Твой навсегда

— Как? — округленными глазами посмотрел Эмиль на Диму. — Почему ушёл? Всё настолько серьёзно, да? — Для меня, да, — тяжело вздохнул Дима. — Отец не хочет принимать меня таким какой я есть, он так орал на меня и даже ударил. Достал уже со своими нравоучениями; туда не ходи, там не стой! — возмущался сероглазый. — Вечно я должен всё делать, как ему надо! Ненавижу его! — Тише, родной, — обнимал его Эмилька и утешал. — Тише, не горячись так. У вас обязательно всё наладится. Я думаю, Андрей Петрович обязательно всё поймёт и примет тебя, просто сейчас ему тяжело и нужно время, чтобы во всём разобраться. — Наверное ты прав, любимый, — слегка улыбнулся Дмитрий. — Но как бы там не было, Эми, — продолжал он. — Знай, что я тебя никогда не брошу и ни за что не предам. Я тебя очень люблю. — И я тебя тоже очень люблю, — уткнулся Эмиль носом в тёплую шею Димы. — Хочешь, я сейчас поговорю с родителями Стаса, чтобы они разрешили тебе остаться здесь до завтра? Они добрые люди и я уверен, что проблем с этим не будет. — Не надо, Эмилька, — стал возражать Дима. — Я принял решение некоторое время пожить в отеле. У меня есть немного денег, я сниму себе самый простой одноместный номер и мне вполне хватит. — Почему именно в отеле? — вопрошающе взглянул кудряш на своего любимого Диму. — У вас ведь, насколько я знаю, дача есть, мог бы там остановиться, если не хочешь у нас. И я как-то сомневаюсь, что у тебя получится снять номер. Ты же ещё несовершеннолетний. — Получится, — с улыбкой произнёс Дима. — За деньги они всё сделают, не волнуйся. Ну а Дача — это не самый лучший вариант в моём случае, — начал пояснять ему сероглазый. — Родители меня там в первую очередь искать будут, и у вас, кстати, тоже, потому как знают, что я со Стасом близко дружу, да и родителей его они хорошо знают, начнут им звонить или что ещё хуже того, приедут проверять. И вообще, я никого не хочу сейчас видеть кроме тебя. Поехали, покатаемся, где-нибудь? На наше любимое место заедем? — предложил он кудряшке. — Потом, я тебя привезу обратно, а сам отправлюсь в гостиницу. — Ну ладно, — улыбнулся Иманов, — поехали, только я с тобой в гостинице поживу, не хочу тебя одного оставлять в таком состоянии. Ты же не против будешь? — Я то не против, — расплылся в улыбке Дима. — И даже двумя руками за. Да только вот, как же Плетнёвы? Они ведь волноваться начнут и будут тебя искать. — Да никто не будет меня искать, — опять улыбнулся кареглазый паренёк разводя руками. — Я Стасу сообщение напишу, чтобы он предупредил своих родителей о том, что до завтрашнего вечера я буду с тобой. Хотя… Я готов побыть с тобой столько, сколько тебе будет необходимо, — нежно и коротко поцеловал он Масленникова в манящие алые губы. — Ну тогда погнали! — обрадовался Дима. — Чего мы до сих пор стоим тут? — он уселся за руль автомобиля и открыв дверь напротив, пригласил Эмильку сесть рядом с ним, на переднее пассажирское сиденье. Покатавшись по ночному городу около часа, парни приехали в отель и сняли для себя небольшой уютный номер с двуспальной кроватью. Пока они поднимались в лифте на необходимый им этаж, Дима ни на минуту не мог оторваться от Эмильки, целуя его в такие податливые мягкие губы, горячую шею и плечи, вжимая его в стенку, наваливаясь на него буквально всем своим телом. Не выдерживая такого безумного напора страсти и тяжести его веса на себе, паренёк выдал протяжный стон… Чувствуя тяжесть внизу своего живота, Дима, стараясь удержаться, чтобы не сотворить чего-нибудь лишнего, нехотя отстранился от своего любимого. Когда они вошли в номер, сразу же по очереди приняли душ, а потом расстелили постель, собираясь улечься спать. Эмилька при­бли­зи­лся к Диме вплотную, обдавая его своим горячим дыханием. От это­го, лёгкая дрожь пронзила Масленникова с головы до пят. Руки кудрявого парня лас­ка­ли и гладили его грудь, жи­вот, опус­ка­ясь всё ниже и ниже. Он стянул с него такие мешающие и ненужные ему сейчас боксёры, нежно прикасаясь к его достоинству. От ощущения тёплой ладони любимого мальчика на своём члене, в глазах Димы замелькали звёздочки и он об­нял его за плечи, прижимаясь к разгорячённому телу своим торсом, и жарко поцеловал в губы. Его язык нежно кос­нул­ся язы­ка Эмиля. В эти моменты безумной страсти время остановилось для них двоих. В го­ло­ве сероглазого все мыс­ли спутались. Ка­кой-то вяз­кий ту­ман заполнил его сознание. Он чувствовал неведомой силы возбуждение от смуглого парня и безумное желание ов­ла­деть им прямо сейчас. Дима медленно стянул с него боксёры и повернул к себе спи­ной. Он по­чув­ст­во­вал, как его яго­ди­цы плотно прижались к его бёдрам, вызывая еще большее блаженство своим бархатистым прикосновением. Он просунул свои руки под его руками и принялся ос­то­рож­но поглаживать гру­дную клетку, ласкать и растягивать соски, а затем спустился ниже. От безумного необычайного наслаждения, паренёк еле слыш­но постанывал. Об­хва­тив бёдра Димы, Эмилька нежно гладил их, чувствуя, как сильно он хо­чет его. Он слег­ка наклонился, упираясь в сте­ну руками и, не­мно­го раздвинул но­ги. Дима снова придвинулся к нему и обнял его сзади, одной рукой он опять ласкал возбуждённые соски, а второй потянулся за кремом для рук, который был на тумбочке, смазал его пульсирующее отверстие и стал вводить один палец внутрь. — Нет, — простонал Эмиль сгорая от нетерпения. — Родной, не нужно меня растягивать… Не надо… Я хочу поскорее почувствовать тебя в себе. Возьми меня уже... Не томи… — Хорошо, солнце, — слегка усмехнулся Масленников. — Тогда, я постараюсь быть максимально осторожным, чтобы не причинить тебе боль. Он послушно вынул палец, смазал своего богатыря кремом и мед­лен­но и аккуратно начал вхо­дить в него, делая при этом, равномерные движения вперёд и на­зад всем телом. Кудряш хотел было сцепить зубы, чтобы перетерпеть неприятные ощущения, но почему-то ничего подобного он не почувствовал, не было даже боли. Дима старался сделать хорошо своему любимому мальчику, двигаясь нежно и размеренно, почти всё время цепляя такой чувствительный комочек внутри него. При ка­ж­дом дви­же­нии Эмилька тихо вскрикивал и что-то приговаривал. Дима услышал, что в порыве страсти он произносит его имя и какие-то другие неразборчивые слова. Так продолжалось несколько ми­нут. У Эмильки за­кру­жи­лась го­ло­ва и он потихоньку начал опус­кать­ся на колени, упираясь руками в кровать. Дима креп­ко сжал его ягодицы руками. Паренёк за­хо­те­л, что­бы его любимый еще силь­нее вошёл в него, и ши­ре рас­ста­ви­л но­ги. Масленников опять стал дви­гать­ся вперёд и назад, только делал это уже намного бы­ст­рее, входя на всю длину. Эмиль застонал ещё силь­нее, да так, что наверное люди в соседнем номере проснулись от столь громких криков у них за стенкой, чувство блаженства заполняло его всё силь­нее. Так длилось ещё несколько минут. Вдруг, он почувствовал, что в нём нарастает волна сумасшедшего удовольствия, от которого он готов даже умереть. Внут­ри него появились лёгкие подёргивания, приносящие невероятное чувство сча­стья. Он плот­но сжал бёдра и выдал: — Дим, остановись… Зам­ри на минутку, пожалуйста! Кудрявый парень хо­те­л про­длить удовольствие. Однако, наступающий с дикой скоростью мощный оргазм не дал ему этого сделать, накрывая с головой и его Диму. Вме­сте с тем, их ох­ва­ти­ло чув­ст­во разливающейся не­ги и расслабления, сопровождающиеся сумасшедшим блаженством. Кудряш излил горячую вязкую жидкость себе в ладонь, а Дима, не успевая вынуть из него свой член, прямо ему внутрь. Иманов пе­ре­ста­л сто­нать, и обессиленный, лёг на кровать. Дмитрий достал из тумбочки влажные салфетки, привёл их обоих в порядок и ос­то­рож­но сел рядом, бережно укладывая его ря­дом с собой так, чтобы его го­ло­ва лег­ла ему на ко­ле­ни. Его гла­за обрамлённые густыми ресницами были закрыты. Таким он казался ещё милее, и Дима не выдержал, принимаясь целовать каждый сантиметрик его красивого смуглого лица. — Я так тебя люблю, — прошептал он, теребя шелковистые кудряшки. — И я тебя, — распахнув глаза и улыбнувшись, тихо сказал Эмиль.— Мне с тобой было так хорошо. — И мне с тобой, тоже, — подмигнул ему Дима. — Так у меня ещё никогда не было. И укладываясь рядом с ним, накрывая их одеялом, он нежно прикоснулся к его пухлым губам, вовлекая в долгий, томный, жаркий поцелуй… А потом, молча, в объятиях друг друга они лежали ещё долго-долго, наслаждаясь близостью их горячих тел, постепенно погружаясь в сонное царство Морфея. Проспали ребята довольно долго, почти до самого полудня. Первым проснулся Эмиль от назойливых звонков на его мобильник. Он потянулся к тумбочке, взял телефон и немного встрепенулся, когда увидел, что ему звонил Игорь Плетнёв — отец его пухлого товарища Стаса. — Аллё! Кхм, здравствуйте, дядя Игорь! — прочистив горло ответил он на звонок. — Здравствуй, Эмиль, — прозвучал в трубке приятный мужской голос. — Я к тебе по делу звоню. У меня есть две хороших новости. — Какие? Это касается моей мамы, да? — вскочил Иманов с постели. — Да, — ответил мужчина. — Только, ответь мне прежде на один вопрос. — На какой? — спросил Эмиль. — Стасик сказал мне, что ты вчера ночью уехал с Димой Масленниковым. Я знаю, что вы с ним много общаетесь и, стали очень близки. Я так понимаю, что вы не просто друзья, вас связывает что-то большее, да? — усмехнулся Игорь Плетнёв. — Да, вы правы, — не стал отпираться кудряш, решая выложить ему всё как есть, понимая, что от этого разговора ему всё равно никуда не деться. — Мы с Димой встречаемся. — А ты знаешь, что такие отношения не являются нормой, они незаконны и преследуются в обществе? — спокойно спросил мужчина. — Знаю, — вздохнул Эмиль. — Но это ничего не меняет. Мы с Димой любим друг друга и… — Ладно, я всё понял, — не дал ему договорить отец Стаса. — Ты не мой сын и не мне тебя учить. Я хоть за тебя и несу ответственность, пока ты у нас, но влезать в это не буду. У тебя есть мать и я думаю, тебе надо обязательно с ней об этом поговорить, так будет правильно. — Но это же не телефонный разговор, — ничего не понимая выдал кудрявый парень. — О таком нужно с глазу на глаз говорить, а мама, она ведь… — Вот об этом я и хотел тебе рассказать, — снова перебил его Игорь Плетнёв. — Я немного похлопотал и, в общем, завтра тебе дадут свидание с Татьяной, а ещё через месяц, состоится очередной суд по её делу. И я больше чем уверен, — продолжал свою речь адвокат. — Что в этот раз, твою маму должны отпустить. Я насобирал очень много доказательств её невиновности. — Большое Вам, за всё спасибо, дядя Игорь! — радостно залепетал паренёк, прыгая по всему номеру отеля, рассыпаясь в благодарностях перед мужчиной. — Вы себе не представляете, насколько я сейчас счастлив. Вы такой хороший! — Да ладно тебе, сынок, — ласково сказал Игорь. — Я по-другому бы и не смог, вы же с Танечкой, для нас с Мариной близкие люди, можно сказать члены нашей семьи, да и работа у меня такая, защищать людей. — И всё равно, спасибо, — не уставал благодарить его Эмиль. — Если бы не Вы, даже страшно представить, что бы дальше могло произойти с моей мамой. — Ладно, давай уже прощаться будем, а то у меня работы много, — засмеялся в телефоне мужчина. — И смотри мне, чтобы завтра обязательно был в школе на занятиях! — приказным тоном добавил он. — А после уроков домой, поедем к твоей маме. — Хорошо, дядя Игорь, — усмехнулся Эмиль. — Я Вас понял. До свидания. Как только паренёк отключился от разговора, Дима тихо подошёл к нему со спины и потянулся за поцелуем. Эмилька тут же ответил ему. — Тебе отец Стаса звонил? — поинтересовался Дима, отдышавшись после длинного поцелуя. — Он сообщил тебе радостные вести о маме? — Да, — улыбнулся Эмиль, — представляешь, он собрал доказательства её невиновности, через месяц назначен суд. Надеюсь, её отпустят. — Это же так прекрасно, солнце моё! — обрадовался Дима. Но с другой стороны, в его душе был осадок горечи и улыбка быстро исчезла с его симпатичного лица. Он боялся, что Эмиль со своей мамой уедет к себе в Иваново, а он никак не хотел расставаться со своим любимым кудрявым чудом. Ему было хорошо с ним, для него он был как ласковое солнце, как маленький пушистый котёнок, без него он уже не мыслил своей жизни, а после сегодняшней ночи, ему и вовсе хотелось, всегда засыпать и просыпаться с ним в одной постели, в его уютных тёплых объятиях. — Что такое, любимый? — волнительно выдал Эмиль, заметив печальное выражение на лице Димы. — Почему ты так расстроился? Ты не рад, что моя мама скоро будет на свободе? — Эми, солнце, ну что ты такое говоришь? Я очень этому рад, — ласково ответил Дима. — Честно. Однако, во всём этом есть одно «но». Ты же мне говорил, что когда её отпустят вы уедете к себе домой, в свой город. А я не хочу этого, — обнимал он кудряшку прижимая к своей груди. — Не хочу с тобой расставаться. Не представляю, как я потом буду без тебя… — Родной, ну ты чего? Не надо так. Мы никогда с тобой не расстанемся. Слышишь? — коротко поцеловал его Эмилька в сладкие уста. — Я никуда отсюда не уеду. Я поговорю об этом с дядей Игорем и с мамой. Мы обязательно что-нибудь придумаем. — Правда? — улыбнулся Масленников, не отпуская любимого из своих объятий, утыкаясь носом в кудрявую макушку. — Ну конечно правда, — нежно улыбнулся Эмилька в ответ, теребя пальцы на его руке. — Давай покушать что-нибудь закажем? Я голоден как волк. — Отлично! Я тоже хочу есть, — усмехнулся Дима. — Давай может в ресторан спустимся? — предложил он. — А давай, — согласился Эмилька. — Только, пошли сначала в душ сходим и зубы почистим, я там видел какие-то зубные щётки новые, в ванной комнате. — Ну пошли, — отрезал Дмитрий. И они отправились приводить себя в порядок. Покончив с банными процедурами, парни оделись и спустились в ресторан. Они заняли места за стоящим у окна столиком. Дима жестом подозвал к себе официанта и они заказали пиццу, жаркое, салат Цезарь и два апельсиновых сока. — Любимый, я же забыл тебе сказать, — усмехнулся Эмиль, пока они сидели в ожидании заказа, он накрыл руку Димы своей ладонью и стал нежно гладить её. — У меня завтра будет свидание с мамой. Наконец-то, за два месяца, я смогу с ней увидеться хоть один раз. Вот. — Это замечательно. Я очень счастлив за тебя, родной, — улыбнулся Дима, сжимая руку Эмильки. — Что ещё тебе дядя Игорь говорил? Он понял, что мы с тобой вместе, да? Я слышал, что ты ему о нас рассказывал. Он здорово тебя ругал? — Да, он всё понял, — вздохнул Эмиль. — Но, он меня не ругал. Совсем чуть-чуть побухтел, что это неправильно и оставил всё это дело моей маме. Я завтра обязательно ей о нас расскажу. — Я бы тоже хотел пойти с тобой, к ней на свидание и поговорить о нас, — сказал Дмитрий. — Но увы, я ей чужой человек, меня туда не пустят. А хотя, давай попробуем поговорить с Дядей Игорем, может он и за меня словечко замолвит, а? Я не хочу бросать тебя на произвол судьбы, да и вдвоём нам проще будет объясниться. — Неплохая идея, Дим, и я полностью согласен с тобой, — начал изрекаться Эмиль. — Но давай, не в этот раз. Я не знаю как она к этому отнесётся и, нельзя же прям сразу всё вот так вот, в штыки. Сначала я подготовлю её, а дальше, как-то деликатно подойду к этой теме. Едва он закончил озвучивать свою фразу, официант принёс их еду и аккуратно расставил всё на столике. — Пожалуй ты прав, Эми, — не стал возражать Дима. — Только, обещай что ты меня с ней познакомишь. Я очень хочу увидеть женщину, которая дала жизнь такому замечательному, чудесному человечку как ты. — Хорошо, обещаю, — покрываясь от смущения ярко-алым румянцем произнёс Эмиль. — Я тебя обязательно с ней познакомлю. — Смотри, ловлю тебя на слове, — усмехнулся Дмитрий. — Ладно, давай уже есть, а то всё так вкусно пахнет, я прям слюнками истёк. — Я за, — сказал кудрявый парнишка, принимаясь жевать салат. — Кстати, а когда у тебя день рождения? — спросил Масленников, отправив порцию жаркого себе в рот. — Я помню, что в январе, а когда именно, ты не уточнил. — Я почти-что крещенский ребёнок, — засмеялся Эмиль. — У меня день рождения восемнадцатого января. — А вот я бы мог появиться на свет, в день Святого Николая, — улыбнулся Дима. — Но, получилось так, что я задержался в мамином животике и родился чуть позже — двадцать первого декабря. — Так выходит, что у нас с тобой разница всего лишь в месяц, если не учитывать лишних пару дней?! — с улыбкой выдал Эмилька делая пару глотков сока. — Ну выходит, что так, — слегка улыбнувшись подтвердил Дима. — Слушай, я бы хотел тебя попросить, родной, — умоляюще посмотрел он в красивые карие глаза напротив. — Я тут, сегодня, собирался домой за своими вещами съездить, не мог бы ты со мной прокатиться, пожаалуйста? Я не хочу тебя сегодня оставлять ни на минутку. Мне с тобой так хорошо и спокойно. — Ну ладно, если ты так просишь, значит поедем к тебе домой вместе, — взглянул Эмилька в серые глаза Димы. — Ну не могу я тебе отказать, когда ты вот так на меня смотришь. — Спасибо тебе, любимый, — обрадовался Дима. Закончив трапезу, парни вернулись в гостиницу и сдали ключ от их номера девушке-администратору, которая была на ресепшне, потому что Дмитрий всё же решил не оставаться там, а перебраться за город, в их дачный домик, а затем отправились к нему домой. Примерно через сорок минут, они подъехали к дому Масленникова и стали подниматься в квартиру. Оказавшись внутри, Дима провёл Эмиля в гостиную, а потом снял и положил свою барсетку на журнальный столик. — Я хочу пить, — сказал он направляясь на кухню. — Ты будешь что-нибудь? У меня там кола была, в холодильнике, я думаю она ещё осталась, мои родители ведь её не пьют. — Я бы выпил холодненькую колу с большим удовольствием, — усмехнулся Эмиль. Дима пришёл на кухню, открыл холодильник, вытащил оттуда пару баночек колы и вернулся к Эмилю в гостиную. Когда он вошёл туда, увидел что его любимый разглядывал его детские фотографии, висящие на стене над диваном. Он снял одну из рамок, чтобы получше рассмотреть фото. Дима увидел как загорелись его глаза и сразу понял, какую именно фотографию он выбрал. Масленников поставил баночки с колой на журнальный столик рядом с барсеткой. — Боже мой, это ты? — с издёвкой усмехнулся парень. — Отдай, — потянулся Дима к рамке с фотографией. — Ты такой милый!— рассмеялся Эмиль. Дима повалил его на диван, но тот спрятал фотографию за своей спиной. Удерживая Эмиля под собой, он попытался отобрать у него рамку. Кудряш истерически смеялся и извивался под ним. — Ты был таким пухленьким очаровашкой! — заливался смехом Эмилька. — Я не пухленький, — руки Димы были уже под ним в поисках фотографии. — Отдай! Эмиль смеялся словно сумасшедший и едва мог дышать. — Ладно-ладно! — закричал он, — забирай её уже! Дима взял рамку и положил её на столик, изображением вниз. Он склонился над Эмилькой и поцеловал его. Они продолжали горячо целоваться ещё некоторое время, пока не услышали неопределённые звуки снаружи, Дима с большой неохотой оторвался от Эмиля прислушиваясь к ним. — Во сколько, обычно твои родители возвращаются домой? — взглянул на Диму паренёк. — Когда как, — Масленников снова принялся осыпать его поцелуями. — Это зависит от того, сколько много у них дел и уроков в школе. — Значит, они могут вернуться сюда в любую минуту? — Да нет, — пробубнил Дима, оторвавшись от Эмиля он глянул на настенные часы. — Как минимум ещё пару часов их точно дома не будет, — он снова впился в губы Эмиля жадным поцелуем, но звуки опять повторились и теперь уже были громче, чем в предыдущий раз. Раздался шорох и в гостиную вошла женщина. — Дима! — воскликнула она с улыбкой. — Сынок, ты вернулся? Да ещё и с гостем! Здравствуй, Эмиль! — Здравствуйте, Наталья Сергеевна. — Мама!? — ошарашенно выдал Дима. — Почему ты сегодня так рано? Парни отстранились друг от друга и уселись на диван. — Это очень долго объяснять, — улыбнулась Наталья. — Пойдёмте на кухню, чайку попьём. Я как раз заварные пирожные принесла. И заодно поговорим с вами обо всём…