A, B, C, DeathNote!

      — Долго ещё ехать? — проныла Саю. После трёх часов в машине её задница затекла и, казалось, навеки приклеилась к сиденью. Конечно, это не могло способствовать хорошему настроению. Не радовало и то, что Рю и Лайт теперь носили одинаковые кольца и почти не отходили друг от друга. Саю едва успевала перевязать Рю его несчастный пальчик, как Лайт тут же оттаскивал жениха в сторону и принимался нацеловывать.       По мнению Саю, всё это было довольно противно. Единственным плюсом в их помолвке было то, что на губах Рю теперь постоянно цвела застенчивая улыбка, от которой сердце Саю всякий раз наполнялось счастьем. Эту улыбку она считала самой милой на свете.       Вот и сейчас Рю встретил её взгляд, просиял, и Саю мгновенно растаяла.       — Почти приехали, сестрёнка.       Саю порозовела от удовольствия. Рю будет замечательным братом. Влюбляться в него, конечно, было глупо, Саю готова была это признать, но теперь Рю станет частью семьи, и её чувства, как бывает со всякой невинной любовью, быстро начали принимать иную форму.       — Рю, а трио будет ждать нас там? — поинтересовался Лайт. Ему не терпелось поблагодарить Мэтта и Ниа за совет. К тому же нужно попробовать наладить общение с Мелло. У него был непростой характер, но Эл души в нём не чаял, и ради него Лайт готов был постараться подружиться с мальчишкой.       — Да, конечно. Могу предположить, что сейчас они как раз устанавливают жучки в моей комнате, — ответил Эл почему-то радостным голосом.       Лайт ошеломлённо захлопал глазами, не совсем понимая, чему тут радоваться:       — Э-э… ладно…       Эл, похоже, либо не обратил внимания на тон его голоса, либо вовсе его не слушал. Повернувшись к Сатико, он поинтересовался, не желает ли она по приезде осмотреть сады и оранжереи. Лайт давно понял, что у Эла слабость к растениям. Он знал «язык цветов» и часто дарил его матери букеты, в которых каждый цветок имел своё особое значение. На их свадьбе именно Эл будет отвечать за цветочные композиции, и можно не сомневаться, что Сатико будет всеми силами ему в этом помогать.       Краем уха слушая увлечённый разговор о нарциссах, голубых колокольчиках и тому подобном, Лайт вдруг обратил внимание на пейзаж за окном. Ватари вёз их прямиком в лес! Шоссе давно пропало где-то позади них. Лайт не собирался ни о чём спрашивать, ведь и так понятно, что дом Вамми наверняка находится в стороне от дороги. И всё же он не смог сдержать удивления, когда Ватари вдруг притормозил, вышел из машины и провёл рукой по стволу самого обычного с виду дерева.       У Лайта отвисла челюсть. Целый кусок леса перед ними сдвинулся в сторону, и появился самый что ни на есть настоящий туннель, ведущий под землю. Ватари снисходительно посмотрел на лучащегося самодовольством Эла и сел за руль. Иногда он сам не понимал, почему каждый раз потакает мальчишке в его экстравагантных прихотях.       Впрочем, ему не нужно было долго искать ответ на свой вопрос. Эти чёртовы щенячьи глаза каждый раз брали над ним верх.       Эл встретил потрясённый взгляд Лайта и ухмыльнулся.       — Смотрю, тебе нравится моя идея с тайным туннелем? Конечно, потребовалось время, чтобы уговорить Ватари, но он всё же согласился. Это мой персональный путь в Вамми, и знаем о нём только мы с Ватари. Теперь ещё вы все. Очень прошу не говорить о нём мальчикам, неизвестно, что они натворят, если узнают.       Машина въехала в туннель, и на потолке чередой вспыхнули небольшие лампочки, озаряя дорогу мягким, успокаивающим голубым светом. Соитиро удивлённо покачал головой.       — Это ж какие деньжищи, наверное!.. — задохнулась от восторга Саю, заворожённо разглядывая гладкие стальные стены.       — Немалые, — коротко ответил Эл. — Но стоит каждого пенни. Ватари подарил мне этот туннель на восемнадцатилетие.       — Господи, ты говоришь, как избалованный ребёнок, — пробурчал Лайт себе под нос. Это же надо, вбухать миллионы в постройку туннеля только потому, что приспичило заиметь свой личный тайный путь в Вамми! И Ватари выполнил эту прихоть! В такое трудно было поверить.       — Ты считаешь меня… избалованным?       Услышав в голосе Эла печальную нотку, Лайт резко повернул к нему голову и наткнулся на взгляд огромных, тёмных глаз, полных неизбывной скорби.       — Нет! Ну что ты, котёнок, конечно, нет! Я пошутил. Ты совершенно точно не избалованный. Пожалуйста, перестань так на меня смотреть…       Эл не перестал, более того, усилил надрывность взгляда дрожащими в уголках глаз слезинками.       — Прости! — сломался Лайт. — Я сам распакую твой чемодан и испеку тебе клубничный торт, ладно?       Эл тут же заулыбался, триумфально посмотрел в зеркало на Ватари, и тот покачал головой, с жалостью думая про Лайта. Бедняга и представления не имеет, во что с такой настойчивостью ввязался. Эл — воплощение «избалованности», и они оба знали об этом.       Сатико прикрыла рот ладонью, скрывая смешок. «Глазки» Эла, как она их называла, в очередной раз мастерски сработали.       Машина вынырнула из туннеля и покатила по дороге, усыпанной мелким гравием. Вдалеке высилось величественное здание, при виде которого Эл глубоко, счастливо вздохнул. Во время расследования дела Киры он много раз задавался вопросом, доведётся ли ему снова когда-нибудь увидеть этот дом. Но вот он здесь, и прекрасный викторианский особняк встречает его чарующими оранжевыми сполохами послеполуденных солнечных лучей, отражающихся в окнах.       — Ого! — ахнула Саю. — Ты здесь живёшь, Рю?       — Да, это дом Вамми. Он был основан Ватари и ещё одним человеком по имени Роджер Руви для одарённых детей-сирот. Сейчас здесь шестьдесят семь воспитанников, и я горжусь каждым из них. Конечно, не все из них хотят стать детективами, как L или я. Некоторые посвятили себя искусствам и науке. У других талант к музыке и цифровому дизайну. Я уверен, что каждый из них в своё время оставит след в истории.       Лайт посмотрел на него с нежностью. Он прекрасно видел неистовую гордость, сверкающую в тёмных глазах Эла, когда тот говорил про своих сирот. Лайт вступал в его мир, и теперь у него была возможность выведать о своём женихе побольше. Он всё ещё так мало знал о загадочном детективе…       — Рю, а какой у тебя любимый цвет? — вдруг выпалил он. Как можно было упустить такую важную информацию?       Эл вскинул бровь, в его взгляде замерцало лёгкое замешательство. До чего странный вопрос!       — Голубой, Лайт.       — А-а… — протянул Лайт под смех матери и сестры. Зардевшись, он снова откинулся на спинку сиденья.       «Я буду рассматривать своё пребывание в Вамми как миссию, и узнаю про Эла всё, что смогу».       Эл ещё не знал, но впереди его ждало немало «странных вопросов».

***

      Сатико была очарована красотой особняка. Декоративные сады, фонтаны, газоны со скульптурами — всё это было таким истинно британским, что ей на ум сразу пришли её любимые британские телефильмы.       Эл, улучив минутку, отослал Рюка в яблочный сад, и теперь шинигами счастливо порхал от дерева к дереву, набивая рот сочными плодами.       — Красота… — вздохнул Лайт, обнимая Эла за талию и любуясь витражами. — Как ты мог оставить всё это?       — Я делаю, что должен, — пожал плечами Эл. — Хотя всегда рад вернуться. Япония — замечательная страна, но должен признаться, под конец я начал ужасно тосковать по дому. Обычно я не трачу на расследования столько времени. Хотя сирийское дело было почти таким же долгим, как дело Киры, а в чём-то даже хуже. Жара там кошмарная. А ещё песок… и пыль. Ужас, ноги моей там больше не будет!       Лайт молча впитывал новую информацию. Сейчас было идеальное время задать очередной вопрос.       — А ты много стран объездил?       Эл задумчиво прикусил палец.       — Трудно сказать… сотню, не меньше. Был на всех континентах, кроме Арктики. Очень хочу когда-нибудь отправиться в арктический круиз, посмотреть ледники… если они к тому времени ещё останутся.       Лайт кивнул. Его Эл был сторонником защиты окружающей среды и ежегодно жертвовал миллионы фунтов стерлингов в различные природоохранные фонды. Лайт пометил себе не забыть спросить у Ватари, сможет ли Эл взять в конце октября неделю отпуска. Встретить свой двадцать третий день рождения среди арктических ледников… да, Лайт не сомневался, что для него это будет нечто особенное.       — Пожалуй, нам пора зайти в дом. Вот-вот начнётся дождь.       Лайт недоверчиво посмотрел на бледно-голубое небо. Какой ещё дождь, ни единого облачка нет…       Эл ухмыльнулся:       — Краткая справка о британской погоде, Лайт: никогда не верь ясному небу. Всё может измениться в мгновение ока.       Им всем понадобилось всего пять минут на то, чтобы зайти в богато украшенный холл, но за это время небо успело потемнеть, и теперь за окнами хлестал дождь.       «Вот ещё один новый для меня момент. Погода здесь такая же непредсказуемая, как и он», — думал Лайт, держа детектива за руку, пока всё их семейство официально представляли соучредителю дома Вамми, Роджеру Руви.       — Очень приятно познакомиться с вами, Кей, Эл и Ватари много о вас рассказывали, — сказал Роджер и добавил по-японски: — Для меня также большая честь познакомиться с вашей семьёй. Эл редко принимает гостей. Надеюсь, вам у нас понравится. Дом Вамми в вашем распоряжении, но я не советовал бы пока заходить в лаборатории, ради вашей же безопасности…       — Что он натворил на этот раз? — обречённо спросил Эл.       — Э-э… Мелло решил попробовать смастерить небольшую атомную бомбу и…       Эл испустил длинный вздох. Ну вот что с ним делать? В последнее время Мелло совсем отбился от рук. То ли потому, что Эла долго не было дома, то ли потому, что мальчишку что-то беспокоило… но скорее всего, дело было в сочетании этих двух факторов.       Все Ягами хором ахнули и испуганно сбились в кучку. Эл вскинул бровь и вопросительно посмотрел на Роджера.       — Ну, особых поводов для беспокойства нет, Мелло запрещено заходить в лаборатории, но… где этот мальчишка, там жди беды… — попытался было пойти на попятную Роджер, но Эл резко его прервал.       — С Мелло я сам разберусь, Роджер. И буду очень признателен, если ты впредь воздержишься от попыток его дисциплинировать. Ты из тех, кого Мелло не любит и не уважает, а таких людей он никогда не станет слушаться. Вот почему говорить с ним буду я, — твёрдо сказал Эл и отвернулся, оставив Роджера возмущённо брызгать слюной. Ватари ничего не оставалось, кроме как улыбнуться чете Ягами. Эл и Роджер ладили друг с другом примерно так же, как змея с мангустом, и чем раньше Ягами это поймут, тем лучше.       — Ладно, думаю, вам хотелось бы увидеть свои комнаты? Окасан, Соитиро-сан и Саю-тян будут жить в коттедже. Пусть управляющий сходит туда и убедится, что всё готово. Лайт, понятное дело, будет жить со мной.       Лайт заметил кислое лицо отца и усмехнулся. Ха! Если бы он только знал, чем они занимались под его крышей! Хотя мама, вероятно, прекрасно знала об этом, если судить по её дрожащим в улыбке губам. В конце концов, не просто же так она послала мужа ловить соседского кота?       Он ослепительно улыбнулся матери, однако та непонимающе приподняла тонкую бровь, словно намекая, что знать не знает, о чём он.       — Да, разумеется, — взял себя в руки Роджер и ушёл на поиски управляющего. Эл проводил недовольного мужчину усмешкой и, в основном для Саю, показал ему вслед язык.       — Если он не нравится Рю, то и мне тоже не нравится, — громко заявила Саю, заставив Соитиро неодобрительно поморщиться.       — Ну что ты, Саю, он мне вполне нравится. Просто мы плохо ладим. У нас ним разные взгляды на многие вещи и… ну, что греха таить, я люблю выводить его из себя. Он раздражается из-за любой мелочи. Может, если бы он хоть немного расслабился, я не провоцировал бы его так часто…       Ватари положил руку ему на плечо:       — Спасибо, Рю. Нам всем известно, как тебе нравится играть на чужих нервах. Я провожу наших гостей в коттедж. Встретимся через час внизу? Если погода наладится, мы сможем устроить для них экскурсию по территории.       Эл согласно кивнул и ухмыльнулся. Они с Лайтом тоже найдут, на что потратить этот час. Взявшись за руки, они направились наверх, и лишь преодолев половину лестничного пролёта вспомнили, что их чемоданы остались стоять в холле.       Ну и чёрт с ними, подождут.       Апартаменты Эла находились на среднем этаже. Он отпер дверь и улыбнулся, услышав тихий, удивлённый вздох Лайта.       Здесь было его прибежище, место, где он расслаблялся и давал себе волю. Он никогда не думал о работе, когда находился здесь, для того был предназначен его кабинет. «Наш кабинет», — поправил себя Эл. Отныне он и Кей будут работать вместе…       Лайт прошёл в гостиную и принялся рассматривать многочисленные картины, развешанные по стенам. Эл явно потратил на их рисование немало времени, и каждый холст был красив и уникален. Пейзажи с садами Вамми, рисунок панды, ваза, вообще-то предназначенная для фруктов, но вместо этого доверху наполненная конфетами, и бесчисленные изображения цветов. Мягкое освещение комнаты, разноцветные пледы и простые деревянные книжные полки — всё это совершенно расходилось с тем, что Лайт ожидал увидеть. Повсюду было расставлено множество свечей и милых безделушек. Белые стены и полированный паркетный пол только подчёркивали яркие всплески красок в обстановке.       — Э-э… слишком захламлено или… — не выдержал Эл, обеспокоенный долгим молчанием Лайта. Он, конечно, не мог претендовать на звание самого опрятного человека в мире, но обслуга особняка неплохо справлялась со своими обязанностями по части поддержания порядка.       — Просто… это не совсем то, чего я ожидал, — с улыбкой отозвался Лайт, разглядывая удобные, заваленные подушками диванчики. Яркие цвета были повсюду! Половина предметов в комнате выглядела так, словно их привезли со всех концов земного шара. В горшках на подоконнике росло несколько комнатных цветов, а ещё здесь были старинные часы с кукушкой и огромный, инкрустированный драгоценными камнями слон у камина…       — Здесь чудесно, Эл. Так уникально и красочно, я и представить не мог…       Беспокойство Эла немного утихло. Лайт бродил по комнате, рассматривая украшения, цветы и картины, узнавая всё больше о том, что Эл любит и чего не любит, о местах, где он побывал и о предметах, которые привёз оттуда.       — Но всё-таки слишком захламлено, да? Слишком беспорядочно для тебя? Я знаю, как ты любишь, чтобы всё было организованно, твоя комната была настоящим святилищем по сравнению с этой и…       Лайт тяжело вздохнул, поставил обратно на журнальный столик затейливо украшенный бокал и крепко обнял Эла, затыкая ему рот поцелуем.       — Ммф?       Лайт усмехнулся, углубил поцелуй, и когда, наконец, отстранился, Эл полыхал румянцем и тяжело дышал.       — Всё идеально. Ты идеальный. А теперь, может, покажешь мне свою спальню? Я был бы не прочь опробовать твою кровать, если ты понимаешь, о чём я…       Эл охотно потянул Лайта за собой.

***

      Ватари посмотрел на часы и подавил раздражённый вздох. Под влиянием Лайта строжайшая пунктуальность Эла разбалтывалась буквально на глазах.       Мелло сидел рядом с Саю и развлекал её, сплетничая обо всех проходящих мимо воспитанниках, супруги Ягами вместе с Ватари расположились в оранжерее и наслаждались чаем. Дождь закончился и, словно в подтверждение этому через распахнутые настежь двери внутрь струился яркий солнечный свет. Было слышно радостное щебетание птиц и отдалённое мычание скота, и столь пасторальные звуки Ягами находили совершенно очаровательными. Ватари с улыбкой признался им, что тоже является поклонником загородной жизни, и именно по этой причине построил дом Вамми в стороне от шоссе. Он хотел, чтобы дети дышали свежим деревенским воздухом и учились ценить природную красоту.       — Надеюсь, они не слишком задержатся, так хочется прогуляться по этим садам, — улыбнулась Сатико, беря мужа за руку. — Уверена, они просто обсуждают, куда положить вещи…       — Сомнительно, потому что они не взяли чемоданы, — «услужливо» заметил Мэтт, не поднимая глаз от книги. — Нет, они там целуются, наверное. Фу!       Мелло покосился на своего… друга, и на его лице промелькнуло хмурое выражение. Похоже, Мэтт не в восторге от мыслей о поцелуях, и это печально. Потому что Мелло действительно хотел бы его поцеловать. Надо улучить момент и спросить совета у Эла, тот наверняка подскажет, что делать со всеми этими странными чувствами.       Эл, словно призванный его мыслями, осторожно высунулся из-за двери и тут же покраснел, заметив, что Соитиро демонстративно смотрит на часы.       — Э-э… извините, — он неловко протиснулся в комнату и пригладил взъерошенные волосы. — Я просто показывал Лайту свою… комнату. Мы совсем забыли про время.       Мелло фыркнул и тихонько пробурчал себе под нос: «Задницу, ты хотел сказать». Ниа немедленно отвесил ему пинок.       Лайт, с очень довольным видом стоящий у Эла за спиной, ухмыльнулся в ответ на комментарий Мелло, и тот удивлённо вскинулся. Лайт считает его шутки смешными? Возможно, он не так плох, как Мелло о нём думал.       — Ватари, я и не знал, что Эл настолько талантливый! Его пейзажи просто восхитительны! — заметил Лайт, торопясь перекрыть слова Мелло.       Любезная улыбка Ватари, как всегда, не дрогнула. Меж тем он отлично видел, что Лайт сейчас если и восхищается талантами Эла, то отнюдь не художественными, судя по сконфуженному взгляду последнего.       — Что ж, это правда. Может быть, попозже Эл покажет свою студию и кабинет. А сейчас не пора ли нам провести экскурсию для наших гостей?       — Хорошая мысль, — согласился Эл, взял Лайта за руку, и их одинаковые кольца ярко блеснули на солнце.       Ватари, наслаждаясь своей ролью экскурсовода, повёл всю компанию в сады, подробно объясняя, каким он видит будущее дома Вамми. Было заметно, как он гордится приютом, и супруги Ягами жадно ловили каждое его слово.       Молодёжь быстро заскучала и откололась, отправившись исследовать окрестности самостоятельно. Эл привёл их на площадку, где стояли мишени для стрельбы из лука, и с вызовом уставился на Лайта.       — Любимый, твоя меткость ужасна, — вздохнул Лайт, однако Эл решительно зашагал к деревянному навесу, под которым хранились луки и стрелы.       Ниа и Мелло обменялись ехидными ухмылками. Похоже, Лайт ещё многого не знал об их старшем брате.       — Но я всё равно хотел бы потренироваться, — сладко улыбнулся Эл. — Ты ведь не будешь ко мне строг, правда, любимый?       Взгляд Лайта смягчился, и он взял лук. Конечно, он не будет строг. Хотя Эл стреляет из рук вон плохо, не стоит тыкать его в это носом. Заняв позицию, Лайт посмотрел на среднюю мишень. Она находилась на достаточном расстоянии, чтобы он смог продемонстрировать класс, но всё же не настолько далеко, чтобы это выглядело показухой.       Мэтт тихо давился от смеха — Лайт с важным видом принялся объяснять, как нужно правильно ставить ноги и целиться, а Эл, изобразив на лице живейший интерес, всё это слушал и восторгался его знаниями и профессиональной стойкой.       Выпущенная стрела вонзилась точно в центр средней мишени, Лайт торжествующе оглянулся, уже готовый купаться в лучах славы, однако Эл просто пожал плечами, прошёл мимо и тоже принялся готовиться к стрельбе. Лайт немного занервничал. То, как Эл стоял и держал лук, выдавало в нём опытного стрелка…       Эл спустил тетиву, и Лайт просто глазам не поверил — его стрела вонзилась в сердце самой дальней и сложной мишени.       — То, что я не очень хорошо владею огнестрельным оружием, не означает, что я не умею стрелять из лука, — с ухмылкой пояснил Эл. — Тебе, кстати, надо бы радоваться, что я не стал заключать пари. Вот тебе урок Вамми номер один: никогда и ничего не принимай на веру.       Лайт, всё ещё до глубины души потрясённый мастерством Эла, смог только кивнуть. Он ещё никогда не видел настолько профессионального выстрела!       — Да, урок Вамми намбер ван! — радостно завопил Мелло. — Теперь моя очередь! Саю-тян, смотри!       Подростки немедленно затеяли импровизированные соревнования. Лучники из них, правда, были аховые, большинство стрел вонзалось не в мишени, а в землю, а Ниа по случайности вообще едва не подстрелил Мелло, но им было весело, а это самое главное.       Лайт обнял Эла сзади, прикусил за шею:       — Это было очень подло с твоей стороны, знаешь ли.       Эл откинулся назад в его объятиях, чуть склонил голову:       — Да, возможно, немного подло, но это урок для тебя, детектив Кей. Когда работаешь над делом, очень важно рассматривать в нём все возможности и не позволять своей предвзятости влиять на суждения.       Лайт прикусил его немного сильнее. Чёрт, он просто обожал, когда Эл говорил нечто подобное, его интеллект был самой возбуждающей вещью в мире. Член начал легонько подёргиваться в штанах, и это несмотря на то, что всего полчаса назад они практиковали свои навыки в позе 69.       — О боже, мои глаза! — вскричал Мэтт, заметив их обжимания. — Держитесь в категории 13+, вашу мать, здесь же дети!       Он драматично указал на Саю, которая вообще-то была на целых три месяца старше него.       — Не думаю, что крики «вашу мать» подпадают под категорию 13+, Мэтт, — указал Ниа. — Тем более что ты просто завидуешь, поскольку сам хочешь делать то же самое с Мелло.       Мэтт с озадаченным видом уставился на Ниа, а Мелло побагровел, и его стрела улетела чёрт-те куда мимо цели. Саю смерила взглядом сперва одного, потом другого, и на её губах заиграла ухмылка. Мэтт и Мелло? Да, у них определённо есть потенциал…       Эл сразу же заметил, каким нервным стал вдруг Мелло. Он не смеялся и не отпускал свои обычные шуточки, что было явным признаком того, что слова Ниа были не лишены оснований. Значит, у Мелло чувства к Мэтту? Возможно, именно поэтому он так ведёт себя в последнее время…       Он сделал парнишке знак подойти, тот вздохнул, но с неохотой послушался.       — Лайт, мы с Мелло отойдём на минутку, а ты пока побудь с остальными, ладно? Просто присмотри, чтобы они не перестреляли друг друга.       Лайт не стал возражать. Он тоже заметил, что с Мелло что-то не так и понимал, что Эл беспокоится.       — Итак, Мелс, расскажешь мне, что происходит или предпочитаешь, чтобы я сам догадался? — спросил Эл, когда они отошли от стрельбища.       Мелло понурился. Он выглядел таким несчастным, что Эл, не удержавшись, прижал братишку к себе.       — У меня гейские чувства. К Мэтту.       Эл изогнул бровь, не совсем понимая необходимость использования слова «гейские». Понятно, что если Мелло влюблён в парня, то он, по меньшей мере, бисексуал, если не полностью гей. Впрочем, воспитан он был как строгий католик, и ему с малолетства внушали презрение к столь «нечестивым» союзам…       Ситуация начала проясняться. Бедняга Мелло боролся со своей ориентацией.       — Да, я это понял, — сказал Эл мягким, ободряющим тоном. — В этом нет ничего плохого, Мелло. То, как тебя воспитали… это ведь лишь один образ мышления из многих. Огромная куча правил, если угодно. Я не живу по правилам и не религиозен, поэтому не рассматриваю свои отношения с Лайтом как богопротивное деяние. А что насчёт тебя? Ты винишь себя за то, что влюбился в Мэтта?       Мелло повздыхал и принялся задумчиво пинать траву. Он, в общем-то, тоже был не особенно религиозен. Просто, когда тебе с раннего возраста внушают всякую чушь, потом её не так-то просто отбросить в сторону.       — А-а, понимаю.       Конечно же, Элу было достаточно взглянуть на Мелло, чтобы узнать ответ на свой вопрос. Он присел на скамейку возле стрельбища и погрыз ноготь.       — Думаю, что ты не стыдишься своих чувств, а скорее боишься быть отвергнутым. Ты дружишь с Мэттом уже много лет и опасаешься, что если откроешься ему, он перестанет считать тебя другом. Я прав?       Мелло невесело усмехнулся. Конечно, Эл был прав, и они оба об этом знали.       — Ну и что мне делать?       Эл с улыбкой взъерошил братишке волосы.       — Признайся ему. Даже если он не ответит на твои чувства, я точно знаю, что ты ему глубоко небезразличен. Мэтт не такой человек, чтобы перестать дружить с тобой из-за твоей влюблённости. Более того, у меня есть подозрения, что его тоже влечёт к тебе. Ты никогда не обращал внимания, сколько раз Мэтт пренебрегал свиданиями ради того, чтобы провести время с тобой? А все те разы, когда тебя в наказание лишали шоколада, и Мэтт покупал тебе его на свои карманные деньги? Всё это доказывает, что он заботится о тебе, Мелло. Дождись, пока вы с ним останетесь наедине, и просто поговори.       Мелло медленно кивнул. Теперь, когда он об этом задумался, то вспомнил, что Мэтт действительно всегда старался сделать ему приятное. А в тот раз, когда его укусила гадюка, и Мелло держал его за руку, Мэтт не отбрыкивался…       — Дай знать, как всё пройдёт, — Эл снова взъерошил ему волосы и встал со скамейки. — Думаю, нам пора возвращаться, кажется, у Лайта вот-вот случится нервный срыв.       Мелло поднялся на ноги и посмотрел туда, где Лайт отчаянно пытался удержать Мэтта и Ниа от пускания стрел в Роджера.       — Он не так плох, как я сперва подумал, — признал Мелло. — Немного заносчив, конечно, такой весь из себя красавчик, но он не плох. И мы все видим, как ты счастлив рядом с ним. Я… постараюсь немного сбавить обороты. Ради тебя. И… больше не буду делать бомбы. Не атомные, по крайней мере… Но это не из-за Роджера, потому что он старый козёл! — поспешно добавил Мелло, и глаза Эла понимающе блеснули.       — Спасибо, Мелло, — усмехнулся он, глядя, как стрела вонзается в землю всего в паре метров от Роджера. — Ты взрослеешь на глазах. Я очень ценю твою терпимость к Роджеру.       Мелло гордо расправил плечи. Он ещё покажет Элу, насколько он взрослый, когда начнёт терпимо относиться ко всем людям, которые ему не нравятся!       Эл сдержал усмешку. Он прекрасно знал, что стоит немного погладить самолюбие Мелло, и мальчишка станет как шёлковый.       Теперь можно выбросить из головы ещё одну проблему.

***

      В конце концов молодёжь вновь присоединилась к «туру Ватари». Оказалось, что они не так уж много пропустили — Сатико сорок минут провела в оранжерее, восторженно ахая над каждым растением. Увидев это, Эл молнией подскочил к ней.       — Пойдём, окасан, я покажу свои цветы, — с самодовольным видом предложил он.       Эл очень гордился своей личной оранжереей и считал, что его растения намного лучше, чем у всех остальных. Сатико, заметив его желание покрасоваться, в восторге всплеснула руками. Эл, конечно, мастерски умел поворачивать мысли людей в нужную ему сторону, но до материнского коварства ему было далеко. Он и не понял, что Сатико только что проделала с ним тот же самый трюк. Охотно последовав за ним, она принялась громко восторгаться великолепными растениями, не забыв несколько раз упомянуть, что они «определённо» превосходят все другие. Особое впечатление на неё произвели его драгоценные лилии-звездочёты, и Эл буквально засветился от гордости.       — Хочешь одну, окасан? Её можно будет засушить, чтобы она напоминала об этой поездке.       Эл срезал самую крупную и роскошную лилию и протянул мило порозовевшей женщине.       — Ох, какой замечательный цветок, Эл! Я буду дорожить им…       Не успел Эл как следует устроиться в «материнских объятиях», как в оранжерею торопливо вошёл Ватари.       — Эл, поступил срочный запрос от канадского правительства. Кей уже в кабинете, я подумал, что он вполне способен начать без тебя…       Эл крепко обнял Сатико, и та понимающе похлопала его по спине.       — Думаю, тебе пора приступать к работе, детектив L. И передай мои наилучшие пожелания детективу К, ладно?       Несмотря на беспокойство по поводу срочного дела, Эл не смог сдержать улыбки. Детектив К… что ж, по крайней мере, Лайт теперь всегда будет рядом. И вместе они смогут раскрыть любое дело, каким бы сложным оно ни было.       Оставив семейство Ягами в надёжных руках Ватари, Эл поспешил обратно в особняк, гадая, что за работа его ожидает.       «Нас ожидает», — с улыбкой поправил он себя, вошёл в кабинет и замер при виде открывшейся ему картины. Лайт сидел за его столом и вёл разговор с канадским премьер-министром так, словно был рождён для этого. Он выглядел на своём месте.       «Именно это — твой путь, Лайт. И как же я счастлив видеть тебя таким».       Впрочем, сейчас было не время впадать в сентиментальность, его ждала работа.       Пока Лайт заверял премьер-министра, что они с L по ходу разговора уже изучают детали дела, Эл просматривал электронное письмо.       L,       Я Аластер Конвей, премьер-министр Канады. Я обращаюсь к вам напрямую, поскольку срочно нуждаюсь в вашей помощи. Три дня назад вооружённая группировка, называющая себя «Лица без милосердия», казнила члена моего кабинета министров, недавно признавшегося в своей гомосексуальности. Они взломали систему телевещания и распространили по всей стране свои послания нетерпимости и ненависти, и пообещали, что уничтожат каждого гомосексуала в Канаде. Естественно, что среди населения начались панические настроения, и я опасаюсь, что если эту группировку не остановить, они убьют снова. Я умоляю вас помочь. Мне нужно, чтобы преступников задержали как можно скорее, и, зная вас по предыдущим делам, я могу сказать, что вы единственный, кто на это способен. Все ресурсы полиции и правительственных чиновников в вашем распоряжении, и если лично я могу как-то помочь расследованию (если вы готовы за него взяться), дайте мне знать. Я понимаю, что обычно вы берётесь за дела «покрупнее», но считаю, что после недавних убийств Киры с подобным фанатизмом мириться нельзя. Я безусловно готов обсудить ваш гонорар, однако надеюсь, что десяти миллионов фунтов стерлингов будет достаточно.       С уважением,       Аластер Конвей, премьер-министр Канады.       Эл хмыкнул и перечитал письмо. В целом это дело действительно не отвечало его обычным критериям. Однако после разговора с Мелло насчёт его ориентации Эл счёл, что оно, по крайней мере, интересное. К тому же, в нём наверняка придётся применить слежку, тщательный сбор информации и изрядную долю хитроумия, а значит, это будет идеальная «официальная» проба сил для детектива К.       — Свяжись с Канадой, пусть премьер-министра проинформируют, что L и К берут это дело. Деньги пусть переведут на счёт Вамми, — бросил Эл, заходя в Tor.       Подобные группировки линчевателей всегда были чересчур самонадеянны и свято верили, что если для общения они будут использовать Даркнет, то их никто никогда не отследит. Тем хуже для них, поскольку Эл об этой самонадеянности был прекрасно осведомлён и успешно использовал её против них.       Лайт рьяно взялся за организацию денежного перевода. Эл с некоторой долей удивления и даже восхищения понаблюдал за его усердием, после чего занялся выслеживанием преступников.       — Ах да, и передай, пожалуйста, министру от меня лично, что я буду рад, если эти фанатики сгниют в тюрьме за использование такого убогого названия. «Лица без милосердия», серьёзно, что ли? — проворчал Эл, пока его пальцы порхали над клавиатурой, открывая сразу несколько окон.       Лайт усмехнулся и послушно передал его слова чиновнику, после чего закончил телефонный разговор и вошёл в банковский аккаунт дома Вамми. На личном счету Эла лежала крутая сумма в девяносто семь с половиной миллионов, тогда как на счету приюта аж шестьсот тридцать пять миллионов фунтов. После завершения денежного перевода цифра изменилась на шестьсот сорок четыре. Лайт изумлённо покачал головой. Похоже, что Эл брал себе с каждого дела только десятую часть гонорара…       Эл заметил, что Лайт ведёт подсчёты.       — Дом Вамми должен быть на первом месте, Лайт. Мне нужно думать о сиротах, а они на удивление дорого обходятся. Ниа, например, недавно попросил сделать ему собственное додзё, чтобы в уединении практиковать тай-чи. Я совершенно ни в чём не могу им отказать и, наверно, донельзя разбаловал, но…       Лайт улыбнулся. Каждый раз, когда Эл начинал говорить о «своих сиротах», в его глазах загоралась яростная преданность и любовь к ним.       — В общем, меня устраивает эта сумма, я всё равно очень мало на себя трачу. А тебе мы, наверно, откроем отдельный счёт, куда перечислим долю гонорара за это дело?       Лайт покачал головой:       — Нет. Мы же теперь вместе. Просто измени свой аккаунт с «Эл Лоулайт» на «Эл и Кей».       — О, так ты нацелился на мои миллионы? — пошутил Эл, наслаждаясь этим непринуждённым партнёрством. — Ну ладно, раз уж ты мой жених и всё такое. Попозже закажем для тебя карту. Только постарайтесь не спускать все наши деньги на дизайнерские брюки, мистер Ягами.       У Лайта от удивления отпала челюсть. Неужели Эл серьёзно? Иногда его шутки звучали так сухо, что трудно было понять. Лайт-то имел в виду, что просто возьмёт с его счёта свою долю! Он вовсе не ожидал получить полный доступ ко всем деньгам, которые Эл заработал за свою карьеру!       Эл полюбовался ошарашенным лицом Лайта и, осторожно подставив палец под его подбородок, закрыл ему рот.       — Я не шучу, Лайт. Всё, что моё теперь и твоё тоже. Ты же знаешь, я ничего не пожалею, чтобы сделать тебя счастливым. И честное слово, мне будет абсолютно наплевать, даже если ты потратишь десять миллионов на свои мерзкие картофельные чипсы…       Лайт чуть слышно застонал от восторга. Он богат! Эл его любит и доверяет настолько, что готов разделить с ним своё состояние! При мысли о том, как сильно ему повезло, на глаза навернулись слёзы. Эл бережно вытер ему глаза и поцеловал в кончик носа.       — Никаких слёз. И поблагодаришь позже, потому что нам пора браться за дело. Мне нужно, чтобы ты занялся смертью того министра. Просмотри записи с камер видеонаблюдения в зале заседаний Парламента, сделанные в течение недели перед убийством. По моему опыту, преступники часто заранее прощупывают будущее место преступления, чтобы спланировать пути отхода и найти возможные «слепые зоны»…       Лайт, всё ещё ошеломлённый, кивнул и бросился к своему столу.       Он чувствовал себя так, словно наконец-то нашёл своё место в мире. Теперь он Кей, работающий бок о бок со знаменитым детективом L… оказавшимся помимо прочего его милым, очаровательным женихом.       — Уже делаю, Эл. Только выслушай небольшой рапорт, пока я не отвлёкся.       Эл оглянулся на него через плечо:       — Да?       — Просто хотел сказать, что я тебя обожаю и жажду выразить тебе свою признательность. Вечером тебя ждёт шикарный римминг и столько сокрушительных оргазмов, сколько пожелает твоё сердце…       Эл выплюнул кофе, который как раз пил в этот момент, и побагровел. Чёрт возьми. У Ватари есть доступ к камерам в кабинете.       Придётся подредактировать записи…       — Благодарю за рапорт, Кей, — он снова обратил своё внимание на экран, но перед этим тихо пробормотал: «Я тоже тебя обожаю».

***

      Поскольку Эл и Кей так удачно были заняты работой, Ватари решил, что сейчас идеальное время спланировать для них вечеринку-сюрприз по случаю помолвки, в связи с чем пригласил Трио и семейство Ягами в сад на послеобеденный чай.       — Можно устроить грандиозную вечеринку в саду! С аттракционами, зоопарком и кучей лотков со сладостями для Рю! Ну, и ещё всякими палатками с игровыми автоматами для старших детей. Лайт их тоже любит. Может, что-то в стиле Весеннего фестиваля? Ведь с их первого свидания прошёл почти год, правильно?       Все взгляды остановились на оживлённой юной девушке. Её предложение было гениальным, так можно будет угодить всем, к тому же это действительно напомнит Элу и Лайту об их богатом событиями первом свидании…       — Саю-тян, это блестящая идея, — тепло похвалил Ватари. — Просто идеально. Так, раз уж с темой мы определились, теперь нужно всё спланировать и организовать. Я займусь зоопарком и аттракционами.       — На мне игровые автоматы, — усмехнулся Мэтт. У него было на примете несколько крутых игр, которые Лайт вне всякого сомнения оценит.       — Шоколадную реку предоставьте мне, — важно кивнул Мелло, хотя никто и не заикался о какой-то там реке, тем более шоколадной. — Эй, между прочим, Эл всегда о ней мечтал. Это же его помолвка, и потом, разве не здорово будет всем искупаться в шоколадной реке?       — Вряд ли река просуществует долго, Мелс. Вы с Рю в один присест её выпьете, — заметил Ниа, и Мелло слегка покраснел. Против правды не попрёшь.       — Я займусь рассадкой гостей и цветочными украшениями, — мечтательно вздохнула Сатико. — Это будет очень хорошая практика перед их свадьбой…       Соитиро пожал плечами, не представляя, чем он сможет быть полезен. Прежде он ещё ни разу не организовывал никаких вечеринок, оставляя все хлопоты жене.       — Дорогой, ты можешь заняться наймом уличных торговцев и договориться с поставщиками провизии. Если понадобится, я помогу, не переживай. Просто закажи побольше сладостей, и я уверена, что всё будет в порядке… Ну и ещё, пожалуй, надо устроить барбекю, в тёплый весенний вечер это будет чудесно…       Под хмурым взглядом мужа Сатико достала блокнот и принялась записывать туда свои многочисленные идеи.       — Ой, а какой у нас бюджет? — спохватилась она и робко посмотрела на Ватари. Некоторые её идеи были слегка экстравагантными.       — Любой, — чуть улыбнулся Ватари. — Ни в чём себе не отказывайте, Сатико-сан.       — А гадалку можно нанять? — поинтересовался Ниа.       Ватари не стал возражать. Хоть сам он в подобную чушь и не верил, однако Ниа, похоже, был весьма этим увлечён. Пусть будет и гадалка тоже.       Остаток дня прошёл в бурных обсуждениях и вскоре помолвка века начала обретать форму.

***

      Эл и Кей всё это время усиленно рыскали по Даркнету, просматривали видеозаписи и материалы дела, и спустя шесть часов были уверены, что напали на след. Им на глаза то и дело попадалось имя Зака Горнингса. Копнув поглубже, они смогли взломать аккаунты мистера Горнингса в соцсетях и выяснили, что он состоял во многих группах, нацеленных на борьбу с гомосексуалами. Группы щеголяли такими названиями, как «Господь против гомосеков», «Геи должны умереть» и, самое очаровательное, «Всем геям гореть в аду».       — Вообще-то, все люди рано или поздно должны умереть, и неважно, геи они, натуралы или пингвины, — проворчал Эл, делая ещё одну запись в быстро заполняющемся досье на Зака Горнингса. Хотя свидетельства столь яростного предубеждения против гомосексуалов не доказывали, что Горнингс как-то связан с убийством или состоит в группировке линчевателей, однако и Эл, и Кей были уверены — он тот, кого они ищут.       — И что теперь? — поинтересовался Лайт, когда Эл закрыл готовый файл и снова принялся стучать по клавишам.       — Я установлю на его компьютер программу слежения, и если он состоит в группировке, мы об этом скоро узнаем. Хм, у него довольно серьёзная защита… — Эл покусал палец и снёс эту защиту за пару кликов. — Но ничего такого, с чем бы я не справился. Так, теперь нужно подождать, а завтра узнаем, замышляет ли наш гомофобный друг что-нибудь нехорошее.       — Отлично. Значит, теперь мы можем подняться в спальню? Мне не терпится отлизать твою сладкую попку и обеспечить нам с тобой VIP-путёвки в адское пекло.       Эл хихикнул. В этот момент его совершенно не волновало, слушает Ватари их грязные разговоры или нет. Он просто хотел поскорее остаться с Лайтом наедине…       — Звучит чудесно. Обязательно этим займёмся. Однако, Лайт, если мы хотим реализовать весь свой потенциал и быть очень злостными геями, думаю, нам не помешает предаться небольшому пороку прямо в кабинете.       Лайт усмехнулся и притянул его к себе:       — Фантастическая идея. Вот бы эти фанатики нас увидели…       А потом Лайт начал с такой страстностью обнимать и целовать Эла, что тот пожалел, что «Лица без милосердия» действительно их сейчас не видят.

***

      Лайт усердно обслуживал член Эла и одновременно ласкал пальцами его задницу. Эл уже почти полностью погрузился в омут удовольствия, но тут ему в голову шибанула настолько ясная в своей очевидности мысль, что его мгновенно вынесло на поверхность.       — Ах! Лайт, с-стой!.. — пропыхтел он, крепко зажмуриваясь и изо всех сил стараясь не выгибаться в этот жаркий, сосущий рот. У него важная теория! Её ни в коем случае нельзя забыть!       Лайт отстранился и посмотрел на него с заметным неудовольствием.       — Что?       — Я знаю, кто их следующая цель! — взволнованно зачастил Эл. — Ты же видел, у них во всех твитах были намёки на посещение концерта «BlackBuzzard»? Солист группы, Джейсон Клатц, не только гей, но и известный защитник секс-меньшинств! Он — идеальная мишень!       Лайт насупился. Мысль у Эла, конечно, гениальная, кто бы спорил, но какого чёрта он думает о делах в тот момент, когда его член наполовину у Лайта в горле? Это не очень-то льстит самолюбию.       Эл заметил, что Лайт несколько сдулся, быстренько потянул его на себя и принялся жадно целовать, плотно прижимаясь к нему бёдрами. Их тела задвигались в унисон, эрекции скользко потирались друг о друга.       — Чёрт, Лайт… мне так хорошо с тобой… — простонал Эл, понимая, что уязвлённое эго любовника нужно немного погладить. — Я просто… я подумал про… Джейсона Клатца потому, что он однажды сказал, что гейский секс самый… самый приятный и у нас с тобой так и есть и… о, чёрт, Лайт! Господи, не могу больше, трахни меня, пожалуйста!..       Его фразы рассыпались сначала на бессвязные слова, а потом и вовсе на отчаянные стоны, и Лайт снова расцвёл. Ещё раз погладив член Эла своим, он скользнул головкой меж его ягодиц.       — Клатца мы потом обсудим… — процедил он сквозь стиснутые зубы, начиная толкаться в манящее тепло. — Сперва я займусь тобой.       Он закинул ноги Эла себе на плечи, почти сгибая его пополам, и резко вошёл.       — Боже! — вскрикнул Эл. — Лайт! О, чёрт, как хорошо, не останавливайся! Сильнее!       Лайт, распалённый такой страстной реакцией, навалился на него, погружаясь так глубоко, как только смог. Эл протяжно застонал, вцепился в простыни, чувствуя, как тяжёлые яйца Лайта шлёпают по нему с каждым яростным толчком.       Лайт выкладывался по полной. Трахать Эла с таким напором и энергией было физически очень нелегко, но дело того стоило. Спустя пять минут Эл уже еле держался, его простата пульсировала от непрерывной стимуляции, член истекал смазкой, и всё это наполняло Лайта яростной гордостью за то, что именно он стал причиной такой страсти.       — Сейчас кончу… о, господи, Лайт… не останавливайся, трахай меня, о боже, БОЖЕ!       Лайт усмехнулся ему в шею. Мощные фрикции толкнули, наконец, Эла за грань, он вскрикнул и принялся бурно кончать, его задница конвульсивно сжалась вокруг члена Лайта, и тот потонул в собственном удовольствии. Прикусив Эла за шею, он ещё несколько раз мягко качнул бёдрами, до краёв наполняя спермой дрожащее тело под собой.       Отстранившись, он заворожённо опустил глаза вниз, на подрагивающую розовую дырочку, из которой вытекала струйка вязкой жидкости. Каждый раз, когда Лайт смотрел на это, когда он заставлял любовника кричать от наслаждения, он чувствовал себя настоящим половым гигантом.       Вспомнив разговор в кабинете, Лайт лёг на живот и приблизил лицо к восхитительным ягодицам, провёл языком между ними.       — А-ах, Лайт… — прерывисто заскулил Эл. — Не могу… м-мм!..       Лайт с усмешкой проник языком внутрь всё ещё трепещущего тела, полный решимости проверить, так ли это. Если всё пойдёт, как задумано, Эл кончит сегодня ещё несколько раз. В конце концов, Лайт ему обещал, а обещания надо выполнять.       Несколько нежных прикосновений и посасываний, и дыхание Эла снова участилось. Закинув для удобства его ноги себе на спину, Лайт заметил, что тот снова наполовину возбуждён.       «Нет такого понятия, как «не могу»!» — весело подумал Лайт и мастерски принялся за дело. Эл судорожно обхватил его ногами, поощряя продолжать, и Лайт старательно заработал языком, лаская его до тех пор, пока Эл не начал шипеть какие-то непристойности на французском.       «Ох, чёрт, да», — думал Лайт, слушая вздохи и вскрики, становящиеся всё более отчаянными. Из-за этого, а может, из-за французского языка, но Лайт снова был каменно-твёрдым.       Отодвинувшись, он потёрся о задницу Эла членом, и тот, сразу всё поняв, тихонько, моляще простонал.       — Встань на четвереньки и приподними попку, — велел Лайт, задыхаясь от похоти. Едва Эл подчинился, он быстро ухватил его за бёдра и скользнул внутрь. Его член требовательно пульсировал, чувствительная головка задевала бархатистые внутренние стенки, и с каждым движением внутри этого восхитительного тела он поднимался всё ближе к удовольствию.       — Ха… ха-а!.. Лайт, м-мм…       Эл уткнулся лицом в подушку, и его невнятные слова и стоны звучали довольно затрахано, в самом буквальном смысле. Лайт неспешно покачивал бёдрами, кровать чуть поскрипывала в такт. В этот раз они оба вели себя намного тише, их тела с идеальной слаженностью вели друг друга к очередной кульминации.       — Лайт, мне так нравится, когда ты во мне, — пробормотал Эл заплетающимся языком, чуть приподнимая бёдра.       — О, да, подними свой зад для меня, Эл. Ты ведь хочешь этот член, верно? Он тебе нужен.       Эл сладко задрожал от этих грязных слов, прогнул спину сильнее, почти до боли, и Лайт одобрительно зарычал, начал толкаться жёстче. Эл, ощутив, как внутри начинает растекаться тепло, обессиленно рухнул на постель и кончил ещё раз, вскрикивая и пропитывая спермой простынь. Лайт чуть приподнял его за бёдра, ещё несколько раз толкнулся и рухнул на него сверху, даже не потрудившись выйти.       — Гос-споди… — еле выговорил Эл. — Сколь… сколько раз?       — Только три, — мурлыкнул Лайт. — Давай-ка, вздремни по-быстрому, я с твоей задницей ещё не закончил.       Эл со стоном зажмурился. Похоже, его ожидает долгая, тяжёлая ночь.

***

      На следующее утро совершенно разбитый, обалдевший и еле стоящий на ногах Эл Лоулайт спустился вниз к завтраку, оставив Лайта принимать душ. Лайт выглядел весьма довольным собой, и его понимающие усмешки состоянию Эла совсем не помогали.       «Может, мне тоже стоит трахнуть тебя четыре раза за ночь, посмотрим тогда, как ты будешь улыбаться», — угрюмо думал Эл, безуспешно стараясь идти к столу как ни в чём не бывало.       — Доброе утро, Эл, ты выглядишь… обновлённым, — сухо поздоровался Ватари, окидывая взглядом его дико всклокоченные волосы и неловкую походку.       — Твой сын — чудовище, — простонал Эл в сторону Сатико, плюхнулся на стул и поморщился, пытаясь найти более удобное положение и тихонько поскуливая от боли. Сатико в панике перевела взгляд на мужа.       Ватари обеспокоенно нахмурился. Склонившись к уху Эла, он шёпотом спросил, всё ли с ним в порядке и не надо ли ему к врачу. Эл побагровел, спрятал лицо в ладонях и попросил кофе с блинчиками.       Ватари вздохнул, но завтрак ему подал. Было совершенно очевидно, что Эл не в том состоянии, чтобы самому дойти до барной стойки, где всё это стояло. Надо будет поговорить с Лайтом, пусть впредь проявляет к Элу чуть большую заботу и деликатность…       Сатико засуетилась и принялась тихонько расспрашивать смущённого Эла о его состоянии. Не порван ли он? Не очень ли ему больно? Сидящий рядом Соитиро неловко заёрзал. Вот уж чего ему совершенно не нужно слышать! Не выдержав, он вскочил и бросился к барной стойке «принести кофе», хотя на столе стоял полный кофейник.       — Эл, милый, он же ничего тебе не сделал? — шепнула Сатико.       Эл тяжело вздохнул, но отрицательно покачал головой.       — Ладно. Я просто хочу, чтобы ты знал, что в случае чего ты всегда можешь прийти ко мне. Я уверена, что Лайт просто… увлёкся немного. Немножко, э-э… переусердствовал, да?       Эл поднял голову и посмотрел ей прямо в глаза.       — Если под этим подразумевается четыре раунда секса, два минета и три анилингуса, то да, можно и так сказать, — проворчал он, после чего уронил голову на руки и захрапел. Сатико удивлённо коснулась его щеки. Эл крепко спал, пытаясь наверстать то, чего ему явно не хватило ночью.       Когда Соитиро осмелился вернуться за стол, жена встретила его весёлым блеском в глазах.              — Боже правый! Твой сын — чудовище! Скорее всего инкуб, судя по тому, что он сделал с бедняжкой Рю…       Бедный Соитиро побледнел. Упаси его бог от подробностей! Тот факт, что парень шёл враскорячку и заснул прямо за столом и так не оставлял сомнений, что ночью Лайт и Эл неплохо потрудились. И большего он знать не желал.       В этот момент в двери пружинящей походкой вошёл Лайт, весь из себя гордый и сияющий нахальной ухмылкой, и его отец обречённо прикрыл ладонью глаза.       — Доброе утро, мама, папа, Рю… Эй, Рю? — Лайт потряс его за плечо. Эл, не поднимая головы, сердито велел ему отвалить и не лезть, потому что во сне он всё равно кончить не сможет.       Лайт стойко выдержал вскинутую бровь матери.       — Да он просто по натуре не жаворонок, — поспешил объяснить он, однако на это никто не купился. Лайт философски пожал плечами и пошёл налить себе кофе. Несмотря на почти бессонную ночь, чувствовал он себя довольным и полным сил, с лица не сходила счастливая улыбка.       Он не мог дождаться дня, когда Эл станет его супругом.

***

      Лайт совершенно не обратил внимания на то, что намечаются какие-то торжества. Вернувшись в рабочий кабинет, он проверил то, что записала программа слежения, и улыбка сразу же сползла с его лица. Теперь доказательств было полно. Эл, как всегда, оказался прав, Зак Горнингс был их клиентом, и он действительно собирался убить Джейсона Клатца тем же вечером на рок-концерте.       Эл, шаркая, вошёл в кабинет и посмотрел на Лайта с лёгким неодобрением.       — Больше у нас не будет столько раз за ночь, Лайт. Моя задница этого не выдержит.       — Ох, бедный мой котёнок… — начал было Лайт, но под суровым взглядом осёкся.       — Ты никогда не брал в зад, Лайт. Ты понятия не имеешь, насколько я разбит и измотан. Так что засунь подальше этого «бедного котёнка» и пойди приготовь мне блинчики с дополнительным сиропом. Живо!       Лайт захлопнул рот и со всех ног помчался выполнять приказ. Он ни за что на свете не станет перечить Элу, когда тот в таком настроении. Нет уж, Лайт весь день будет паинькой и будет суетиться вокруг Эла с удвоенным старанием.       «Интересно, захотел бы он быть сверху?.. Мы ведь никогда прежде это не обсуждали, но будет по-честному, если он решит попробовать… Я уверен, что справлюсь. Это, конечно, совсем не моё, но если Эл захочет… спрошу его попозже…»       Лайт стрелой влетел на кухню и поклонился шеф-повару.       — Мне нужно приготовить блинчики с двойной порцией сиропа, клубники и посыпки. Незамедлительно! — запыхавшись, протараторил он по-английски.       Повар недоуменно на него вытаращился.       — Джайлз, лучше пусти его к плите. Да поможет ему бог, если Эл не получит своих блинчиков, — усмехнулся Ватари и, проходя мимо, бросил Лайту: — Как закончишь, у меня к тебе есть пара слов.       Лайт подавил стон. Вот же чёрт… Выражение лица Ватари не предвещало ничего хорошего…       С видом покорности судьбе он взялся за стряпню, и когда всё было готово, понёс блинчики в кабинет. Ватари неотступно шёл за ним по пятам.       Эл в это время вёл разговор с организаторами концерта. Необходимо было усилить охрану, поэтому он запросил сотню полицейских в штатском, которые должны будут окружить сцену.       Убедившись, что Эл всецело увлечён разговором и блинчиками, Ватари поманил Лайта к себе. Тот без особого энтузиазма подошёл и попытался придать себе невинный вид. Не сработало.       — Объясняй.       Устрашённый каменным лицом Ватари, Лайт принялся сбивчиво описывать их весьма энергичные ночные подвиги.       — Неудивительно, что ему больно! — прошипел Ватари, когда Лайт умолк. — Ты хоть спросил, не порвался ли он, не кровоточит ли? Потому что судя по его походке, так и есть. Боже правый, Лайт! Я знаю, что ты молод и думаешь, что всё знаешь о сексе, но это явно не так!       Лайт виновато переминался с ноги на ногу. Нет, он у Эла ни о чём таком не спросил. Даже мысли такой не было.       Ватари вздохнул и в отчаянии покачал головой.       — Лайт, анальный секс — безусловно приятное, хм… занятие, однако нельзя игнорировать базовую человеческую анатомию. Просто… о, Господи, просто почитай о безопасном сексе и погугли. Потому что если я узнаю, что у Эла снова разрыв, я с тебя живьём шкуру спущу.       — Ну, он вообще-то тоже в этом участвовал, и ему всё нравилось! — по-детски начал оправдываться Лайт.       — Ты сам это когда-нибудь пробовал? — ледяным тоном осведомился Ватари. — Очень сомневаюсь. Не думай, что ты о чём-то знаешь, пока не испытал это на себе. Так, сейчас я попрошу Трио помочь с делом, а ты будь добр потратить ближайший час на изучение соответствующей информации. А Эл сейчас отправится к фельдшеру, даже если мне придётся тащить его силком.       Эл, как раз закончивший разговор и успевший услышать последние слова, уставился на них круглыми, перепуганными глазами.       — Ватари, только не к фельдшеру! Со мной всё в порядке! Да, утром немного кровило, но…       Старик решительно подошёл к нему, схватил за шиворот и поволок за собой. Лайт ахнул.       — Читай! — рявкнул на него Ватари через плечо и вытолкал Эла за дверь. Лайт уселся за компьютер и принялся лихорадочно гуглить…       Если он причинил Элу вред, он никогда себе не простит. В мгновение ока вся его жеребцовая горделивость пропала, и Лайт почувствовал себя самым большим мудаком в мире. Устроившись в кресле поудобнее, он погрузился в чтение.

***

      Медсестра натянула пару латексных перчаток и двинулась на Эла. Тот зашипел, словно рассерженная кобра.       — Не подходи, Этель. Ударю, честное слово, — предупредил он, занося ногу. Он ни за что на свете не подпустит к себе эту мерзкую старушенцию!       Однако, перехватив выразительный взгляд Ватари, он счёл за лучшее пересмотреть свои намерения и с сожалением ногу опустил, после чего стянул джинсы и рявкнул на докторшу, чтобы та занялась уже делом и перестала таращиться на его задницу. Ватари сделал глубокий вдох и попытался сохранить себе здравый рассудок, медленно считая от одного до десяти.       Этель послушно принялась за осмотр, Эл тут же пискнул и невольно дёрнулся в сторону. Палец у неё был холоднющий! Эл совершенно не привык к такому. Лайт всегда сперва согревал смазку в руках, к тому же его пальцы были куда нежнее и ласковее, чем тот корявый сучок, которым сейчас тыкала в него эта старая карга. Эл бросил взгляд на висящие на стене часы. Уже пять минут прошло! Что она там делает столько времени?       — Обязательно было так долго ковыряться? — прорычал он, когда женщина наконец-то закончила осмотр.       — Мистер Лоулайт, должна сказать, вы иногда совершенно невыносимы. Я заодно обследовала вашу простату. Очевидно, что в этом отношении вы абсолютно здоровы, но, знаете, всегда лучше двух зайцев одним выстрелом…       Эл прожёг её взглядом. Он отлично знал, что рак простаты обычно случается у мужчин старше пятидесяти лет, а ему ещё и двадцати трёх не набежало, так что любезная докторша малость поторопилась с такого рода обследованиями.       — Как бы то ни было, у вас имеется небольшой разрыв на стенке прямой кишки. Я пропишу вам мазь местного применения. Кроме того, вам необходимо воздерживаться от половых актов минимум неделю, чтобы всё должным образом зажило и не было риска инфекции. Через неделю зайдёте ко мне, проверим, всё ли в порядке. И, мистер Лоулайт? Я рекомендовала бы вам донести до своего чрезмерно активного и, очевидно, физически одарённого любовника, что анальный и вагинальный секс — это совершенно разные вещи. Необходимо больше смазки, больше заботы и больше нежности!       Эл поморщился. Отчитала, как пятнадцатилетнего подростка.       — Спасибо. Я могу уже идти? — буркнул он. — У меня много важных дел.       — Разумеется, мистер Лоулайт. И позаботьтесь внести в список своих дел поиск информации о безопасном сексе. Увидимся через неделю.       Эл вылетел из медпункта, провожаемый дружным хихиканьем Ватари и докторши. Пришлось потратить несколько минут на то, чтобы успокоить нервы тремя чашками переслащенного чая. Вернувшись в кабинет, он без особого удивления обнаружил, что помещение оккупировано троицей.       — Эл… всё хорошо? Прости… чёрт, я и понятия не имел… — жалобно проскулил Лайт.       Эл со вздохом покачал головой. Ну как он мог сердиться на Лайта? Они оба не знали о подобных последствиях, что, конечно же, было не очень умно с их стороны.       — Всё нормально, потом это обсудим. Мальчики, введите меня в курс дела, — он сделал паузу, заметив, что Мелло и Мэтт сидят непривычно близко друг к другу. Хм, похоже, в их делах наметился прогресс. Но всё по порядку. Сначала работа. После того, как Эл живым вырвался из когтей семидесятилетней ведьмы, он был уверен, что закончить это расследование сегодня же ему будет раз плюнуть.       До вечера они готовились к предотвращению покушения. Концерт вот-вот должен был начаться, когда Эл заметил подозрительную группу молодых людей, одетых в футболки с логотипом группы. Они казались… дёрганными. Явно нервничали и словно ждали чего-то.       Эл приказал полицейским сомкнуться вокруг толпы и приготовиться. Едва Клатц вышел на сцену и начал приветствовать публику, Эл своим орлиным взором заметил, как Зак тянется за пистолетом.       — Начали! — скомандовал Эл, и на экране всё погрузилось в хаос. Загремели выстрелы, люди бросились врассыпную. Зак успел выпустить две пули. Первая попала в голову барабанщика, убив его на месте, вторая прошла в нескольких сантиметрах от Клатца.       Эл и Кей отдали полицейским приказ при необходимости стрелять на поражение. Зак совершил убийство на глазах у сотен людей, и их мало заботило, живым его возьмут или мёртвым. Главное, чтобы остановили. Благодаря чёткому и слаженному руководству детективов вся банда была в рекордно короткий срок повязана и выведена с опустевшего стадиона.       Эл облегчённо выдохнул и снял с уха гарнитуру.       Вот и ещё одно дело закрыто. Жаль только, что при этом погиб барабанщик.              Не теряя времени, Эл отослал канадскому премьеру электронное письмо, в котором уведомил, что группировка «Лица без милосердия» обезврежена и отправлена в тюрьму, а все материалы по делу, включая видеозаписи и обвинительные заключения, будут переданы канадской полиции.       Когда с работой было покончено, Эл переключил внимание на Лайта.       — Мальчики, отошлите в Канаду все необходимые доказательства и закрывайте дело. Лайт, отойдём на пару слов.       Мелло скользнул взглядом между ними и поспешно отвёл глаза. Не хотел бы он сейчас оказаться на месте Лайта.       Лайт послушно поплёлся следом за Элом. За всё то время, что они шли до квартиры, Эл не произнёс ни слова, и Лайт, слушая его тяжёлое молчание, с ужасом думал, что, наверно, это конец…       Однако стоило им переступить порог, Эл запер дверь, бросился изумлённому Лайту в объятия и чуть слышным шёпотом принялся жаловаться на «старую ведьму», которая тыкала в него пальцем и запретила им трахаться целую неделю. А потом он поделился тем, что узнал о нежной ткани анального канала, и какими они оба были дураками, зайдя в ту ночь так далеко…       — Эл, а ты хочешь трахнуть меня? — прямо спросил Лайт. Это ведь будет по-честному, око за око.       — Не особенно, — недовольно буркнул Эл. — Без обид, Лайт, но это чертовски энергозатратный, тяжёлый труд, а я довольно ленив. И потом, мне нравится быть снизу. Но… я готов, если ты этого хочешь?       — Думаю, тебе следует это сделать. В смысле, должны же мы хоть раз попробовать? Чтобы я лучше тебя понимал и был более внимателен.       — Ну ладно, — пожал Эл плечами. — Тогда пойди прими ванну, гигиена очень важна.       Лайт вздохнул и потопал мыться. День так хорошо начинался, когда всё успело пойти под откос?       Эл успел посмотреть целый эпизод «Морской полиции», прежде чем Лайт наконец показался из ванной. Он даже не стал давать себе труда одеться.       Эл закусил губу, припоминая всё, что прочитал этим днём. Так. Лубрикант. Подготовка. Неторопливость. Всё получится.       — Я, наверно, буду хреновым топом, — пробурчал он, шлёпая следом за Лайтом в спальню.       — Вот и посмотрим, — благодушно улыбнулся Лайт. В глубине души он очень надеялся, что активная роль Элу не понравится.

***

      Час спустя Эл лежал и хмуро смотрел в потолок. Всё пошло совсем не по плану. Когда после первого же пальца Лайт начал хныкать, словно маленькая сучка, Эл обнаружил, что быстро теряет весь запал. Тем не менее, они оба были детективами мирового класса, которые сейчас исследовали собственную сексуальную жизнь. Поэтому они взяли себя в руки и мужественно продолжили. Эл приложил все силы к тому, чтобы как можно лучше Лайта расслабить, однако когда дошло до дела, уже на втором дюйме тот так напрягся, что Элу стало больно.       — Чёрт возьми, Лайт, ну что теперь? Мужайся! — огрызнулся он, когда Лайт принялся скулить, что у Эла «слишком большой». А ведь ещё пять дюймов засунуть оставалось!       Очевидно, эти слова задели Лайта за живое, он собрался с духом и постарался расслабиться, и Эл наконец-то смог полностью войти. Ему пришлось признать, что ощущения, конечно, весьма приятные. Горячо. Тесно. Понятно, почему Лайту это так нравится. Он неспешно начал двигаться, и Лайт вцепился зубами в подушку. Не от страсти, к сожалению.       Не выдержав его полных трагизма стенаний и подвываний, Эл заставил себя кончить и отстранился с хмурым выражением на лице. Чувствовал он себя совершенно неудовлетворённым.       Топ из него действительно вышел так себе.       — Ох… было просто ужасно, — пробурчал Лайт.       — Да уж, — согласился Эл, утешаясь мармеладками. — Если ты не против, я больше не хотел бы меняться ролями. Но ты теперь, наверно, лучше понимаешь, почему так важно как следует меня растягивать?       Лайт истово закивал, поражаясь, насколько Эл всё-таки великолепен. Он берёт член, как грёбаный чемпион! И теперь, побывав в его шкуре, Лайт намерен трястись и хлопотать над ним ещё больше. Решив начать немедленно, он принялся воркующим голосом предлагать Элу расслабляющую ванну.       Эл самодовольно ухмыльнулся. Говоря по правде, он намеренно не стал оказывать простате Лайта никакого внимания, но говорить об этом, естественно, не собирался. Есть вещи, о которых лучше умолчать. Их первый в жизни дерьмовый секс, не говоря уж о травмах, которые он повлёк, стал потрясением для обоих.       Так что пусть всё остаётся, как есть.       — Котик, ванна готова! Хочешь, я приготовлю тебе чай?       Ухмылка Эла стала шире. Да, определённо лучше оставить всё как есть...