Записки умирающего

Пенье птиц, а в воздухе приятный аромат цветущей сирени. Где-то недалеко слышен смех детей, громкие разговоры, шум машин. Беловолосый юноша сидит на скамье, поглаживая голдендудля, что положил мордочку на колени хозяина. Взгляд его устремлён далеко вглубь парка, разглядывая людей вокруг; как вдруг чувствует что скамья чуточку проседает, и рядом, на другом краю скамейки, присаживается пока незнакомый человек, что полностью погружен в свои записи, отрывая лишь иногда взгляд от тетради на окружение, полностью поглощённый своей работой. Юноша любил рассматривать других людей, их особенности и отличия, которые делали каждого человека неповторимым, потому и не смог отвести взгляда от сидящего рядом парня: загорелая кожа парня красиво резонировала с каштановыми волосами; зелёные глаза при таком сочитании становились ещё ярче, чем, вероятнее, они есть сами по себе. Волосы собраны в небольшой пучек на затылка, когда как большая часть волос спадала маленькими кучерями на плечи; чёлка дополняла образу некой растрёпанности, потому что явно лезла в глаза — но незнакомец быстро убрал волосы за ушко, лишь после этого заметив разглядывания красноглазого. Подняв взгляд из тетради, брюнет немного удивился, взаимно палясь на лицо альбиноса. Этот человек явно ему знаком, хотя в то же время зелёноглазый уверен, что в жизни его ни разу не видел. Ярко алые глаза, бледное лицо и розовые губы, весь вид альбиноса завораживал брюнета, не давая отвести взгляд. Белые волосы средней длины красиво развевались на ветру, и лишь когда юноша понял насколько беспардонно вот так разглядывать кого-то, а это он заметил по алеющему лицо, что было сразу видно на бледности кожи, то слегка посмеиваясь произнёс: — Здравствуйте! — улыбаясь сказал брюнет, поворачиваясь корпусом к альбиносу. — Здравствуйте? — глупо повторил тот, искренне рассмеявший от осознания абсурдности сией ситуации.