Unfounded Symphony

Когда начинаются крики, Уилбур первым делом задается вопросом, не оказался ли он вновь в Полумесяце. Потому что это слишком похоже. Разбитый булыжник, люди, мечущиеся из стороны в сторону как животные, стражники, которые пытаются, но не преуспевают в том, чтобы их успокоить. Любой, кто пытается покинуть место происшествия слишком быстро, слишком рьяно, обязательно будет перехвачен паникующей королевской гвардией. Итак, у него все прекрасно. Спасибо, что спросили. Есть только… … есть одна очень незначительная маленькая деталь. И она заключается в том, что посреди этой давки и паники Уилбур не может понять, где его дети. Даже несмотря на то, что он пытается маневрировать между кричащими людьми, попутно высматривая две нужные ему макушки, тики уплывают слишком быстро, а поиски не дают результатов. И Уилбур не самый терпеливый человек. Его глаза цепляются за то, от чего бежит толпа, и он начинает двигаться прямо в ее центр.

-<>♥<>-

Вот в чем фокус – Эрет умрет. Потому что Лорд Мальком Лор погиб. И это не имеет значения само по себе, потому что все дворяне смертные, как и остальные люди. И они склонны умирать глупой незаслуженной смертью. Но сейчас главная проблема заключается в том, что Мальком Лор был Наследником трона Великого Прайма. Это был выбор совета. Достойный выбор. Человек со своей землей и уже подросшим первенцем, у него никогда не было больших амбиций, и он бы смог управлять королевством достаточно долго, чтобы у правящих домов была возможность найти и обучить следующего молодого короля. И теперь он мертв. И Король Корвус умер совсем недавно! Какое забавное совпадение, не правда ли? Два короля погибли с разницей всего в несколько месяцев, и Королевский Архитектор умрет следующим, потому что когда одно и то же забавное совпадение происходит два раза подряд, люди становятся чуть более подозрительными. И когда люди становятся подозрительными, они начинают задавать вопросы. И тогда не будет иметь значения, что король Корвус был практически мертв уже в течение нескольких недель, прежде чем Эрет решил ускорить этот процесс. Не будет иметь значения, что все в замке были чертовки рады, наконец, избавиться от нарастающего безумия Его Величества. Эрет был цареубийцей, и теперь Наследник тоже мертв. Люди начнут видеть закономерность, надумана она или нет. (В конце концов, измены всегда караются смертью.) Эрет держит свои туфли на каблуках в руках, он бежит, едва ли беспокоясь о том, что сажа и обгоревшие конфетти портят его костюм. Ему нужно уходить прямо сейчас. Твои очки слишком узнаваемы. Сними их. (Нет, не снимай, белые глаза еще более узнаваемы!) Ему нужно бежать… Ему нужно спрятаться… Он должен был умереть, это то, чего он заслуживал, ИДИОТ, ИДИОТ, ТУПАЯ СУКА, О ЧЕМ ТЫ ТОЛЬКО ДУМАЛ… – Эрет? – Знакомый голос доносится до его ушей. – Эрет, что ты здесь делаешь? Ты так задохнешься. – Я потерял… – Эрет тяжел вздыхает. – Я потерял очки. – Все в порядке. – Красная шаль, расшитая золотом, ложится ему на лицо, и она достаточно плотная, чтобы скрыть за собой его бегающий взгляд. – Ты можешь одолжить это ненадолго. Эрет щурится сквозь ткань, встречаясь с чужими винно-красными глазами. – Уилбур. Элитриец устало улыбается. – Какой-то дерьмовый праздник, да? Эрет хихикает, может быть, чуть более истерично, чем стоило бы, но никому не нужно об этом знать. – Совсем немного. – Ты случайно не видел моих парней, пока изображал из себя обезглавленную курицу? – Спрашивает Уилбур. – Я потерял Фанди и Томми в толпе еще до того, как начался беспорядок. – Я… нет, мне очень жаль. Уилбур поджимает губы. – Это не твоя вина. – Он отходит от стены, когтистые руки приглаживают непослушное буйство каштановых кудрей, больше не прикрытых красной тканью, которая могла бы держать их в узде. – Давай. Пойдем. – Куда? – Осмеливается спросить Эрет. – Найдем моих идиотов. Рука Уилбура на запястье Эрета – это заземляющее присутствие. Не хорошо и не плохо, но это смело со стороны Уилбура схватиться пальцами прямо за чужие жизненные метки, настолько смело, что Эрет не уверен, нравится ему это или нет – но это реально, живо и успокаивающе. Они движутся сквозь бессмысленное безумие толпы, как парочка лососей, плывущих вверх по течению. Перед ними появляется брошенный киоск, покрытый проводами, несколько микрофонов валяются на столе. – Должно быть, это будка репортера радиостанции, – заключает Уилбур. Он поднимает упавший микрофон с земли. – Помоги мне немного, у меня есть идея. Уилбур задумчиво щелкает переключателями и подкручивает какие-то штекеры, проверяя звук. Он нажимает на микрофон. Он садится, делает глубокий вдох и распахивает свои винно-красные глаза. – Всем привет.

-<>♥<>-

Безумие улицы замирает, когда мягкий мелодичный голос начинает расплываться из динамиков – Вы в порядке? – Спрашивает кто-то. – Только что произошла ужасная вещь. Вы, наверное, ужасно напуганы. Все в порядке. Все остальные тоже напуганы. Дрожащий вдох теряется в потрескивающем шуме статики. – Я тоже напуган. Но давайте попробуем немного остановиться, хорошо? Дышите. Просто дышите. Мир делает первый нерешительный, но глубокий вдох. – Хорошо. Я так горжусь вами. Теперь нам нужно сделать еще кое-что. Есть люди, которые пострадали в давке и им нужно вернуться домой или попасть в больницу, но улицы слишком переполнены. Можем ли мы разойтись немного, чтобы экипажи врачей смогли их найти? Бесконечна река игроков, внезапно остановившись, начинает медленно растекаться от центра улиц. – Вот так, все правильно. Все будет хорошо. – Усталый, колеблющийся щебет. – Я так рад. Раздается скользящий звук, удар по дереву, чужой голос прерывается коротким сдавленным криком. Трансляция прерывается.