Мирали

Десять — Сыграем? — Откуда на вершине скалы взялся этот непонятный старик с игральной доской и странными фишками, я не понял. Но кивнул. — Не все то, что я говорю, ты слышишь, и не все то ты слышишь, что говорю я. — Лис почесал летнюю, жидковатую шкуру и уставился на меня. — Ух тыыы! А ты кто? — Когда поймёшь, тогда узнаешь. Вернемся к партии, — кивнул юноша, и его тонкие пальцы струями дождя коснулись доски. — Фишки играют сами, поскольку обладают свободой воли и могут все — разумеется, в соответствии с правилами игры. — То есть с тобой? — Именно, — ослепительно засияла под солнцем доска. — Но, кроме правил, есть еще и мошенничество. — Кто же мошенничает — фишки? — растерялся я. — Вот еще! — озорно рассмеялся мальчишка с поцарапанным носом. Выйдет у них, как же! Хотя они и пытаются. — Я хочу вернуться домой. — Любой путь ведёт к исполнению. Вот, возьми. И очаровательная девушка протянула мне кувшинчик. — А я не умру? Ведь ты… — Полагаю, что не сдохнешь — зверь, похожий на всех зверей и одновременно на старую лодку, весело чихнул — тебе же нужна дорога? Я бережно взял кувшинчик зубами. Задрал голову, хлебнул, питья хватило ровно на один глоток. Полупрозрачная бутылочка выскользнула из на миг ставших непослушными губ, и, не долетев до земли, рассыпалась искрами. — Не задерживайся — прогудел ветер — путь открыт. И я шагнул в тающие искры. — Мирали, не отвлекайтесь. У вас ещё два кристалла на этот месяц! На миг мне стало жутко. Значит это не сон и я действительно был этой странной магичкой? Поднял непослушные руки, взял кристалл и уронил под ноги тела, в котором пришлось провести несколько месяцев, и в котором я сам казался себе сном. Вновь шаг, искры, и я бессильно распластался на куче обломков, придавленный тяжестью Парящего. Кокон тьмы стал совсем зыбким, и я черкнул рогом по каменным обломкам, вырывая нас… в снег. Арка медленно затухала. Голос, призывающий к "исправлениям накопившихся программных ошибок" смолк. Ловя глазами последние искорки на снегу, вновь нырнул, отыскивая путь домой. Виноград был диво как вкусен. Золотистые, напитавшиеся солнечной лаской ягоды таяли на языке. Я — Мирали. Старейший. Моя задача — воспитать многоправнука. Что это было? А важно ли? Зато я теперь чуть лучше понимаю, как выглядят правила игры, называемой жизнью. И это… любопытно. — Благодарю — донеслось сквозь ничто. Или нечто. Я склонил голову, ловя солнечные зайчики на ставший серебристым рог. Я — Мирали.