Наследники

      — Перси, у тебя будет сестричка, — сказала Салли.       Новость не была неожиданной, но легче от этого не становилось. Юноша на секунду остановился в дверях, выдохнул и шагнул в спальню матери, что сейчас полулежала на огромной кровати, тоскливо уставившись в окно.       Выглядела она глубоко несчастной, и лица на ней не было. Не так узнают о будущей дочери, но Перси прекрасно понимал, почему у неё такое настроение.       Как бы там ни было, он не хотел видеть мать грустной, а потому Перси улыбнулся в попытке её приободрить и облокотился на её туалетный столик, скрестив руки на груди.       — Давай придумаем ей название, — предложил Перси.       Салли всё же улыбнулась, прекрасно понимая, что её уже семнадцатилетний сын просто дуркует, смеша её. Она повернулась к нему со слабой улыбкой.       — Имя, Перси, — мягко поправила она. — Мы придумаем ей имя.       Перси хмыкнул, довольный собой. Ему совершенно не нравилось видеть маму грустной, а потому даже лёгкая улыбка его приободрила. Он быстро поцеловал её в лоб и так же быстро отстранился, сделав вид, что не он тут проявлял нежности.       — Ладно, имя так имя, — пожал плечами юноша и снова посмотрел на мать, которая обеими руками держалась за живот и чуть сутулилась.       Ребёнок ещё не родился, а она уже тревожилась за судьбу малышки, и на то были причины.       Перси незаметно сжал руки в кулаки. Ну уж нет, он их в обиду не даст. Ему нужно придумать, как их обеих уберечь.       Перси снова попробовал улыбнуться. Не стоит маме знать, что он что-то задумал. Если у него всё получится, она будет рада, если нет, она всё равно не прибьёт его раньше, чем это сделает его отец.       — Отдыхай, скоро буду, — попрощался он с мамой и, снова быстро чмокнув её в щёку, почти было выскочил из комнаты.       — Перси, — окликнула Салли сына, заставив того остановиться. — Только не делай глупостей.       Она смотрела на него обеспокоенными карими глазами. Ей вполне хватало переживаний за нерождённую малышку. Перси в порыве защитить мог совершать порой не совсем обдуманные поступки.       — Всё в порядке, — пожал плечами юноша и, улыбнувшись, вышел.       Салли всё равно никогда не узнает и половины его безрассудств, которые срабатывали. А это просто обязано было кончиться успехом.       Перси отправился в свои покои. Даже самые сумасшедшие идеи требовали хотя бы минимальной подготовки. А сейчас ему необходимо было найти самое приличное в гардеробе и добраться до цели, не заляпавшись по пути.       И если бдительность мамы ему удалось усыпить, то с дядюшкой было чуть сложней.       — Стоять, мой дорогой племянничек.       Аид тормознул Перси прямо у самого выхода и окинул его строгим взглядом своих чёрных смольных глаз. Джексон, который отродясь ненавидел официальную одежду, вдруг приоделся и стоял перед гостем и одновременно родственником в отглаженных чёрных штанах, чистой белой рубашке, поверх которой был надет чёрный сюртук, застёгнутый до последней пуговицы, а на шее красовался чёрный платок. Но самое странное было не это. Перси можно было затащить в приличный вид либо строгим взглядом отца, либо ласковым словом мамы, но вот заставить его причесать волосы было делом бесполезным. Посейдон даже как-то ляпнул, что даст в награду золотой слиток тому, кто сумеет постричь его сына. Перси потом долго ходил злой на своего лучшего друга Гроувера и с короткой неровной стрижкой.       Но сейчас отца не было.       — Ты что, причёсан? — словно не веря самому себе, уточнил Аид. — Что произошло? Ты где-то напортачил? Учти, за красивую укладку я тебе ничего не прощу.       Перси закатил глаза и вздохнул, отмахиваясь от попыток Аида дотронуться до его волос и убедиться в реальности происходящего.       — Всё в порядке, дядя, — проворчал юноша, отступив всё же на шаг назад.       От Аида всегда веяло холодом, а его руки и пальцы были и вовсе ледяные. От их прикосновения всё тело вздрагивало и покрывалось мурашками, поэтому Перси не любил, когда он к нему прикасался, и старался держаться от него подальше. Да в целом Аид был самым странным из троих королей объединённых королевств и самым жутким.       — Надеюсь. Потому что мне не хочется, чтобы началась ещё одна гражданская с моим дорогим братцем Посейдоном из-за того, что ты, вечный источник проблем, пострадал, когда был под моим присмотром, — почти пропел Аид, скрестив руки на груди.       Перси закатил глаза. Ну и почему Посейдон вечно в разъездах и оставляет присмотр за своим наследником Аиду. Хотя уж лучше он, чем Зевс. Тот порой в своей строгости границ не знал. До сих пор Перси со страхом вспоминал, как король отослал своего кузена на окраину после того, как приказал прилюдно наказать его ударами плетьми за небольшую оплошность. Ну уж нет, лучше Аид и его ледяные руки.       — Я же сказал, всё в порядке, — повторил Перси, отгоняя непрошенные мысли.       — К твоей маме сегодня приходил врач, — сказал Аид. — Известно уже, кто это?       Перси поджал губы, отвернувшись. Конечно, дядя был в курсе всего, что происходит. И почему юноша не додумался выйти через окно, чтобы не попасться ему на глаза?       — Нет, — соврал Перси.       Аид резко сжал его плечо, заставив посмотреть на себя. Он посмотрел на юношу своим чёрным проницательным взглядом, заглядывая, казалось, прямо в самую душу.       — Я очень надеюсь, что это правда, потому что ещё одной гражданской войны не хочу, а брак твоей, да будут небеса благосклонны, сестрёнки и сына Зевса продлит нам мир ещё на пару десятилетий.       — Интересно, с таким же нетерпением все ждали, что я буду девочкой? — съязвил Перси.       — Я предлагал нарядить тебя в платье и выдать за девушку, всё равно с твоим худощавым телосложением этого бы никто не заметил, — парировал Аид, а потом, хмыкнув, добавил: — Разве что в первую брачную ночь. Но все мы знаем об извращениях Зевса в постели, было бы удачей, если бы его сын перенял и это качество от отца.       Перси пожалел, что вообще завёл разговор об этом, и продолжать перепалку не желал, а потому стиснул зубы, собираясь всё же выйти из поместья, но твёрдая рука дяди на плече не дала даже развернуться.       — Так кто же будет у Салли? — повторил свой вопрос Аид, и на этот раз в его голосе звучала сталь.       — Я не знаю, — твёрдо повторил Перси, не отводя взгляда. — Но если у меня получится сделать то, что я задумал, это будет неважно.       Перси снова попробовал отвернуться, но Аид рывком дёрнул его за плечо, возвращая к себе.       — Что ты задумал? — процедил дядя, сжимая плечо юноши так крепко, что тот зашипел, но когда Перси другой рукой попытался смахнуть его руку, Аид свободной рукой ударил по ней, не позволяя, и навис грозной тенью над племянником. — Слушай сюда, малой, если ты сделаешь хоть что-то, что нарушит мир между тремя королевствами, я лично тебя выпотрошу.       — Да не собираюсь я рушить весь мир! — возразил Перси. — Но если у меня всё получится, то будет неважно, сестра у меня будет или брат, а вы наконец перестанете прятать своих детей, о которых якобы никто не знает.       Лицо Аида вмиг стало каменным, но племянника он отпустил.       — Угроза про потрошение всё ещё в силе, — напомнил Аид. — И не болтай о чём не знаешь.       Перси поправил воротник и размял плечо. Тема с детьми всегда была особо нелюбимой дядюшкой, и Джексону удалось разнюхать почему. Не то чтобы он хотел использовать для шантажа юных ребят, оказавшихся на редкость милыми в отличие от их отца, но пригрозить — вполне. Что-что, а блефовать он умел.       — И не собирался. Но если не хотите, чтобы Зевс обратил внимание на этот слух, я бы посоветовал вам, дядюшка, постараться убедить моего отца, что мой выбор единственно верный.       Аид выразительно поднял бровь:       — Пока что ты единственный наследник своего отца, а судя по всему, он не очень обрадуется тому, что ты сделаешь. Что ты вообще собираешься делать?       — Защитить свою семью, как вы своих детей, — только и ответил юноша, не отводя взгляда от лица Аида.       Дядя больше ничего не сказал, лишь смерил племянника строгим взглядом, а потом выдохнул:       — Тебе хорошо удаётся притворяться идиотом. И ты этим, оказывается, хорошо пользуешься.       — Так я пойду? — это было скорее утверждение, чем вопрос, но Аид всё же кивнул, а Перси, откланявшись, ушёл.       Перепалка с Аидом ещё раз убедила Перси в верности своего решения. Ни ему, ни Зевсу не видать его сестрёнку в качестве невестки.       Джейсон Грейс был единственным сыном Зевса и его наследником. Джейсон Грейс был обладателем коротко стриженной золотой шевелюры и небесно-голубых глаз. Джейсон Грейс был примером для подражания и идеалом для ребят любого возраста.       Джейсон Грейс был занозой в жизни Перси, и это было его самым большим достижением.       Но в царской жизни Перси была куча правил и формальностей, и в эти правила и формальности входило поддерживание дружеских отношений с Джейсоном.       В эту лицемерную игру оба играли с раннего детства. Иногда маски слетали, но им обоим всегда напоминали, кто они. Не друзья, не братья, а наследники двух королевств, между которыми хрупкий, едва ли поддерживаемый мир.       Игра продолжалась.       Не всегда всё получалось. Но иногда не получалось особенно сильно.       А что самое важное и теперь неприятное — это было взаимно.       — О, Джейсон, добрый день! — поприветствовал Перси, увидев Грейса, только вернувшегося с конной прогулки.       Интонация была радушно удивлённой, мол, не он тут провёл последние пару часов, подстерегая золотого наследного принца. На широком конном поле белая лошадь выделялась среди прочих, прямо под стать хозяину. Она прошагала к слугам, так приподнимая свои копыта, будто эта грязная земля не заслуживала даже её подков.       Такая же заносчивая, как и её хозяин.       Перси больше не мог смотреть на это высокомерное создание и снова посмотрел на Грейса.       Джейсон нахмурился, завидев его, но не поспешил броситься к нему с ответным приветствием. Весьма грациозно Грейс остановил коня, изящным движением поднял и отвёл ногу, спрыгивая на землю, и тут же выпрямился, демонстрируя идеальную осанку. Джейсон двигался неторопливо, словно давал возможность этому миру насладиться его красотой и грацией. Полюбоваться им, как всегда одетым безупречно даже для обычной верховой езды. Посмотреть на его идеально ровные ноги, обтянутые светлой тканью штанов, на красивую линию голеней в высоких сапогах, на идеальный изгиб спины в чёрном жилете, на отведённые назад широкие плечи и на шею в красивом платке.       Джейсон лёгким движением руки показал Перси подождать минуту, а сам повернулся к слуге, поклонившемуся ему. Шлем и прочие мелочи он передал ему, погладил лошадь по морде, неспешно снял перчатки, обнажая длинные красивые пальцы, и только потом направился к Перси, окинув того чересчур уж удивлённым высокомерным взглядом.       — Не ожидал тебя увидеть здесь, — заметил Грейс, неторопливо выговаривая слова.       Чтобы вновь дать возможность всем вокруг восхититься и его плавным голосом, и тем, как чётко и красиво он выговаривает слова.       Надо ли говорить, как сильно Джейсон Грейс бесил Перси Джексона?       Перси сделал глубокий вдох-выдох и сцепил руки за спиной. На лицо натянул улыбку. Не такую вежливую и идеальную как у Джейсона, конечно же.       — Решил проведать друга, — ответил юноша.       Джейсон выразительно приподнял бровь и даже остановился, чтобы одним своим удивлённо-требовательным взглядом заставить Перси говорить.       Джексон сделал ещё шаг вперёд, не имея никакого желания останавливаться и впечатляться выразительным видом Грейса, но тот встал как вкопанный и двигаться не собирался, а потому Перси опустил голову, выдыхая, и повернулся к светловолосому юноше.       — У меня к тебе разговор, — признался Перси.       Джейсон сощурил голубые глаза, оценивая степень серьёзности намерения Перси, посмотрел на его костюм и, наконец, сделал шаг вперёд, продолжая неспешную прогулку к своей части замка.       — Тогда почему без меча и лучшего друга? Ты ж не расстаёшься со своим Анаклузмусом и... Гроувером.       Это что прозвучало в голосе Джейсона? Ревность? Перси бы так и подумал, если бы он и Грейс не пытались прикончить друг друга всякий раз, когда оказывались на арене.       — Наш последний такой разговор с мечами оказался не слишком... продуктивным, — напомнил Перси.       Они тогда бились на своих конях в качестве тренировки и, слишком заигравшись, чуть не прикончили друг друга. Слуги вовремя их остановили, но спор о том, кто б кого мог прикончить, продолжался по сей день и был той самой нежеланной темой, после которой они вновь хватались за мечи. Чтобы Перси и признал, что почти свалился с коня? Или что Джейсон почти выронил свой меч? О нет, спорить, кто кого мог убить, они могли бесконечно.       — Ты про тот наш бой? — уточнил Джейсон.       — Ага, — кивнул Перси и вздохнул так тяжело и грустно, словно собирался сделать нечто страшное и необратимое. Впрочем, именно так это и ощущалось. Он готов был пожертвовать боем, чтобы выиграть войну. — Про тот самый, когда ты меня чуть не уделал.       Юноша тут же поджал губы, чувствуя лёгкую горечь поражения, а Джейсон устало выдохнул и закатил глаза, на автомате начиная возражать:       — Нет, это когда я тебя чуть... — и тут Грейс замер, только услышав то, что сказал Перси.       Джейсон снова остановился и внимательно посмотрел на юношу, который с усилием поджал губы и вдруг нашёл что-то удивительное на носках своих начищенных туфель.       — Всё настолько плохо? — уточнил Джейсон.       Перси качнулся с пяток на носки и, выдохнув, посмотрел на Грейса.       — Не плохо, но серьёзно, — без тени ухмылки сказал Джексон.       — Ты без меча и с согласием в нашем вечном споре, — подытожил наследный принц и сделал шаг вперёд, сокращая между ними расстояние. — Куда ты собираешься пролезть без мыла, а, Персей?       — Я бы с радостью продолжил такую неоднозначную беседу, но мне правда надо с тобой серьёзно поговорить.       Джейсон, не шевелясь, смотрел на Перси с полминуты и только потом снова продолжил прогулку.       — Лесть тебе в любом случае не поможет.       Перси, следовавший на полшага позади, закатил глаза. Джейсон был холоден и неприступен до первого комплимента о его шикарной белобрысой шевелюре и признания его силы. Ему было негоже выдавать свои истинные желания, но Перси видел, как его тонкие губы складывались в едва уловимую полуулыбку.       — Думаю, мы найдём выход, — предположил Перси.       — Думаю, ты сначала мне выложишь всё, а потом уже скажем это заветное «мы».       У Перси зачесались кулаки. Не то чтобы он и правда рассчитывал на понимание и помощь Джейсона, но Грейс умудрялся вновь и вновь удивлять своим немереным эго.       — Тебе когда-нибудь говорили, что ты обладаешь удивительными дипломатическими качествами и с тобой приятно иметь дело? — язвительно спросил Перси и тут же прикусил язык.       Джейсон ухмыльнулся.       — Сарказм от тебя слышать привычней, — заметил он, радуясь, что всё же немного сорвал маску с лица друга. — Ну так что случилось?       Перси выдохнул, стараясь держать себя в руках. Природная вспыльчивость может сейчас только помешать, но оставаться спокойным ему было тяжело.       — Помнишь, я рассказывал тебе о девчонке?       Перси звучал как можно беззаботней. Зашёл, конечно, он очень издалека.       Джейсон нахмурился и осуждающе покачал головой. Чего ещё он ожидал от прохвоста Джексона? И костюм наверняка просто спектакль для очередной легкомысленной барышни с весьма дурным вкусом на парней очевидно.       — Уточни, я не веду учёт проходящих мимо твоей постели, — заметил Грейс.       Перси фыркнул и совсем немного обиженно поправил:       — Я б не сказал, что мимо, скорее через, а там иногда уже и «в», и «на» и «под», а иногда и «между».       Джейсон снова только взглядом дал Перси понять, что хвалёная педантичность златовласки на предлоги к постели друга не распространяется.       — Это твоя проблема? Девчонка? Из толпы фанаток вновь выбрал ту, что на тебя даже не смотрит?       Перси очень хотелось сказать, кого именно он нашёл, но это и был козырь в его рукаве.       — Ты, конечно, поменял команду, но я слышал, что ты чередуешь. Мог бы посочувствовать, — чуть обиженно упрекнул Перси. Джейсон смерил его ледяным взглядом, и юноша примирительно поднял руки, возвращаясь к своей теме: — Но дело не в этом. Она просто оказалась очень милой.       Джейсон в который раз посмотрел на Перси, желая убедиться, что перед ним всё ещё его друг, который в своём обыкновенном состоянии раздражал Грейса до боли в стиснутых зубах своей беззаботностью, беспечностью и всем тем, чего так порой не хватало самому Джейсону. Но а что сейчас? Неужели Перси угораздило... влюбиться?       Эта мысль почему-то ему не понравилась, и он презрительно сморщил нос и нахмурил брови. Перси тоже задумался, ожидая не совсем такой реакции.       — Ты от меня благословения ждёшь или как? — резче, чем надо, спросил Джейсон и тут же поджал губы, сообразив, что выдал эмоций больше, чем полагается.       Перси усмехнулся. Ему нравилось периодически выводить Джейсона из себя, срывать с него маску беспристрастного наследника будущего королевства. Для этого у Перси было в арсенале пару проверенных методов, но и новые неожиданные ему периодически открывались. Например, сейчас такой резкой реакции Перси не понял, но был доволен, что задел за живое.       — Она просто очень необычная. Знаешь, у неё такие прекрасные короткие чёрные волосы и яркие голубые глаза. И характер будь здоров.       Джейсон при описании лишь на секунду замер, задумавшись, но быстро тряхнул головой и успокоился. Перси бы даже не заметил этого, если бы не искал именно такую реакцию на лице друга.       — Ну хоть ради разнообразия никто к тебе в постель не прыгает сразу.       — Ты что, ревнуешь? — предположение это Перси высказал в шутку, но Джейсон её не сильно оценил и испепелил юношу холодным взглядом своих голубых глаз.       Но потом вновь развернулся и принялся шагать дальше. Джексон продолжал идти за ним, отставая лишь на полшага.       — Перси, ближе к делу, — почти прорычал Грейс. — И только не говори мне, что вырядился ты только из-за разговора о строптивой голубоглазой брюнетке. Что случилось? Это связано как-то с твоей мамой? У тебя что, будет сестрёнка?       Джейсон резко остановился и круто развернулся, из-за чего Перси почти на него навалился, но вовремя выставил руки вперёд и остановился. Эта догадка была неожиданной, но, судя по реакции Перси, верной.       Грейс с каменным лицом лицезрел весь спектр эмоций на лице Перси. От удивления до страха, а потом привычной спокойной усмешки.       — И ещё раз, ты прекрасный переговорщик, — напомнил Перси.       — Я не позволю собой манипулировать, — заметил Грейс. — А договорённость между нашими королевствами такова, что мир поддерживается за счёт браков. И раз уж у Аида вообще нет наследников, а у тебя, судя по всему, будет сестра, что ж. У меня, кажется, появилась невеста.       Джейсон смаковал каждую эмоцию на лице Перси. От отвращения, выраженного сморщившимся носом, до гнева в зелёных глазах и поджатых губах.       Будущая сестра Перси будет наречённой в жёны Джейсону и станет ею, как только достигнет нужного возраста. И проблема была не столько в Грейсе, сколько в его отце, о строгости которого во всех трёх королевствах рассказывали самые страшные истории и шёпотом. Да в любом случае Перси не собирался отдавать ещё нерождённую сестру как жертвенного козлёнка во имя холодного мира.       — А я не позволю неволить свою сестру, — уже серьёзно ответил Перси и расправил плечи, переставая, наконец, играть в дурачка. — И именно поэтому у меня к тебе есть предложение.       — И почему я его должен вообще выслушать? — почти нараспев спросил Джейсон, явно чувствуя своё превосходство.       — Потому что сейчас между нашими тремя королями холодная война, не смотря на условный мир. А вдвоём в согласии мы покорим с тобой весь мир, — пообещал Перси, а потом усмехнулся. — Но у тебя ведь всё ещё нет причин меня слушать, не так ли?       — Если это всё твое предложение, оно весьма слабое, — заметил Джейсон. — Брак поспособствует нашей более крепкой дружбе, не находишь?       Перси выдохнул. Не хотел он использовать этот аргумент, но Джейсон его вынудил.       — Смотря кого и с кем. Помнишь, я рассказал тебе про девушку? Я, кажется, не упомянул её имя, — Перси стал говорить тише и деланно задумался, почесав подбородок. Джейсон вмиг превратится в живую статую. — Талия, вроде как. Королевское имя, не находишь? Интересно, долго ли будет злиться Посейдон на то, что вдруг объявилась твоя сестрёнка? И будешь ли ты цветочным мальчиком на нашей свадебной церемонии?       Перси остановился и внимательно посмотрел на Джейсона, не сумев скрыть довольную ухмылку. Любая реакция Грейса после такого холода подтвердит то, о чём Джексон догадывался.       — И какое у тебя предложение? — ледяным голосом спросил Грейс.       Победная ухмылка Перси стала ещё шире. Он прочистил горло и улыбнулся, протягивая другу руку.       — Предлагаю тебе свою верность и поддержку в ответ на свободу моей сестры. Этой и, может, будущих.       — И какие гарантии, что это не пустые слова? — спросил Джейсон.       Перси тяжко вздохнул и опустил руку. Да, дотошный Грейс всегда был таким. С самого детства. Не желал лезть в омут, который плохо знает, а потому, пока Перси и Гроувер уже были по уши в какой-нибудь неприятности и со звонким мальчишеским смехом с ней разбирались, маленький Джейсон вечно стоял в сторонке и хмурил свои светлые бровки, с королевской холодностью и высокомерием, доставшимися от отца, наблюдая за другими.       Впрочем, когда всё было очень плохо, а когда в деле были замешаны Перси с Груовером, по-другому и быть не могло, именно Джейсон со своим сморщенным от отвращения носиком находил им прикрытие, клятвенно заявлял, что больше не подкинется на игры ребят и вообще, он в последний раз им помог. Перси с Гроувером и сами не всегда хотели втягивать в свои проделки Джейсона, но так уж сложилось, что когда Перси и Гроувер брались за дело, радиус поражения всегда распространялся на всех, кто их окружал на ближайшие пару километров. Джейсон всегда оказывался рядом, и не потому, что так сильно пытался держаться подальше.       — Клятва на мизинчиках тебя устроит? — чуть раздражённо спросил Перси.       — Мне нужны гарантии, — заявил Джейсон.       Джексон почти ляпнул про Талию, но вовремя закрыл собственный рот. Эту карту нельзя разыгрывать постоянно, если только он не хочет потерять её.       — Всё, на что тебе хватит фантазии, а мне покажется приемлемым, — ответил юноша.       Джейсон сделал шаг вперёд, сокращая между ним и Перси расстояние до пары сантиметров и необдуманных поступков. Джексон не заметил, как перестал дышать, вглядываясь в холод голубых глаз.       — Я сообщу тебе позже, — наконец решил Джейсон. — И не советую отказываться.       — Не советую давать своей фантазии вольность, — почти шёпотом заметил Перси. — В наших же интересах договориться между собой и убедить отцов.       Договаривать юноша не стал, но Джейсон понял всё без слов. Узнай Посейдон, что Зевс скрыл свою наследницу, простым дворцовым конфликтом это не закончится. Да и Аид теперь сможет занять сторону Посейдона, объявив Зевса лжецом. Одной гражданской войны им хватило. Вторую начинать не хотелось.       — И ещё раз: я сообщу о своём условии позже, — стальным голосом ответил Грейс.       Он царственно выпрямил спину, поднял подборок, и на его лице вновь застыла маска наследного принца: сжатые в тонкую полосочку губы, ледяной взгляд и надменно выгнутая бровь.       Джейсон сделал шаг назад и, окинув ещё раз Перси оценивающим взглядом, развернулся и неспешным шагом направился к дворцу.       На этот раз Перси догонять его не стал. Он позволил себе выдохнуть, расслабиться и попутно успокаивал себя, что разговор прошёл не так уж и ужасно.       Дело оставалось за малым. Убедить Зевса в разумности такого предложения и не получить нагоняй от собственного отца за самовольность.       Перси вспомнил обеспокоенное лицо мамы. Ради неё и будущей сестры он должен сделать всё необходимое, чтобы их защитить.