Чёрное в белом

      Когда мы вернулись, то расставили собранные цветы в вазочки на подоконниках. Из дома, прощаясь, уходили некоторые слуги и охрана, чтобы начать праздновать дома. Те, что остались, хлопотали вместе с Луизой на кухне. Роберто помог мне и Аделарду снять шторы с окон и собрать все магические кристаллы в доме.       В общем, подготовка шла полным ходом. Привычная и, в какой-то мере, заученная. В конце концов, это уже далеко не первый мой праздник Великого Затмения в этом мире. Я уже даже отлично делал фонарики из бумаги, не нуждаясь в помощи старшей сестры. Но всё равно в компании заниматься этим всем было гораздо приятнее.       А уж вид на улице всё ещё казался безумно завораживающим. Сколько раз бы я ни наблюдал это затмение, оно всё равно заставляет остановиться и хотя бы пару минут просто смотреть на небо.       Выпавший снег действительно растаял, а к вечеру пошёл дождь. Ветер нагонял всё больше серых туч, от чего в доме стоял почти полный мрак, как и на улице. Спасали только свечи.       — Пугающая погода, — сказал Роберто, когда мы с ним шли по коридору в сторону моей комнаты. Блики от свечей в наших руках причудливо падали на стены и пол, заставляя колыхаться тени.       — Немного. Первый раз такое вижу.       — Я тоже. Надеюсь, это не какой-нибудь зловещий знак.       — Да ладно тебе. Просто погода такая. Было бы в этих краях холоднее, шёл бы снег, а так… Будем довольствоваться дождём.       — Ну да… — задумчиво протянул он, после чего надолго замолчал. Но стоило нам остановиться у дверей комнаты, он вдруг продолжил: — А вы с мамой хоть помирились?..       — Да. Не переживай, — я улыбнулся и кивнул, — мне кажется, мы поняли друг друга. И, надеюсь, таких ссор больше уже не будет.       — Фух, ну и чудесно! — сразу взбодрился брат и даже расправил плечи, — Тогда я буду спокоен. А то твой уход вчера всех напряг. Я уж думал, вы с мамой в пух и прах разругаетесь. Рад, что всё обошлось.       — Обошлось. Мне кажется, наша мать просто слишком переживательная, и, возможно, когда мы разъедемся, её страх вернётся и закрутится с новой силой. Но вряд ли мы тут что-то сможем сделать, разве что писать ей по чаще.       — Что ж… Это трудно. Но, действительно, надо постараться, — вздохнул Роберто, неловко потерев затылок. Я согласился.       Часто писать письма действительно трудно. Особенно, когда столько дел по учёбе. Не всегда вспоминаешь о еде, не то что о письмах.       — Пойдёшь к себе? — спросил я брата, на что тот задумался.       — Если ты ещё не собирался ложиться спать, то можем посидеть вместе.       Я улыбнулся и кивнул, зайдя в комнату вместе с Роберто. Почему бы и не провести остаток вечера тоже в чьей-то компании. В конце концов, мне такая возможность может выпасть лишь только в следующем году. Нужно пользоваться моментом.       — Кстати, Соф, тебе отец не говорил ничего на счёт расследования покушения на тебя? — спросил брат, сев на диванчик. Я умостился напротив, на край постели и пожал плечами.       — Нет, ничего не говорил. Писал что-то о том, что у него есть предположения, но человек, на которого он думает, выехал из столицы.       — Столько времени прошло… Я уже не уверен, что вообще будет хоть какое-то раскрытие этого дела, — нахмурился он.       — Честно сказать, мне кажется, это не особо важно уже. Сам же сказал, что прошло много времени.       — Не важно? Ен, это же покушение! Это не может быть не важным. Тем более, мы до сих пор не знаем мотива.       — Это был ребёнок, Роберто. Он уже давно вырос, как и я. И, скорее всего, успел ещё сто раз переехать. Найти его будет проблематично.       — А мне вот кажется, что отец его нашел, — упрямо заявил Роберто, — просто почему-то не хочет рассказывать.       — С чего ты это взял?       — Да потому что не ищет уже никто никого. Ты, конечно, не помнишь или не знал, но когда только было совершенно покушение — вся столичная стража на ушах стояла. К отцу почти каждый день наведывались с докладами по расследованию. И только когда ты окончил школу и поступил всё стихло. А когда перешёл в пансион, все будто бы забыли об этом. Даже матушка. Хотя она, с её нервозностью, должна была первая расхаживать тут и причитать.       — Ну я бы не сказал, что она не переживает по этому поводу, — с сомнением протянул я, припоминая недавний разговор с Луизой.       Роберто явно хотел сказать что-то ещё, но в дверь постучались. Я удивился, но разрешил гостю войти, предполагая, что это Милана или кто-то другой из слуг, но на пороге показалась Исэйя, держа в руках зажженную свечу.       — Привет, мальчики, — она закрыла за собой дверь и прошла к нам, сев рядом с Роберто на диван и оставив свечу на тумбе. — Не помешаю?       — Не то что бы. А ты что-то хотела?       Она неопределенно покачала головой, глянула в окно, а после на нас с братом.       — Хотела обсудить кое-что. И хорошо, что вы оказались тут вдвоём, не нужно будет повторяться.       — Что-то случилось? — сразу выпрямился Роберто, но Исэйя махнула на него рукой.       — Я бы не сказала. Пока ничего не случилось. Но я думаю, вы слышали о волнениях в столице.       — Так, — кивнул я, нахмурившись. Такое начало не предвещало ничего хорошего.       — Так вот, родители обсуждают возможность продажи усадьбы и переезда в поместье. Они считают, что тут слишком неспокойно.       — Выходит, мы будем жить в герцогстве лойдов? А как же ты? — спросил Роберто.       — А что я? Я буду жить с мужем в Сафоресте. Пока что там спокойно. Да и не можем мы просто взять и бросить земли. Ещё, судя по настроениям народа, оборотни не очень хотят участвовать во всей этой смуте и уж тем более потакать вампирам. Они только начали жить спокойно. Поэтому, не думаю, что стоит ожидать войны, а вот подпольных интриг… В общем, в землях лойдов вам будет всяко безопаснее.       — Думаешь, туда не смогут добраться интриганты? — не скрывая сомнения, хмыкнул я.       — Думаю, — на удивление упрямо кинула сестра, вперив в меня взгляд, — не благоприятная там почва для интриг.       — В плане?       — Ну, Ен, ты как будущий маркиз должен понимать, что такое дворцовые интриги и что даёт им развиваться.       — Ну… подкупы. Неверность приближенных. Слабая армия? — начал предполагать я, буквально тыча пальцем в небо. Примерно, я, конечно, понимал, но сформулировать более умно не выходило, — Династический кризис…       — По сути, да. А у лойдов есть сильный, авторитетный лидер, который не вызывает ни у кого сомнений. Никто не будет спорить на счет того, законно ли его правление; плюс, он популярен у народа, за ним охотно идут люди. Также в герцогстве отсутствуют серьёзные разломы в обществе на какой-либо почве, в отличие от столицы и герцогства людей. У герцога лойдов есть преданные ему элиты армии, которые не подвластны столице. У них не будет даже мысли о том, что нужно выбирать: своего герцога или короля. Они костьми лягут за герцога. Я уж не говорю о развитых системах контрразведки, полиции и прочих секретных структур, о которых даже я ничего не знаю. Могу лишь предполагать их существование. Но что самое главное — лойды безумно богатая раса со стабильной экономикой. А когда у населения есть работа и уверенность в завтрашнем дне, они менее склонны поддерживать радикальные изменения и поддаваться на провокации. И это я ещё остановилась только на самом важном.       — Если там всё так чудесно, чего мы раньше не переехали? Точнее, зачем родители решили жить в усадьбе?       — На тот момент это было очень статусно, — Исэйя пожала плечами, — эту усадьбу им подарил почивший король в знак лояльности. Тем более, это родина отца. И ему тогда предлагали тут очень хорошее звание в армии с очень высоким жалованием. Да и на тот момент был жив отец нашей матушки, который и владел поместьем. И он не желал видеть в своём доме Рэйна. А матушка без него туда бы не пошла. А потом уже просто повода не было перебираться обратно.       — А теперь повод есть, — мрачно сказал я, опустив голову.       — Ещё какой. Впрочем, не думаю, что это плохо. Разве что, тебе, Роберто, стоит задуматься о переводе в местный университет для стихийных магов.       — А Софьен?       — Не думаю, что есть резон дёргать его с Таля. Он и так настолько далеко от столицы, насколько возможно. Да и, если что, княжество в котором я живу, под боком у Блонш.       — Серьёзно? — мои брови невольно взметнулись вверх.       — Серьёзно. От Блонш до границы княжества около дня пути, а оттуда до наших земель ещё около двух дней, конечно, если ехать на лошади.       — То есть, чисто в теории, если у меня будет хотя бы две недели выходных, я мог бы к тебе приехать?       — Да. Если опускать детали о том, что границу просто так не пересечь и по землям княжества не поездить. Но я это к тому, что ты вне опасности. Если что-то начнется разгораться, это начнётся в Пайфере, от которого мы все будем далеко. Тем более на Тале много профессиональных магов, ещё и Магистр имеется. В общем, пока что всё не так плохо. А ты, Роберто, всё-таки останешься один в столице. Чего бы никто не хотел.       — Я понимаю, — кивнул брат, — просто немного грустно бросать тут учёбу. Но, видимо, ничего не поделать. Надеюсь меня примут там куда-нибудь.       — Примут, куда денутся, — она пожала плечами, — в конце концов у тебя хороший потенциал в магии. Всё будет в порядке, — она погладила Роберто по голове, от чего тот чуть сморщил нос, а я хмыкнул с улыбкой.       — Иса, ну я же не маленький, не надо лохматить мне волосы, — наигранно-возмущенно сказал брат, но от руки Исэйи даже не пытался отклониться.       — Маленький. Ты ещё несовершеннолетний даже, так что не спорь со взрослой тётей.       — Скоро буду совершеннолетним.       — Конечно. Будешь.       — Кстати, — прервал их я, вдруг кое о чем вспомнив, — а когда у меня совершеннолетие?       — Родители не говорили? — удивилась сестра. Я отрицательно покачал головой. — двадцать четвёртого Дизье.       — Ну что ж… До этого ещё далеко.       — Да, но я бы на твоём месте об этом не забывала. В Дизье ты ещё будешь учиться, но я уверена, что для праздника родители выпросят тебе месяц отгула. И тебе придётся знания за этот месяц догонять.       — Опять? — мученически простонал я, упав спиной на постель. Роберто тихо засмеялся.       Когда я говорил, что люблю учёбу, я не имел в виду, что готов постоянно учить что-то в аварийном режиме, потому что отстаю, пропустил, надо быстрее или что-то подобное.       — Неужели нельзя просто перенести праздник на какие-то выходные дни?       — Ну, во-первых у тебя таких не особо-то и будет. По крайней мере все выходные будут не настолько продолжительные, что бы ты успел доехать до поместья. А во-вторых, Ен, это очень важный день. И для тебя и для семьи. Ты старший наследник наших земель и титула, и ты вступаешь в свой новый период. Первое совершеннолетние как-никак. Тебя и так ещё ни разу не выводили в свет, что в целом уже не хорошо. Так что не появиться на собственном празднике ты не можешь.       — Понял, — вздохнул я, — а будут ещё совершеннолетия?       — Ещё два. В двадцать пять и пятьдесят.       — Какой ужас… Хотя ладно, мне до этого ещё далеко.       — Это только так кажется, — посмеялась сестра. Судя по шуршанию, она встала с дивана и в следующую секунду я увидел её уже стоящую надо мной. — Глазом моргнуть не успеешь, как уже станешь маркизом. Так что постарайся. Я верю в тебя, — она наклонилась, погладив меня по голове, на что я только фыркнул, а после обернулась к Роберто, — и в тебя тоже. Учёба это трудно, но вы у нас способные. А пока что, нам всем уже пора спать. Завтра начинается шумная часть праздника.       Что ж, нужно было слушаться старшую сестру, поэтому я попрощался с ней и Роберто, и действительно начал готовиться ко сну. Милана, видимо, узнав, что гости из моей комнаты ушли, появилась, что бы помочь мне расчесаться, набрать ванную и принесла одежду для сна.       После тёплой воды меня уже так сильно клонило в сон, что я даже не запомнил как переоделся и лёг в постель.       Следующий день встречал суетой за дверьми и сумраком за окном. Милана разбудила меня, приодела, и я отправился помогать с готовкой и последними приготовлениями. Сегодня предстоял насыщенный день, и очень шумный. По крайней мере, мне так казалось поначалу, ведь в прошлые разы всё так и было.       Но время шло. Луиза сказала, что много готовить мы не будем, поэтому закончили быстро. Обычно к вечеру в усадьбе было уже прилично гостей, но сейчас пришли только несколько пар. И крутились они преимущественно вокруг мужа Исэйи, всё о чём-то его расспрашивая.       — Отец, а почему в этом году так мало людей пришло? — тихо спросил я, улуча момент и подойдя к Рэйну.       — Многие наши знакомые уехали подальше от столицы. Они отписали письма, говоря, что не смогут приехать.       — Вот как… А чего те парочки так к Аделарду липнут?       — Он очень близок с одним из князей оборотней. Служит на его земле. Вот они и рассчитывают, что Аделарт знает что-то важное и расскажет им, — Рэйн тяжело вздохнул и покачал головой, отпив вино из бокала.       Судя по такой реакции, было понятно, что Аделард ничего не знает. Тут скорее у вампиров спрашивать надо. Как я понимаю, они основные инициаторы всей этой неразберихи.       Несмотря на это, любопытство было всё-таки сильнее меня. Поэтому, дождавшись, когда от Аделарда отстанут, я подошел к нему. Как бы так заговорить, что бы не выбесить…? Все же явно интересуются у него одним и тем же.       — Аделард… Можно спросить?       — Можно, — вздохнул медведь, а его уши заметно понурились. Мне даже стало его жаль и я поджал губы, надолго замолчав.       — Я как понимаю, тебя уже все достали?       — Не представляешь как. Но хорошо хоть к Исэйе не пристают.       — И ты правда ничего не знаешь?       — Ну а что я могу знать? Часть Сафореста, которой правят рода вампиров всегда была беспокойной и разрозненной. Там невозможно понять строят ли они заговор против кого-то или опять грызутся между собой. Единственное, что я могу сказать точно: наше княжество к войне не готовится.       — Понятно… ну это не плохо же? — спросил я, на что Аделард пожал плечами, — Слушай, а как так вышло, что вы делите с вампирами одно государство? И при этом там и князья, и король…       — Ты читал что-то об устройстве земель Сафореста?       — Читал очень давно. Есть король и подчинённые ему князья. У князей на территории живут герцоги, маркизы и ниже. Но почему оборотни живут нормально, а вампиры грызутся друг с другом? Разве у вас не общие законы?       — Не совсем. У каждого княжества они свои. Король вмешивается, только если их воины начинают бить по общей экономике или как-то грозят развалом Сафореста. Вампиры всегда были такими: воинственными и жестокими. Слабые там не выживают, и каждый князь стремится показать свою силу. У оборотней, конечно, гуляют настроения на то, чтобы отделиться, провозгласить независимость. Но уже давно все сошлись на том, что это вызовет много проблем, и этот вопрос закрыли. А сейчас, когда снова появилась угроза смуты из-за вампиров, князья заговорили об этом.       — Погоди, а какие проблемы-то будут из-за отделения? Они боятся, что вампиры нападут?       — Это не исключено. Хотя им и повод особо не нужен. Они и сейчас могут напасть. Проблема скорее в том, что корона падёт. Оборотни захотят избрать нового короля или же отказаться от верховного правительства вовсе. Вампиры, после отделения, тоже короля быстро устранят. Они не хотят объединяться. Каждый князь будет сам по себе. Оборотни, скорее всего, создадут союз княжеств. Но это только в теории. Что будет на деле, никто не знает. Просто оборотни не хотят, чтобы их продолжали приписывать к «тёмным», чтобы все поняли, что мы с вампирами не заодно и не поддерживаем ту часть вампиров, которые развязали всю эту неразбериху. — Аделард на последних словах явно начал злиться, раздувая ноздри, а его мощная грудь высоко вздымалась от глубокого дыхания.       — Значит, вы будете выступать союзниками Арейвана?       — Наш князь так точно. Вампиры просто не понимают куда залезли и каких личностей злят. Один раз им уже дали бой, который они проиграли. Возможно, кто-то из потомков древнего рода хочет реванша.       — Подожди-подожди, ты говоришь о войне, которая началась до создания Сафореста и Арейвана?       — Да. Тогда вампиры были объединены под началом Императрицы, и их земли назывались Империей Заварейна. Они сами себя провозгласили империей, и их правительница хотела завоевать себе больше земель. Многие приписывают нам, оборотням, то, что мы были на их стороне, не понимая того, что мы были просто рабами для них. Многие из нас дезертировали, вели подрывную деятельность, перебегали на сторону противника. И в конечном счёте, пусть королева лойдов — Альбертина умерла в этой войне, именно её сын создал объединенное королевство Арейн, которое победило вампиров. Сейчас, когда на стороне лойдов не только эльфы и феи, но и люди с оборотнями, идеи вампиров на переворот обречены. Пусть сын и отомстил за мать, думаю, он готов будет сделать это снова.       — Погоди, то есть сын той самой Альбертины ещё жив?       — Конечно. Он ещё довольно молод. Возможно ты слышал имя «Рэнэйт Леохард рэ-Бланчефлоер». Именно он сейчас действующий герцог земель лойдов, Арх воды и негласный глава совета герцогов.       — С таким послужным списком… можно уже не переживать о целостности Арейвана, — пораженно сказал я. Это зубодробитрльное имя я действительно уже слышал. Точнее, видел в газетах...       — Ну или, по меньшей мере, лойдов. Вы умеете вылазить из любой передряги, — усмехнулся Аделард