золотая звёздочка

♡       перемена между парами почти подошла к концу, но в коридоре ещё достаточно много студентов, общающихся между собой о всякой фигне по типу «чувак, ты смотрел тиктоки, которые я тебе скинул? тот с котёнком оч смешной» из-за чего в помещении стоит гул, после прерываемый звонком. итэр считает себя самым счастливым человеком на этой блядской планете: пока остальные корячатся на физре, не первый километр пробегая на холодном ветру по стадиону, он стоит ровно на своих двух и не умирает от нехватки воздуха. так ещё и вид ему открывается потрясающий.       альбедо на широком подоконнике с ними в пустой аудитории сидит, чтобы под ногами не путаться, и снова в тетрадке своей что-то вычитывает, периодически синей ручкой новые заметки добавляя. у него половина чесночной булки в левой руке, потому что он голодный уже, а косички из-за ветра и дурацкого кэйи слегка неряшливые, но он от этого только по-домашнему уютным выглядит. балдёж.       итэр ставит камеру так, чтобы свет с окна красиво падал, и у венти синяки на глазах растворились, словно их и не было вообще. он бы совсем свежо выглядел, если бы вчера вечером на спор бутылку сидра не выпил. ради чего? ему бы иначе пришлось посуду за всеми мыть, а у него принцип жизненный – уборка сосёт. впрочем, от него никогда алкоголем не несло, и меру он знал. бывало, конечно, пару раз, что он у итэра на коврике ночевал, когда перебарщивал, но тот и не против, главное, чтобы к нему в кровать не лез, потому что там мягче.       – сделай счастливую рожу, – венти в ответ на просьбу корчит такую моську, что без слёз не взглянешь – сразу видно: университет хороший, все довольны. кэйа хохочет над ним, сгибаясь пополам и тут же ловя правым полужопием пинок от эмбер. он ойкает наигранно и потирает больное место, а девушка на его выходки только глаза закатывает, потому что её порой злит несерьёзность парня. особенно бесит, когда он дразнит её, как маленького ребёнка, хотя она просто на год младше и ростом сильно ниже. однако, если не брать это в счёт, то их недодружбу можно назвать сносной. эмбер иногда даже делится обедом, который с собой из дома приносит, а кэйа помогает с курсачом, хотя сам в этом всём как слепой котенок тычется. удивительно, что этот долбач до четвёртого курса вообще доучился, не вылетев ещё в начале.       пока эти двое выясняют, кто из них более лох, а венти на мобильник перепалку снимает, чтобы потом было над чем постебаться, итэр пару раз взглядом с альбедо, у которого щека чертовски мило от булочки надута, встречается, отчего в груди трепещет что-то непонятное, и уши краснеют по-дурацки как у первоклассника, но тот в ответку невозмутимо бирюзовыми глазками смотрит и сухие искусанные губы от крошек облизывает, что скулить хочется. а ещё позаботиться, гигиеничку там вишнёвую подарить, чмокнуть аккуратно, но итэру думать об этом точно нельзя. по крайней мере, не сейчас, вдруг альбедо мысли читать умеет, а ему итак стрёмно, что щёки предательски пылают и в животе тянет.       ребята со съёмками в итоге почти до вечера ебутся, в разные корпуса кочуя, потому что надо всё показать: спортзал, лабораторию, где венти итэру однажды штаны какой-то штукой облил (долбонат натрия, блин), обязательно просторную столовку на первом этаже, которую отремонтировали в конце лета. вторая после компа гордость универа. вот тут им всем повезло, потому что она теперь как из будущего, а ещё пюрешка стала вкусная очень, грех жаловаться. нужно ещё снаружи кампус полностью отснять, но это уже не итэра проблемы, потому что ни у кого из них квадрокоптера нет, а ещё он хоть и крутой дохуя, но вот таких навыков у него не имеется. пусть лучше кэйа сам что-нибудь придумает. они поэтому в студии напоследок собираются, чтобы остатки работы раскидать между собой и наконец-то домой со спокойной душой пойти.       – хей, итэр, сходишь со мной сегодня к кэйе? – альбедо итэра в коридоре ловит, когда тот уже домой уходит, за руку осторожно в этот раз хватая, как будто это поможет тому не испугаться снова, – нужно ему отнести всё, что вы отсняли, чтобы он на выходных смонтажил. мне скучно одному, а с тобой приятно.       приятно. альбедо с итэром приятно, а он его ещё и за руку держит. лоху понятно, кто сейчас стоит взрывается от переизбытка чувств и пытается воедино часть мозга, отвечающую за речь, собрать. он бы о стенку сейчас головой побился с удовольствием или, ещё лучше, на кафельный пол прилёг охладиться, потому что ноги подкашиваются, а в груди горит всё. альбедо улыбается мягко, как кот довольный, потому что ему нравится итэра смущать. это его новое хобби официально. ачивка «сломанный мозг» получена.       только итэр в лице меняется внезапно, а медовые глаза заливаются грустью, и уши больше не кипятошные.       – я по химии отстаю очень, – он вытаскивает свою ладошку из тёплой альбедовой, как бы ни хотелось держать её всю жизнь, не отпуская, и в кулачок сжимает, отводя взгляд в сторону, – я бы забил или списал, но химичка вообще лютая, вряд ли получится. у меня даже конспектов нет.       конечно, у него ничего нет, он все пары на альбедо пялится, как тот пишет сосредоточенно и ещё ручку прикусывает время от времени. привычка дурная, все колпачки из-за этого мятые.       тот руку к подбородку прикладывает, как столетний мудрец из храма, сводя брови к переносице и мозгуя его слова, под конец выдавая:       – я помогу тебе, хочешь? только мы тогда ко мне зайдём.       вау. его альбедо ещё и к себе позвал. итэр теперь этот день в календаре красным кружочком обведёт и заламинирует в миллион слоёв, чтобы до старости потом по утрам как на икону молиться.       – х-хочу конечно. ♡       дома у альбедо всё так же тепло и пахнет вкусно-вкусно, а кошка итэра больше любит, кажется, потому что его худи, как только он на кухне за стол садится, сразу покрывается слоем шерсти рыжей, от которой потом венти чихать будет, если итэр кофту не почистит: он от аллергии мучается, ведь ему тоже котиков тискать хочется, а у него глаза слезятся и одышка дурацкая. несправедливо.       – а почему ты ей имя не дал?       – это странно, блин, – альбедо штаны на пушистые пижамные успел сменить, чтобы дома комфортно было, – но мне не нравится ничего просто, поэтому она просто кошка. иногда я её дурой называю, когда она меня зовёт сначала, а потом удирает.       он по небольшой кухне топчется, ставя чайник и с верхней полки две кружки спуская. одна белая с зайчиком, другая пивная. альбедо не пьёт, просто чай очень любит, памятник бы во дворе ему поставил. у него в шкафу по соседству две подарочные коробки невъебенного чая китайского и ещё какая-то бурда в пакете, которую он на развес в лавке купил недавно. выглядит не очень, но вкусно пиздец. ещё шоколадку с орехами достаёт, вообще круто.       итэр в это время солнышком любуется, как бы стрёмно ему ни было. он весь такой уютный, бегает туда-сюда, стучит ложкой, заварку делает. ему солнце, обычное дурацкое, недавно вылезшее из-за туч, с окна на волосы светит, отчего они золотом чутка переливаются, как и цепочка на шее, у которой застёжка вперёд передвинулась. он косички расплёл и в хвостик маленький наверху переделал. волшебный.       чай правда вкусный оказался, а итэр полшоколадки слопал, ему есть ещё с обеда хочется, потому что чипсы переварились сто лет назад, да и венти много не дал, зажмотил, они сейчас миллиард денег стоят. их как будто из трюфелей делают, а не из картошки обычной. альбедо про булочки вспомнил, только когда у самого чая в кружке меньше половины осталось. итэр в сухомятку одну в рот вмещает за секунду и жуёт смешно, как хомяк, обе щеки пухлые.       – можешь в комнату пока пойти, – альбедо после посуду со стола убирает, едва не роняя свою царскую кружку под ноги, – блять, фух.       итэр не упускает шанса продолжить свою утреннюю эксурсию по обители солнышка и только сейчас замечает, что у альбедо на подоконнике два динозавра плюшевых рядом лежат. это судьба, блять, и никто итэра не переубедит теперь.       он садится на пол у матраса-кровати, ноги скрещивая, и в рюкзаке копошится в поиске ручки, чтобы самое важное себе записать. альбедо, хозяюшка, блин, посуду всю вымыл, и теперь рядом с итэром почти вплотную на одеяле сидит, в ноутбуке с камеры файлы на флешку перекидывая, отчего в животе снова приятно сжимает, и тепло мгновенно становится. хочется голову на плечо ему положить и от счастья откинуться. он ему заранее тетрадки свои отдал, потому итэр скрупулёзно все темы к себе переносит, маркером основное выделяя, хотя голова соображать никак не хочет, учитывая причину, которая сейчас в паре сантиметров от него на кнопочки с приятным клацаньем тычет. от этого мурашки по коже марафон устраивают.       – стой, погоди, – итэр боковым зрением улавливает жёлтое пятно, внешне на самого себя похожее на экране ноутбука, – ты меня фоткал?       – да, вопросы? – он ему прямо в глаза смотрит, чертила, непоколебимо. даже дышит ровно, в отличие от итэра, который забыл, что значит кислород глотать. он на это не находит ответа, ему вновь от смущения хочется на этаж ниже к соседям провалиться, а в голове идея утопиться в луже у подъезда появляется. ну, чисто теоретически это возможно. но в целом, его заебало немного, что он как додик стесняется постоянно, мог бы привыкнуть уже. хитрожопый альбедо успел сделать пару кадров, пока камеру настраивал. итэр на фотке маленькой фигуркой бокуто из волейбола восхищается, счастливый до пизды, потому что у самого таких прикольных штук никогда не было.       альбедо пишущему итэру рандомные факты рассказывает типа: «ты знал, что с кошками нельзя лазером играть, потому что у них депрессия начинается, что они поймать ебучую точку не могут?», пока того химия в жопу ебёт. а хотелось бы, чтобы не химия. итэр её за двадцать минут заспидранил, потому что переписать недолго, а выучить и перед парой можно. во всяком случае, он очень надеется на способности своего мозга, если он у него есть. вообще, для итэра всё ещё загадка посложнее пирамид в египте, почему имена чужие из головы вылетают. в ней, походу, только один альбедо живёт и за аренду не платит.       – холодно, блин, – итэр ёжится, выходя из подъезда. стало темнее, чем было до великой чайной церемонии в компании альбедо и его шерстяной подруги. он из рюкзака потёртую джинсовку достаёт, сразу же на себе её застёгивая. рубиново поебать, что он смешняво выглядит теперь, главное, стало тепло. альбедо тоже от холода мелко подёргивается и руки потирает. хорошо, хоть ветра нет, и они не как полярники сквозь буран пробираются.       – чупик будешь? – альбедо протягивает один в ярком цветном фантике итэру. тот его принимает радостно, как ребёнок, которому игрушку новую купили. арбуз и дыня, неплохо в целом, хотя у него любимый с колой и вишней. ему теперь как-то неловко даже, и он пообещал сам себе, что потом альбедо тоже накормит всяким вкусным и неважно, сколько всё это будет стоить. для солнышка ничего не жалко, можно даже квартиру на него переписать, но это позже, если они поженятся. итэр бы хотел.