Guoshi is this close to figuring it out!/Советник очень близок к разгадке!

      Уникальный план советника начинался с подсобки Игорного дома — убогого и плохо освещенного места, как раз подходящего для такого рода вещей. Он сидел здесь уже какое-то время за длинным столом, ожидая своего сообщника. Глаза Мэй Няньцина были прищурены, а сам он сидел закинув ногу на ногу, держа у себя на коленях кошку, которая мурлыкала от удовольствия. Вскоре расшитый бисером занавес, висящий при входе в комнату, отодвинулся, и в неё вошёл человек. — Ох, — сдержанно произнёс советник, почёсывая кошку за ухом, — ты пришёл. — … — простой призрак-торговец стоял напротив него, переминаясь с ноги на ногу. — Да, я пришёл. Все же… ты меня попросил, так что… — Тихо, — сказал Мэй Няньцин, подняв руку.       И демон замолчал.       Советник попытался привстать со стула, чтобы развернуть его к собеседнику и при этом не уронить кошку с колен. С горем пополам, у него получилось это сделать, и он заговорил: — Ну? Ты подумал над моим предложением? — Подумал… — несмело ответил демон, почёсывая затылок. — Ты же всего лишь хочешь арендовать мой ларёк на день. Конечно, я… — Тс-с-с! Не так громко! — прошипел советник. — …Эм. Хорошо. Ты же хочешь просто его арендовать, я правильно понял? — Да, но слушай внимательно. — Слушаю. — Никому не говори о нашей сделке! — Конечно, я не скажу, — кивнул призрак торговца. — Нет-нет, ты меня не понял. Ни-ко-му! — …Ладно. Не то чтобы я собирался кому-либо об этом говорить… — За то, что будешь держать язык за зубами, — сказал Мэй Няньцин весьма высокомерно, — тебе хорошо заплатят. — Ага, спасибо. — Неожиданно демон посмотрел вниз. — Ох, старина Мао, это ты? — Привет, — откликнулся кот на коленях советника, — как поживаешь? — Что ты здесь делаешь? — Сам не знаю. Этот мужик только что подобрал меня на улице, и я не понимаю, зачем я здесь нужен. Но, учитывая, что у него на коленях довольно-таки комфортно, я… М-р-р-р-я-я-я-я-яу!       Советник сбросил эту дрянь со своих колен, содрогаясь от ужаса.       Господи, этот город… как же он устал от всего этого!

***

      Именно так советник и оказался на рынке в своем арендованном ларьке, чопорно сидя и ожидая чего-то в обычных одеждах торгаша. Смотрел и выжидал момент.       Пока он сидел и ждал у моря погоды, мимо проходила старушка-призрак с корзиной репы, которая подошла к его палатке и спросила: — Э? Что ты продаешь? — Ты… кыш отсюда. Для тебя тут ничего нет, — прошипел Мэй Няньцин. — Откуда знаешь, что я ничего не куплю, если ты даже не сказал, что продаёшь?       Советник окинул женщину взглядом, чтобы понять, чего она точно купить не захочет. Сморщив лицо, он сказал: — Секс-товары. Я продаю… секс-игрушки.       Глаза старушки заблестели, и она потянулась за кошельком. — Правда? — Я хотел сказать, что не для тебя эти игрушки! Кыш! Прочь отсюда! — Эх, ладно, — смирилась женщина и ушла.       Советник не учёл такую проблему. Для окружающих он был новым никому не знакомым торговцем в самом в центре Призрачного города; разве не будет каждый любопытный демон останавливаться и рассматривать его товары, мешая его плану?       Размышляя об этом, он не заметил, как к нему подошел ещё один демон — на этот раз какой-то дряхлый старик. Он так же, как и та женщина, спросил: — Что ты продаёшь?       Мэй Няньцин снова задумался: чего бы точно не захотелось купить ни одному призраку? Через несколько секунд он сказал, прочистив горло: — Я продаю детские игрушки. У вас есть дети? — Нет, — сказал призрак и покачал головой, — удачи. — Спасибо, — ответил советник и мужчина ушёл.       Ох, да он слишком умён!       К счастью, Мэй Няньцину больше не надо было ждать — он заметил в толпе белые монашеские одеяния. Се Лянь расхаживал по рынку с корзинкой в руках, заходя к различным торговцам и выбирая овощи. С каждым из демонов он по-дружески общался. Казалось, что все эти торговцы с почтением относились к принцу.       Нахмурившись, советник понял, что у него появилась новая проблема — такими темпами он не сможет привлечь внимание Се Ляня! Надо действовать! Мэй Няньцин засунул пару наборов для каллиграфии к себе в сумку, которую перекинул через плечо, и подошел к Наследному принцу. — Добрый день, даочжан! Кхе-кхе… У меня есть кое-что для Вас, точно не откажетесь!       Принц как раз рассматривал капусту, но повернулся к незнакомцу и уставился на того с любопытством. — А?       Мэй Няньцину стоило быть более осторожным, чтобы Се Лянь ничего не заподозрил. Для этого он применил всё своё актёрское мастерство и играл роль обычного торгаша, очень хитрого и старающегося заманить покупателей. Советник прочистил горло. — Кхм, есть ли среди ваших знакомых кто-то, у кого есть проблемы с… хваткой? — С хваткой…? — Ну, кто-то, кто не умеет держать вещи, — просопел мужчина. — Если вы понимаете, что я имею ввиду. Сжимает недостаточно или слишком сильно, или вообще держит криво…       Се Лянь остался ещё более обескуражен после этих объяснений. — Ну, не совсем… — Кто-то очень неаккуратный или, возможно, кто вечно всё расплёскивает. — Эм… — Со слишком нежными и мягкими руками, или слишком напористыми — тоже большая проблема. — Простите, но я всё ещё не совсем понимаю Вас… — Вот что я скажу! — воскликнул Мэй Няньцин и внушительно поднял палец вверх. — Всему этому есть простое решение! Принц кивнул. — Ладно, какое? — Что ж, я продаю…       Как только он собирался сказать «наборы для каллиграфии», мимо них проехала старая телега, запряжённая ослом, которая скрипела так, что заглушила все последующие слова советника. — Что? — спросил Се Лянь сквозь шум.       Мэй Няньцин весьма красноречиво посмотрел на телегу и дождался, пока она проедет мимо. После этого он прочистил горло и повторил: — Я продаю наборы для…       Группа едва одетых демониц пробежала мимо, смеясь так, что их хохот разносился по всей округе. С трудом поборов желание подставить этим девушкам подножку, советник попытался снова: — Как я и сказал, до того как меня очень грубо и невоспитанно прервали… — Покупайте репу! — заорала женщина с соседней дороги, прогуливаясь со своей корзинкой. — Покупайте репу! Свежая и дешёвая репа! Советник кинул на неё презрительный взгляд. — Вы не возражаете, если я… — Э? Это ты, тот продавец секс-игрушек? — Хорошо, спасибо, до свидания, — быстро выпалил Се Лянь и дал дëру. — Погоди! Я сказал, что продаю… — закричал Мэй Няньцин, бросившись в погоню за принцем. Но его ученик был быстрее!       Се Лянь даже не собирался его слушать, он мчался вперёд, не разбирая дороги, с красным как помидор лицом. Он случайно столкнулся с каким-то призраком. — Извините! Пропустите пожалуйста, за мной кое-кто гонится! — заикаясь сказал принц. Он пытался пройти мимо этого демона. — А? — призрак заглянул Се Лянь за спину и увидел там стремительно приближающегося советника. — Почему он гонится за тобой? Разве он не продавец игрушек? — Именно поэтому я и убегаю! Пожалуйста, пропустите. — …Но он сказал, что это игрушки для детей.       Се Лянь остановился, поражённый тем, что сказал этот мужчина. — Он продаёт такие вещи для детей? — Ага, так и сказал. Но ты не выглядишь слишком маленьким, паренёк. Может, у тебя есть ребенок?       Принц ничего не ответил, но вскоре обернулся, выглядя довольно… разозлённым? Мэй Няньцин остановился и облился потом. — Нет, подожди, я… — Подобное для меня неприемлемо. — очень грозно промолвил принц. — Ты сдашься мирно, или мне придётся преследовать тебя? — Это недоразумение, я…       Се Лянь мгновенно обнажил свой меч и погнался за ним. — Подождите, подождите, Ваше Высочество!       Он как раз успел увернуться, и в следующее мгновение на место, где он стоял, прилетел клинок. Единственное, что советник мог сделать в этой ситуации — бежать!       Какая скорость! Какая грация! Советник действительно горд боевыми навыками своего ученика. Они… они остались такими же, даже стали лучше. Лучше, чем у самого Мэй Няньцина!       Обучение принца… Ох, этот почтенный действительно проделал просто грандиозную работу!       Перепрыгивая с крыши на крышу, советник всё ещё тащил за собой сумку с каллиграфическими принадлежностями, одновременно пытаясь докричаться до принца. Бесполезно. Он не успокоится, пока не поймает его, но если вдруг личность Мэй Няньцина будет раскрыта… Нет-нет, такого не надо!       Снизу, на дороге, демоны останавливались, чтобы посмотреть на увлекательнейшую погоню. Они поднимали головы и наблюдали за стремительными фигурами, проносившимися над крышами. Среди этих демонов были двое друзей. — О? Это случайно не старший дядюшка? — заметил один из них. — Почему он гонится за кем-то? — А ты не слышал? Старуха Лулу сказала, что этот малец продавал секс-товары.       Эти двое стояли и смотрели, как фигура в белых монашеских одеяниях пронеслась мимо них и выкинула вперед пару кинжалов, а торговец, за которым эта фигура гналась, вскрикнул и еле-еле увернулся от лезвий. — Хах, — усмехнулся всё тот же призрак, — раз он преследует этого торговца, старший дядюшка, должно быть, в отчаянии. Видимо, Градоначальник Хуа не совсем хорош в… ну, вы меня поняли, хе-хе. Ау! Что это было?!       Его собеседник наградил демона ударом в плечо. — Молчи! Градоначальник лучший во всем! Кроме того, такие штуки используют даже при здоровых отношениях.       Другой призрак ухмыльнулся. — Да? Это тебе так твоя подружка сказала, хе-хе? — Ты…! Чертова псина!       Собачий оборотень с горой мускул повернулся к ним, сверкая от гнева глазами. — Чё ты там сказанул на счет собак?       Мгновенно началась уже другая потасовка, где сцепились трое демонов. Прохожие теперь не обращали внимания на принца, переключившись на новую разборку. — Глядите! Ещё одна драка! — Ура! — Как здесь сегодня весело!       Чтобы поддержать начавшийся балаган, все демоны на рынке стали размахивать кулаками, либо кидаться тем, что под руку попадёт. Именно из-за этого под ноги советника вскоре прилетела дыня, которая сбила его. — Уф… — Мэй Няньцин споткнулся и свалился на одну из крыш. Он стал нервно копошиться у себя в сумке. — Подожди! Подожди!       Прошла всего пара секунд, а Се Лянь уже нагнал его. Он мягко приземлился на ту же крышу в своих одеяниях, развевавшихся на ветру. Взмахнув мечом, он подался вперёд. — Нет, стой! — советник выставил перед собой набор для каллиграфии, словно чтобы защититься, и спрятался за ним. — Я продаю это! Я продаю наборы для каллиграфии!       Се Лянь очень удивился, а потому остановился и опустил меч.        — Что? — Смотри! — он открыл ларец, где были тушь и камень для растирки. — Это лишь недоразумение! — … — принц нахмурил брови. — Почему они посчитали, что это… — Они выглядели бедняками, лишь потому я сказал этим призракам первое, что пришло в голову, лишь бы поскорее ушли. У меня нет столь неприличных товаров, ты можешь проверить! Давайте, Ваше Высо— старший дядюшка! Пошли, проверишь мой склад! Се Лянь всё ещё выглядел очень неуверенным и растерянным, из-за чего советник продолжал расхваливать свой товар. — Это наборы для тех, у кого всё совсем плохо с каллиграфией…       На этих словах глаза принца заблестели. — Правда? Они работают? — Г-гарантирую! — заикаясь, выпалил Мэй Няньцин. — В таком случае, я возьму один. Хорошо, что это лишь недоразумение, — с такими словами он подошёл к советнику и вложил ему золотые монеты в дрожащую руку, — вот, держи, это за беспокойство. Ещё раз спасибо и до свидания!

***

      Тем вечером Мэй Няньцин вернулся в свои покои в Доме Блаженства всё ещё пытаясь отдышаться после погони. Он отбросил куда подальше свой костюм торговца и рухнул в кресло.       Вот никогда такого не было! Чтобы он находился на самой грани, сам Великий Советник! Безусловно, он добился своего, ведь этот почтенный столь умён и сообразителен, хотя вся эта ситуация явно не пошла нервам на пользу… Конечно же, Мэй Няньцин позволил всему этому затянуться, лишь чтобы убедиться в навыках своего любимого ученика. Ему нужно было проверить, в той же форме ли он находится! Ну, или это всё было для того, чтобы развеять скуку, или… ой, неважно, он ещё не придумал оправдание!       Но развлечения развлечениями, а это всё равно пришлось бы как-то закончить. Слишком клишированный финал — ученик убивает своего наставника!       Простите, Ваше Высочество, но так нужно…       …кроме того, это помешало бы выполнению изначальной задачи.       Чтобы вы не забывали — план советника всё же удался, не смотря на устроенный беспорядок.       Теперь, нужно лишь ждать.

***

      Только после ужина, когда Мэй Няньцин почти заснул в кресле, талисман, который он прикрепил к запястью, пришёл в действие. От этого мужчина резко вскочил и осмотрелся. Кисть, которую он продал Се Ляню, наконец-то была использована. Время действовать. Советнику нужно было спешить, он быстро шёл по коридору. — Господин? — вдруг откликнулся из-за колонны Инь Юй. — Могу ли я Вам чем-то помочь? Но на этот раз Мэй Няньцин был готов! — О, это ты! — советник остановился. — Как удачно встретить Вас здесь, молодой человек; Вы мне как раз нужны! — Я… нужен? — спросил слуга Князя Демонов после длительной паузы. — Кое-кто проник на территорию поместья, кажется, он ищет тебя, — ответил мужчина, — Я не слышал его имени, но явственно видел, как он преодолел барьер и кричал твоё имя. Он выглядел весьма решительным.       Инь Юй попятился назад. — Ч-что? — Да-да, всё именно так, — кивнул сам себе советник. — Кажется, у этого человека были… хм… кудрявые волосы. — Я… Мне нужно идти! — выпалил юноша и, развернувшись в другую сторону, побежал.       Идеальное попадание!       Но недолго ему пришлось праздновать свою победу — возможно, этот слуга уже доложил всё своему хозяину? Такой трюк не провернуть дважды, нужно действовать очень быстро. Именно поэтому Мэй Няньцин сорвался на бег. Пролетая мимо ряда дверей в коридоре, он чувствовал, как талисман на его руке начинает гореть сильнее, жечь кожу.       Наконец-то! Он на месте. Когда бумага уже почти полностью сгорела, советник распахнул дверь перед собой.       Зрелище, представшее перед глазами, расколола сердце Мэй Няньцина надвое.       Его Высочество Се Лянь, Наследный принц Сяньлэ, Наследный принц, угодивший Богам, стоял в полусогнутой позе над столом, держа в руке кисть для каллиграфии. Его волосы рассыпались водопадом по бумаге, а сам принц выглядел так, будто заснул за работой. Однако он точно не спал, а пытался что-то написать. И делал он это…       …сидя на коленях Князя Демонов, да ещё и так, что любой мастер каллиграфии упал бы замертво, только увидев это. У демона, у этого треклятого существа на лице расцвела жестокая улыбка. Хуа Чэн одной рукой поправлял дрожащее запястье Его Высочества, что держало кисть, а второй что-то энергично делал под столом — наверняка растирал на камне тушь, причём совершенно неправильным образом! Точно, точно! Увы, у советника не хватило выдержки, чтобы продолжить наблюдать. Он отвернулся и драматично взмахнул рукой, выкрикивая: — Я так и знал! Как ты мог?! — Учитель! — выкрикнул Се Лянь в ответ. — Простите, пожалуйста, за все оправдания, я правда… я просто не знал, как сказать. Простите, простите… — Молчать! Я услышал достаточно! — Мэй Няньцин, всё также сохраняя драматический образ, указал пальцем в каком-то направлении, которое, как он понадеялся, было верным. — Быстро уберите всё это и идите в мои покои. Оба! Нам нужно поговорить.

***

      Советник сидел по одну сторону стола, выглядя очень бледным и нездоровым, едва способным посмотреть на людей напротив.       По другую сторону сидел Се Лянь с покрасневшим лицом, опустив голову вниз. Рядом расположился Хуа Чэн, откинувшись на спинку стула со скучающим видом.       Спустя некоторое время, принц решился заговорить: — Наставник… — Нет-нет! — Мэй Няньцин начал вертеть головой и словно задыхаться. — Я не желаю этого слышать! — … — …       Никто ничего не говорил. Однако настал момент, когда Князь Демонов решил опозориться. — Господин, позвольте этому слуге сказать пару слов, — тон Собирателя цветов под кровавым дождем был очень ровным и успокаивающим. — Его Высочество относится к Вам с сыновней почтительностью, очень послушно и милостиво. Он лишь хочет объясниться перед вами должным образом. Не могло бы Ваше Превосходительство проявить великодушие и уделить минутку, дабы принц смог… — Да как ты смеешь говорить о нем со своими фальшивыми любезностями? — выкрикнул советник. — Зная, что ты с ним сделал… — О, — Хуа Чэн приподнял брови. — Наставник, это несправедливо. — вмешался Се Лянь. — Сань Лан не делал ничего, с чем я бы не согласился. — Что ж! — Мэй Няньцин наконец-таки обратил на него свой пылающий огнём взгляд. — Зная, что он заставил Ваше Высочество участвовать в этом… Такая формулировка подойдёт? Все довольны, м?! — Учитель… — Продолжайте! Объясните, если Вашему Высочеству есть, что говорить. Я послушаю! — Я… много думал об этом, — тихо сказал Се Лянь, — и, возможно, это будет неприятно слышать, но… я уже не тот наивный ученик, которого вы наставляли давным-давно. Я очень сильно изменился, мои взгляды поменялись. Мне стоило сказать обо всём раньше, однако… это неловко? Я чувствую свою вину. И уважаю Вас, как своего Учителя. Но я не стану извиняться за то, что делаю со своим телом что мне угодно. Я сделал свой выбор, и я выбрал Сань Лана. — Тело? Ты думаешь, меня твоё тело волнует?! — голос советника задрожал. — Я беспокоюсь о твоём сознании! — О моём сознании? — Ты всё ещё не понял? Ладно! Тогда вот что спрошу: кто из Вас стал инициатором? — Мы просто… — Кто просит о новых занятиях, кто придумывает что-то новое? Кто портит твои навыки ради собственной выгоды? И кто, в конце-концов… — Мэй Няньцин скорчил лицо, — …каждый раз принимает на себя роль учителя ради этих самых занятий?! — Учитель! Это наше личное дело! — Личное? Да как оно может быть личным, если вы везде оставляете следы? — Что? — Се Лянь весь сморщился. — Мы не делаем этого! — Не делаете, конечно! Да Вы, Ваше Высочество, оставляете следы направо и налево!       Принц быстро залился румянцем и спрятался за Хуа Чэна, который, казалось, размышлял о чем-то. — О каких… — Более того, ты чуть ли не всю стену измазал! — Нет-нет, это не возможно, мы бы заметили! — Дурачками прикидываетесь? Но что я тогда видел, Ваше Высочество? — он скрестил руки на груди. — Столь красивая каллиграфия, которую вы оставили на стене, годится даже для мэньляня! — Нет, мы не… — Остается понять лишь одно. Кто же орудовал кистью? — Наставник! — в смятении воскликнул принц. — Хм, — Князь Демонов задумался, — если всё действительно так, как описывает Ваше Превосходительство, должно быть, это… — Остановись, остановись, стоп! — прервал его Се Лянь. — Не говори больше ничего, пожалуйста, Сань Лан. — О.       Взволнованный принц снова повернулся лицом к советнику и наконец-то заговорил. — Если мы и вправду были столь беспечны, прошу простить нас, наставник, за оскорбление Вашего взгляда. Однако, это наш дом, и пока ещё я решаю, что здесь делать. Никакое из ваших наблюдений не противоречит этому. — Конечно, это твой выбор, я же не могу решать за тебя! — усмехнулся Мэй Няньцин — Подобное и не является моей целью. Я лишь хочу доказать тебе, что это плохо! — Это не плохо! — Правда? Хмф! — просопел он. — Тогда, необходима демонстрация в образовательных целях. — Серьезно? Прямо сейчас? — спросил Хуа Чэн с лёгким удивлением.       Просто не верится, что у него хватило наглости спросить подобное! — Да, прямо сейчас, ленивый и ни на что не годный ученик! Советник предпочел игнорировать демона и выудил из рукава кисть. — А, — разочарованно сказал демон, — такая демонстрация.       Мэй Няньцин все еще не обращал на него внимания, вместо этого обратившись к принцу. — Ваше Высочество, видите эту кисть? — Да, Учитель. — Что ты о ней думаешь? — …Это обычная каллиграфическая кисть. — Хорошо, — советник хлопнул по столу листом бумаги, поставил чашечку с чернилами и выпустил из рук кисть, — Держи. Напиши что-нибудь. — Что… — Я не буду повторять!       Неохотно, Се Лянь написал свое имя.       Ох, какой прекрасный почерк! Хорошо, что этот почтенный успел вовремя! — Чудесно, — удовлетворенно сказал советник. — Теперь, передай кисть… ему.       Се Лянь вздрогнул и передал её Хуа Чэну, прошептав: — Прости за это, Сань Лан.       Демон ему улыбнулся. — Не беспокойся, гэгэ, это всего лишь… — Тихо! Никаких милашеств, у нас серьёзное дело! — затем он поднял свой палец и указал на Собирателя цветов под кровавым дождём. — Ты, демонёнок… Напиши что-нибудь. — О, — коротко ответил Хуа Чэн и написал.       Советник чуть не начал кашлять кровью. Что это за— — Наставник, с Вами всё в порядке? — поинтересовался принц.       Мэй Няньцин пребывал будто в предсмертных судорогах, его лицо бледнело на глазах. — Со мной всё хорошо. Останови его и верни мне кисть. — Сань Лан, Сань Лан, — Се Лянь протянул ему руку, — ха-ха, ну всё, достаточно. — Ладно, — послушно ответил демон и отложил кисть. — Как я справился?       Се Лянь лишь улыбнулся и пожал плечами, ничего не сказав, после чего вернул кисть своему наставнику.       Тот, немного придя в себя, не решаясь посмотреть на ужасающий хаос на каллиграфический бумаге, который посмел находиться рядом с шедевром Его Высочества, прочистил горло и продолжил: — Очень хорошо. Теперь эту кисть использовали два разных человека, правильно?       Се Лянь кивнул в растерянности. — В таком случае я буду третьим! — советник поднял руки и вскоре раздался хлопок.       Шлёп! Шлёп! Шлёп! Мэй Няньцин бил кистью по бумаге, прижимая её ворс к поверхности, буквально вдавливая в её в лист. Он ничего не писал, лишь бил и тёр бумагу. — Эм… Учитель? — раздался голос принца. Но советник был настроен весьма решительно. Он продолжал мучить бумагу, с усилием её разрисовывая. Кисть больше не могла быть использована для каллиграфии. — Уф... Ох... — Мэй Няньцин отдышался. — Наставник, с Вами всё в порядке? Вам нужна помощь…? — Нет-нет! Смотри, просто смотри!       После того, как прошла ещё минута, советник наконец-то успокоился. Он откинул кисть, волоски которой находились в совершенно беспорядочном состоянии, после чего отдал её принцу. — Вперёд, скорее! Раньше тебя это не смущало, так попробуй написать своё имя такой кистью.       Се Лянь не принял её. — Вы подразумеваете, что человек – это кисть? — изнурённо предположил он. — Я всё ещё очень Вас уважаю, однако человек не может быть кистью и не приходит в негодность после первого использования… Увидев, что Его Высочество не собирается брать в руки эту изуродованную принадлежность для каллиграфии, Хуа Чэн взял её сам и начал вертеть в руках. — К тому же, человек в принципе не может быть использован как кисть, — продолжил принц. — Но может измениться! — воскликнул Мэй Няньцин. — Измениться из-за других людей! — Это не так работает! — Так оно и работает! — На самом деле, — вставил слово Князь Демонов, глядя на своё последнее творение, пока с кисти капали чернила, — после того, как я использовал эту кисть, она нисколько не изменилась. — Ты, ты…! — советник весь побагровел, его глаза покрылись сеткой красных линий. — Молчи! Я ещё доберусь до тебя! — О, — сказал демон и отложил кисть.       Мэй Няньцин вздохнул. — Ваше Высочество, я ожидал, что Вы меня не поймёте. Все же, это мой пробел в Вашем обучении, и это мне стоит извиниться. Любой мастер своего дела, даже любой человек обладает определённой чистотой, которая превосходит все физические и ментальные аспекты. Это та причина, по которой учителя не берут в ученики кого попало – границы между ними стираются, их черты характера смешиваются. — …Мне кажется, я не могу уловить смысл Вашей метафоры, — смущённо сказал Се Лянь. — Это не метафора! Я говорю прямо. Тебе может казаться, что у тебя всё под контролем, но в итоге получится так, что это именно он полностью контролирует тебя! — Я знаю. И дорожу этим. — Как ты можешь такое говорить?! Ты знаешь, кто он? Ты видел его навыки в каллиграфии? — Что? Каллиграфия не может определять человека… — Не переводи тему! — Разве это не Вы её переводите? — Вы намерены запутать меня, Ваше Высочество? Очень умно! Но на меня не действует…Боже, что ты делаешь, положи обратно!       Советник посмотрел на Хуа Чэна, который рисовал что-то на бумаге. — Мои извинения, Ваше Превосходительство. Я лишь проверял её.       Мэй Няньцин выпучил глаза. Каким-то волшебным образом этот демон нарисовал прекраснейшее изображение Наследного принца Сяньлэ под маской Бога столь ужасной кистью. Как это возможно?! — Видите? — вмешался Се Лянь, указывая на бумагу. — Он нарисовал это даже такой кистью. Так же и человек – даже после многих испытаний остаётся собой. — Ах ты…! — теперь внимание советника полностью переключилось на Хуа Чэна. — Я вижу, что мой ученик заблуждается, однако это не его вина. Разве не ты его испортил?       Собиратель цветов под кровавым дождём посмотрел на него с любопытством. — Правда? Не могли бы Вы уточнить, какие именно перемены в его поведении Вы заметили и как они связаны со мной? — Его навыки значительно ухудшились! — Ухудшились? Разве он не доказал вам обратное сегодня на рынке?       Да как он…?! — Подождите... — Се Лянь нахмурил брови.       Прежде чем принц закончил свою мысль, советник его перебил. — Я лишь испытывал его! — Наставник, Вы что…? — прищурился Его Высочество. — Более того, я имею ввиду не его боевые навыки. — Речь шла не о них, — заключил демон, кажется, задумавшись о чём-то. — Да, именно так! — А. — Что?       Хуа Чэн улыбнулся. — Думаю, я Вас понял. Мне кажется, что мы сможем прийти к компромиссу в этом деле.       Се Лянь ахнул и стал выглядеть весьма беспокойно. — Стойте! Не надо так торопиться, мы… — Тсс. Не волнуйтесь, Ваше Высочество. Доверьтесь мне, — он нежно погладил принца по руке. — Вместо частных уроков каллиграфии с Его Высочеством, я мог бы заниматься самостоятельно. Хватит и одного занятия в неделю лично с ним, чтобы проверить мои успехи. — … — … — …       Хуа Чэн закончил говорить, советник впал в ступор из-за предложения, которое казалось ему всё ещё недостаточно выгодным, Се Лянь же затих по какой-то неизвестной причине.       Однако он выглядел весьма сконфуженно. — Что…? — Если твой Учитель столь расстроен тем, что ты обучаешь меня каллиграфии, возможно, стоит внести некоторые изменения.       У принца отвисла челюсть, он не знал, смеяться ему или плакать. — Наставник, все это время… Вы говорили о каллиграфии?! — Конечно! А ты думал о чем-то другом? — вскипел Мэй Няньцин. — Нет-нет, конечно, я думал об этом же! Я просто не понимаю…       Советник посмотрел на него. — …Почему мои навыки в каллиграфии столь важны для Вас?       Мэй Няньцин поджал губы и предался воспоминаниям.

***

      Холодный ветер дул в разрушенных останках императорских владений, сметая пыль и грязь с обломков.       Дворец Императора Сяньлэ, оружейные склады, учебные павильоны — все было разрушено и обкрадено; тут и там, будто какие-то неизвестные цветы, из земли торчали человеческие кости.       В гробовой тишине раздалось шарканье пары сапог, которые наступали на осколки гальки и камней. Спустя время сапоги остановились перед большим куском ткани, лежащим на земле.       Эта ткань оказалась оторванным рукавом, в котором виднелись белые кости пальцев, похожие на осколки керамики.       Рука неизвестного человека ощупала швы рукава, после чего бросила обратно.       Хм. Это был не он.       Сапоги, ускорившись, пошли дальше. Вскоре из-под обломков показалась копна каштановых волос.       Заколебавшись, неизвестный разбросал в стороны камни. Он достал из-под земли половину челюстной кости. Ощупав выступы на ней, он заключил:       Снова не то.       Этот человек вошёл в наполовину разрушенное здание, стараясь не наступать на бумагу, валяющуюся у входа. Там было что-то написано.       Полотно мирно развевалось на ветру.       Советник долго смотрел на него, после чего поднял.       Тело пребывает в страдании, но душа пребудет в блаженстве.       Каллиграфия была красивой и изящной, не составило труда определить её автора. А как бы не смог? Это была главная работа в павильоне, которая висела на стене; однако даже без этого советник мог узнать, кто написал фразу. В конце концов, он наблюдал, как рука, которая выводила эти иероглифы, превращалась из пухленькой детской ручки в крепкую мужскую руку. Наблюдал, как черты и точки из кривых превращались в ровные и гордые.       Теперь же, когда Мэй Няньцин смотрел на бумагу, на его глаза наворачивались слезы. Он свернул её в свиток и засунул за пазуху, после чего покачал головой. — Ох, Ваше Высочество, — огорчённо промолвил советник в пустоту, — мой дорогой А-Лянь. Прежде чем он найдёт тебя, захочет изменить, заставит мучиться…       Он погладил свиток. — …Я помолюсь, чтобы безболезненная смерть настигла тебя первой.

***

      В комнате воцарилась тишина. — Наставник…? — осторожно позвал Се Лянь. — Вы…       Возможно, советник немного расчувствовался. — Что случилось? Вы плачете? Вы… не хотите поговорить? — продолжал упорствовать принц.       Мэй Няньцин поджал губы.       Ну вот и всё. Этот старик больше не мог держаться. Он разразился очень достойными рыданиями. — Моё Превосходительство вовсе не плачет! — просопел советник, пытаясь утереть слезы и сопли. — Это всё каллиграфия проклятого демонёнка — аж глаза жжёт! — Ох, Учитель, всё не так… — принц хотел протянуть ему платок и стал рыться в одеяниях. Хуа Чэн же прервал его и протянул свой. — Вот, держите.       Мэй Няньцин взял платок и промокнул уголком глаза. — Всё в порядке, всё правда в порядке! — Учитель, Вы мне не скажете? — мягко, но весьма уверенно спросил Се Лянь. — Что случилось? — Я же сказал — ничего! — В каком смысле «ничего»?       Шмыгнув носом, советник пробормотал: — Прости. — За что? — За то, что покинул тебя, — мужчина икнул.       Повисла мёртвая тишина. Се Лянь уставился на него. — Я… я не мог найти тебя, и в итоге прекратил поиски, — Мэй Няньцин заревел снова. — Я не хотел мириться с мыслью, что он нашёл тебя. Мне хотелось верить, что… что ты…       Он потряс головой. — Оказалось, ты всё это время страдал! Он заставил тебя делать всё это… Конечно, это моя вина, чья же ещё! Я прекрасно понимал, на что он способен, я должен был остановить его! Разве я не мог что-то предпринять, разве не обязан был Вашему Высочеству этим?!       Советник обхватил голову руками. — Я позволил ему находиться на свободе, позволил повлиять на тебя! Однако я забочусь и о нём тоже… я был таким дураком. Мне стоило знать, к чему это всё приведёт, но я… Я не хочу, чтобы люди меняли Ваше Высочество в худшую сторону. Вернуться бы в прошлое... Спасти тебя, такого невинного и нетронутого, от жестокого мира, чтобы ты оказался в безопасности. Я правда…       Советник не мог больше вымолвить ни слова. Се Лянь долго молчал, обдумывая услышанное, после чего он всё же задрожал всем телом.       Единственный спокойный человек в этой комнате наконец заговорил. — Но он в безопасности, — тихо сказал Хуа Чэн, — Он в порядке и стоит прямо перед Вами. — Но всё уже успело случиться! Он изменился! — Это совершенно не имеет значения, — возразил демон. — Вместо того, чтобы лелеять мечты о том, чтобы кто-то вечно жил в «коконе» и никогда не менялся, стоит уделить наибольшее внимание этому человеку, когда он изменяется. Путь «перерождения» личности – это тоже важная часть человека. — Конечно, ты так говоришь! — увещевал Мэй Няньцин. — Теперь я прекрасно знаю – когда Его Высочество планировал совершить массовое убийство, что сделало бы его действительно самым несчастным человеком на свете, ты бы безоговорочно помог! Способствовать такому – разве заботиться о нем?!       Князь демонов промолчал, после чего тихо признал: — Если бы подобное случилось сейчас, этот слуга приложил бы больше усилий, чтобы помочь Его Высочеству осознать недостатки. Я подразумеваю ситуацию, где выбор может повредить состоянию его души.       Се Лянь, казалось, был удивлён ответом. Он удивлённо раскрыл глаза. — Больше усилий? Как это? — насмехался советник. — Я бы дал ему совет, или попытался утешить внутреннюю боль, которая привела к необходимости такого выбора.       Сердце Мэй Няньцина немного оттаяло, однако он продолжил давить на Хуа Чэна. — Но что если он не изменит решения?       Градоначальник Хуа снова промолчал. — …Ты бы всё ещё помог ему устроить резню, я правильно понимаю? — разочарованно предположил советник.       Сейчас настала очередь принца разговаривать с ним. — Нет, я бы послушал его.       Теперь Хуа Чэн выглядел удивлённым. Он взглянул на Се Ляня с каким-то непонятным выражением лица.       А Мэй Няньцин уставился на них.       Что ж. Возможно, ну, чисто гипотетически…       Этот демоненок – не самое худшее, что случалось с его учеником в этой жизни.       Пора заканчивать это, Его Превосходительству срочно нужен перерыв на чай, чтобы обдумать случившееся. Советник снова промокнул глаза платком, после чего сказал: — Так и быть, Ваше Высочество, можете учить Собирателя цветов под кровавым дождём чему Вашей душеньке угодно! — он повернулся к демону и пригрозил пальцем. — А ты…! Слушайся своего наставника, веди себя хорошо!       Хуа Чэн послушно кивнул. — Занимайся прилежно! — Конечно. — Не смей оказывать на него пагубное влияние! — Я и не думал о подобном. — И, вообще… Никогда… никогда не оставляй Его Высочество одного! Ты меня понял?       Демону не понадобилось даже отвечать – его взгляд говорил сам за себя. — Спасибо, наставник, — поблагодарил принц с облегчением, всё ещё шмыгая. Советник кивнул ему. — Всегда пожалуйста, — чопорно сказал он. — Я рад, что мы поговорили.       После этого он поспешил выйти.       Когда дверь за Мэй Няньцином закрылась, его начало что-то беспокоить. Все же, он оставляет своего ученика у этого существа. Ах, он забыл сказать… — Ваше Высочество, я забыл упомянуть. Поскольку Ваши отношения уже довольно близки, тебе стоит держать в голове то, что твой метод самосовершенствования запрещает…       Он остановился. Наследный принц и Князь Демонов сплелись в крепких объятьях. Се Лянь положил голову на плечо Хуа Чэну, пока тот нежно гладил его по спине.       Шмыгнув носом, принц переспросил: — А, что? Что Вы сказали? — Ничего-ничего! Позже поговорим, — советник снова закрыл за собой дверь.       Ну и ладно.

***

      Этой ночью Мэй Няньцину не спалось. Прошло уже несколько часов, у него было время подумать. Теперь советник чувствовал себя паршиво – почему он так всполошился из-за всего этого?! Каллиграфия не так уж и важна, на самом деле; пока его ученик счастлив, какие могут быть проблемы? Трудно довериться Князю Демонов, но всё же он спас жизнь Наследному принцу и казался столь преданным… Разве может быть лучше? Всё же, Хуа Чэн вместо него вмешался тогда, в прошлом, так что стоило иметь хоть каплю уважения!       Стоит извиниться перед этими двумя. Немного времени утекло – лучше сказать всё сейчас, пока голова свежа.       С такими мыслями советник отправился бродить по коридору.       Перед ним возникла все та же проблема – Инь Юй преграждал путь. — Я поговорил с охранной ранее, — сказал молодой человек. — Узнал, что никакого проникновения в поместье не было. Возможно Вы меня не уважаете, господин, но я серьёзно подхожу к своим обязательствам по службе Градоначальнику Хуа. Если господину нужно его увидеть, можно…       Мэй Няньцин хлопнул по спине Инь Юя талисманом, который заблокировал его движения. — Тише, тише, дай же мне пройти, — он погладил плечо неподвижного юноши. — Моему Превосходительству нужно всего пять минут. Не беспокойся, я не скажу о случившемся твоему любимому начальнику, не стоит быть столь наивным.       С такими словами он прошёл дальше по коридору, напевая под нос мелодию.       Сейчас уже довольно поздно – чёрт знает, где носит этих двоих. Из-за одной двери лился свет свечей, почему бы не проверить?       Советник толкнул дверь и вошёл внутрь. — Вы здесь?       Мэй Няньцин замер.       Потому что…       Во имя Господа, что это за хрень?!       Его Высочество Наследный принц, гордость государства Сяньлэ! Он лежал на кровати на спине, его одеяния были в полном беспорядке, оставляя его полуобнажённым. Его…его член был виден, а все тело покрывала… ох, нет-нет! Здесь был ещё и стоящий около кровати, обхвативший лодыжку Се Ляня и закинувший на плечо его дрожащую ногу…       …здесь был Князь демонов?!       Собиратель цветов под кровавым дождём стоял, спокойно наклонившись над кроватью, и погружал свой член неприлично глубоко в его драгоценного ученика.       Советник поперхнулся. — Н-наставник?! — вскрикнул Се Лянь, встретившись с ним взглядом, когда откинул голову назад. Его лицо и до этого было слегка покрасневшим, но теперь оно явственно побагровело. — Я… ох, нет! — Вы…! — Мэй Няньцин сделал шаг назад, указав дрожащим пальцем на происходящее на кровати действо. — Вы… вы…! — Подождите, наставник! Это просто… — Ох, Ваше Превосходительство, добрый вечер, — поприветствовал его Хуа Чэн с безмятежной улыбкой. — Прежде чем Вы сделаете какие-либо выводы – у меня есть прекрасное объяснение. Это особое упражнение для увеличения духовных сил…       Се Лянь издал всхлип отчаяния, хлопнув себя руками по лицу. — Сань Лан… — Это действительно очень хороший способ. Он помогает циркуляции духовной энергии… — Сань Лан!       Советник сделал ещё один шаг назад, всё ещё дико смотря на этих двоих.       Хуа Чэн же продолжал: — Понимаю, может показаться, что это очень похоже на…

***

— Секс!       Мэй Няньцин яростно ходил из стороны в сторону по комнате. — Они все это время занимались сексом. А он его ещё и каллиграфии обучал!       Советник так резко развернулся, что аж споткнулся. — Как я мог этого не замечать?! Всё было понятно с самого начала – они занимались этим везде! Делали что-то под столом, прятались, переодевались во что-то, даже во время занятий каллиграфией! Его Высочество сидел на коленях Князя Демонов…       В ответ послышался усталый вздох. — Няньцин, мне необязательно знать о личной жизни Сяньлэ. — Личная жизнь? Личная жизнь?! — он повернулся к источнику звука, отчаянно всплеснув руками. — Лишь мысль о том, что у него было нечто подобное – такое уже трудно принять! И это даже не просто секс! Видел бы ты, что он делал…!       Советник весь вздрогнул и обнял себя руками. — То, как он… как он вбивался в Его Высочество, будто трудился над распахиванием нетронутого поля! — голос его дрогнул. — Просто толкался и толкался безжалостно, швыряя как бедную маленькую птичку!       Цзюнь У скривил лицо. — Я всё ещё не хочу слушать это. — А ты будешь! Не ты ли виноват во всем этом?! Разве не будет с твоей стороны правильным знать о таком? — Няньцин, все давно знали, — сухо констатировал бывший принц Уюна. — Что?! — Это было очевидно. — Ну… ну ладно, я знал, что они близки. Но не настолько же! — И всё же это было очевидно для всех, — без интереса сказал Цзюнь У. — Я это понял ещё когда услышал, как они флиртуют в сети духовного общения. — Это всё ты виноват! — напомнил ему в очередной раз советник. — Всё из-за тебя! Кстати говоря, я принес для тебя подарок.       Порывшись в сумке, он вытащил оттуда халат и кинул его. Цзюнь У поймал одеяние и развернул. Там было вышито:       Я проиграл руку и ногу в Игорном доме Призрачного города, но выиграл лишь это паршивое ханьфу! — Спасибо, я не буду это носить. — Не будь грубияном, — фыркнул Мэй Няньцин, садясь на маленький столик. Посидев немного с нахмуренным лицом, он вздохнул. — Неужели это и вправду было настолько очевидно? — Очень даже, — заметил собеседник, поковырявшись пальцем в вышивке. — Ладно, я всё-таки принял это, чтобы ты знал, — пробормотал советник. — Они заверили меня, что всё хорошо, и Его Высочество сможет восстановиться – этот демон такой хитрец! Я всё же удостоверился в том, что они заключили брак. Совершили все ритуалы и так далее… Если уж у них всё зашло так далеко, хорошо, если бы всё было официально.       Цзюнь У раскрыл рот, кажется, собираясь что-то сказать, но промолчал. — Однако! — взревел он, гремя чайным сервизом. — Я всё ещё не могу смириться с этой мыслью – это же так непристойно! Хорошо, что мы с Вами, Ваше Высочество, никогда не ставили под угрозу наше духовное развитие, чем бы ни занимались. Эй, что это за взгляд?!       Цзюнь У подпёр щеку рукой, тяжко вздохнув. — Я не могу поверить. — Что? — Ты забыл. — Э… забыл? Забыл?! Забыл что? Этот почтенный уже очень долго живёт на этом свете и может кое-что позабыть! Это нормально для моего возраста, я… Что вы делаете, Ваше Высочество?! Не поворачивайтесь ко мне спиной! Посмотрите на меня! — Хорошо, моя память идеальна, как и подобает великому наставнику, но… Если Вы говорите о том разе, когда мы оба дали согласие, то он не считается! Мы… эй, хватит закрывать уши руками, Ваше Высочество! Мы тогда договорились, что… да слушайте же меня, Ваше Высочество! Ну, послушайте!       Что же имеет в виду советник?       Вам рано ещё знать подобное! Молодёжь такая надоедливая! А ну-ка пошли отсюда! Кыш!