Дома ругать будут.

      Сука. Шастун проснулся от жуткой боли в спине. Теперь он не может уснуть. Уже 5 утра, ему идти в школу через 3. Ему надо поспать. Надо спать, спать. Раз овца, два овца, блять стрельнуло в спину. Обезболивающие закончилось ещё на той неделе, аптеки откроются не скоро, отец спит, поэтому лезть в аптчеку и искать долго, и муторно аналоги лекарств — глупо, опасно, больно. Переборов свою гордость, Антон оделся во все, что попалось под руку и пошёл в квартиру напротив. Там скорее живет Арсений. Он всех соседей знает, каждую квартиру, каждый скелет своих соседей, кроме квартиры под номером 18. Да, там Попов и не иначе. — Кто в такую рань, сука? — не смотрев в глазок открыл дверь Арсений и тут же проснулся. Антон опиравшийся на перила. — Антон? Тебе чего? — У Вас есть обезболивающие? Спина болит… — Да, конечно, проходи. — Шастун шмыгнул в квартиру, даже не пытаясь рассмотреть её. Ему не зачем. Ему похуй. У него болит спина. И душа. — так-с, сейчас гляну, постой.

Через минуту Арсений вновь оказался на пороге с таблеткой, водой и мазью для спины. Но зачем? Лишнее. Просят одно — давай одно. Что за излишествв, сука?

— Спасибо. Мне не нужна мазь, само пройдёт. — Бери, я давно вылечил свою спину. Можешь не отдавать. — Я отдам мазь, как только вылечу спину. — скомконое прощание, закрытая дверь, слезы Антона. «Шли все чувства нахуй. Слезы, симпатию, радость, злость. Будь безразличен. Будь. Постарайся хотя-бы быть.»

***

      Антон прогуливает в очередной раз уроки со своими лучшими друзьями. Димка и Серёга. Два парня, живущие в соседнем доме на одной лестничной площадке. Друзья с детства, которые смогли втиснуть Антона в свою компанию. Из-за них Антон и начал иногда курить, пить и попробовал впервые Снафф, который, ну, жутко понравился парню. Правда, ему не нравилось, что за него его бьют, он влезает в долги. Да, скажите вы, что он стоит 300-400 рублей, но для Антона и 100 рублей это кошерно. Ему не давали карманые деньги, а все подаренные отбирал отец на алкоголь. Будь он проклят. Отец, разумеется. — Антох, мы скинулись, и купили всем Снафф, — Дима пошуршал коробкой с желаемым, — бери без возместно, — Антон тут же раскрыл коробочку на окне. Заброшенный дом, в котором, что только не происходило. Здесь даже ебались при Антоне вовсе не стесняясь никого. — эй, делись.       Шастун отошёл на пару метров, засунул шарик в нос и просто сел на прохладный пол. Обезболивающие ещё действовало, а мазь так и валялась на дне портфеля. Он ей не воспользуется, просто отказать было некрасиво. — Зависим, Антон — да, ладно, Серёг. — Сами дали попробовать, сами и продолжаете давать. — буркнул Антон, — я не зависим, надо брошу. — А, что у тебя за синяк? Снова отец? — Нет. Это Эд со своими дружками. — Давай мы с ними перетрем? Трое на одного честно, а тут хотя-бы равенство будет, — смотрел Матвиенко лишь с жалостью. Антону не нужна жалость. — Я и так часто вас втягиваю в свои проблемы. А Эдисон не просто проблема, а целый пиздец, забейте. — Антон махнул рукой на этих двоих и достал свой Самсунг. Он и не старый, но и не новый… В целом года 2 назад купил. С отцом тогда ещё отношения лучше были. Сейчас можно и не мечтать о том, что отец, что либо подарит. — блять, я же должен сегодня вернуть долг. Ебать. — Какой? Сколько? — У вас есть 10 тысяч? — Видимо Снафф тебе хорошо в голову ударил. Ты ахуел? Какие 10 тысяч? — Шастун махнул рукой, поднялся с пола и незамедлительно покинул заброшенное здание. Ему надо до вечера найти 10 тысяч. Твою мать.

***

      Антон прыгал от радости, когда увидел, что отца нет дома. Радость заключалось не совсем в этом. Просто удобнее деньги брать из тайника. Они лежат у отца в комнате в пошарпаной, советской тумбочке. Шастун раскрыл желаемый объект. Деньги прямо тут, на виду, сразу как откроешь. Здесь около 40 тысяч. На похороны бабушки, в случае чего. Антон обещает, что вернёт, как заработает. Он летом пойдет работать, если сдаст все экзамены. План, конечно, надёжный как швейцарские часы, но это элементарно безопасность парня. Не вернет — его реально отвезут в лес, так ещё и изнасилуют, а насилия Шатену достаточно в жизни.