Наследник врага

Гарри усиленно толкал свою тележку, периодически задевая ею людей, толпящихся на платформе вокзала Кинг Кросс. Тётя с дядей бросили его одного на произвол судьбы, когда через десять минут поисков платформы «девять и три четверти» её на вокзале не оказалось. После того, как они уехали, Гарри ещё пять минут старался найти нужную платформу. Он верил в то, что его не обманули, он до последнего надеялся, что платформа случайно ему откроется, как открылась тайна его происхождения. Ведь он не может просто так сдаться, когда перед ним вот-вот растелется дорога в новый мир и, возможно, счастливую жизнь. Когда он спросил о платформе у смотрителя, над ним посмеялись и посоветовали не шутить, иначе его заберут служащие и отправят домой. Полностью отчаявшись, Гарри сел у стены с цифрой десять и сложил руки на колени. Он не собирался возвращаться к дяде с тётей, даже если ему придется жить на этом вокзале. Но долго сидеть ему не пришлось — он услышал голос женщины, которая появилась перед ним, и за которой спешили её дети. Три рыжих мальчика были явно старше Гарри, а младшие девочка и выглядели были примерно одного возраста. Но девочка, всё-таки, казалась чуть младше. — Платформа «девять и три четверти»! Это сюда, быстрее! — подгоняла она ребят. Гарри оживлённо поднялся на ноги и поспешил за ними, чтобы не потерять их из виду. Далеко идти не пришлось. Они остановились ровно между платформами «девять» и «десять». Гарри следил за каждым действием рыжеволосой семьи. Когда три старших мальчика вдруг исчезли, он испуганно заморгал и, откашлявшись, подошел к женщине. — Извините. Как попасть…? — он кивнул в ту сторону, где только что исчезли ребята и посмотрел в глаза женщине. — Оу, на платформу «девять и три четверти»? Рон тоже едет первый раз, — она указала на веснушчатого мальчика, который стоял, вцепившись в свою тележку и глупо улыбался. Гарри также ему улыбнулся и вернул внимание его маме, которая уже начала объяснять, как правильно разбежаться, чтобы без затруднений попасть на ту сторону платформы. — Спасибо, мэм, — поблагодарил Гарри, зажмурил глаза и, хорошенько толкнув тележку перед собой, уверенно прошёл между платформами. Только когда он оказался на той стороне, пришла мысль, что не стоило бы доверять незнакомой женщине, которая говорит идти между платформами, но уже было поздно. Гарри открыл глаза и увидел перед собой огромный паровоз с надписью «Хогвартс экспресс». Восторгу его не было предела: огромная толпа волшебников, заполонивших платформу; все спешили усадить детей в вагоны и сказать напутственное слово. Стоял оглушающий гул, но из него Поттер хорошо различил окрик «Гарри!». Он повернулся и увидел в одном из окон того самого блондина, с которым они познакомились у мадам Малкин. Гарри улыбнулся ему, так как действительно был рад увидеть единственное знакомое лицо из всей это толпы. Малфой махнул ему рукой, показывая, чтобы тот присоединился к нему в купе. Гарри кивнул и поспешил в вагон. — Рад тебя видеть, — поприветствовал Драко, как только Гарри прошел в купе. — Я тебя тоже, — искренне ответил Поттер, пожав руку блондину. Они сели друг напротив друга и молча смотрели в окно, на родителей, которые махали своим детям. Как только поезд тронулся, Драко повернулся к Гарри и с интересом спросил: — Ты на какой факультет хочешь попасть? Гарри замешкался. Он первый раз слышит о том, что ему ещё предстоит выбирать факультеты. Эта перспектива совсем не радовала. Гарри пожал плечами, опуская глаза. — Многие не знаю, куда хотят, да это и не обязательно — за нас решает распределяющая шляпа, — успокоил Драко. — Есть четыре факультета: Слизерин, Когтевран, Пуффиендуй и Гриффиндор. Вся моя семья училась на Слизерине, это у нас в крови, поэтому я не сомневаюсь в выборе шляпы. Твои родители учились на Гриффиндоре, но не обязательно, что ты попадешь туда, потому что не всё зависит от твоего происхождения. Гарри слушал Драко с широко распахнутыми глазами. Он не первый раз убеждается в том, что о нем здесь знают больше, чем он сам. Теперь он понял, что Малфою хорошо известны его родители. — Почему ты так много обо мне знаешь? — осмелился спросить Гарри. Драко ухмыльнулся. Его отец говорил, что Поттер может не знать ни своего происхождения, ни историю родителей, поэтому Малфой решил стать тем, кто расскажет всю правду. — Ты стал первым, кто смог пережить убивающее заклятие в ту ночь, когда погибли твои родители. После нападения на дом Поттеров Тёмный Лорд исчез. Все считают, что ты убил его, поэтому восхищаются тобой, — Драко замолчал, внимательно наблюдая за реакцией Поттера. Тот переводил взгляд с одного предмета на другой, стараясь зацепиться за что-то одно. Его повергло в шок, что родители погибли не в автокатастрофе, как утверждала тётя, а от руки тёмного волшебника. — У тебя ещё после той ночи остался шрам на лбу, — Драко пальцем указал на свой лоб в то место, где, предположительно, должен находиться шрам у Гарри. Поттер убрал волосы со лба и продемонстрировал шрам в виде молнии. В этот момент дверь купе открылась и в проем просунулась рыжая голова. — Я могу зайти? — скромно спросил мальчик. Гарри узнал в нем Рона — сына женщины, которую он встретил на платформе. — Конечно, проходи, — он указал на свободное место рядом с собой. — Я Рон Уизли, — представился мальчик и посмотрел на блондина, который сверлил его недовольным взглядом. — А я Гарри Поттер, — ответил Гарри. Лицо Рона тут же просветлело, и он от удивления открыл рот. — У тебя правда есть шрам? — стесняясь, спросил он. Гарри, улыбнувшись, кивнул и снова оголил свой лоб. Рон ещё шире открыл рот и таращился на шрам. Из оцепенения его вывел голос Драко: — А я Драко Малфой, — гордо произнес тот, делая акцент на свой фамилии. Рон прыснул от смеха, отвернувшись от блондина. — Тебя имя рассмешило? — разозлился Драко. — Я бы и без твоего представления понял, что ты — Уизли: рыжий, в обносках своих братьев. — Но я тоже ношу одежду своего кузена, — заметил Гарри. Драко извиняющимся взглядом посмотрел на Поттера и отвернулся к окну, не желая продолжать спор, где он явно мог обидеть Гарри. Дверь купе снова открылась, но на этот раз в него уже вошла кудрявая девочка. Она представилась Гермоной Грейнджер и сразу же бросила удивлённый взгляд на Гарри. — Ого! Ты Гарри Поттер? Я слышала о тебе. Рада познакомиться, — она протянула руку мальчику, которую тот тут же пожал, потом познакомилась с его попутчиками и быстро скрылась за дверью, бросив: «Мы скоро приедем, советую вам переодеться в форму». Несмотря на то, что всем троим она показалась занудой, мальчики послушались её и начали переодеваться. Поезд прибывал на станцию. *** Сначала Гарри внимательно наблюдал за распределением, но потом, поняв весь принцип, просто ждал свою фамилию, параллельно рассматривая потолок замка, на котором было изображено спокойное ночное небо, где мерцали звезды — их роль играли свечи, парящие под потолком. — Драко Малфой! — Гарри снова повернулся к шляпе, которая ждала, когда блондин сядет на стул. Не успела она коснуться его головы, как тут же выкрикнула: — Слизерин! — стол Слизерина взорвался аплодисментами, а Драко гордо устремился к нему. — Все темные волшебники заканчивали Слизерин, — прошептал Рон, но Гарри не обратил на него особого внимания. Его взгляд зацепился за взгляд одного из преподавателей. Волшебник с темными глазами, в которых мог померкнуть любой луч света, глядел прямо ему в душу. — Кто это? — Рон повернулся туда, куда кивнул Гарри и тут же отвел взгляд. — Это Северус Снейп — декан Слизерина, — объяснил он. — Мои братья говорят, что его все боятся, он ненавидит детей, особенно Гриффиндорцев. Гарри поморщился и вспомнил своего дядю. Кажется, в этом мире появится ещё один «Вернон Дурсль», который будет портить ему жизнь. — Гарри Поттер! — громко произнесла Минерва МакГоногалл. Рон пожелал Гарри удачи. Поттер медленно поднялся по ступенькам, случайно бросив взгляд на Снейпа, тот всё так же смотрел на него, пронзая острым взглядом. — Хм, — протянула шляпа. Гарри даже не знал, что пока ученики сидят, она с ними разговаривает. — Я вижу силу духа, храбрость и добрую душу, но в тебе есть и доля расчетливости, однако этого мало для Слизерина. Хотя, если однажды ты захочешь развить в себе эти качества, то у тебя несомненно получится. В тебе есть желание показать себя и мстительность, это прекрасно подошло бы под Слизерин. Куда бы ты сам хотел пойти? Гарри осознал, что сейчас ответственность за выбранный факультет стоит за ним. Он хотел быть с Драко на одном факультете, но быть в подчинении у их декана — никогда, ему хватило этого в семье Дурсль, поэтому его ответ был незамедлителен: «Гриффиндор». Шляпа его послушала и провозгласила на весь зал окончательное решение. Под вопли всех столов, кроме слизеринского, Гарри прошел к столу своего факультета. Там он пожал руки всем, кто только этого хотел, и радостный сел за стол. После пира всех первокурсников повели в гостиные. Старостой Гриффиндора оказался брат Рона — Перси Уизли. Всю дорогу до башни Рон рассказывал Гарри о том, как Перси хвастался значком старосты, после этого он переключился на радостную речь о их с Гарри удаче, которая помогла им вместе попасть на Гриффиндор. — Это глупо, Рон, — сказал Гарри. — Это не удача, а лишь наши возможности. Драко сказал, что шляпа смотрит на наши качества, и какими мы можем стать в будущем. Конечно, всё может поменяться, но шляпа старается предугадать. Уизли немного нахмурился и уже не такой радостный пошёл за всеми. Гарри не понял изменившегося настроения Рона, так как показатель настоящих качеств лучше, чем обычная удача. Когда Перси произнес пароль и портрет перед ними открыл проход, первокурсники очутились в огромной гостиной, которая была выполнена в цветах Гриффиндора. — Мне здесь нравится, — сказала одна из девочек, которая шла впереди Гарри, с ней согласилась вторая, которую, как запомнил Поттер, звали Гермионой. Когда староста показал первокурсникам спальни и раздал расписание, все разошлись по комнатам. Гарри познакомился со своими соседями: Дином Томасом, Симусом Финниганом и Невиллом Долгопупсом, Рона он уже знал. — Завтра вторым уроком — зельеварение, — пробормотал Рон, когда все улеглись в кровати. — Оно когда-нибудь должно было появиться в расписании, — грустно ответил Гарри. — Лучше сразу узнать, что Снейп за человек, чем ждать, теряясь догадках. Рон неохотно согласился с Гарри. По его мнению, лучше бы этого предмета вообще не было, или был бы другой учитель. Его очень сильно запугали братья своими рассказами о «Грозе подземелий». Гарри же старался не думать о завтрашнем дне, он наслаждался ночным небом и свободным воздухом, отсутствием криков дяди с тётей и противного кузена, вечно не дававшего покоя.