Unfounded Symphony

Это происходит 24 Декаксимона 2019 года. Декаксимон – 16-й месяц года. Забавное число 16. Четверть стака. Четыре в квадрате. Как набор из четырех маленьких глиняных игрушек в виде криперов, которые молодой гибрид рамлина и свидетеля, Туббо Андерскор продает в аптеке своего босса утром перед парадом. В любой другой день, кроме сегодняшнего, в этом параде не было бы ничего плохого. В любой другой день это была бы очередная бессмысленная формальность, как и любая другая бессмысленная формальность, которая происходила в Округе Лор в течение последних 16 лет. Но сегодня – 24 Декаксимона – и сегодня шестнадцатая годовщина основания некого поселения, распложенного на западе Округа Лор. Поселение, которое последние пять лет добивалось того, чтобы его должным образом признали под именем Л’Манбург. Л’Манбург, который в день своего рождения вынужден присутствовать на параде в 16-й раз подряд. Забавное число 16. 16, как количество золотых монет, которые Уилбур Сут, 27 лет от роду, находит в своем гитарном футляре, когда его штрафуют за то, что он сыграл так называемый гимн Л’Манбурга прямо на рыночной площади. Как 16 непрочитанных сообщений на коммуникаторе Джорджа Лора, которые он так и не удосужился посмотреть перед тем, как пойти возглавить процессию парада в качестве одного из членов Королевской гвардии. Лорд Мальком Лор одет в синий мундир. Золотые эполеты сверкают на его плечах. Его грудь покрыта медалями, а бледная полумаска скрывает верхнюю часть лица. Леди Арабелла Лор одета в белое платье. Пояс на ее талии винно-красный, а шаль на плечах небесно-голубая. На ее голове широкая и изящная шляпка, которая укрывает Леди от тусклого зимнего солнца. Когда их с мужем фотографируют во время процессии в их открытом автомобиле, она улыбается легко и приветливо. Машина открытая, да. Нет ни крыши, ни окон, только лобовое стекло – все открыто настолько, чтобы можно было беспрепятственно рассмотреть величественную пару Лорда и Леди Лор с любого зрительского места. Их маршрут заранее опубликован в местных газетах, и одна из радиостанций в ярких красках описывает масштабное действие, развернувшееся перед глазами одного из корреспондентов. Дорога не перекрыта – с чего бы? Да и зачем это, когда дети шумят на обочинах улиц, демонстрируя свои бумажные сокровища родителям и друзьям? Бумажные цветы и снежинки, маленькие очаровательные куклы, разукрашенные мелками, мягко брошенны в сторону открытой машины Лоров вместе с обрывками конфетти. Ребенок, недостаточно высокий, чтобы дотянуться по машины самостоятельно, сидящий на руках старшего брата, протягивает глиняную куколку крипера, которая выпускает из себя безвредные разноцветные искры. Лорд Лор с улыбкой принимает этот маленький подарок. Седовласая эльфийка с волчьими бледными глазами наблюдает за этим. Ее едва ли можно назвать юной, она скорее еще подросток, совсем невысокая, с мягкими чертами лица. Она смотрит, как машина Лорда Лора проезжает через Л’Манбург, и злится – злится так, как это могут делать только молодые игроки. Она изо всех сил сжимает в кулаке необычный разноцветный камень, стоя на расстоянии 16 блоков от марширующей процессии. Забавное число 16. Именно на столько осколков разбивается маска Малькома Лора, когда брошенный кем-то камень врезается в глиняного крипера в его руках, мгновенно превращая игрушку в неконтролируемую шрапнель из огня и ярких обжигающих искр. Взрыв провоцирует крики, паническое бегство зрителей, испуганно рассеивающихся во все стороны. Перевернутая машина дымится посреди дороги.

-<>♥<>-

Мальком открывает глаза. Он смотрит налево, едва замечая седовласую девушку в капюшоне, которую скручивают стражники. Арабелла. О, боги. Арабелла. – Ара… – Он пытается подтянуться, но его руки почти не слушаются, пальцы беспомощно скребут потрескавшееся мощение булыжника. – Ара… Он мучительно ползет к пятнам крови, которые теперь украшают кипенно-белое зимнее пальто его жены, осколки разбитой маски цепляются за его лицо. Что-то… … что-то не так с его шеей, он не может… … он не может нормально двигаться, он не может дотянуться до нее, пожалуйста… – Ара, пожалуйста, – всхлипывает Мальком. – Пожалуйста, боги, только не она. Шум вокруг него приобретает другую ноту. Фигура с широкой бочкообразной грудью поднимает сокрушительный вес машины, и белое лицо китового моблина нависает над ними. – Ты в порядке, друг? Ты сильно ранен? Мальком пытается улыбнуться, но левая сторона лица совсем не слушается. (Она будет в порядке. Она будет в порядке.) – Я в порядке, – мог бы сказать он, привалившись к сломанной двери своей машины. – Ничего. – Его глаза блуждаю не в состоянии ни за что зацепиться. – Это ерунда. Это ерунда, говорит он, когда люди вытаскивают его жену и водителя из машины, с каждым разом немного слабее. Это ерунда. Арабелла теряет свою вторую жизнь по пути в больницу – но она будет жить. (Мальком теряет свою последнюю жизнь ровно через 16 тиков.)