Предназначенные.

                    

       От лица автора.

       Преисподняя.

              — Как школа…? — словно не веря словам отца, переспрашивает дочь Мамона вновь после несколько минутной паузы. Итан в недоумении смотрел на мужчину, ощущая поступающий страх внутри демонессы, которая малиновыми проблесками окутала его душу. Мими нахмурилась, тяжело задышав. Новопризнанному было трудно понять весь спектр эмоций демонессы, но он отчётливо понимал её, ведь когда-то ему пришлось смирится с там, что ему не было суждено исправить — своей гибелью. Но для Мими школа была чем-то подобным алтарю, в котором, похоже, была тысяча приятных воспоминаний, связывающие демонессу очень крепко с тем местом.        — Я не знаю, зачем она ему, но могу предположить… — устало вздохнув, Мамон сел на свое место, положив руки на стол.        — И что же? — нетерпеливо выдала демонесса, уставившись на своего отца. Тот в свою очередь тяжело сглостнул. Итан, как и сама девушка, видели в глазах Мамона нервозностью, которую он старался скрыть.        — Это из-за твоей подружки. Она же с Люцифером соулмейты? — Мими кивает, осознавая, что тот имеет ввиду.        — Сатана хочет что-то сделать с Вики из-за этого?! — демонесса напряглась, со злобой бросая взгляд в окно. Она видела центральную площадь, возле которой сбоку расположился замок Сатаны. Мелкими точками там блуждали все нижние существа. — Да как он смеет?!        — Мими успокойся, надеюсь, к этому не дойдет, — бережно ответил Мамон, поднявшись со своего места и направился к дочери. — Думаю он будет благоразумнее, — взяв Мими за плечи, он погладил по ним, успокаивая и завлекая внимание демонессы. — И думаю, все обойдет стороной. Серафимы наверняка заподозрит что-то неладное — уж не с проста большое скопление армии будет по пути в школу, да же? И они вмещаются, не дав его войску даже войти, — с надеждой проговорил демон, но сам не был убежден в своих словах, ведь Сатана дал верно понять, что любой ценой тот разрушит Небеса и самых Серафимов. Мамона нужно просто притворяться, что все обойдется стороной, чтобы его дочь сломя голову не пыталась никому помочь, кто уже занесён в список самого Аида — повелителя мира Мертвых.        — А если нет? — Мими тяжело сглотнула, ощутив в горле ком.        — А если нет… — повторил за ней Мамон, помолчав пару секунд, находя нужные слова. — То ей не поздоровится, это точно.        — Как ты можешь быть таким спокойным?! — возмущённо произнесла демонесса. — Если он сделает ей что-то, я его прибью!        — Мими, ты же не сможешь так просто подойти к нему, — объективно оценить всю ситуацию, проговорил Итан, с тоской в сердце скрытой под безразличным лицом смотря на свою возлюбленную. Он знал, что Мими так сделает, даже не посмотрит на его слова, а ему придется переживать и останавливать ее. Мими — подобна буре, которая непредсказуемая, но в тоже время ее действия можно было понять. Но каждый раз она удивляла своим завораживающим хищным видом и чувством справедливости. Итан думал, что все демоны эгоистичные и нарциссические существа, но оказалось, даже среде таких найдутся подобны Мими, Ади и ещё парочке знакомых, которые снимут принципы и «дотронутся» к низам в виде непризнанных.        — И ты туда же! — с недовольством посмотрела на парня, поднимаясь. — Все, я ухожу.        — Итан дело говорит. Тебя к нему и не пустят, — проговаривает Мамон, тем самым останавливая свою дочь, которая резко развернулась. Та, с горящими глазами вскрикнула:        — Так хотя бы я попытаюсь что-то сделать, а не сидеть, как вы! — и, захлопнув дверь, которую резко открыла и вышла с кабинета, направилась к выходу из замка. Мамон бросил на Итана ошеломляющий взгляд, который попятился назад, надеясь, что Мими ушла не далеко и он сможет догнать ее, чтобы вразумить. Демон Богатства поднялся со своего места. Но резко остановился услышав голос Мамона:        — Её все равно в замок не пустят, но ты пойди за ней, чтобы она хотя бы вернулась, а не проникла туда, — приказывая говорит Мамон, посмотрев в окно за свой спиной. Скрестив руки за спиной, нервно переплетая пальцы между собой, он полностью повернулся к нему. Итан, слегка от удивления приподнял бровь, но вышел следом за Мими. Увидев через окно темные крылья в воздухе и удаляющуюся знакомую фигуру, которая была похожа на Мими, Итан резко прелез через открытое окно, ступая на каменный выступ. Пригнув, взмахнул сильно стальные крылья, которые перерезали в воздухе несколько свисающих лиан, торчащих из крыши дома, направляясь за фигурой.       

       От лица Вики.

       Школа «Ангелов и Демонов»

После того случая с внезапно появившиеся болью, я думала лишь об одном на протяжении недели — «Люций попытался мне изменить…?» — но это было глубокое заблуждение, ведь как только я вспоминаю тот момент перед глазами появляется картинка, где Люций лежал побитый и словно готовый к казне. Я была глупа думая об этом, но в тоже время надеялась на другое, что он так не поступит. По спине пробежали мурашки. Я сглотнула тяжёлый ком в горле, пытаясь содержать себя от внезапно нахлынувших слез. Что-то в тот день случилось… После нашего окончательного скрепления душ, я отчётливо ощущаю его, даже на огромном расстоянии. Его эмоции, его внутренний барьер и переживания, а так же нашу связь. Но он скорее пытается скрыть все, ведь это ощущается очень плохо. Но на душе всегда беспокойство, когда эти ощущения пропадают и вовсе. Я боюсь сама себе признать, что его избивали… А боль в моем теле была его, которая разделялась на двоих. Он ощущал тогда облегчение, когда часто боли уходила? Я хотела на это надеятся, очень… Даже если самой мне станет нелегко, но чтобы ему было хорошо. После того, как демоны ушли, школа почти что опустела. Блуждающие ангелы пытались не затрагивать тему с демонами оставшимся учителям. Но по их глазах было видно, что им жутко любопытно, как и мне. Непризнанные пытались пристиковатся к оставшимся бессмертным, хотя некоторые, как я, не разделяли радости, ведь мое душа темнее, чем казалось, ведь мое место не среди ангелов, а — демонов. Но единственный, кто разделял со мной компанию был Сэми. Он, пускай с первого взгляда казался самым чистым ангелом, небесно-голубые глаза которого боялись грехопадения, оказался тот ещё волком в овечьей шкуре. Конечно, он не прям ужасный, а точнее, более выделяющийся среде всех. Он мог выругатся, нагрубить, если позволяла ситуация, мог даже вести себя развратно, только если рядом был его дружок Ади. Но единственное, что слегка меня удивило, его признание, что он скучает за рыжеволосым демоном, который был амбасадором настоящих пьянок и «культурных поседелок» — как Мими привыкла называть — и это очень съедало его. И я его понимала. Ведь мне не хватало Мими, как девушку, которая перевернет все и всех, Итана, который попытается усмирить ее, Ади, который не прочь поддержать демонессу и Люция, который лишь скажет «Мы хотим хлеба и зрелищ!» с бокалом в руке, при обнимая меня. Я очень скучала по ним всем, с промокшими от слез глазами сидя на своей кровати и думая о них, смотря в пустую стену, где раньше стоял небольшой цветок Мими. В комнате стало пусто и холодно, что казалось, превратится в ледяное царство одиночества и печали. Но это не поглощало меня, напротив, отталкивало. Я старалась больше проникнутся к школьной программе и чаще видеться с Сэми.        — Ты сегодня сама не своя, — обращается ко мне ангел. Его светлые глаза смотрели прямо в мою душу, что было невыносимо не сдается им. Он бережно относился ко мне и лишний раз и слова не молвит.        — Плохое предчувствие… — честно призналась, опираясь на свои ощущения. Все было как обычно, но моя душа была не на месте…        — Это с чем-то связанное?        — Ади тебе уже все рассказал? — глупо улыбаюсь, понимая, что его ответ будет положительный. Оно и не удивительно, ведь демон мог сказать подобное своему соседу.        — А что конкретно? — с удивлением спрашивает, облокотившись об каменную стену. На ней висели горшки с цветами, которые плелись по стине, словно это была не ровная поверхность, а скалистая, в которую они вписались. Я ощущала их могущие стебла, которые вписались в камни. На секунду взбудоражилась от ощущений, охватывая странный взгляд Сэми.        — И в правду не говорил? — переспрашиваю, проверяя. Ангел кивает мне, зазывая же рассказать о секрете, который хранит Ади и никому не говорит. Я подошла ближе к нему, смотря на поражающее и изумлённое лицо брюнета.        — Уокер! У меня есть соулмейт и это явно не ты, — резко проговорил, шепча, отступая от меня ну пару шагов. Я улыбнулась, остановившись.        — Дурачек? У меня он тоже есть… — последнее я выдала еле слышным шепотом, завлекая ангела к себе. Ему вдруг стало слишком любопытно, и, делая шаг ко мне, внимательно посмотрел в глаза.        — И это то, что не должен был говорить мне Ади? — я киваю ему.        — Плохое предчувствие из-за Люция… — смущённо поговариваю, отводя взгляд в сторону двора. Белые пятна были разбросанные по всему двору, как первый декабрьский снег. Но лишь приглядевшись я видела очертание белоснежных крыльев, среде которых видела серые. Внутри нахлынула угнетающая грусть. Словно демоны пропали и их здесь не существовало. Ни один учитель не упоминал о них после произошедшего, а когда кто-то из бывших смертных или рождённых бессмертных спрашивал об этом, получали молчание в их адрес.        — Я так и знал, что он твой соулмейт! — с некой радостью вскрикнул Сэми, чем привлек внимание нескольких проходящих ангелов.        — Тише ты! — недовольно фиркнула, слегка ударив ангела по руке. — Никому, — угрожающе дополнила.        — Можешь верить мне, я никому не рассказу.        — Откуда ты вообще узнал? — озадаченно спрашиваю.        — Скажем так, мой дар, — пожав плечами говорит парень.        — Ты видишь будущее, верно?        — Ади сказал? — я лишь с улыбкой киваю. Сэми то же улыбнулся, по-доброму. — А я и не сомневался.        — Он намекнул, а мы угадали.        — Не верю, не прямо вам сказал! — изобразив злобу, проговорил ангел, но вновь на его лица застыла улыбка. — Я видел вас вдвоем. Во Франции. Ещё до вашего последнего задания в Бордо, — молвил он, заинтересовав меня. — Вы были как возлюбленная пара, и я ощущал вашу связь.        — И это ты называешь «видел будущее»? Да это уникальный дар! — удивлённо говорю, задумавшись. — И ты чувствуешь связь других… Интересно.        — Ну да, хотя иногда это дискомфорт, — немного помявшись, Сэми отстранился от меня. — Ведь я чувствую чужих мне бессмертных, но никак не могу найти своего соулмейта. Точнее, не могу сказать ему…        — Сэми… — я смягчено смотрю на него, ощущая, как в други защемило все. — Почему не можешь?        — Ведь… так будет лучше для нас…       

       ***

       — Я хочу чтобы вы втолкали в головы, что если ваши наставники ушли, это не значит, что стоит забрасывать обучение! — грозно прокричал ангел Фенцио на весь кабинет. — И по этому, вы должны повторить весь материал.        — Да кто вообще решил что ангел должен вести демонический урок? — вскрикнула светловолосая девушка с небольшой татуировкой на плече, которая сидела слева от меня во втором ряда. Ангел гневно окинул её взглядом.        — Во-первых, в данной ситуации это единственные меры, чтобы вы учились!        — А во-вторых чтобы не спрашивали о ситуации в школе? — проговорил сидящий рядом с ней парень.        — Довольно, — подняв руку, заставляя всех замолкнуть, Ангел Фенцио повернулся к нам спиной. — То, что сейчас происходит никак вас не касается. Ваше дело и обязанность — учится.        — Но Ангел Фенцио…        — Я не хочу ничего слышать, ибо поставлю вам всем не зачет за учебный год! — он его холодного тона по моему телу пробежались мурашки. Парень и девушка сели на свои места, уткнулись в книги, но явно тихо говорили между собой. Их гнев, полон надежды на ответы угас, как только они получили отпор.        — Вы не можете так с нами поступить!        — Могу, — твердо ответил ангел, повернувшись к нам спиной, уставившись на вид за оконный рамой. Мягкие и теплые тона перемешивались с приближающимся закатом. Синеватая листва преобрели еле видной золотистый оттенок, а ветки потемнели, как и само основание коры на дереве. Небеса менялись на глазах — каждый раз дополняя новыми красками, оттенками, ощущениями и магнетическим влиянием к красоте вокруг. Бессмертные, похоже, уже приелись к этому, не замечая ничего, но я же… Любовалась. Вспоминая теплые лучи солнца, которые «целовали» мою кожу, а напротив сидит Люцифер, что-то рассказывая. Серьезный, без наигранной гордости, напыщенности, сарказма. Он хочет приобнять меня, но слегка, каждый раз смотрит по сторонам, кончиком пальца прикасаясь к моей руке, провода по ней. Я улыбаюсь, а он в ответ… А сейчас, я ощущаю тревогу за него, лишь вспоминая теплые моменты с ним. Недавно мы были готовы почти что убить друг друга, точнее, он был готов, а я лишний раз не хотела сталкиватся с ним, а сейчас, меня переполняют эмоции, заставляющие щеки в его присутствии покраснеть. Внутри все стало тяжело. Непонятное чувство заполнило меня с головой… Мне хотелось расплакаться, но я не могла. Почему все так резко изменилось?        — То, что вы сдали ваши основные экзамены не значит, что вы бессмертные. Вы все ещё Непризнанные, — с отразой, словно это слово какая-то болезнь, проговорил учитель, привлекая мое внимание. — Ваши следующие экзамены буду принимать я и Серафим Анахита.        — Чтобы ангелы проводили у будущих демонов экзамены… Немыслимо! — проговорила вновь девушка, возмущённо посмотрела на Ангела Фенцио.        — Вы правы, — послышался голос где-то вошла входной двери. Все как один обернулись, увидав золотавое сияние. Я рассмотрела среде всех голов лицо… Женские голубые глаза тут же посмотрели в мою сторону и мое дыхание перехватило от неожиданности.        — Серафим Ребекка? — удивлённо проговорил учитель.        — Но происходящее не должно сбивать вас с пути и вы должны достойно окончить школу, — твердо проговорила мама, не сводя с меня взгляда. Со телу пробежали мурашки. От неожиданности. От радости. От печали…        — Все слышали? — уточняя спрашиваю Фенцио. Некоторые кивнули, а некоторые — что-то проговорили, похожее на «да». — Серафим Ребекка прочтила нас своим приходом. Её слова — закон Цитадели!        — Не скромничай, Фенцио, — с улыбкой проговаривает светловолосая женщина, окинув учителя взглядом. — Это меры предосторожности, которые нас всем следует немедленно исполнить.        — Почему все демоны ушли? Я слышал что Сатана открыл для них в аду новое учебное заведение, — проговаривает ближе сидящий к маме парень.        — Раз так говорят, что правда, — холодно отвечает, вновь окидывая меня взглядом.        — Но раз вы здесь, что-то случилось? — со страхом спрашивает ещё кто-то среде учеников. Серафим взглядом посмотрела в ту сторону, проговаривая:        — Нет. Я лишь по делу. Она повернулась к нам спиной, расправив золотые изысканные крылья. Каждое пёрышко отражало золотавый цвет, отбивая солнечные лучи. Её силуэт говорил о величии в бессмертном мире. О статус, который она приобрела прикладывая усиливая, как и Солла. О ее звании. Мама… Она была иной. Я помню её нежную улыбку, которая каждый раз, с прощанием, становилась грустной, пока она уходила на работу. Помню запах свежо-испечённой выпечки, точнее имбирного печенья, который переносил всегда в новогоднее настроение, когда в сильном и трепетном ожидании ждёшь его, откусывая песочную основу и запывая все теплым молоком. Помню аромат её нежный и лёгких духов, которые шлейфом ложились за ней, когда она проходила рядом. Но сейчас это всё растворилось под серьезной и безэмоциональной, холодной твердой поверхностью льда. Мне казалось, стояв напротив друг друга, мы будем отдаленные, и пускай нас связывала кровь. Мама вышла из кабинета, а Фенцио, опешив, продолжил вести урок. Сэми с грустью посмотрел в мою сторону, прикоснувшись к моей руке. Я посмотрела на него, увидев лёгкую улыбку.

       ***

Выйдя из кабинета последнего урока, я была безумно рада, что больше не будет пар. Меня переполняло трепетное ощущение, показывающее болезненными иглами в груди и у солнечного сплетения. Я не слышала, чтобы мама улетела… Но я понимала, что глупо надеятся на более чем просто взгляд в мою сторону. Но так же я переживая за Люция… Это съедало меня, ведь я понятия не могла понять, что там с ним, как он там?        — Вики, зайди пожалуйста в кабинет директора, — неожиданно рядом со мной появилась Мессалина, ласково дотронувшись ко моему плечу. Я удивлено посмотрела на неё.        — Хорошо, — ответив, я немедля направилась к директору в недопониманием, что сделала? Возможно он хочет о чем-то поговорить? Меня никогда к себе не звал Серафим Кроули, что это больше всего вызывало нескрываемое удивление. Уже у самых дверей к директору, я почувствовала внутри себя волну беспокойства. Она медленно расползалась по мне, добираясь к сердцу. Оно забилось быстрее. Я тяжело сглотнула, уставившись в позолоченную ручку, которая отбивала блик солнца попавшего на неё. Вздохнув, я сжала ладони в кулак, крепко-крепко, до побеления костяшек, пытаясь сосредоточиться на чем-то другом. Закрыв глаза, я рынула с головой в собственные воспоминания, чтобы успокоиться. Ласковое солнце покрывает мое лицо. Рядом шелестит трава. Рядом Люций… Он улыбается, дразнится. Медленно переношусь в свою комнату. На кровати как всегда лежала Мими, что-то почитывая. Она, без всякой заинтересованности бросает на меня взгляд, но после, вскочила, присаживается на мою кровать, закидывая ноги. От ее нежной ауры мне становилось спокойнее и хорошо. А привкус малины заставлял позабыть все тревоги на свете. Я переношусь дальше, уже на землю. Отцовская и слабая улыбка, теплые объятья и приятный запах дома. Я чувствую, как понемногу наворачиваются слезы, обжигающими каплями скатываются по щекам. Отец гладит меня по голове. Как в последний раз перед моим отлётом. Сердце забилось ещё быстрее, сжимаясь от боли. Я прикусила нижнюю губу, стараясь сдержать слезы. Далее я вновь на Небесах в окружении Ади и Сэми, а рядом блуждал Итан. Приятная дружеская атмосфера, накрывая меня с головой уносила подальше от будничных проблем. Бессмысленные споры, разговоры и разгрузка от тяжёлого дня. Я улыбаюсь, понимая, как же мне сейчас хорошо. Рядом усаживается Мими, забрасывая руку мне на плечо. А с другой стороны устраивается Люцифер, игриво, но, в его взгляде была ещё нежность, смотрит на меня, положив руку на талию, прижимая к себе. Я ощутила внутри себя теплоту, которая распространилась по всей грудной клетки. Успокаивая и завлекая забыть все проблемы… Я выдохнула, открыв глаза, а следом и дверь после несколько разового стука в нее. Войдя в кабинет я застыла, увидев маму, которая, как истинный Высший Ангел стояла у директорского места, сложив руки по бокам талии и смотрящая на свои владения. Медленно она повернулась в мою сторону и ни одна скула не подвинулась на лице. И вновь меня одолела тревога, но на сей раз, она была вызвана недопониманием. Блондинка повернулась ко мне полностью, опуская руки и шагая, медленно, растягивая словно время к своей неминуемой казни. Я молча смотрю за каждым её шагом, в невозможности пошевелиться. Мама подходит ближе, резко обнимая. Я, не понимая происходящего, стою как статуя. Сладкий парфюм гортензии окружил меня, заставляя опрокинутся в далёкое прошлое, когда она была ещё живая. Ее добрую и ласковую улыбку, которая была наполнена материнской любовью. Чуткость, грация и уверенность — самые сильные в ней качества. Она не изменилась, лишь стала безэмоциональнее. Но сейчас… Я словно превратилась в маленькую девочку, которая жаждала этих объятый, надеясь на возвращение матери, смотря в небо, представляя её в лике ангела, который наблюдает и подсказывает путь. Той девочкой которая каждую ночь молилась за нее, пытаясь вызвать к себе, пока надежды не угасали. Мне с годами стало чуждо то чувство вери, чтобы она вернулась. Но сейчас, моя мама стояла рядом со мной, обнимала, что мне верилось с трудом. Слезы скатились по щекам, и я поднимаю дрожащие руки, обнимая её в ответ, ощутив её внутренне спокойствие и умиротворение, а так же страх. Я не знаю, сколько мы так простояли: молча не проронив и единого вздоха. Но после мы раскрепили объятья, точнее, это сделала мама. Она смотрит в мои глаза, поднеся к моей щеке свою ладонь, прикасаясь, словно не веря своим глазам.        — Ты так выросла… Я улыбнулась ей, замечая так же скопившиеся слезы на глазах матери. Она убрала свою руку, отвернувшись от меня, взмахивая рукой в районе лица. И вновь очужденная мама поприветствовала меня. Я видела, точнее чувствовала ее внутреннюю боль при виде меня. Она, похоже, сожалела о своей смерти и утраченном времени… Но не признает это, гордо молча.        — По какому вопросу звала? — разбавляя тишину спрашиваю, смотря на спину женщины, её массивные золотые крылья, покрытые у основания узорами.        — Я хочу, чтобы ты была осторожнее здесь. Кто знает, есть ли здесь приспешники Сатаны, — уже более холодным голосом проговаривает мама. Я скептически посмотрела на нее.        — Все демоны ушли… — говорю, отводя взгляд. — Зачем мне вообще кого-то остерегаться?        — Вики, — мама резко обернулась, посмотрев на меня голубыми глазами, вызывая мурашки по спине. — Дело не в демонах. Даже среде ангелов есть его сообщники. Я так полагаю что ты тесно связана с его сыном?        — Мам…        — Нет, ненужен глупых оправданий, Вики, — она перебила меня, заставляя замолчать. — Нам доложили об этом. И Сатана хочет напасть на школу, чтобы забрать себе её и заодно добраться к себе.        — Что ещё тебе известно? Кто доложил?        — Известно многое, дочь, — твердо проговорив, женщина окинула меня взглядом: печально смотрела в мои глаза. — Просто будь осторожна. А именно — с Соллой. Кем бы она не была, не нравится мне эта девчонка. Я киваю ей, делая шаг вперёд, после того как мама повернулась обратно.        — Здесь кому-то вообще можно доверять? Потому что такое ощущение, что нет, — серьезно проговариваю.        — Серафиму Анахите можно. Эта женщина единственная, кому я доверяю.        — Почему именно ей? — с любопытством спрашиваю, смотря на силуэт мамы.        — Она помогла мне в начале моего поступления.        — Но одной помощи мало чтобы понять, что она, как бессмертная, заслуживает доверия, — отсекаю её, с недопониманием отнесясь к её словам.        — Ты права, Вики, — голос мамы стал мягче и мне казалось она даже улыбнулась. — Анахите первой вступила за закон, который позволял бывшим смертным вступить в ряды высших властей. Она повернулась во многих людей, давая им здесь шанс. Не каждый, конечно, его использовал. Но я отнеслась с пониманием и сейчас занимаю серьезный титул. Она стала той, кто повлиял на мое будущее.        — Но она Серафим. Ангел.        — И я ангел, Вики. Так что, ты отрекаешся от меня? — с недопониманием говорит мама. Она смотрит на меня, словно не веря своим ушам в действительность моих слов.        — Мам… — с неловкостью произношу. — Я — демон. И то, что делает Анахита меня не касается.        — Демоном ты станешь только после посвящения. А сейчас ты просто Непризнанная ни одной стороной. Но примут тебя или нет — неизвестно.        — Почему нет?        — Просто так, к слову. Мы обе замолчали. Я ощутила лёгкое покалывание в области рёбер, плотно сжимая губы. Мама отвернулась, вновь уставилась в окно, не видя ничего. Покалывание медленно вырастало в боль: ноющую и отдаленную, которая пульсациями разносилась по всему телу. В горле все пересохло, а сердце забылось быстрее. Я понимала, что ощущаю часть того, что чувствует сейчас Люцифер… Мне стало не хорошо, осознавая, что с ним там что-то происходит страшное. Голос мамы эхом разносился в моих ушах, а я никак не могла сконцентрироваться на её словах. Лёгкая слабость в теле одолевала почти меня, но я из последних сил взяла себя в руки, чтобы не рухнуть прямо здесь.        — Я… Я пошла… — перебив Серафима, я выскочила из кабинета на ватных ногах, ударившись плечом об косяк двери. Не обращая внимание ни какого, я пронеслась по коридору наполненному ангелами и бывшими смертными к своей комнате. Открыв двери, я тут же заскочила, прислонившись спиной, закрывая её. Боль росла, а ощущение ссадин разбрасывались по всей коже. Я подняла голову, ощущая тяжесть в ней, медленно сползая на пол, сокрутившись калачиком, поджимая к себе ноги. Мои крылья обернули меня в кокон, согревая, а кончики перьев нежными касаниями прикасались к коже. По щеке скатилась слеза. Боль утихала, оставляя ощущение вроде шрама. Я закрываю медленно глаза, после открываю их, видя перед собой ужасную кирпичную комнату, в стене которой были прибыти кандалы огромного размера, потом меньше, с массивными цепями. Ржавые решетки отчётливо выделялись на фоне тускло попадающего света в эту узницу смерти. Я ощущала запах и привкус крови. До отвращения, заставившую и почувствовать ее прямиком в горле. Я резко поднялась, вновь увидев перед глазами свою комнату. Понемногу меня начало отпускать. Я не понимала, что происходит, но осознавала, что это наша связь с Люцием. Где его держат? Почему я ощущаю боль, неужели его избивают? Я направилась к окну, взглянув на садящиеся солнце, уходящее за горизонт. Нужно что-то придумать, но что…? Я же не могу просто так полететь туда, бездумно, ведь меня либо убьют демоны как только я приближаясь к ним, или не выпустят ангелы, если увидят это. Но мне хотелось помочь Люциферу… И я не знала что предпринять для этого. Но зачем я то Сатане? Чтобы что-то сделать с Люцифером? Ведь это скорее так, раз он знает о нашей связи. Грёбаный Правитель, зачем он так с ним? Зарывшись пальцами в белоснежные кудри, я осела на свою кровать, закрыв глаза. Перед ними вновь застывший образ той ужасающей комнаты…

       От лица автора.

       Преисподняя.

       У дворца Сатаны.

Итан схватил Мими за руку, не позволяя подойти ближе к арке с вратами в самое пекло Преисподни. Двое мощных архидемона напоминающие на породье Цербера и человека стояли и не обращали внимание на них. Но если кто-то подойдёт ближе, то точно среагирует и перекроют дорогу, или же вовсе убьют острыми в их руках списами. Они охраняли обитель самого Дьявола как ценность, за которую их ждёт собственная расправа. Мощные, как статуи, без единой эмоции смотри вперёд, но замечали все вокруг. Демонесса обернулась к нему.        — Отпусти ты меня! — но Итан лишь сильнее сжал ладонь, потянув её к себе, заключив в объятия. Сердце забилось быстрее, как только она оказалась в его руках. Он ощущал бушующую ее энергию, которая медленно передалась ему.        — Не делай глупостей, Мими, прошу, — нежно просит, смотря на неё с печалью. Но девушка забрыкалась, пытаясь оттолкнуть его от себя.        — Я же сказала, отпусти!        — Дьяволица, какая же ты упёртая, — скучно ответив, он отпускает ее. Мими, недовольно посмотрела на него, развернулась, чтобы пойти обратно к входу в дворец Дьявола, но тут Итан берет её за талию и забрасывает себе на плечо.        — Да что же ты делаешь! — от неожиданности, Мими схватилась за его торс со спины. Зажмурив сильнее глаза, почувствовала ладонь парня на своем бедре и быстро пришла в себя, слегка отстранившись и начала колотить кулаками спину. — Ты не имеешь право так делать.        — Раз по-другому не смогу забрать тебя, то только так, — покрепче обвив ее талию другой рукой, а первой он прислонил ее ноги к себе, расправив крылья. Мими удивлённо посмотрела на кончик резко вышедшего перья напоминающего на лезвие ножа блик которого отбил падающий свет фонаря, но после с гневом сказала:        — Да ты издеваешься?!        — Возможно? — но Итан не успел и махнуть крылом, как двери за ним резко с тяжёлым скрежетом открылось. Резкое пламя ударило в его спину, заставляя ощутить сжжение в коже. Он обернулся, увидев самого Дьявола, который переступил тяжёлым шагом за врата. Его кожа была покрасневшей, не такой, которой привыкли видеть его все. Большое крылья такого же цвета в дырах, из которых текла алая кровь с частичками лавы. Большое рога, горящие, как и вены на руках с черными когтями. Итан медленно опустил Мими, которая так же с удивлением и тихой робостью стала на носочки, рядом с новоизбранным демоном. Оба смотрел на Сатану, не отводя взгляда. Он, увидев их, страшно ухмыльнулся. На его бедрах была накидка скрывающая все ниже, которая медленно начала прилипать к ногам. Дьявол медленно двинулся вперёд, наводя страх своим размером тела, широкими крыльями и убийственным взглядом. Конечности Сатаны с хрустом начали возвращаться в свой естественной размер. Из когтей, которые превратились в ногти, стекла бурая кровь.        — Детки, что вы тут забыли? — с насмешкой проговорил Сатана. Его грубый и глубокий голос заставил Мими дрожать. Раньше он так не говорил, сколько она себя помнила. Но сейчас в его баритоне ощущалась опасность для нее, как и для Итана. Он наводил душевный страх, заставляя спрятаться куда-то лишь от одного слова и даже взгляда случайно бросевшого на них. Дочь Мамона не могла до конца понять, почему Агния захотела стать его женой даже при том, что он испортит ей жизнь. Сатана был чудовищем без сердца, которое очернело и скорее всего давно рассыпалось. Мими, переборов себя, сделала шаг вперёд, вспоминая о Вики. Она приподняла голову, всматриваясь в глаза его Высочества, который оцененно посмотрел в ответ. Чувство страха пропало. Она знала, что с ней ничего не случится. Сатана не сможет причинить ей вред, ведь является дочерью влиятельного демона. Но ее сердце болело за Вики… Ведь у той нету никакой помощи.        — К вам, — ответила Мими, заставляя Сатану расхохотался.        — Ну, мои приемы с обычными демонами давно закончилось. Ты опоздала, Мими.        — Вы не должны нападать на школу, — серьезно ответила демонесса, проигнорировав его слова. Сатана усмехнулся.        — Глупое дитя. Лезешь туда, куда тебе не стоит.        — Это вам не стоит, — сделав ещё шаг к нему, Мими была ловко схвачена Итаном, который завел её за спину.        — Мими! — угрожающе проговорил парень. — Не нужно так, давай лучше уйдем или от нас ничего не останется, — уже более тише добавил Итан.        — Всегда знал, что дочь Мамона так будет на него похожа… Но у вас отличительная черта — он знает свое место и следит за словами, а ты удержать язык за зубами не можешь, так ещё и суешь нос куда не стоит, — недовольно сказал Сатана, спускаясь к ним по лестнице. — Послушала бы ты этого, непризнанного, — с неуважением говорит дальше. Полностью приняв свое человеческое подобие, на Сатане были лишь одни брюки и растрёпанные волосы. Итан ещё сильнее прикрыл Мими собой, смотря убийственно на Дьявола. У девушки не было и слова, чтобы сказать ему против. Она молча испепелила Сатану взглядом, который прошел рядом. За ним шли слуги, которые тащили белоснежную рубашку и красный галстук. Сатана шел в сторону подземного суда, расположившегося под зданием адвотаков Дьявола. Мими сделала шаг вновь в сторону Сатаны, хотя выронить хотя бы слово, но её изнутри накрыла волна огня. Демонесса упала на землю, а Итан резко присел, увидев это. Сцепив губы, она не проронила и звука, лишь сказывающиеся слезы обжигали ее щеки, пока она смотрела в след Дьявола.        — Черт… — прошептал Итан, ощутив головокружение. Скорее всего Сатана решил ослабить их, принялся воздействовать на них своей силой. Мими взяла парня за руку, повернувшись к нему.        — Он просто… — ослабленно шепчет, попытавшись придется к парню.        — Тише… Давай лучше понемногу пойдем? — аккуратно спрашивает, на что получает одобрительный кивок. Итан попытался подняться, медленно и осторожно, взяв Мими за руку и помогая ей встать. Демонесса была прижата к нему, все ещё горя внутри, но уже слабее… Она посмотрела на Итана, увидев в его глазах спокойствие и умиротворение, что вся тревога внутри нее просто пропала.

       ***

       — Бездумная! — вскрикнула Элиза на дочь, гневно смотря на своего мужа. — А ты ещё отпустил ее! Ты хоть понимаешь что натворили оба?        — Ничего же не произошло, — на гнев жены, Мамон скептически развел руки как ни в чем не бывало. — Он бы все равно ничего ей не сделал.        — Какой ты самоуверен, — Элиза хмыкнула на последок.        — Они похоже держат Люцифера… — с грустью проговаривает Мими, смотря на Итана.        — А нам то что? Мими, лучше думай о себе, — женщина села на широкий диван коричневого цвета, закинув ногу на ногу, потянувшись к своей длинной сигарете. Поведение дочери раздражало её не на шутку. Но так же она, как мать, не могла проигнорировать то, что сказала Мими о Люцие. Она прекрасно знала его и с лёгкостью может сказать, что, скорее, так и есть. Ведь Сатана не упустит возможности поиздеваться над ним. Но ее сердце чуть ли не облилось кровью, как только она представляет, что вместо Люцифера могла бы быть её дочь.        — Я думаю о себе.        — И не забивай голову глупостями. Это их семейные дела, — Элиза отвернулась. Ей не хотелось слышать о Королевской семье, тем более лезть с их дела. Она понимала, что добром это не кончится ни для кого, но так же знала, что они бессилие против Сатаны. Тем более Люцифер, по её мнению, может и сам постоять за себя.        — Папа, скажи ей, — возмущённо поразила Мими.        — А что я против имею? — Мамон развел руки, присаживаясь на край стола в своем кабинете. Он бросил взгляд на стоящего рядом с девушкой парне, который молча наблюдал за происходящим.        — Если с ним что-то случится, это плохо кончится для Вики и нас…        — Не переживай о Люцифера, он взрослый мальчик, — отсекла её Элиза, поднимаясь. Стряхнув пепел с сигареты, она положила ее обратно на стол, потушив перед этим. Мими не могла смирится с ними. Ей казалось, что они не понимают ничего. Но она знала, что Элиза прекрасно все понимает, просто игнорируйте. Брюнетка развернулась и пошла к себе в комнату, перед этим посмотрев на Итана. Новоспеченный бессмертный пошел за ней. Оказавшись в комнате демонессы, она устало закрыла глаза и потеряла лицо руками. Безысходность душила её, ведь ей хотелось помочь Вики, не дать Сатане в принципе добраться к школе, где она провела почти всю свою жизнь, где ее самые приятные воспоминания. И Люцифер был бы идеальным решением. Но… Что-то не складывалось, ведь она не видела его уже какой день. Демон иногда мог прогуляться по Аду, или полетать по всей Преисподни возвращаясь сюда. Так же его можно застать у самого центра. Но он будто исправился… Люцифер точно находится в Аду, но похоже безвольный, как ранее предполагала Мими.        — Мудак, — говорит демонесса, присаживаясь на кровать.        — Сатана? — с ноткой холодности спрашивает Итан.        — А кто же ещё? — с издёвкой ухмыльнулась Мими, но после устало опустила голову на руки. Внутри нее навалился огромный комок, который почти что душил ее. — Мне срочно нужен Касстиэль.        — Зачем?        — Точнее его сестра. Она то знает все…        — Мими, — Итан схватил ее за руку, как только та поднялась с места и начала маяться по комнате. Нежно приобнял, проговаривая так же: — Успокойся, все будет хорошо… — Мими с надеждой в глазах посмотрела на него, на которых навернулись слезы.        — Ничего хорошего не будет… — прошептала, прижавшись к парню, обнимая его.        — Ты просто поверь, — поглаживая демонессу по смольным волосам, Итан закрыл глаза, медленно отделяя свою энергию от себя, успокаивая Мими. Девушка приподняла голову, потянувшись к его губам.        — Тебе легко говорить… — молчала брюнетка, прежде чем ее губы соприкоснулись с его, а с глаз потекла солоноватые слезы…

       Темница Преисподни.

Люцифер сидел оперевшись об пропитанную гнилью стену, где осипались маленькие камушки. Он ощущал как силы покидают его, как желание сдатся превышает желание жить. Но как только он закрывает глаза, с этими мыслями, перед глазами предстает его родственная душа… Погибель была заманчивая и сладкая, но Люций понимал, что после нее его ждёт лишь мрак и боль. Его душа… Лишь она принесет ему свободу, даже когда мрак окутает его полностью. Она частичка его, сплетенная с его жизнью, кровными нитями. Без нее — он никто. Без него — она никто. Их души тянутся друг к другу. Это чувствовалось в слегка интимном влечении, во время которого можно ощутить блаженство, тающее как сладкая вата в крови, получая эйфорию чувств. Лишь мысль о Вики была свежим глотком воздуха, давая ему понять, что сейчас не время сдаваться. Ему нужно покончить со всем, ради их будущего. Не ради кого-то, кому было изначально все равно, пока не настало время перемен, а лишь для них. Скрывывшись от показывающей боли в рёбрах, мужчина поднялся, когда послышался стук каблуков. Ему хотелось лишь верить, что это не Вики пришла сюда, что ему кажется и это бред. Ведь ей здесь не место и вести себя бездумно нету смысла. Но на его удивление перед ним оказалась Агния. Она взглянула со страхом на Люцифера. Какого черта эта демонесса делает здесь? Как её вообще пустили?        — Что тебе нужно, — тяжело проговорив, от сдавливающей боли в лёгких.        — К тебе кое-кто пожаловал… — отведя стыдливо взгляд, за ее спиной показалась вторая фигура изящно ступая вперёд. Ее золотистые волосы заставили Люция чуть ли не обомлеть, но показавшиеся лицо лишь разозлило его. Солла приоткрыла губы чтобы сказать хотя бы слово, но Люцифер первым это сделал:        — Какого хрена ты тут делаешь?        — Милый ты чего…?        — Заткнись, — с последним вздохом ответил демон, оперевшись рукой об стену, медленно дыша. — А я же словно чувствовал что тут ты тоже поприсутствовала…        — Люций…        — Уйди, — он с отразой взглянул на нее.        — Мы предназначенные друг другу… Ты не можешь меня прогнать, — с полной надеждой говорит, прислоняясь ближе к грязным решеткам покрытые ржавчиной, продолжая говорить: — Она умрет и мы будем вместе, — Агния вздрогнула от слов Соллы, посмотрев на Люция.        — Только попробуй что-то сделать ей… Я тебя закопаю.        — Это сделаю явно не я…        — Мы — никто друг другу, — отсекает Люцифер, становясь угрюмее, убийственно смотря на ангела.        — Это не так… Помнишь? — Солла с сожалением посмотрела на него. — Эти связанные души просто чушь… Я любила тебя всем сердцем, пускай ты являлся просто мужчиной, предназначенным другой.        — Наше время давно утерянное. Я нашел своего соулмейта с которой хочу прожить долго. Мне нужно просто вылезти отсюда и оторвать тебе крылья, если ты даже прикоснешься к ней, Солла.        — Ты все такой же… — словно не слышая его, Серафим улыбнулась. — Наше время ещё не закончилось, оно — лишь начало большего…        — Это лишь твои мысли.        — Люцифер… Ты никогда не думал вернуть все? — с надеждой спрашивает Солла.        — Нет, — твердо отвечает, ощущая, как ему становится все тяжелее стоять.        — Все. Уходи Солла, — серьёзно проговаривает Агния. — Твое посещение окончено, — она видела и чувствовала, как Люцифер ослабевал, решив ему помочь от навязчивой девушки.        — Мы обязательно ещё увидимся, Люцифер… — окинув взглядом Королеву, она ниже наклонилась, добавив полу шепотом, но Агния все услышала: — Совсем скоро… Отстранившись, Солла, как ни в чем не бывало последовала за Агнией. Люций горел изнутри, что ему хотелось сжечь эту чартовую и старую решетку, но лишь от мысли он ослабевал, вновь оперевшись об стену. Безысходность давила на него… Ему хотелось немедля расправится со своим отцом, но все было против него. Прикрыв глаза, Люцифер ощутил как его сердце сжалось, как только перед взором появился образ Вики…