Дома ругать будут.

      Разговор с отцом. Арсений еще чуть-чуть помялся на выходе из комнаты, но все же вышел. Андрей был достаточно удивлен, так как Антон не говорил в последнее время про Попова. Отец пожал руку Арсению и узнал, что сын спит. Они прошли без лишних слов на кухню за кружечкой чая. Это тяжелый разговор. — Без лишних предисловий, Андрей… Ты знаешь, что на протяжение почти двух месяцев парень наркотики принимает? — Андрей поперхнулся чаем. Увы, он в последнее время на работе даже в ночь, он опять чувствует вину, которая съедает изнутри. Тоже пребался. — Нет, не знал. Он сейчас?.. — Андрея остановили и попросили сесть на место, — я не буду кричать, Арсений. — Я понимаю, но он спит и… Он в порядке, по времени, часов в 20 у него начнется жар и тому подобные симпотомы. Ты в ночь? — Шастун-старший кивнул. Он пожалуй тоже пойдет спать. С ночной смены.

***

      Десять вечера. Все это время парень спал, но… Он проснулся от безумного чувства тошноты. Когда он пытался вставать была боль везде. Было очень страшно, развивалось чувство апатии и внутреннего дискомфорта. Руки тряслиьс безумно и очень хотелось выбраться из объятий Арсения и выпить несчастную таблетку. Очень, очень. — Шаст, потерпи, все будет нормально, ну, хочешь поедем в больницу? — Нет, мне кажется, сейчас, я блевану на этот ковер и упаду на свое же. Меня пугает сейчас даже эта картинка на стене, меня не пугаешь ты, — через час Антон выбрался из объятий и стал искать лезвие. Арсений решил быстро сгонять в душ, как раз можно себе что-то изрезать, чтобы переключить боль.       Шастун словил флешбек того дня, когда он уже на серьезе ощущал вину перед Арсением, без раздумий проводил лезвием по телу и как бы уже не так виноват? Да?       Парень понимал, что на животе сейчас будет безумно больно, поэтому решил делат на руках. Провел раз, два, три и так до 20 мелких порезов с которых текла кровь. В миг защипало и хотелось выблевать все, что есть в организме. Из душа, в одном полотенце вернулся мужчина и с ходу повернулся к шкафу, даже не придавая значению парню на полу. Взял ту самую, серую кофту и какие-то шорты, поправил челку и все же посмотрел на парня, который пытался вытереть кровь второй рукой. Арсений смотрел на это и в миг хотел бросить парня и тупо поехать в Москву, но разве это правильно? Ты будешь годами мучиться, что бросил его тут, годами плакать, годами любить.       Попов просто решил играть в молчанку. Он сходил за перекисью и бинтом, обработал и замотал руку, прося не делать так больше. Шастун бесконечно плакал, прижимаясь к Арсению. Мужчина не обнимал в ответ, но и не выбирался из достаточно крепких объятий, что очень странно, ведь парень должен чувствовать безумный упад сил. Арсений спросил разрешения полазить в телефоне парня и услышав да, принялся читать перписку с тем же Димой, который знал и как последний мудак ничего не сказал. Димка. 01.03 Завязывал бы ты с этим делом. Арс, будет ой, как недоволен.

Антон.

Дим, я знаю. Я брошу, скоро, нормально все, я не зависим.

И Арс… Бля, я и так сейчас лопну от того, какую вину чувствую, поэтому не порти мне мозги.

      И таких смс кучи, особенно с Димой. И прямо в момент, когда Попову стало не интересно читать и Шастун весь изнылся, пришло смс от Эда. Координаты. Арсений тут же их удалил и сказал не писать парню иначе дело будет открыто. — Арс, почему так плохо? — А ты думал легко будет? Наркотики — не легко. — Шастун вновь заныл и скорее уже не от ломки, а от того, насколько обиженно Арсений отвечает. — Арс, не обижайся, Сюша… — Да нормально, устал просто. Час ночи, что ты хочешь? Я почти сутки не спал, — обида съедала с каждой минутой больше, но ты все равно не уйдешь, как бы ушел от любого другого. И это начинает злить, так как ты выглядишь, как ебанная тряпка. Но Арсенйи просто зевает и обнимает спустя час Антона. Обнимает, целует в макушку и бесконечно гладит по голове. Кажется парень уснул? Можно и поспать…

***

      Где-то в начале февраля. Шастун пришел в черной толстовке и очках, пытаясь скрыть свой наркоманский вид. Очки все заставляли снимать и по итогу повели к директору, Шастун снял, и позже не выходил из класса. Руки безумно тряслись, а нога кажется уже была не телом Шастуна, так как он не мог контролирвать ее и просто тряс, как самый главный невротик. — Блять, Шаст, что с тобой? — в конце дня, все же, доебался Дима, — что случилось? — Не лезь! — крикнул Антон, наконец надевая очки, — прости. — Шаст, я же не отстану. Ты с Арсом поссорился? — допытывал Димка, а Шастун хотел быстрее к Эду, быстрее таблеточку. А этот Дима назойливая муха, — Шаст, твой дом в другой стороне… — Блять, а по моим глазам не видно кто я? Нет, то есть… — Антон глубоко вздохнул и снял очки, давая Диме посмотреть в его глаза. Зрачки понятное дело расширены, что достаточно сразу понятно. — Антон? Арс знает? Откуда? Эд? — кучи вопросов лились Антону, придется отвечать кратко. — Арс не знает и не узнает. Номер Эда нужен был для этого, сейчас я иду к нему, пока.       Март. 4* Арсений, выбирается из кровати парня и пока тот спит решается спуститься на улицу и взять вещи из машины, а так же сходить в магазин. Он уходил на пол часа и забыл телефон в ванне. В это время Шастун проснулся и пытался найти везде Арсения. Арсения не было. Бросил, разлюбил. Сука. Парень почувствовал резкую боль в висках и упал на кровать. Он зарыдал. И от того, что его бросили, и от того, что понял, что никогда самостоятельно не выберется из этого дерьма. Обида заполняла душу и кажется тогда можно и принять, раз Арсения нет?        Вдруг в коридоре, что-то зашуршало. Антон выбежал в коридор весь заплаканный и увидев Арсения, буквально повис на нем. — Шастун, ты плакал? Все хорошо? Ты чего?.. — перепады настроения, ох Попов натерпется. — Я думал ты ушел, я думал ты бросил меня, — вытирал слезы парень. Вдруг его поцеловал Арсений, постепенно утягивая в долгий поцелуй. Он еле снял обувь и повел Шастуна в его комнату. Он целовал так, как… Очень трепетно, боясь напугать, а Шастун же более не умело, кусал чужие губы и шипя, когда кусали его, — ты любишь наркомана, Арс, — оторвался от губ Шастун. — Я люблю тебя и не важно кто ты. Заткнись и убери руки с моей задницы, — Шастун убрал руки и его снова затащили в поцелуй, — люблю, — бесконечно шептал Арсений. (Надоело чет автору, что он дохуя раз говорит эти слова, блять.) — ты давно ел? — Недели две уже назад, ну то есть, что-то перекусил и побежал… — Арсений злился, но виду старался не показывать. Какой же парень… Трудный.