Ищу тебя

      «Выглядит даже неплохо», — похвалила себя девушка, глядя на ещё не готовую выпечку.       Пирожок действительно выглядел довольно аккуратно, учитывая, что Луз впервые готовила что-то подобное. Нет, она, конечно, видела, как раньше готовила Камилла, но участие никогда не принимала. Лишь придавала кусочкам теста причудливые формочки, как из глины, после чего мать отправляла их в печь вместе с основными блюдами. Получалось довольно вкусно. Но сейчас Луз подошла к делу намного ответственнее. Аккуратно раскатывая следующую порцию теста, она, взяв из посудины ложкой горку пюре, аккуратно выложила ее в центр. Сложив тесто пополам, Луз принялась зажимать с краю «шовчик», как его называл Антонио. Приготовить пирожки была инициатива самой Луз. Она помнила, как совсем недавно обещала Антонио помочь, а товарищам-гильдейцам явно не так часто подают домашнюю выпечку. Хотя, не будем лукавить, у самой Луз была и другая причина. Но вернёмся к готовке. К негодованию Носеды, ей пришлось работать в специальных кожаных перчатках. Никто не знает, что под бинтами у нее нет тех ужасных гниющих ран, поэтому, из логичных соображений, она решила прибегнуть к такой уловке. — О, Люз, просто замечательна! — Одобряющие воскликнул Антонио своим причудливым акцентом.       «Люз» взглянула на проделанную работу. С десятка досок были полностью заняты пирожками, отчего места на кухне, казалось, совсем не осталось. Несколько партий уже отправились в печь, поэтому на кухне был аппетитный запах свежей выпечки. Иногда мимо проходящие соратники аккуратно приоткрывали дверь, чтоб посмотреть, чем так вкусно пахнет. В один такой раз Антонио сердито взял полотенце и шлёпнул Сэма по носу. Тот забавно сморщился, обижаясь на повара. Луз лишь тихонько посмеялась от такого. Было забавно наблюдать, как, казалось, взрослые люди вели себя как маленькие дети, которым вот-вот дадут вкусняшку. — Вот и все, дорогушя, дальше Антонио сам справится. — Тебе точно больше не нужна моя помощь? — спросила Луз, снимая перчатки. — Нет-нет, скоро все будет готово. Если сильно устала, можешь взять свою порция, как и договаривались!       Мужчина, не дожидаясь ответа, сунул Луз поднос со свежей выпечкой. Они сразу договорились, что Носеда украдёт себе пару штучек после окончания работы. Антонио не был против. Наоборот, он очень обрадовался, когда Луз сама предложила готовить вместе. «Нужно будет почаще сюда наведываться», — решила она.       Луз поставила доску на свободное место на столе. Достав заранее приготовленную корзинку, она аккуратно переставляла пирожки один за другим. Выпечка была ещё теплой, а корочка такой хрустящей, что Луз еле сдерживалась, чтоб не съесть один раньше времени. Мотнув головой, отгоняя соблазнительные мысли подальше, она решительно накрыла еду чистым полотенцем. Луз готова подождать — Прошу вашего внимания, — загадочно щурила глаза Носеда.- Та-да-а-ам! — Резко сдернув ткань, представила блюдо она.       Глаза девушки напротив заблестели, как роса в солнечных лучах, и Луз была готова поклясться, что увидела еле сдержанную улыбку на бледном лице. — Красивые, — только сказала Эмити, беря один пирожок в руки. — А ещё и вкусные, — подметила Луз. — Ну, это мы ещё проверим, — несерьёзно буркнула та.       Уголки губ сами поплыли вверх. Луз было безумно приятно, что Эмити (!!! Эмити!!!) сейчас непринужденно сидит на зеленой траве рядом с ней и шутит такие глуповатые шутки. Ещё совсем недавно ее не покидало чувство, что загадочная девушка из леса даже видеть ее не хочет. Но та, кажется, привыкла к постоянному присутствию Носеды. — И что ты скажешь теперь, — спросила Луз, подперев голову рукой и наблюдая, как ее собеседница облизнула пальцы, которые ещё совсем недавно держали выпечку. — Может от тебя и будет прок, — сдавшись, довольно прикрыла глаза она. — Ну хоть что-то, — победно хмыкнула Носеда. Конечно она понимала, что Эмити просто не хочет признавать того, что ей понравилось. «Вредина»       Луз легла на траву, поддавшись приятной атмосферы спокойствия и умиротворения. Лес шелестел своими кронами, а пение птиц убаюкивало, словно колыбель. Тут она всегда чувствовала себя свободнее. Ее преследовало обманчивое ощущение, что все проблемы остаются там, в стенах душного, пыльного города. Но тут…тут все было по-другому. А присутствие Эмити только усиливало это чувство. Повернув голову, Луз не могла оторвать глаз от этой девушки. Кто она? Как тут оказалась? Носеда все ещё не находила ответы на эти вопросы. Но даже просто находиться рядом с ней вызывало у Луз восторг. — Почему ты всегда так смотришь на меня? — Заметив на себе взгляд не первый раз, спросила Эмити. — Потому что ты милая, — даже не задумываясь, вырвалось с уст Луз.       Только пару мгновений спустя она поняла, что сказала это вслух. Лицо ее тут же вспыхнуло. — Ну…то есть…просто…- заикаясь, оправдывалась она. А Эмити, как на зло, внимательно следила за ее поведением. — З-знаешь, я очень редко встречаю лесных духов, вот-т, — еле закончила Носеда. — Ты уже не первый раз меня так называешь. — Что? П-правда? — Смущённо переспросила Луз, вспоминая, когда же она ещё могла ляпнуть нечто подобное. — При первом нашем разговоре ты тоже назвала меня лесным духом. Кто это? — А-а., — протянула Луз понимая, что это было не про «милая». — Ну, как кто? Я думала, это такие, как ты. — Какие?       Сначала ей показалось, что Эмити просто острит, однако взглянув на нее поняла, что та искренне интересуется. — Один мой друг говорил, что лесные духи — прекрасные создания, очаровывающие охотников и путников. Они зазывают людей в самую глубь леса и пожирают бедняг. — Вот оно как.       От этих слов Эмити, кажется, разочаровалась. — Но это просто слухи! Ты сама говорила, что нам, людям, лишь бы бредни и слушать. Да и ты же не съела меня, — проведя рукой по шее сказала Луз. Эмити лишь вздохнула. — Почему ты вдруг интересуешься? — Через несколько минут тишины спросила Носеда. — Хотела узнать… — задумчиво ответила Эмити.       Луз хотела пошутить, что это логично, но вдруг поняла, что девушка сейчас выглядит очень грустной. Что-то кольнуло в сердце при этой картине. Луз никогда не видела Эмити такой. Да, она была всегда холодной и отстраненной. Но сейчас печаль в ее глазах застала ту врасплох. — Эй, ты чего, — мягко подсела Носеда. Не слишком близко, но достаточно, чтоб оказать поддержку.       Но Эмити никак не отреагировала. Лишь продолжала смотреть на сцепленные в замок руки, сжав губы в тонкую линию. Луз совсем не представляла, что ей делать. Но тут у нее, словно, открылись глаза. Все это время. Все это время Эмити не была, как ей казалось, бесчувственной и равнодушной. Как же она раньше не замечала, что той было до ужаса одиноко. Ведь сама Луз так же не обладает силами выражать свои эмоции, запирая их на тысячи замков внутри. Но она даже представить себе не может, что скрывается в душе той. Под маской безразличия Эмити прячет пугающую до мурашек боль, с которой ей приходилось жить немыслимое количество времени. От этого осознания тело Луз покрылось мурашками, будто она в мгновение ока очутилась в центре снежного бурана. Может ли она вообще хоть как-то облегчить состояние зеленоволосой? — Эмити…- Луз сочувствующе окинула названную взглядом. Впервые за все время она увидела перед собой не девушку-загадку, а сломленного ребенка, чье сердце окутали страшные муки жестокой судьбы. — Хочешь, мы разберемся со всем вместе? — Неожиданно для себя предложила Носеда.       Сердце Луз разбилось на мелкие осколки, когда девушка подняла такой привычный для нее холодный взгляд. За ним и в самом деле было сложно узнать настоящую Эмити. — Время неумолимо, Луз. Рано или поздно все придается забвению.       Отчего-то эти слова звучали с непривычной оторванностью. Пугающее осмысление услышанного вызвало у Луз новую волну горького сожаления. — Ты ничего не помнишь…- сообразила она, наконец поняв, с какой целью Эмити задала тот странный вопрос.       Молчание стало подтверждением ее догадки. Луз столько раз донимала ее глупыми вопросами, ответа на которые Эмити не находила. Но ей всегда казалось, что это было связанно с тем, что та не желала с ней делиться. Вероятно…все это время она действительно обдумывала каждое новое предложение Носеды, утопая в забытие прошлого. Эмити встала, чем прервала раздумья Луз. Безмолвно, она ступала по траве, остановившись у огромного дуба. Носеда наблюдала. Она не раз видела, как Эмити ловко взбиралась по ветвям, но, к удивлению, сейчас она лишь провела рукой по ребристому стволу. — Я помню, — начала Эмити тихим голосом. — Помню, на что способны черные людские души. — Почему ты так говоришь? — Это место… стало могилой моего друга. Когда-то я была знакома с одним человеком. Девочкой, что любила приходить в этот лес. Ей нравилось слушать пение птиц и пить чистейшую воду из ручья. Но больше всего — собирать цветы. Девочка делала сухоцветы из них и хранила в своем дневнике, бережно подписывая каждое растение. Но жестокие люди отобрали у нее все это. Трое мужчин делали…ужасные вещи с ней, после чего лишили жизни, а бездыханное тело бросили в яму, засыпав сырой землёй.       Луз не нашла, что сказать. Ей было очень больно за девочку из рассказа. Теперь всё стало на свои места. Поведение Эмити при первой их встрече. Нежелание общаться, призрение к людям. От этой истории Луз стало не по себе. Возможно, Эмити права. Люди — жестокие существа. Яд в сердцах оскверняет этот мир, гниющий от злобы и алчности. Но неужели все безнадежно? — С моей памяти стёрлись черты ее лица, звучание голоса …Но на месте ее могилы выросло прекрасное дерево, что по сей день служит напоминанием о безжалостности людских желаний. — Мне…очень жаль, — лишь прошептала Носеда, глядя в потухшие янтарные глаза.