Мирали

Пять Силы мои физические закончились, как и подъем. Я старался дышать через раз, ровно, неглубоко и медленно. Малыш Парящий вертелся на моей спине, норовя свалиться. А копытами — не удержишься, следовательно, его нахождение на моей спине моя же забота. Крупом я слегка привалился к нагромождению камней, довыпуская тьму, вдобавок к уже истончившейся. Эх, силы мои, силы, вас на донышке. Каждый раз так кажется. Какое ж ты, донышко? Я хихикнул. Стукнуло, высекая искры, копыто. — К началу! — одновременно со снопом искр прозвучал детский приказ. С какой же сырой, но жёсткой силой это было сказано! И (магия такая магия), вокруг вновь все помутнело. Включились давно и, казалось, прочно похороненные под грузом веков навыки. Жизнь должна быть сохранена! И мелкий детёныш на моей спине оказался окутан непроницаемым для среды, в которой мы оказались, коконе. Мое дыхание изменилось. Зрение, впрочем, тоже. В верхнем правом углу побежали строки анализа воздуха. Ядовит. Кислотность в алой зоне. Прозрачность стремится к нулю. Кислород в серой зоне. Метан в алой. Сернистый в оранжевой. Температурная кривая резко пошла вниз. Минус десять, минус двадцать, минус сорок пять… ионизация девяносто. Радиационный фон... Столбик шкалы между тысячью и полутора. Обугленные остовы деревьев. Грязный снег. Ветер едва колышет волоски антенн. Шаг. Ещё. Ещё. Нагромождение стволов. Каменная невысокая арка. — Модуль три, Мирали-тьма, подойдите к приемному гнезду для осмотра и обмена данными. Прислоняю лоб к арке, аккуратно вставляю внешний разъем в гнездо. — Функционирование в пределах программной свободы. Ядро развивается на семьдесят процентов быстрее расчетной нормы. Таймер сбит. Блоки шестьсот тысяч три и семьсот восемь тысяч, все — повреждены. Требуется замена? Выдергиваю рог из дыры и очумело трясу головой. Что это было? Как же страшно, Мать! Я — всего лишь модуль очистки планеты от последствий ядерной войны… о, Мать… это ведь твой голос… тогда что я помню? Сквозь ставший зыбким слой воспоминаний о воплощении вижу совсем иное… Лаборатория. Серые от многодневной усталости люди, из последних сил завершающие обтяжку шкурой моего сверхпрочного скелета с уникальными, кремний-титановыми мышцами. Бесконечное тестирование лабораторным ии моего, едва выделенного для свободного функционирования, ядра сознания. Яростный спор двоих: — Они должны самовоспроизводиться! — И что? Заселить землю биороботами единорогами? Дура! — Они смогут выжить. А мы, как вид — нет. Нас слишком мало. — Ты ненормальная, Марта! — Я реалистка, Одер. — Ты чертова проклятая идеалистка! — Но они могут выжить. Дальнейший спор считаю напрасной тратой энергии. К делу! Помню, как вышагнул из бокса под слова программы: — Воплотитесь, дети… Все… ложь? А Парящий? Вот же он, живой, в защитном коконе, на моей спине! Это... как? И сколько же тысяч лет прошло?