными как за какими-то драгоценностями. Хотя, это могло показать лишь так, ведь эти «драгоценности» всегда покрывают слоем грязи чистокровные крылатые бессмертные.        — Извините, — с улыбкой и смущением поговариваю, поворачиваясь к сцене и из-под краев крыльев Итана и плеча какой-то девушки наблюдая за всем. Хорошо что никто не заметил ничего, проводя церемонию Признания. Я прикоснулась к блестящей поверхности крыла Итана, ощутив металлическую острую гладь. Удивлённо и завороженно вновь провожу, пока случайно не порезала ее. Итан тихо посмеялся, стараясь не шевелить крыльями, чтобы не ранить других. Каждого, который уже переходил к этапу принятия светлой или темной стороне, подходили по очереди. Пророк, прикасаясь к их руке, оставлял еле видную отметину, которая гласила о выборе стороны. На ангельских кистях красовался полупрозрачная золотая линия с размытыми концами, а по середине линии был круг золотавой обводкой, пока отметка демонов была темной в виде рваных линий, которые сходилось в едином рисунке — знаке бесконечности. Вскоре очередь дошла и к Итану, который нервно, но сдержано подошёл к Серафиму. Пророк коснулся его руки, что-то спрашивая полушепотом, который не доходил к нам и был слышен только тем, кто ближе. Накрыв кисть руки ладонью, пророк что-то начал тихо произносить. Под ладонью слегка загорелся красноватый свет. Итан сцепил зубы, как и каждый, который стоял там, терпя боль. Обжигающую, словно его плоть жгли обычным огнем. Но ни крови, ни ран, кроме отметки там больше не осталось. Я увлеченно наблюдала за процессом, понимая, что вскоре и мне будет предназначена такая участь — получить свою метку.               Люцифер прошел сквозь толпу, которая скопилась после церемонии Признания и все поздравляли других новоизбранных. Его взгляд вцепился меня, пока я стояла рядом с Мими и Ади, которые о чем-то бурно говорили, шушукаясь. Это было не более чем последняя их сплетня о конкретной демонессе или ангеле, которая разлетелась по всей школе со скоростью света, и теперь они обсуждают. Демон улыбнулся мне, приближаясь. Сердце замерло от предвкушения, медленно и нежно по груди расползалась теплота. На губах застыла соответствующая его улыбка. Подойдя, Люций, как ни в чем не бывало, сложил руки в карман, не отрывая глаз от моих, заговорил:        — Теперь, Непризнанная, я отпускаю тебя под крыло другому куратору, — проговаривает, привлекая внимание стоящих бессмертных.        — Да… Жаль что нельзя вновь, чтобы ты был мои куратором.        — Так нужно. Это хорошо что никакой ангел не стал им, а демон. Я его знаю, так что… — Люцифер немного замялся, — доверяю ему.        — Это будет Касс? — спросила Мими, на что тот ей кивнул. — Круто. Слышала, он хочет быть учителем. Да и самим преподавателям эта идея нравится.        — Я тоже что-то такое слышал, — задумчиво произнес Ади. Люций слегка кивнул головой в сторону, подзывая пойти за ним. С улыбкой на лице, я делаю шаг к нему. Демон ухмыльнулся. Пока Мими с Ади вновь отвлеклись, мы с ним по тихому, скрываясь от любопытных глаз, пошли в небольшой и закрытый сад. Пойдя за ним, словно в неизвестную пучину джунглей, хранящие в себе мрачные тайны, живя по своим законам, но в тоже время это все завлекало. Перед мной открылся шикарный вид на фонтан по средине которого стояла статуя девушки. Она была похожа на Немезиду, о которой мне рассказывал ещё Демьян. Ее руки были сложенные вместе, а ладони открыты, лишь касаясь друг другом края. Статуя словно держала что-то, но оттуда просто лилась вода. Ее платье из камня застыло в немом крике о грации, которое «развивал» ветер, как и волосы. Люцифер, молча, подошёл к статуе. Его спина, как и крылья, были ослабленные без напряжения. А взгляд был уставлен на статую. Я подошла к нему ближе, прикасаясь кончиками пальцев к его плечу. Рука Люция ловко скользнула по моему изгибу бедра. Повернувшись к нему, всматриваюсь в профиль.        — О чем-то задумался? — спрашиваю с беспокойством. Он прижимает меня к себе, второй рукой провел по спине к основаниям крыльев. По телу пробежала лёгкая дрожь, заставляющая мои ноги подкосится. Это было нечто тонко интимное. Все его касания отображали это. Каждый взгляд, прикосновение губ и ухмылка. Но не через чур, а в меру…        — О мелочах, — в его голосе слышалось что-то подобное самоиронии.        — Да? — с любопытством спрашиваю. Люцифер, лукаво улыбнувшись мне, резко обернул меня, прислоняя вновь, но только теперь моя спина притронулись к его груди. Все мышцы тела наследника Тьмы напряглись, а рука, по-собственнические, легла на талию, поднимаясь вверх к груди. Я залилась красков, смущённо улыбаясь. Его губы опустилось на уровне к моим ухом. Люцифер прошептал, от чего внизу живота все свело от его глубокого бархатного баритона…        — Да, mi alma. Эти мелочи не сровнять с тобой, ведь о тебе я готов думать вечно, — поцеловав за ухом, опаливая своими горячим дыханием, он слегла кусает меня. Вторая рука проникла под лиф платья, что я даже не заметила, как резко она оказалась на моей груди. Люцифер зажал между пальцами мой сосок, слегка надавливая. Из губ выпустился еле слышный стон…        — Твои «мелочи» сейчас слишком далеко заходят… — тяжело задышав, я откидываю голову на плечо демона, пока тот губами исследовал мою шею. Занеся руку назад, я сжимаю его волосы, бедрами прижимаясь к выпуклости в брюках.        — Не люблю мелочится, — лукаво произносит, шепча мне на ушко. Каждая клеточка моего тела возбуждённо реагирует на его пошлость. А сердце колотилось в груди. Мое желание поддаться его искушению предательски росло, но я понимала ещё маленькими крупицами здравого смысла, что сейчас не время и не место заниматься подобный. Люция это нисколечки не волновало, лишь возбуждало.        — Люци… — тихо прошептала, прижимая плотно ноги друг другу, ощутив там влажность. Пару стуков сердца, и оно замирает, когда я слышу вдали нечёткие чьи-то голоса. Это смех, отображающиеся гулким звоном по всему саду. — Люци, — уже более уверенно говорю, поворачивая голову к нему, сталкиваясь с губами демона. Он нежно целует меня, но через пару секунд отстраняется.        — Знаю… — затрудненно произносит. — Этим бессмертным не садится где-нибудь в их комнате, сразу прутся сюда, — в знак согласия я киваю ему, смущённо пронося кончик пальца к губам, прикладывая ноготь к ним.        — Но мы можем встретиться у тебя или у меня, и завершить начатое… — Люций ухмыльнулся, бережно взяв меня за подбородок, приподнимая. Алые глаза всматривались в мои, в которых плясал словно огонь, язычки которого, казалось, обожжут меня.        — Тогда у меня? А то вдруг Мими вновь без предупреждения попросить тебя освободить комнату, — с ухмылкой отвечает говорит, высовывая руку из-под одежды, кладя её на бедро.        — Давай. До вечера?        — Уже хочешь убежать от меня? А как же поцелуй со словами «Поздравляю, Моя Непризнанная с продвижением и приближающимся днём твоего посвящения, чтобы мы без проблем могли хоть на столе моего отца заняться сексом»? — сдерживая улыбку, сохраняя серьезное лицо, проговаривает Люцифер. Я рассмеялась, повернувшись к нему лицом, прижавшись грудью к его. Закинув руки на плечи, отвечаю:        — Ну, поцелуй я принимаю и желательно прямо сейчас, — укусив игриво себя за нижнюю губу, подмигиваю ему. Люцифер, ухмыльнулся, шлёпнул меня по ягодице. — Ау… — на что теперь рассмеялся демон. — А второе как пойдет. Думаю будет не очень приятная ситуация, учитывая, что было на его свадьбе…        — Забудь уже об этом. Мы все равно там когда-то займёмся сексом, — загадочно прошептал, Люций опустился на пару сантиметров. Я поднялась на носочках, сильнее прижавшись к нему, дотягиваюсь к губам мужчины. Коснувшись их, мое сердце застучало сильнее, а ноги слегка подкосились. Крепкие руки демона оковали меня, не давая уже никогда упасть, только его в плен его грехов, порока и страсти…        *** Новый день начался с хорошего настроения. Я, полна энтузиазм и захватывающего дух предвкушения спустила во двор, но моя лёгкая сонливость словно говорила, что ночь у меня была бессонной. С сегодняшнего дня теперь я переведена на новый учебный год, где, определившись, чью сторону приму, буду учиться. Но единственное, что меня расстраивало — моим куратором будет не Люций… Но по индивидуальным и непонятным уроки, он обещал меня «подтянуть». Увидев стоящего и похожего под описании Мими демона, как рядом с ним, воркуя, замечаю Лили. Непризнанная обняла его, что-то шепча на ухо, пока парень обвил ее талию своими руками, притягивая к себе ближе. Смутившись, я подошла ближе, сложив руки по бокам талии. Заметив как я подошла, они оторвалось друг от друга, не сводя с меня своих глаз.        — Привет, — молвила Лили, элегантно положила руки на грудь, слегка качнув бедром в сторону. На ней было короткое синее платье с длинными полупрозрачными рукавами, края которых развивал ветер. Парень же стоял смирно, лишь одна рука была ловко запхнута в карман светловатых брюк.        — Давно не виделись, — с улыбкой уточняю, ведь мы постоянно на лекциях видимся. Демон лишь кивнул мне, бросая взгляд на блондинку.        — Я пойду, а вам приятно провести время, — отвечая, она дотронулась к руке парня, проводя кончиком пальца, а после с лёгкостью в взмахе крыльев взлетела в небо. Ее платье развивал ветер, что шелк почти что плыл по небу, словно по воде.        — С чего начнем? — с нетерпением ответила, ожидая своего первого задания или хотя бы каких-то слов.        — Давай для начала разберемся с твоими силами? Я должен знать на что делать тебе упор, — без замедления проговорил, повернулся в сторону водоворота, делая шаг. — Пойдем, на земле это лучше проверить, — я было хотела ответить ему, какую силу имею, но парень перебил меня, не дав даже похоронить слова. Молча последовав за ним, уже возле водоворота демон произнес: — И скажешь потом Люцию, чтобы не сверлил меня глазами. Я ничего с тобой не сделаю. Я обернулась, пытаясь найти среде идущих бессмертных, которые собрались во дворе Люцифера. Я даже его энергию не почувствовала, не то что проблесками связь… Демон посмотрел на меня, усмехнулся.        — Он ушел, как только я посмотрел на него, — и с некой насмешкой сказав, демон прыгнул в водоворот. Я сфокусировала свое внимание на своим новом кураторе, поджимая от неудовольствия губы, последовав его примеру.        *** Водоворот вышвырнул нас в небольшом горное поселение, вокруг которого был сплошной лес. Рядом висела вывеска с названием городка, который был похож по большей части на кемпингский городок, только вместо палаток стояли бетонные дома с не значительно большими дворами. По тропе шли несколько людей: мужчина и женщина, рядом с которыми бегал мальчик. Женщина была беременной в летнем белоснежном платье с красными цветами, а мужчина в темной футболке и брюках, похожий стиль с Люцифером. Но если присмотреться, то почти каждый смертный предпочитает подобные наряды. Они прошли в доли тропы, держась за руки. Я немного отвлеклась, врезавшись в чью-то спину. Резко обернувшись, замечаю демона, недовольно смотрящего на меня через плечо.        — Не слишком отвлекайся, Непризнанная, — грубо, как ангел Фенцио или даже Геральд проговорил, ступая вперёд. Я лишь цокнула языком, прежде чем последовать за ним. Мы вошли в небольшой пригородный район, замечая на склоне горы двухэтажный, современный дом в темных тонах, туда как раз вела тропа, по которой шла та парочка с ребенком. Сладкий запах цветов перемещался с хвоей, превращаясь в изысканное сочетание. Я полной грудью вдохнула, ощущая, как каждую клеточку моего тела наполняет земля и ее дары… Она отдавала мне частичку себя через мои стопы, которые ласковыми касаниями проникали в вены. У солнечного сплетения я почувствовала лоскот и лёгкую тяжесть. Природа делилась со мной, как и я с ней. Из полуприкрытых век я замечаю скептический взгляд моего куратора, который остановился рядом, сложив руки на грудь.        — Тут даже практика не нужна, все и так понятно, — задумчиво произнес, он смотрит мне под ноги. Что-то бархатное обвило мои лодыжки, лаская острыми кончиками.        — Что понятно? — спрашиваю, опуская глаза вниз. Небольшое, словно лозы, растения сплелись у моих ног, держа их. Одно неаккуратное действие — они погибнут.        — Для земной природы ты словно Богиня, ведь энергия Небесных лесов наградила уникальной силой. Это видно по вашей «связи». Ты же чувствуешь ее? Это как соулмейты, но без сексуального влечения и привязки на пожизненно. Хотя з влечением спорный вопрос, ведь у каждого свои предпочтения, — на губах демона дернулась ухмылка.        — А как эта «связь» проявляется у других? — решив перевести тему, спрашиваю, с любопытством наблюдая за растениями. Несколько цветков потянулись в мою сторону, как к солнцу.        — Ну, пройдемся по основным. Если так можно говорить, — начинает парень, становясь серьезнее. Для него, по всей видимости, эти «лекции», важные, как и для любого учителя, чтобы внести ясность для учеников. — Водный дар так же реагирует, ни даже при этом к нему относятся морские животные. Они тоже, ощущая источник новой энергии приманиваются, и кружат рядом. Помню случай, когда-то подплыла акула, что все смертные испугались, вызвали спасателей, а новопризнанная стояла как ни в чем не бывало в воде, как Иисус, наслаждаясь связью. Для природы, то есть земли, как у тебя, ты уже поняла. Огонь он тоже потягивается, но при этом может и навредить бессмертному, хотя это мелочи, но смертным не понять. А воздух, — он задумчиво повел бровью, — ну там тоже что-то связанное, но с птицами. Воздух ко всему устанавливает связь и помогает лучше блуждать по пространству, а так же её птицы слушаются бессмертного, становясь их союзниками. Каждый земной элемент реагирует по своему, и каждый потягивается к новому источнику, пытаясь установить связь и стать сильнее.        — А как же другие? Там, метал, материализация…?        — Все просто — связь отделенная с происхождением тех элементов, через которых оно создалось. То есть, к примеру метал, это огонь, вода и природа. Бессмертных будет ощущать со всеми тремя, но это будет очень слабая связь. А материализация… Воздух, огонь и пожалуй земля. Да, так и будет. Но ко всему в материализацию входят ещё некоторые вторичные источники, так что это сложная комбинация. Принцип поняла? — я киваю ему, делая лёгкий шаг вперёд. — Чем сложнее, тем слабее связь с источниками. Но это все равно хорошо.        — Почему именно земля? На Небесах же можно все это проверить.        — Потому что так мы насыщаем землю новыми силами. Я промолчала. Парень двинулся дальше по тропе, и я за ним. Пейзаж сменялся, но концепция была одна — лес, высокие деревья и горные массивы. Завораживающее смотрела на каждую делать, привлекая внимание фауны. Но демон просто шел, остановившись рядом с какими-то скалистым обрывом.        — Я наслышан, что у тебя есть и второй, нейтральный дар — щит.        — Люций сказал? — с лёгким удивлением спрашиваю, прикасаясь кончиками пальцев к деревянной поверхности забора, который разделял меня и обрыв. Внизу виднелся лес из деревьев, а так же поодаль водопад, спадающий в небольшую речку.        — Да, — он помедлил, так же бросая взгляд на лес, или смотрел куда-то в конкретное место. — Это не важно.        — И что же в этом особенного?        — Никого. Щит просто блокирует основную сила, а так же запрещает другим проникать в твое сознание. Но если развить так называемый второй дар, то ты сможешь защищать окружающих.        — Это получается, что каждый имеет щит? — задумчиво произношу, поправляя несколько прядей спавших на лицо волос.        — Не совсем… Как я знаю, очень мало кто имеет. Но это никакой не редкий дар, лишь дополнение. Знаешь почему с тобой в пещере ничего не случилось? — резко выдает последнее после пару секундой паузы.        — В каком смысле «в пещере ничего не случилось «? — с удивлением спрашиваю, с недопониманием глядя на него.        — Те шипы, о которые ты ранилась — ядовиты. Ты могла умиреть, но могла и получить интоксикацию организма, упасть в тяжёлое состояние. Этот щит у тебя в крови, который заблокировал токсические действия, расцепляя его саму химическую формулу. Ты просто получила ранение, — объяснив, демон облокотился на перила.        — И ты говоришь это не особенный дар, со всем этим списком?        — Серафимы, которые распределяют разные дары и силы не внесли именно этот, ведь он никогда не основной. Вот был бы, можно и внести… А так, обычный, даже не второсортный.        — Понятно, — ответив, я повторила за ним, наслаждаясь одиноким пением птички, которая исполняла симфонию лишь для нас. Ее голос звучал эхом в моей голове, оставляя лёгкие нотки прямо в сердце. Мне казалось, что ещё мгновение, и сердце испарится, если эта птица перестанет петь. Ее голос похож на Серен, которые одиноко блуждают у одного залива, не слишком далеко от школы. — Как тебя зовут то? — с лёгкой улыбкой спрашиваю, поворачивая голову в его сторону. Парень подозрительно посмотрел на меня, хотя казалось, он просто так шутит.        — Кастиэль. Но можно просто Касс, — с лёгкой и доброжелательной улыбкой отвечает, после отвернулся назад.        *** Школа наполнилась новыми учениками, которые прибыли сюда только пару дней назад. Я видела в них страх перед неизвестностью, вспоминая, как была сама такой, пока Мими не взяла меня за руку и не повела по этому тернистому пути. Кстати о демонесса: она сейчас стоит рядом со мной, перешептываясь с Итаном. Я невольно улыбнулась, прижимая к груди несколько учебников. Она, заметив мой внимательный взгляд, улыбается, закидывая руку через плечо, приобнимая. Я улыбнулась ей в ответ.        — Слушай, Уокер, — начала она. Итан так же внимательно посмотрел на мою подругу, выгибая бровь. — Может позовём мальчиков к нам? Вновь во что-то поиграем?        — Какие ещё мальчики, Дьяволица? — влез в разговор Итан, безэмоционально смотря на профиль Мими. Та, словно специально, махнула рукой, словно ему и знать ничего не нужно. Я пыталась не засмеяться, задержав дыхание, сделав вид, что думаю. Но Итан… Он наверняка начал ревновать, ведь его взгляд на протяжении три десятка секунд не оторвались от нее.        — Все тебе нужно знать, — поворачивается, подмигивая ему.        — Мими… — Итан с холодным тоном произнес её имя, что по коже пробежали мурашки. Демонесса ухмыляется, одним уголком губ улыбаясь. — Я же…        — Знаю. Я шучу, это Ади и Сэми, — дразнящие отвечает, закидывая вторую руку ему на плечо. Парень словно выдохнул, успокоившись.        — Отличная идея, — соглашаюсь я на её предложение, краем глаза замечая странное движение. Все произошло так быстро, что я не успела осознать ничего. У входа в сад выросла стальная линия из нескольких темнокрылих демонов, преградив путь, на остре держа мечи. Откуда они появились — я не знала. Резко встали там, не выпуская никого… Мими с недопонимание посмотрела в их сторону, сложив в угрожающей позе руки на грудь. Демонесса удивлённо смотрит в толпу демонов, которые разошлись, впуская двух, которые, по всему, были главные. Двое старых, но один из них был слеп: его глаза были перевязаны белой тканью.        — Что здесь забыл Аввадон и судья Арбраград? — спрашивает, не сводя с них взгляда. Я смотрю на тех, на кого говорит Мими, так же с недопониманием.        — Герцог я приблизительно понимаю зачем, но судья? Кто-то нарушил закон Неприкосновенности? — с неуверенность в голосе произносит последнее Итан, что было впервые для него.        — Не знаю, но стоит выяснить, — бросает Мими, делая пару шагов в сторону демонов, но остановилась, бросая взгляд на меня с Итаном. — Чего встали, пошлите. Ми оба последовали за демонессой, которая без доли сомнения подошла к слепому демону. Тот, учуяв её энергию, резко повернул голову в её сторону.        — Дочь Мамона, Мими, как приятно с вами встретиться, — заговорил демон, хотя склонить голову, но Мими отсекла его, сказав, что это лишнее.        — Что вы здесь делаете, так ещё и с охраной, — она признано посмотрела на стоящих воинов. От них исходила боевая и опасная энергия, которая не предвещала ничего хорошего. Я бросила взгляд на Итана, который сцепив зубы, делает шаг к Мими, прикладывая руку на плечо. Она обернулась, бросая неловкий, но в котором читалась полная уверенность взгляде. Итан просто сжал губы, опуская руку, но оставаясь рядом с ней.        — Разве это имеет значение? — с уважением проговорил демон, заведя руки за спину. Слепой демон слегка направляет голову в сторону соулмейта Мими, а на его губах заиграла ухмылка. Но она была не коварной, а скорее всего, даже милой.        — Да, имеет, — сложив руки на груди, отвечает демонесса.        — Думал Мамон сообщил тебе. Раз уж так…        — Не тяни, Арбраград, — произносит Мими, не сводя с него свой взгляд.        — Сатана приказал призвать всех демонов и новопризнанных в ад, — сказав, он посмотрел искоса назад. Но это выглядело абсурдно. Хотя, скорее всего, он ощущал все так четко, как никто другой, что даже взгляд вызвал у него невероятное беспокойство.        — Ч-что? — пораженно молвила Мими. Я так же посмотрела на демона, не веря своим ушам… Какого черта значит призвать всех обратно? Зачем? Почему? Но мои мысли быстро прервала вошедшая в сад Месселина с потерянным и ужасающим взглядом. Увидев архидемов, она прижала руку к своей груди, мотая недовольно головой. Ее глаза остановились на нас в недоумении.        — Таково решение его Высочества, — с некой грустью проговорил Арбраград, поворачиваясь к стоящим воинам. Мими разозлилась, ядовито молвила:        — Да как вы сумеете?! Аввадон, и ты туда же? Арбраград, ты же понимаешь, к чему это приведет! Второй демон кинул на неё сверепый и тяжёлый взгляд, отчего Итан слегка напряг крылья: это было видно по его кончиками перьев, приобретшие серебряный цвет.        — Мими, иди собирай вещи, — даже при разъяренный вид, Аввадон проговорил довольно спокойно. — Не расстраивай своего отца из-за непослушания.        — Как думаете, ваш сын добровольно пойдет? — огрызаясь сказала брюнетка.        — Он пойдет, не важно как, — в словах Аввадона проскользнула угроза. Мими хмыкает, поворачиваясь к ним спиной, встретившись со мной взглядом. Ее глаза горели, угрожающе метая молнии по сторонам. Итан положил на плечо девушки руку, зазывая посмотреть на себя.        — Поступите разумно, дочь Мамона, — проговаривает Арбраград, скрываясь за спинами архидемонов. Мими хотела высказать свое возмущение, но ее перебил громкий голос Анахиты, которая созывала всех в большой зал, ведь Серафим Кроули хотел сказать что-то важное. Я растерянно посмотрела на женщину, которая увидев мой взгляд, развернулась и пошла в школу. Подойдя к Мими, с сочувствием кинула на неё взгляд.        — Мими… Да как они могут?! — с возмущением произнесла, сложив руки на грудь. Итан приобнял демонесса, пока мы шли в большой зал.        — Я… я не знаю, — честно призналась та, протянув ко мне руку. Я вызов её, переплетая наши пальцы слегка сжимая. Мы остановились среде толпы других бессмертных, которые так же с недоумением смотрели вокруг. На ступеньках стояли учителя, во главе Анахиты. Женщина смотрела на присутствующих как ни в чем не бывало. По спине и между крыльев пробежала дрожь. Я сильнее сжала наши в Мими руки, смотря, как на сцену выходил Серафим Кроули. Его вид был взъерошенный и усталый. Он так же обвел всех присутствующих взглядом, после, в чем-то убедившись, он молвил:        — Уважаемые бессмертные. Я понимаю ваше беспокойство по поводу произошедшего. Но могу заверить, что так будет необходимо, — успокаивающим тоном скрывая нервозность прозвучал голос Серафима. — Демонам придется покинуть стены школы и вернутся обратно в Преисподнюю. В зале поднялся шум. Все бессмертные зашептались, что перебивали даже самого директора. Я кинула взгляд на Мими, тяжело сглотнула.        — Да каково… — произнес кто-то рядом с нами, пока его не перебила Месселина, как и остальных учеников:        — Прошу минуту вашего внимания! — громко проговорила женщина, прижав к себе руки. — Сейчас не время противоречить. Поймите, для нас это тоже тяжело было принять такое решение. Все умолкли как один, внимательно смотря на учительницу. Её основания крыльев задрожали, но она стойко стояла и смиренно смотрела на нас.        — Так получается вы Геральда выгнали, а теперь следом и мы? — послышалось с толпы, то вызвало новое недовольстве, но более скрытое, без громких скандалов. Серафим поджал губы, сцепляя руки за спину.        — Геральд отлучился в ад по собственным делам. Скоро он вновь вернётся. Вы не имеете к этому отношений. Ваш уход — приказ Сатаны. Не более, — дипломатично заявил директор.        — Что за бред? — встревоженно проговорила Мими. Итан приобнял её, что та прикрыла глаза. — Давайте уйдем? Лучше собирать сейчас вещи…        — Запомните: завтра вы, утром, уже должны быть возле главных ворот, где будут архидемоны, которые сопроводят вас. Услышав это напоследок, мы направились в сторону выхода. Никто не обращал на нас внимание, как и учителя. Сейчас каждый думал о своем, переживал, и был испуган…        «Люцифер… Об этом ты молчишь? Или есть что-то, что вызвало подобный приказ твоего отца?»        — Вы идите, я а к Люци… — после своих мыслей молвила, отпуская руку Мими.        — Конечно, иди… И возвращайся только завтра утром, — наигранно изобразив похотливую ухмылку, Мими подмигнула мне. Через её улыбку читалась боль…        — Конечно приду, мне ещё тебя провожать! — весело проговорила, понимая, что нам лишь осталось в подобной ситуации глупо улыбаться, надеясь на лучшее.        *** Сердце пропустило пару ударов прежде, чем я завернула за угол школы. Руками овладела тревожная дрожь, бьющая все тело. Кончики перьев содрогнулись при каждом моем шаге. Я не могла поверить в слова Серафима Кроули. Какого черта все происходит? Почему демоны должны уходить в Преисподню? Но больше меня волновало, где Люций… В голову не лезли ни одни мысли, только головная слегка покалывающая боль. Если же бессмертные Преисподни и уйдут обратно, то за ними Мими с Ади и Итан, моя новый наставник… Свернув вновь за угол, я увидела демонов, которые тащили за собой сумки. Это был сосед Люция, который жил через стену и при каждой неудобной возможности напоминал ему о том, чтобы мы вели себя тише… Вот только бессмертный не знает как я выгляжу, по этому все ещё не словила на себе осуждающий взгляд. Я сосредоточилась, еле ощущающими отблесками, проходящими по венам, улавливаю энергию Люция. Он был в свой комнате… Поступающий огонь заполнил меня изнутри, разгораясь в пламя, пропитанное темнотой его души, но я прекрасно знаю, что среде тьмы в ней есть и свет. Тяжело сглотнув, остановилась возле его двери, поднеся руку, чтобы постучать. Я упёрлась лбом об деревянную поверхность, закрыв глаза. Лёгкая слабость почти что овладела телом, от чего ноги подкосились. Поджав губы, я постучала пару раз, наконец отстранилась. Но двери по прежнему оставались закрыты. Только энергия моего соулмейта сменилась — стала слаще самого нектара, которая медленно и нежно ласкала меня внутри, словно оставляя еле ощутимые поцелуи. Они горели там, где бы он коснулся меня… Я приняла это за приглашение. Без слов и фраз, которые были бы лишние. Открыв двери, вхожу, увидев стоящий небольшой чемодан темного цвета, в котором было всего от силы несколько вещей, а точнее — темных рубашек с брюками. Люцифер стоял почти что у стола, который расположился у окна, на котором стояла небольшая ваза с одним цветком, который недавно демон сорвал для меня из пучины адской бездны, хранящей в себе ещё тысячи таких. Её лепестки напоминали на лапатые снежинки в виде хлопьев сероватого цвета. Края каждого лепестка был слегка красный, перелеваясь в желтоватый цвет. Цветок стоял здесь, как знак, что мы встретимся, и не раз. Так оно и есть… Мы навеки вместе. Ведь мы предназначенные друг другу. Я быстро оказалась рядом с ним, при этом закрыв двери, обнимая со спины. Перья его крыльев у основания ласкали мои щеки, щекоча, как и нос. А его аромат парфюма слегка дурманом проник к голову. Я сильнее обняла его, вжимаясь щекой, чувствуя, как по ним скатились несколько слезинок. Руки демона касаются к моим, медленно беря. Стук его сердце глухим эхом отбивался и во мне. Я слегка ослабла, прикасаясь кончиками пальцев к его грудь, словно впиваясь с его рубашку.        — Не уходи, прошу… — шепчу, ощущая в своем голосе дрожь…        — Мне нужной уйти. Отец заявится сюда, если я этого не сделает. Или пришлет своих подручных, — проговаривает демон, поднося мою руку куда-то выше. Я ощущаю на титульной стороне его мягкие губы, которые касаются к пальцами, оставляя след.        — К черту всех! — грубовато говорю. — Давай… сбежим? Я не хочу, чтобы ты уходил…        — Нет, Вики…        — Да! — решительно говорю, вырывая из его хватки руку, отстраняясь. Я ладонью вытерла слезы, делая уверенный шаг в его сторону. — Мы уйдем. Никто не узнает и не будет искать.        — Непризнанная, подумай головой: нас обязательно найдут, им хватит лишь почувствовать наши энергии, — недовольно констатирует Люций.        — Люцифер… — демон прижал меня к себе, обнимая, нежно поглаживая рукой в области талии. Сердце забилось быстрее, но это от страха… Страха, что я потеряю его, ведь ему придется уйти, даже как бы я не просила. — Может придумаем что-нибудь? — но малая надежда все же была во мне. Она витала в уголках моей души, как лучик солнца, пробившийся сквозь темный и густой туман.        — Я все решил, Вики, — он берет мою голову в руки, приподнимая. Я смотрю на него, не понимая, шутит от он? — Я пойду.        — Люци… — успеваю проговорить, прежде чем тот впился поцелуем в мои губы. Убрав одну руку, демон скользнул ею по моей спине к ягодице. Я слегка растерялась, но отвечаю ему, прижавшись ближе. Мое сердце билось в одном бешеном ритме с его — я отчётливо ощущала это, как и сам Люций. Казалось, они отдельно от нас рвались к друг другу, без разрешения. На глазах, которые закрыла, скопились несколько капелек слез. Они потекли по щеке, потерявшись где-то между наших губ, ведь я отчётливо почувствовала солоноватый привкус. Отстранившись, я тревожно спрашиваю:        — Сейчас не время… — но демон меня перебивает:        — Я хочу разделить с тобой этот вечер, Вики, — впервые сколько я помню проведенных с ним дней, я впервые увидела лёгкий румянец на его щеках. Ему сложно и неловко произносит подобное. Притронувшись рукой к его упавшим прядям волосы, которые как бы поправляю, приближаюсь к лицу Люция, чувствуя, как сердце затрепетало в груди.        — Я тоже… — мне не хотелось согласится с ним, ведь я надеялась, что никуда Люцифер не пойдет, но это был единственный момент, когда мы сможем оказаться рядом в последний раз… Даже сквозь свои протесты, я приняла решение, что не хочу упускать эту возможность, ведь я искренне хочу быть с ним, разделяя хотя бы эту ночь. Хочу насладится его любовью и дать ему свою. Его губы накрыли мои, пока он снимал с меня одежду. По телу табуном проходит дрожь, а внутри все трепещит от приятных чувств. Я откинула слегка голову, сжимая рукой его волосы. Из губ демона слетели тихо какие-то слова, но я их не услышала, продолжая наслаждаться. Люцифер сел на край кровати, утягивая меня за собой, заставив сесть на колени. Бюстгальтер полетел куда-то за мою спину, а блузка словно исправилась, но ее шелковистый след обласкал кожу перед этим. Руки прошлись вдоль спины, по самым чувствительным местам у основания крыльев, заставив меня дрожать и затаить дыхание. Прерывисто целуя, Люцифер рукой принялся сжимать мою грудь, с огоньком в глазах наблюдая за моей реакцией. Я закусила нижнюю губу, прикасаясь небрежно к себе кончиками пальцев, задевая прядь волос, медленно перенеся руку к ключице. Демон прижимает меня сильнее к себе, зарываясь пальцами в мои волосы, притягивая голову ближе к себе, завладевая губами. Я отвечаю на его страстный поцелуй, успевая двигать губами в такт его. Сердце забилось быстрее, колотя грудную клетку, а внизу живота все сильнее заныло. Ощущая его стоящий через грубую ткань член, с нетерпением по ёрзала на нем, заставив его глубоко протянуть воздух. Свободная рука Люция легла на мою ягодицу, сжимая её, шлепая. Я повалила его на кровать, сильнее наклонившись вперёд, заставив быть под мной. Обнаженной грудью я касаюсь к рубашке, которая почти что горела от его внутреннего тепла и задевая соски твёрдыми пуговицами. Его руки ложатся по обе стороны моей талии, поглаживая и с нетерпением сжимая пальцы, впиваясь в кожу. Я вздыхаю, притрагивалась к его груди, выпрямилась.        — На тебе слишком много одежды, — говорю, притронувшись к пуговицам, начиная расстёгивать их.        — Ничего подобного, — шепчет, ласково поглаживая большим пальцем у низа живота, вызывая новую волну возбуждения. Затаив дыхание, я стараюсь думать о чем-либо, чтобы сдержать себя, но все мысли возвращаются к Люцию. — Я говорил тебе, mi alma, что ты очень сексуальная? — ухмыльнувшись, он подносит руку к моей щеке, прикладывая её. Я прижалась к ладони, управившись с рубашкой. Люцифер медленно повел рукой, точнее большом пальцем по щеке, притрагивалась к нижней губе, оттягивая её, следя полыхающий взглядом. Я ощущаю его огонь, которые бушевал в венах, его желание. Я прикасаясь кончиком языка к подушечке пальца, после губами. Демон с удовольствием промурчал, медленно касаясь к моему телу, оставляя после себя ожоги, которые возбуждали меня сильнее. Ощущая тянущийся огонь сквозь все свое тело, я прикрываю глаза от удовольствия. Пальцы демона ловко скользнули вниз по животу, задевая клитор. Я все ещё касаясь губами его пальца, но скорее это похоже на нелепую попытку втянуть глоток воздуха. Молниеносный поток из низа живота тянется во мне, словно сладкое сочетание всех опорочивших грехов, окутывая меня полностью в стыд. Щеки горели, а дыхание учащалось, как и сердцебиение. Люцифер лукаво улыбается, облизывая нижнюю губу. Отстраняя палец от губ, провел мокрым следом к груди. Я сильнее села на его выпуклость, впившись пальцами в его плечи. Большой палец Люция вырисовывал круги на нервно возбуждённом клиторе, заставив меня полностью позабыть обо всем. Сейчас был лишь он и я, в этом бездушном, полном своих порядков и законов мире. За из нарушение можно получить смерть. Но я готова рисковать жизнью рады своего соулмейта, как, и похоже, он. Единственное, что меня заботило за все это время лишь несколько бессмертных: Мими, Итан, Ади с Сэми и Люцифер… Ещё мама, но она на самом последнем месте. Расстаться с бессмертной жизнью значило лишь одно — навек обречь себя на страдания в загробном мире, в Небытие.        — Люци… — шепотом произношу, содрогаясь над ним, стараясь контролировать себя. Демон улыбается, прекращая ласки. Я слегка расстроилась, но я тот же миг была перевёрнута на спину, уже лёжа на мягкой кровати, а надо мной возвышался мой предназначенный судьбой. Люцифер закрыл мне рот поцелуем, навалившись на меня. Я закинула ноги на его талию, притягивая как можно ближе к себе, а руками обняла за шею… Люцифер сжимает мое бедро, что-то несвязное шепча в губы, прежде чем вновь вести в страстном и в тоже время нежном поцелуи. Я переводила дыхание, чувствуя, как грудная клетка демона тяжело поднимаясь и опускалась. Поудобнее улеглась на нем, оставляя короткие поцелуи на груди, а мои светлые пряди волос рассыпались по спине и подушке, как листья в осеннее время. Люцифер поглаживает мою спину, медленно поднимая руку выше, беря наматывая на палец локон волос. Он о чем-то думает, это видно по его выражению лица. Закрыв глаза, я хочу утопиться с теплоте своего соулмейта, как и во сне, без тревожных мыслей и чувств. Сейчас я с ним. И ничего нас не потревожит…        — Вики, — тихо шепча говорит Люцифер, пошевелился, пытаясь приподнять меня, чтобы подняться. Я открываю глаза, вопросительно смотрю на него. — Давай скрепим наши души окончательно? На крови.        — Ты уверен? — я приподнимаясь, прикрыв обнаженную грудь одеялом, которые успела схватить. Люцифер скептически на мой жест смотрит на меня, мол «Что я там не видел?», на что вызывает у меня стыд. Но мое недопонимание было сильнее, ведь я думала, что ему не хотелось окончательно связывать нас…        — Конечно, — говорит, поднявшись и обнажённый, без доли стеснения направляется в другой угол комнаты. Я смотрю на его задницу, очертания которой были хорошо показаны при лунном свете, который попал в комнату через открытые шторы. Смотрю на массивную спина и мощные крылья, плечи. Закусив нижнюю губу, я сильнее прижимаю одеяло, слегка улыбаясь. Люцифер через пару минут возвращается, но предстал перед мной спереди. Каждый кубик, широкая грудь и руки в полумрак казалось ещё завораживающее, как и томящий, но в тоже время таинственный взгляд демона. А его член просто болтался, как какая-то безделушка. Но как только он на льется кровью при возбуждении, то превратился в стоячий как камень и готовый к сексу член. Я чувствую, как мое дыхание перехватывает. Сев на край кровати, Люцифер подносит ко мне небольшой нож, с золотой рукояткой с какими-то узорами и несколькими камнями. Я прикоснулась к острой металлической груди, проводя по нему, ощутив, как лезвие резит кожу на пальце. Отняв руку, вижу небольшие капельки крови, которые медленно скатились по пальца. Люцифер бережно взяв меня за кисть руки, поднося палец к своим губам и облизывает кровь.        — Поаккуратнее, Непризнанная. Кинжал очень острый, — говорит он, после того, как я уже успела порезатся. Я слегка ехидно улыбнулась, пытаясь скрыть, что мне немного больно от жжения в ране.        — А вдруг я хотела, чтобы ты так и сделал?        — Хитрая Непризнанная, — с ухмылкой на лице говорит, отпустив палец из своих губ, отстраняя руку, но не отпуская. В миг его лицо приобрело серьезность. — Ты уверена, что хочешь скрепить наши души? Обратного пути уже не будет.        — Я понимаю все, Люци, и знаю исходы, — отвечаю после несколько секунд молчания. — И готова на такой шаг. Он кивает мне, выдыхая, словно другой бы мой ответ был бы пагубен, если бы он этого не сделал. Раскрыв ладонь, которую он держал, я протягиваю к нему ближе, бросая взгляд на острое лезвие. Вижу взгляд Люция, который был растерянный. Но через пару доль секунд, он впивает острый край кинжала в мою ладонь, поглубже заставляя его войти, надавливая, отчего мое сердце забилось быстрее, а дыхание вовсе пропало из лёгких. Боль прошла все дело, а кровь горела в жилах, заставляя слезы на глазах скатится по щеке. Люций резко дёргает кинжал на себя, рассекая ладонь, из которой хлынула кровь. Я убираю руки, которой придерживала одеяло, подставляя под израненную, чтобы кровь не попала на постель Люция. Оказавшись нагой перед ним, я ко всему чувствовала какой-то стыд. Люцифер повторил ту же процедуру со своей ладонью, но для него это казалось словно пылью, ведь ему, похоже, было не больно. Я пытаюсь вытереть слезы от руки, чтобы лучше видеть, ведь все плыло перед глазами. Но тут почувствовала, как большой палец Люция справился в этой задачей лучше. Люцифер накрыл ладонью мою, и наша кровь в миг соединилась. Окровавленный кинжал лежал на тумбе, запачкивая её деревянную поверхность. Я чувствовала нечто подобное нитям, которые соединялось друг с другом, при этом на душе что-то творилось, что сложно было понять. Но нас медленно соединяла кровь… Теперь его окончательно текла в моих венах, как и кровь демона во мне. Я отчётливее ощущала каждую клеточку его тела, которую ласкал бархат постели. Его сердце билось в унисон с моим, отчего стук гудел во всем моем теле. Я ближе подползла к нему, не стесняясь уже наготы, целую. Вкус губ стал отчётливее и слаще… А его энергия окутала нас, скрывая от всех окружающих в порочной пелене. Я чувствовала лёгкое головокружение, но Люций, почуяв это, схватил меня сильнее за талию, не раскрепляя ладонь и прижал к себе. Он нежно поцеловал мое плечо, а я медленно закрывала глаза, невольно углубляясь в сон. Я понимала, что Люций воздействует на меня, заставляя насильно уснуть. Закрывая глаза, я лишь успела проговорить:        — Люцифер, не смей делать так…        — Так будет лучше, любимая, — прошептал, а его сердце пропустило несколько десятков ударов, которые отчётливо слышала, прежде чем уснуть окончательно.       ***        От лица Люцифера. Я переступил порог дворца, оказавшись в большом зале. Роскошь сочилась со стен, а драгоценные камни повисли на золотых цепях. Камни светились подобно фонарям. В зале, кроме прислуги, так же стояли архидемоны, которые перекрывали путь на второй этаж. Я знал что этот день наступит, когда отец сделает свою огромную ошибку, освободив Призрачную армию. Она поглотит его полностью, если он не отправит их обратно в их «логово». Но он дурак, думающий, что ему под силу управлять вековой армией злых, кровожадных и жадных до мести призраков, которые сметут все на своем пути. Увидев меня, стража быстро оказалась рядом, что я и не успел понять, что происходит. Они схватили меня за руки, заломив их, поставив на одно колено. Я попытался откинуть их, крыльями помочь себе, но один из них ударил меня по голове чем-то тупым, от чего та закружилась. На пару секунд закрываю глаза, чтобы перевести дыхание. Архидемоны сильно перевязывают мои запястья чем-то холодным, но в тоже время это обжигало мою кожу. Подняв меня, они повели влево, через приоткрытую дверь. Открыв глаза, я увидел протянутый темный коридор, ведущих в подземные катакомбы, которые уже вали в темницу Ада. Я в недоумении молчу, пытаясь все понять.        «Каково черта здесь происходит?!» — это был единственный вопрос, застывший в моей голове. Железные двери заскрипели истощено, прежде чем замолчать. Демоны бросили меня в камеру, отчего я ударился прессом об железную балку, торчащую из пола, идущую к стене. Демоны расхохотались, закрывая дверь, покидая комнату.        — Уроды, — сквозь зубы проговорил, сцепив их. По телу пришлась боль, но я лишь закрыл глаза, осев на пол, запрокинув голову. Связанные руки положил на раскрытые коленья. Полная тишина, погружающая в оковы мрака. Я лишь отдаленно слышал шум наверху, а так же падающие небольшие камушки, которые бились об каменный пол. Приглушённый звук капающей воды, а так же шипение от лавы, которая попала в небольшие лужи воды. Сцепив пальце между собой, я ждал. Сам не понимая чего либо, ведь это неизвестность не то, что угнетала, а подпитывала мое любопытство. Что ещё может выкинуть отец? Ему наверняка будет мало того, что он запер меня здесь. Что этому сумасшедшему нужно ещё?        — Люцифер, — знакомый голос окликнул меня. Я повернулся к решетке, замечая там Адмирона Винчестер. Неуклюже поднявшись, пошатнувшись от тупой боли в рёбрах, я схватился за решетку, приблизившись к нему. — Ужасно выглядишь, — проговорил с неким сочувствием мужчина, обходя меня взглядом.        — Лучше и быть не может, — с кривой улыбкой отвечаю, ощутив привкус крови на кончике языка, которым провел по нижней губе. — Что случилось, что он созвал всех демонов обратно в ад, а меня запер? — я знаю, Адмирон всегда в курсе всех делах отца. Мужчина немного замялся, отводя взгляд от меня. Его энергия стала волнительной и одновременно сеяла разочарование. Я прищурился, внимательно сверля его взглядом. Тяжело вздохнув, Адмирон, посмотрев по сторонам, подошёл к решетке ближе шепча:        — Сатана освободил призрачную армию. Созвав совет, он убедился, что некоторые «за» его решение, а тех кто «против» — лишил жизни. Погибла Герцогиня Наэрем, — слегка опустив голову, в знак уважения, проговорил Винчесто. Герцогиня Наэрем была не просто одной из главных в Преисподни, но и имела дань уважения от других, почти что будучи «Королевой». Она знала мою маму. Они были подругами… Бывшими… Наэрем знала то, что ей не следовало б, и это все из-за моей матери. И не стоит удивляться, ведь рано или поздно Сатана бы убрал ее со своего пути.        — Он совсем ошалел. Направо и налево убивает правящих демонов, — со злобой произношу. Адмирон а знак согласия лишь кивнул мне, задумавшись о чем-то. Я же поник в свои мысли. Как там Вики… Все ли у неё сейчас в порядке? Я чувствую себя подонком, который бросил ее как только взошло солнце. Мне хотелось разделить с ней ещё те блаженные минуты. Обнять очень крепко наслаждаясь ее ароматов цветов. Сердце ускорило сердцебиение, одновременно сжимаясь, распространяя всю боль по венам и грудной клетки. Она была не только моей, но и моего соулмейта… Придурок.        — Чуть не забыл, — после пары минут молчания произносит Винчесто. — Геральд попросил передать, — он вытаскивает из внутреннего кармана что-то подобное свитку, привлекая мое внимание к себе. — Но перед этим попросил меня посмотреть. Это карта места, где, — Винчесто вновь посмотрел по сторонам, опасаясь окружающих, — находятся Врата, — шепотом добавил, протягивая мне его через проёми в решетке. Взяв в руки свиток, я не мог поверить, что это действительно то, что так долго искал… Смысла уже нету в нем, но теперь нужно было придумать как запереть Врата. Способ есть, но рисковый… Цепи зазвенели, когда я принялся открывать свиток. Внутри я увидел краем глаза план подвальных помещений ада, ведущие тайные пути в разные главные сооружения. Раскрыв побольше, перед мной открылась карта всей Преисподни. Тайные пути всегда вели в одно место — центр города, с краю которого и стоял замок. Врата были в катакомбах, о которых я мало что знаю, и как ориентироваться по ним. Но теперь, увидев план, я почти что обомлел… Я был там, давно… Очень давно. Но никто не обращал внимание. Похоже, врата только недавно заметили, что закрыли это место. Под фонтаном было что-то вроде зала, в котором было помещение похожее на музей. Там, стояли некоторые статуи бывших правителей и их реликвии. Но как я слышал, все перенесли в замок в свободный зал. Теперь понятно, почему.        — Спасибо, — тяжело проговариваю, не отводя взгляда от карты.        — Что будем делать, Люций? — с лёгким неврозом спрашивает Винчесто, а его глаза прикованы ко мне. Я свернул свиток обратно.        — Я хочу, чтобы ты обратился к Серафиму Анахите. Доложи ей обо всем. Скажи, что нам нужен какой-то архангел с печатью, или в принципе ангел, готовый пожертвовать ею. Тогда мы запечатаем врата. Если не получится договорится… — помедлив, передал обратно карту демону, который кивает мне. — Сами закроем, на крови.        — Это опасно. Сказал Винчесто перед тем, как послышались приглушённые шаги, стремительно приближающиеся в нашу сторону. Он замолчал, быстро надёжно спрятав карту уже в плах накидки. Гул тяжёлых доспехов искривлялся, заставляя поморщится. Адмирон отошёл на пару шагов назад, беспокойно посмотрев в мои глаза, склоняя голову. Я сцепил челюсть, стараясь не выдавать своего недовольства, что мой «дорогой» папочка соизволил спустится ко мне. За ним стояло несколько архидемонов. Я стоял у двери, гордо смотря прямо на него. Сатана одарил меня издевательским взглядом, который заставил кровь в моих венах закипеть. Так он всегда смотрел на меня, давая понять, что мое существование — ничтожное, и я не должен даже жить уже. Он махнул рукой и демоны подошли к решетке.        — Господин? — встревоженно и быстро проговорил Адмирон, увидев это. Демоны открыли её, заходя во внутрь.        — Выйди, Винчесто, хочу поговорить со своим сыном, — грубо проговаривает Сатана, даже не окинув его взглядом. Адмирон посмотрел на меня. Я перевел на него взгляд, словно давая понять, что пускай идёт, ведь ничего он все равно не сделает. Адмирон, немного помялся на месте, прежде чем уйти. Я посмотрел на стоящих как сталь демонов, почти что окруживших меня, издевательски улыбнулся, выпустив смешок.        — Самому уже не справится да? — говорю, смотря прямо на отца. На его лице заиграли жевалки.        — Ты все равно слаб.        — С чего ты так решил? — демоны заходят мне за спину, хватая за руки, крепко держа. Отец подошёл ближе, наклоняясь надомной.        — Не боишься смерти вижу? — с серьезным тоном спрашивает.        — Я не боюсь, не то, что ты, — язвительно отвечаю, за что один из демонов ударил меня по ноге. Она подкосились, и я падаю на одно колено перед отцом. Сатана хватает меня за волосы, крепко сжимая пальцы, натягивает назад, заставляя посмотреть на него. Я сцепил зубы от боли, ощущая, как все мое тело будоражит от гнева.        — Хорошо… — спокойно произнес он. — Тогда я убью её… — отец сделал на последнем акцент. Его наглая усмешка превратилась в омерзительную.        — Не посмеешь.        — Посмею, — после его слова, он занёс руку вверх, ударив меня в челюсть. Демоны покрепче обхватили меня, придерживая. Во рту на кончике языка появился тошнотворный металлический привкус. Но я усмехнулся, все продолжая смотреть на отца, а он, в свою очередь — наносил последующие удары, говоря, что так выбьет из меня всю дурь. Но боль моя была не значима, ведь мысли все заняты Вики. Только пусть он попробует дотронутся к ней… Мне нужен Адмирон, чтобы он помог защитить мою возлюбленную…        Школа ангелов и демонов.        — Только береги её там, Итан, — молвила Виктория, крепко обнимая подругу. Она была все ещё в растерянности, опустившись на край кровати. На глазах девушки собрались несколько капель слезинок.        — Я ее не оставлю там одну, — уверенно проговаривает парень. Он взял небольшой чемодан демонессы, которая только что запихнула туда свои вещи. Итан вышел из комнаты, оставив девчонок одних.        — Береги себя там, Мими, — говорит Вики, обнимая её как можно крепче.        — Я так не хочу оставлять тебя тут одну… — говорит Мими, слегка отстраняясь от подруги, поправив её кудрявые пасма, выпавшие из небрежно собранного пучка. — Буду скучать по твоим кудряшкам, — с улыбкой дополняет, чтобы разрядить обстановку, но понимала демонесса, что это наводит на неё ещё больше печали.        — Я буду не одна, останется Сэми, — с такой же улыбкой отвечает Вики. Её щеки окрасил небольшой румянец.        — О, и ты ещё тут, — в комнату как к себе врывается Ади, а за ним Сэми. У входа уже стоял Итан. Ади почти что бросает ему в руки свой рюкзак, приговаривая: — Подерж-ка, — и направляется в нашу сторону. Бывший Непризнанный в лёгком недоумении стоял как вкопанный, бросая сумку на пол. — Ей, аккуратно! Там самое мое ценное — самооценка!        — А я думала она при тебе, — с ухмылкой произносит Мими, когда Ади подошёл совсем близко.        — Она всегда при мне. Просто её слишком много, что пришлось поместить в рюкзак, — улыбаясь, демон обнимает нас. — Ех, Непризнанная, жаль, что тебе нельзя с нами, — с некой грустью проговорил, целуя в щёчку.        — Ничего, теперь у меня есть Сэми, — я поднимаю глаза на ангела, который с удивлением смотрит на меня. — И я думаю, вы там долго не будете.        — Как пойдет, Вики. Как пойдет… — последнее он проговорил немного тише. — Ты то береги её тогда, Сэми, — обращается он к своему другу, а тот кивает.        — Со мной ничего не случится, — скептически проговаривает Непризнанная, отлепляясь от подруги.        — Просто, подстраховаться, — утверждает Ади, серьезным взглядом пройдясь по Вики.        — Нам осталось около пяти минут чтобы уйти, или нас насильно сопроводят, — вмешивается Итан, который стоял себе тихо у двери, наблюдая за всеми. Он поправил устало спавшие немного очки, из-под лба смотря на Мими.        — Удачи, — проговаривает демонесса, ещё раз обнимая подругу и подошла к своему соулмейту.        — Не лезь в неприятности, — подмигивая добавляет Ади, так же обняв ее. Он подошёл к Мими и Итану, окидывая Сэми взглядом. Посмотрев пару секунд, словно с некой печалью, они втроём уходят из комнаты, закрывая за собой дверь.        — Надеюсь они не на долго… — приговаривает Вики, подойдя к столу, на котором лежали несколько свитков, которые оставила Мими. — Не понимаю, что стукнуло демонам в голову?        — Что-то страшное происходит… — с неловкостью говорит Сэми, почесав затылок. — Все так быстро меняется.        — О чем ты? — с беспокойством спрашивает девушка, присаживаясь на край кровати вместе со свитком.        — Предчувствие плохое, — ответив, парень вновь неловко посмотрел на нее. — Серафимы так говорят… Я случайно услышал.        — Что? — с недопониманием проговаривает, сосредоточившись.        — Что Правитель Ада что-то сделал, из-за чего те отпускают демонов. А что, они не обсудили, словно заранее говорили об этом.        — Это говорил Серафим Кроули с Анахитой? — Сэми кивает, а Вики напряглись. Её сердце тревожно сжалось. — «Что Сатана сделал?! Надеюсь это не принесет вреда для Люция…»        — Не переживай, думаю, все скоро уляжется, — подбадривающе говорит Сэми, увидев грустное выражение лица Вики. Та, с натянутой улыбкой посмотрела на него, опуская глаза на руки.        «Ты точно знал об это. Я знаю тебя… Ты специально пошел без сопротивления. Чтобы что?» — Непризнанная тяжело задышала. — «Зачем ты так все безрассудно сделал? Ещё и усипил меня, чтобы я даже не смогла отговорить тебя. Хитрый демон…»        — Вики, все в порядке? — обеспокоенно спрашивает ангел.        — Да… — слабо отвечает девушка. — Ты иди, я немного отдохну, — изображая то, что она устала, Вики хотела побыть одной в тишине, чтобы поразмышлять. Сэми, кивая, пожелал ей хорошего дня, скрывшись за дверью. Но она не успела даже подняться, как адская боль вонзилась иглами в её тело. Оставляя после себя садняшие следы, оставление на лице, руках, животе… Резкая боль прошлась по всему тело, заставляя ее почти что вскрикнуть. Её глаза закрылись и в них все потемнело. Лишь маленький туманный проблеск подобный вспышкой ослепил ее. Вики словно видела перед собой Люция. Его держали, били, но тот никак не реагировал. Боль в теле усилилась, забирая весь кислород. Глаза пекли, а слезы скатывались по щекам. Положив руку себе на живот, она скрутилась на кровати в клубок. Сердце сжимается от каждой новой волны боли. Все плыло, а голова становилась тяжелее. Вкус крови остался во рту, вызывая тошноту. Вики плакала, не понимая, что ей сейчас делать и как помочь Люцию. Новая разрушенная цепочка дала ей и ему полностью ощущать дела друг друга, как и нанесённые раны, наделяя на двух… Боль не уходила, она лишь усилилась, что ей хотелось кричать. Но резко, как ни в чем не бывало она пропала, оставив после себя лишь неприятное ощущение… Она, без понятия, что произошло, легла на спину, с удивлением смотря на потолок.        Преисподняя. Мими толкнула архидемона, входя в врата, которые шли прямиком к Аду. Возмутившийся мужчина тут же умолк, когда увидел холодного и в тоже время грозного Итана, смотрящего на него так, что демону показалось, что ему хватит пару лишь секунд, чтобы окончательно умиреть от энергии парня. Итан пошел вслед за демонессой, и взлетел, как она. Мими и слова не произнесла, быв в огромном шоке. Но больше не волновало то, что почему Мамон ничего ей не сказал? Зачем молчал обо всем и она узнала об этом в самый последний момент?        — Не думаю, что твой отец будет рад мне, — говорит Итан, тем самым отвлекая Мими от собственных мыслей. Демонесса обернулась, остановившись в воздухе.        — Это почему же? — она выпустила лёгкий смешок, сложив руки на поясе. Итан подлетел ближе.        — Некоторые бессмертные говорят что он страшно ненавидеть ухажёров своей дочурки, — с рассуждением отвечает.        — И какой же бессмертный ляпнул такое? — сдерживая смех, спрашивает девушка. Итан лишь скептически посмотрел на нее, мол, «давай прекратим это, ладно?». — Кто бы что не говорил, а отец у меня хороший, — с еле заметной улыбкой продолжила. — И я чувствую, что он сегодня относительно в духе.        — И как почувствовала? — спросив, Итан замечает, как Мими элегантно махнула крылом, а кончики её перьев развивал прохладный воздух. Её волосы парили в небе как темные паучье ниты, отображая блеск серебряной луны. Её вид завораживал его… В одну из ночей они провели среде небольшого поля с всякими растениями. И вот там её серые глаза немного потемнели от адреналина, когда их чуть не заметили.        — Можно сказать, у родителей и их детей собственная связь, — язвительно проговорила, ухмыльнувшись. — И сегодня отец в прекрасном настроении.        — Поверю на слово, Дьяволица, — Итан улыбнулся, что заставило на пару секунд сердце девушки замереть. Она замушалась, но быстро пришла в себя и полетела дальше. Уже ближе к дому, Мими и бывший Непризнанный заметили армию, которая пробегала рядом. Это заставило ее напрячься. Какого черта они здесь делают? Архидемоны стояли у входа в «дворец» Мамона. Небольшой дом в стиле викторианской эпохи с острыми крышами в виде конусов протянулись прямо к верху потолка пещеры, а перевёрнутые кресты с горгульями придавали шарм зданию. Темные, почти что цветы крови из венозной вены, розы расположилось у самого входа аркой, впуская гостей в обитель демона Богатства. Высокие колонны протянулись так же к верху, словно тянувшиеся цветы к солнцу. На них так же было розы, которые захватили основание колонн. Золотые дополнения лишь украшали весь сад, в виде арок и лавок. Итан с интересом наблюдал за каждой деталью, которая была гармонически выполнена. Большие окна с черными вставками по краям как у средневековье в замке графа Дракулы визуально делали их больше. А темные занавески скрывали за собой настоящий дворецкий интерьер. Вся эта роскошь — олицетворение души Мамона. Но его главным сокровищем было лишь одно — семья: жена и дочь. Из-за этого можно заменить мелкие детали в виде детских рисунков в его кабинете, небольших украшений, который он любил коллекционировать, принадлежащие от жены, которая больше их не надевала, а так же портрет, который расположился в главном зале. И все приходящие в гости видели владельцев дворца и их маленькое сокровище — дочь. Мими недовольно фиркнула, когда один из архидемонов странно посмотрел на нее. Войдя в сам дворец, внутри все было ещё лучше, кричащее о аристократичности — каждая деталь утонченно дополняла друг друга. И не было ни одной лишней, которая бы испортила помещение. По большой лестнице, которая была в самом конце зала Итан заметил спускающихся мужчину и женщину. Он сразу в брюнетке узнал Мими, ведь та была её матерью. Демонесса унаследовала от своей матери мягкие и прекрасные черты лица, а вот характер от Мамона. Даже будучи грудой и злой, в её сердце было понятие нежности и любви, которую она видела от родителей, и который так же был награждён Повелитель Богатства.        — Здравствуйте, госпожа, — стоящий дворецкий склонился, как и несколько архидемонов. Женщина и мужчина спустились, подойдя ближе. Мими радостно улыбнулась, резко набросившись на отца, обнимая её. Никаких забот, переживаний и бессонных ночай не преследовало после освобождения Мамона. Ей казалось, что от безысходности она скоро потеряет крупицы здравого ума. Но справедливость торжествовала, пускай и от части… Демон подхватил свою дочь, словно переносясь назад в прошлое, когда он делал так же, как только приходил с совещаний и его встречала она. Закружив Мими, жена Мамона лишь улыбнулась, сложив элегантно руки перед собой. Нежная материнская улыбка перенеслась, как и взгляд, на Итана.        — Как же я соскучилась! — проговорила Мими, когда Мамон отпустил ее, обнимая за плечи. Демонесса отстранилась от него, делая шаг в сторону, чтобы обнять женщину. Та, ответив, улыбнулась, проговаривая:        — Этот новобреченный демон…?        — Мам, — Мими так же отстранилась от матери. Улыбка не сходила с ее лица. Девушка подошла к парню, взяв его за руку. Её взгляд переместился с матери к отцу. — Пап… — внутри все замерло от нервозности. — Это Итан. Он мой соулмейт… — посмотрев на парня, тот так же опустил взгляд, стараясь держать себя холодно, а свои эмоции запечатать в глубине себя. Но его глаза выдавали… В них был радостный блеск, который сменился на влюбленный. Мамон от неожиданности приоткрыл рот, но Правительница ловко закрыла его, придав в подбородку свой палец.        — Добро пожаловать в нашу семью… Итан, — молвила женщина. Итан обратил на нее внимание, слегка растерявшись, что сказать. Мими прижалась головой к его плечу, поворачивая голову к родителям.        — Да, теперь он часть нашей семьи… — с удовольствием промурчала брюнетка. — Пап?        — Я удивлен, — это все, что сказал Мамон, прежде чем вновь упасть в шок. Он знал, что этот момент настанет. Что придет так называемый соулмейт и заберёт у него его принцессу. Но старался не думать об этом, ведь каждая мысль лишь угнетала. Сейчас перед ним стояла не маленькая дочурка, которая любила пакостить и заодно с Люцифером и Кастиэлем переворачивали дворец Мамона, а взрослую, самостоятельную и ответственную за собственную жизнь дочь. Она сияла рядом с Итаном. Она была по-настоящему рада, как и в тот день, когда его выпустили из темницы. Отцовское сердце больно сжалось.        — Что ж мы стоим… Давайте пройдёмте в зал, пообедаем вместе, — предложила Правительница, взяв мужа под руку. Мими активно закивала, а Итан неловко. Ему казалось, что Мамон сверлить в нем дыры тяжелым и пронзительным взглядом.        — Пойдем отнесем вещи, — прошептала Мими, взяв небольшую сумку со своей одеждой. Итан кивает ей, взяв все остальное и пошел за ней на второй этаж. Они свернули влево, идя по не длинному коридору украденном темными и болотными цветами с золотыми вставками. — А ты боялся, — спустя пару секунд говорит Мими.        — Твой отец так смотрел на меня.        — Не накручивай, — слегка ударив его в плечо, рассмеялась Мими. — Давай быстренько положим вещи и спустился. Радуйся, у тебя выпала огромная возможность узнать о самом влиятельном, после Сатаны конечно, демоне, чья сила действует подобно отраве.        — И быть на чеку. А то вдруг отравит, — дополнит Итан, вызывая всех у девушки.        — Травить тебя никто не будет! Ты только мне сдался.        — Дьяволица, а ты бы хотела, чтобы другим сдался? — саркастически взглядом и голосом проговорил парень.        — Если у них есть лишние глаза, то пускай, — притворившись ангелочком, молвила Мими. Это позабавило парня сильнее. — Давай уже, иди, — с издёвкой произносить, показывая на следующую лестницу, ведущую на пару этажей выше. Ухмыльнувшись Итан принялся поднимается, посматривая назад на Мими. Переступив порог входящих дверей из темного дуба с золотой обивкой гостиной, где по средине стоял большой стол так же темного цвета, над которым висела огромная хрустальная люстра в виде капель сказывающихся по окну. Это в неком роде наполнило ему о доме… Как он, работая вечерами за ноутбуком, наблюдал за каплями дождя. Они завораживали глубиной отражающегося города в желто-фиолетовом и белом тонне. Неоновые вывески бледно блистали на фоне обычных фар машин. Итан не замечал ничего кроме свой работы, ни женского внимания, ни личной жизни, лишь ощущал это одном случайно брошенным взглядом на окно. Небо затягивается в темные облака, что казалось, в них можно утонуть… Но сейчас… Он ощущал те чувства, которые никогда ранее. При виде Мими, он терял интерес ко всему, как при земной жизни ко всем людям, ведь она стала как те самые капли дождя — особенной для него. В ней он видел тонкое сочетание грации, нежности и загадочности, которая иногда скрывалась за гневом. Её серые глаза напоминали ему густой туман после дождя, который затягивал в свои объятья. За столом уже сидели Правители, которые окинули парочку взглядом. Мама Мими странно посмотрела на девушку, что это не могло не ускользнуть от внимания парня. Они подошли к столу. Итан отодвинул массивное кресло, дав Мими возможность присесть без трудностей, как в ту же секунду к ним подошёл мужчина похожий на усохший скелет, похожий на прислугу. Но Итан уже справился, присаживаясь сам рядом с ней. Мамон проследил траектории бывшего смертного, одобрительно кивая.        — Объяснишь мне кое-что? — насыпав себе что-то очень странное на вид в тарелку, спросила демонесса.        — И что же? — вскинув бровь, задаёт вопрос Мамон. Он взял злотую чашу украденную разными камнями в чем-то чем-то красным, по запаху напоминающее вино.        — Что происходит в Аду? Почему все демоны вернулись? — скептически проговорила, дополняя после небольшой паузы: — И почему Арбраград и отец Касса пришли в школу?        — Эти все дела, моя милая, можно решить в кабинете, а сейчас нужно есть и знакомится с нашим гостем, — с улыбкой выдает брюнетка, взяв мужа за руку, покосившись на Итана. — Я Элиза. Ну, как звать моему мужа вы же знаете…?        — А кто ж меня не знает? — весело вскрикивает Мамон. — Демона Богатства, порока и самого наилучшего картографа ещё нужно поискать!        — Картограф? — удивлённо спрашивает Итан, ведь никогда подобного ни от кого не слышал.        — Папа, будучи так же учеником, но школы демонов, увлекался картами Ада. Дошло до того, что…        — Я прекрасно понимал древнейшие артефакты времён «Каменного века», ваших, человеческий веков, найдя карты, которые вели к нашим сокровища. Вот тогда я и понял, что мне не просто повезло, а это моя способность. Мои вены, — Мамон поднес ближе руку к себе, расстегивая пуговица, закатывая рукав, показывая парню, — набухши, преобрели золотой оттенок. Как ты думаешь, разрезав, пойдет кровь? Да, но она золотая…        — И покончив с «карьерой» картографа, Сатана призвал Мамона Повелителем богатства. Он много тренировался, чтобы управлять сознанием людей через золото, а так же демонов с ангелами… Это очень хрупкая и тяжёлая связь, — дополняет Элиза, с нежностью посмотрела на мужа.        — Никогда ранее не слышал этого факта о вас, — слегким удивлением говорит Итан.        — Знают единицы.        — Расскажи лучше о себе, — после Мамона сразу же спрашивает Элиза. — Кем ты был на земле, к примеру, как попал на небеса? Нужно же знать, кому мы отдадим доченьку…        — Ну я работал на одну компанию в Лос-Анжелесе, — немного замявшись говорит Итан. — Отвечал за финансовый отдел. А умер? Неудачно перешёл дорогу.        — «Неудачно перешёл дорогу», — повторил за ним Мамон. — Возможная случайность или твоя судьба.        — Никто не застрахован от неизбежного, — проговорила Элиза. — А семья? У тебя она есть? Жена, детки?        — Нету. Из-за работы у меня не было времени на личную жизнь.        — Значит тебя ничего не связывает с прошлой жизнью? А как же родители? — заинтересованно спрашивает женщина, отпив из идентичного бокала как у Мамона вино.        — Мои родители, мягко скажем, оставили меня на пороге у дверей больницы. Кто они, откуда, и как их звать — мне не известно, — с некой холодностью произнес Итан, удивляясь, как что-то щёлкнуло в нем. Осознание, что никогда у него не было той семьи, которая смогла бы быть похожей на других детей. Парень никогда не пытал интерес к этому, забыв как страшный сон. Из-за этого он приобрел холодность к другим, как и отчуждение. Единственным человеком, которому он был благодарен, это пожилому мужчине, работающием в больнице охранником, который в тот день заметил его, занеся. Ховард Этвар каждый день забегал в отделение где дети, чтобы проведать свою находку. Но лишь на пару минут. Старик, словно с первого взгляда на Итана, понял, что он должен взять его — в один из вечеров признался Ховард. Он и назвал мальчика Итаном, дам ему свою фамилию и своей сестры, которая продолжала после его смерти присматривать за ним. — Человеческая жизнь мне чуждая, и я не скучаю по ней, — честно признался он. — Когда я впервые попал сюда, я словно почувствовал облегчение. И с каждым днём понимал, что здесь мое место.        — Мы ценим, когда бывшие смертные так легко отпускают свод прошлую жизнь, ведь тогда с ними проблемы, — с ухмылкой произнёс Мамон, одобрительно кивая.        — Спасибо… — немного замявшись, Итан посмотрел на Мими, которая тихо, как мышка, наблюдала за ним сидя рядом, положив ещё десять минут назад на его бедро свою руку. Она поглаживая его медленно и нежно, как бы случайно дотрагиваясь.        — И долго ты уже тут? Успел завести себе друзей? — все дальше начала расспрашивать Элиза.        — По вашим меркам больше года. Можно сказать есть, друзья, — с подобием ухмылки произнес. При земной жизни у него не было почти что друзей, лишь знакомые.        — И первая из них Вики? — спрашивает Мими, привлекая к себе внимание.        — Скорее первым был Демьян, который стал просто знакомым, а уже после и Вики.        — Это ты о своей подруге? — обращаясь к дочери произносит Мамон.        — Конечно о ней. Мне так жаль, что я оставила её там… — с грустью говорит демонесса. — Грёбаный наш Король!        — Мими, — повысив голос, рявкнул Мамон. Он взглядом незаметно кинул на стоящего слугу, который, опустив голову, слился со стеной, ожидая приказы. Элиза недовольно покачала головой, посматривая на дочь. — Нельзя так говорит о Нашем Всемогущем Повелителе! Это неприемлемо, — с недовольством проговариет. — Надеюсь обед всем понравился, но я должен закончить кое-какие дела, — поднявшись со стола, вытерев влажном темным полотенцем с золотыми узорами руки и губы, вышел из зала. Элиза скептически посмотрела на слугу.        — Дети, вы уже все? Может пойдешь покажешь Итану наш дворец? Так сказать, проведешь экскурсию, — радостно говорит Дьяволица.        — Ах точно! Давай, пойдем, — взяв Итана за руку, Мими потащила его за собой. — Спасибо мам. Можно же его повести в «Темный сад»?        — Конечно, идите. Только аккуратно. Мими потащила парня за собой, что Итан и не успел слова вставить. Он решил промолчать, наблюдая за следующими действиями всего абсурда. Это ему показалось на некую шифровку, ведь их взгляды и «намеки» были видны невооружённым взглядом. Мими повела его на один этаж выше по лестнице, после свернули в недлинный коридор. Весящие картины разных эпох рисунков похожих по стилю как натюрморт, сопровождали их к следующей лестнице, которая вела ещё выше. Но на сей раз двери были сделаны из черного хрусталя или зеркал. Выглядело очень потрясено, учитывая, что отбивающийся блик падал прямо на ковер. Открыв, Итан увидел небольшой сад усыпанный разными размерами камнями, между которых были шикарные цветы. Каменная кладка пола вела по кругу. Посредине был небольшой фонтан с прозрачной голубой водой, в которой плавали рыбки. Ему это все напомнило на китайские сады, где фонтан с рыбками был эксклюзивным элементом декора. Все стены были сделаны из темного стекла, как и купол, сквозь который и просачивался свет. Но Мими, обхватив руку покрепче, повела его дальше. Тут Итан не выдержал, спрашивая прямо:        — Что это за спектакль был?        — Ты о том, что были за столом? — язвительно произнесла брюнетка. — Я протупила. Нельзя говорит подобное в присутствии посторонних. Кто знает, что у того слуги в голове? Отец и так вышел из тюрьмы, а если он донесет, то и вовсе казнят…        — Из-за обычных слов?        — Да! — Мими подошла к другой стороне комнаты, где, у стены, расположилось лианы с красными цветами лепестки, которой напоминали цвет сакуры, отодвинули их, открывая двери, спрятанные там. — Скажу даже больше: будучи ребенком, когда Люций приходил ко мне в гости, он случайно обмолвился, что его отец строг к нему, и что ему бы хотелось немного ласки. Ребенок же, не следил за словами, хотя они безобидные… Отец пошутил случайно перед Сатаной, почти точь в точь сказав слова Люцифера. На следующий день его не было в школе, а потом ещё неделю. Как оказалось, Сатане не понравилось подобное и он избил его. Я помню, как плача, приходила надать его, но меня не пустили.        — Это ужасно, — с лёгким шоком отвечает Итан. Он и представит не мог, что такое возможно. Хотя, Люцию он не сочувствовал, ведь лично не знает, какой он бессмертный. Но по словам других считал его высокомерным уродом, который думал лишь о себе не ставя никого выше. Но по словам Вики, Итан убедился, что Люцифер вопреки этому имеет нечто человечное, показывающее это девушки. Его взгляд всегда смягчался, как и тон. Это Итан постоянно замечал.        — Ни то слово! Сатана часто пытается задеть Люция за живое. Поговаривают, что он убил собственную жену, хотя там опровергает эти факты, — они вошли во внутрь узкого коридора, который был слегка маловат для Итана, но удобен для Мими. Он был сильными и с паутиной по стенам, отчего в носе все щекотало. Эти мелкие гады даже здесь были, плетя свои ниты!        — А ты как думаешь?        — Думаю, он убил ее. Кивая ей, они молча двинулись дальше. Через пару минут глупого однопроходного продвижения послышался голос Мамона. Мими помедлила, прислушиваясь к небольшой выямке в стене, как и Итан:        — Армия готова. Осталось только соглашения, — впервые для Мими она услышала этот голос. Кто это, она была без понятия, ведь власть во дворце Ада быстро менялась, чем она успевала узнавать об этом.        — Соглашение? Думал уже и не спросят о моем голосе, — скептически проговаривает Мамон. — Но вы же знаете, каково мое мнение о войне.        — Война? — обеспокоенно спрашивает Мими, бросая взгляд на Итана. Тот лишь пожал плечами, впервые услышав подобное.        — Хотите покончить как та женщина?        — Я не боюсь смерти. Уж поймите это наконец! — весело вскрикнул Мамон, после резко замолчал.        — Тогда как насчёт вашей семьи? — Мими почувствовала, как энергия незнакомца из серой превратилась в похотливо-розоватую. — Ваша же дочурка, говорят, ничего…        — Дотронешься к ней — я тебя с Небытия достану. И учти, я то это сделаю. В меня есть огромная цена, чтобы заплатить за мгновение вернутся в жизнь, — угрожающее произносит Мамон. — А теперь попрошу без лишних слов покинуть мой кабинет, и дворец следом.        — Ты пожалеешь, — нотки угрозы проскользнули в словах незнакомца. — Хотя твой голос все равно ничего не решит. Многие согласны. Мамон молчал, а Мими напряглись. Итан приобнял её в узком пространстве, пытаясь успокоить девушку. Ещё пару секунд и незнакомец разворачивается, выходя из кабинета. Резко что-то падает на пол, а через секунду со скрипом отодвигается шкаф. Несколько маленьких золотых декораций падают на темный дубовый пол и Мими с Итаном, оказавшись у самого прохода, увидели обеспокоенного Мамона. Мими, выбравшись из объятий парня, крепко обхватила его руку, потащив за собой в кабинет. Мамон отступил, прислоняясь рукой в другой стороне шкафа, задвигая его обратно.        — Какая к черту война?! — вскрикнув спросила Мими, смотря прямо на отца. Тот, пытаясь скрыть свое угнетение, устало проговаривает:        — Призрачную армию пробудили. Сатана хочет сровнять Цитадель с землёй. Этот план он строил годами. И скоро он начнет со школы.