Let’s read between the lines

Это просто глупая шутка, дурацкий прикол, — как мантру повторял себе Джисон, бегая между комодом и кроватью, скидывая необходимые для ночевки у Минхо вещи в просторный рюкзак: футболка, спортивные штаны, носки, трусы, все, что попадалось на глаза, летело на постель, чтобы в последствии оказаться внутри портфеля. Хан дернулся от звука уведомления и достал телефон из кармана, открывая вкладку новых сообщений. «Любимый Хо-хён»: Малыш, я немного задержусь, у нас совещание насчёт проверяющих Так же у меня новость Приеду и расскажу~ — Н-новость? — запнулся младший и отбросил телефон в кучу одежды. Кажется, на сегодня сюрпризов и новостей с него вполне достаточно. Глупая ссора прямо с утра в университете с Минхо, разбор ущемлённой ревности и тревожности с психотерапевтом, подброшенный презерватив полный спермы, и предупреждающая записка. Что же, черт возьми, ещё сегодня может пойти не так? Когда Джисон сложил вещи и уже собирался выйти из дома, его телефон снова напомнил о себе, истошно вибрируя прямо на покрывале. — Да? — рявкнул Хан, даже не посмотрев, кто ему позвонил. — Д-Джисон? Ты на сообщение не ответил, поэтому я решил позвонить… — опешил Минхо от такого тона, заикаясь на другом конце провода. — Я понял, что ты задержишься. Встретимся у тебя, — очень сухо и немногословно, после чего младший завершил вызов, закидывая свой сотовый все в тот же битком набитый рюкзак. Выходя из квартиры, он носком ботинка отшвырнул от двери своих апартаментов использованный контрацептив, и по привычке хмуря нос от аромата соседских котов, захлопнул замок, бегом спускаясь по лестнице и выходя на свежий воздух. Что могла означать эта идиотская записка? Быть осторожным с Минхо… Осторожным… как? В каком вообще смысле? Джисон только учится доверять, что не очень хорошо выходит из-за прошлого пагубного опыта и тревожного синдрома, который клубом пускает цикличные мысли по черепной коробке. Хан сомневается во всем, по большей части, в самом себе, но и на Минхо и их отношения это тоже очень сильно влияет. Младший постоянно срывается на Ли, хоть и понимает, что тот вообще такого отношения к себе не заслужил. Минхо для Джисона словно дар с небес. Он заботливый, внимательный, ласковый, добрый… Качества старшего можно перечислять бесконечно. И Хан буквально потонул в этих чувствах, больше не представляя, как вообще можно существовать без них. Минхо не может быть рядом с ним двадцать четыре на семь. Правильно психотерапевт сказал, что у него есть своя личная жизнь, как и у Джисона, но при этом их жизни переплетаются, потому что они решили вступить в отношения. И, пожалуй, очень глупо будет считать, что они просто будут постоянно вдвоём, без каких-либо третьих лиц. Хан будет последним эгоистом, если продолжит устраивать сцены на пустом месте. Минхо такого не заслужил. Хотя, правильнее будет сказать, что это Джисон такого Минхо не заслужил. Младший прекрасно видит, как Ли старается угодить Хану во всем, а тот только и делает, что пользуется этим, забирая все без остатка. Кажется, Джисон уже так рассуждал, на что Минхо сказал ему обратиться за помощью. Похоже, раз уж он так думает до сих пор, то она действительно ему нужна, и будет еще нужна, пожалуй, ближайшие лет пятьдесят. Джисон дождался автобуса на остановке и зашёл внутрь, пробивая проездной и садясь на самое ближайшее место. Ему ехать всего пять остановок, поэтому забираться слишком далеко не имеет смысла. Что будет делать Хан, когда приедет к Минхо домой? Он просто не представлял. Им все же стоит поговорить, но о чем? О притянутой за уши ревности, или о подброшенной записке, что в данный момент буквально жгла карман куртки? Быть осторожным с Минхо… Почерк очень знакомый. Джисон сразу же его узнал. Острый, с легким наклоном влево, а на листочке размазана чёрная паста от ручки, потому что автор записки писал текст левой рукой. Но что он этим хотел сказать? Снова начать сомневаться во всем? Быть более внимательным к действиям и поступкам со стороны Ли? Но в голове вертелся самый главный вопрос, который мучает Хана уже больше месяца: откуда он, черт возьми, знает имя Минхо? Джисон вышел на нужной ему остановке и двинулся вдоль улицы, сворачивая в такой уже знакомый и родной двор. В руках он крутил связку ключей, только на этот раз не свою, а старшего. Пальцы то и дело цеплялись за брелоки, и младший невольно вспомнил тот момент, как они их покупали. В один вечер, когда они решили съездить погулять вдоль пляжа, то наткнулись на ярмарку с прилавками, на которых была выложена всякая дребедень. Джисон только тогда понял, какой на самом деле Минхо барахольщик. Он хотел скупить практически все безделушки, вовремя себя отдёргивая, не без помощи Хана, естественно. Но когда глаза наткнулись на милые брелоки, Ли не сдержался и купил их, в то время, пока Джисон стоял рядом с пищевой палаткой и выбирал между сладкой варёной кукурузой и корн-догом. Минхо тогда подбежал к нему радостный, показывая два брелока с висюльками. На одном из которых болталась маленькая фигурка бельчонка с грецким орешком в лапках, а на другом милый котик с завостренными ушками. — Теперь у нас парные брелки, — хихикал старший, нанизывая колечко на свою связку ключей. Джисон не любил брелоки, особенно на ключах. Они вечно цеплялись в карманах, чем безумно раздражали. Но отказаться младший не смог, и с улыбкой принял подарок, вешая милого котика на маленький карман рюкзака. От нахлынувшего воспоминания Хан невольно улыбнулся, даже не заметив, как зашёл в подъезд и поднялся на нужный этаж. Совершив несколько махинаций с замудренным замком старшего, Джисон отпер дверь, на автомате подхватывая любопытного котика, что моментально выбежал за порог. — Дори, ну сколько можно, — улыбнулся Хан, поглаживая мурчащего кота по макушке. Как же он по нему соскучился… Дори всегда ластился к Джисону. Предпочитал спать только под его боком, пока остальные коты выбирали в качестве лежанки маленький диванчик в соседней комнате или тёплую спину своего истинного хозяина. Хан зашёл с котом на руках в квартиру и собирался закрыть дверь, как услышал странный шелест возле порога. Опустив Дори на пол и проследив, чтобы тот снова не совершил попытку побега, он вновь приоткрыл дверь и заглянул за угол. Глаза обнаружили блестящий квадратик, и Джисон прищурился, присаживаясь на корточки. Подцепив двумя пальцами фольгу и приглядевшись поближе, он быстро отбросил ее в сторону, резко захлопывая дверь. Обёртка от презерватива. Но… нет! Это же… просто совпадение. Правда? Просто глупое совпадение… — пытался убедить себя Хан, но мозг просто отказывался работать в этом направлении. Минхо что… ему изменяет? С ним? Джисона резко замутило, и единственным желанием буквально поглотившим его целиком, было убежать из этой квартиры и опустошить желудок под ближайшим кустом. Слишком много совпадений… Минхо же должен рассказать новость… Будет ли она соответствовать догадкам младшего? Хана это больше не волновало. Ему хотелось поскорее сбежать отсюда, никого не видеть и ни с кем не разговаривать. Хватит с него. Сыт по горло. Джисон поднял свой увесистый рюкзак с пола и распахнул дверь с громким хлопком, даже не заботясь об испугавшихся котах, что от резкого звука убежали за маленький диванчик. Парень сейчас сам был как бродячий кот: напуганный, недоверчивый, убегающий с поджатым хвостом из места, в котором тайно мечтал провести всю свою оставшуюся жизнь. Хан уже готов был захлопнуть дверь с другой стороны, как услышал шаги по лестнице и знакомый тихий голос, чей обладатель явно разговаривал с кем-то по телефону: —… да, я спрошу у него и дам тебе знать… хорошо, я напишу или позвоню, давай… — Блять… черт, черт… — прошипел младший, смотря по сторонам и не зная, куда спрятать себя в узком коридоре и как избежать встречи с Минхо. Ничего лучше не придумав, Хан снова зашёл в квартиру, быстро разделся, рывками стягивая туго зашнурованные ботинки, и сел на маленький диванчик в комнате с котами, впервые жалея, что дверей здесь нет. Первым из укрытия вылез Дори, своими большими настороженными глазами глядя на паникующего новоиспеченного хозяина. Боязливо, словно почувствовав его тревогу, котик положил обе передние лапки на его ладони, и не получив отказа, так же с осторожностью забрался на его колени, тихо мурлыча и продолжая смотреть в глаза. Словно Минхо смотрит… Потому что Ли точно такой же: пробегается глазами по лицу, смотрит прямо в радужки и ждёт. Просто ждёт, когда объяснение само отобразится в эмоциях. Кстати о Минхо… — Малыш, я дома… — облегченно выдохнул старший и зашёл в квартиру, — ты недавно пришёл? Дверь была открыта… Ну конечно, Джисон же не мог просто захлопнуть дверь перед носом его же квартиры. Младшему необходимо придумать, как избежать разговора и выйти из дома. Наверное, Минхо после улицы пойдёт мыть руки… именно тогда Хан и уйдёт. — Джисон? Ты меня слышишь? — тихо посмеялся Ли, вешая куртку на крючок, — бельчо-онок, — протянул он, не скрывая яркой улыбки. Хан просто сидел. Он не знал, что ему делать, но разговаривать точно не хотелось. Поэтому он молча откинулся на спинку маленького дивана и поглаживал мурчащего кота, который теперь смотрел на него с неким негодованием. Как ты смеешь игнорировать моего хозяина, — читалось на его мордочке, от чего Джисон невольно закатил глаза и отвернулся к окну. — Джисон, что-то случилось? — старший стянул со своей шеи тёплый шарф и зашёл в комнату, пытаясь заглянуть в его лицо. — Нет, все окей, — кивнул Хан, не отрывая взгляда от яркого окна. Солнце пробиралось сквозь занавески, от чего младшему приходилось жмуриться, но отворачиваться он точно не собирался. — Как прошёл прием у Кима? О чем говорили? — осторожно спросил Минхо, делая маленькие шажки к прямо сидящей фигуре. — Все окей, — младший снова кивнул и резко встал, совершенно позабыв, что на его ногах лежало пушистое чудо, — черт, прости, Дори, — Джисон попытался вновь погладить кота, но тот лишь громко мяукнул и на мягких лапах подбежал к Минхо, просясь на руки. — Джисон, что-то случилось? — Ли лишь заботливо погладил кота, и этого хватило, чтобы малыш успокоился и вышел из комнаты, словно не хотел видеть, как они ссорятся. Его примеру последовали и остальные два обитателя квартиры, искоса поглядывая на двух молодых людей. — Я же сказал, все окей, — младший пожал плечами, уверенно избегая взгляда Минхо. Он до сих пор даже элементарно не взглянул на него. — Хорошо, — кивнул Ли в ответ, абсолютно ничего не понимая. Расстались они в университете, как ему показалось, на положительной ноте. Все обсудили и решили… Тогда почему сейчас Джисон ведёт себя так, словно Минхо для него пустое место? — Ладно, — Хан повторил действие старшего, качнув головой вперёд, и направился на выход из комнаты. — Ты куда? — Я должен отчитываться перед тобой? — огрызнулся младший, выйдя в коридор и присаживаясь на мягкий пуфик. Он наклонился за своими сапогами, начиная расшнуровывать тугие узелки. — Не должен, но… все же, куда ты уходишь? Я же только пришёл, — Минхо облокотился о дверной косяк и скрестил руки на груди, проследив за движениями пальцев младшего. Когда ответа не последовало, он тяжело вздохнул и запрокинул голову, пытаясь держать себя в руках и не отшвырнуть чертов ботинок. — Джисон, что случилось? Ты же знаешь, мы всегда можем поговорить. — Сорри, нам не о чем разговаривать, — закончив с первым сапогом, он наклонился и взял второй. — Ах, вот как? Не о чем? Ты сейчас серьезно? — Минхо истерично засмеялся. Это определённо какой-то прикол… — Ага, — кивнул Джисон, и разобравшись с двумя ботинками, он надел их и принялся зашнуровывать. — Да что случилось, ты можешь мне сказать? — Ли сел перед ним на корточки и наклонил голову на бок, пытаясь заглянуть ему в глаза, — пожалуйста, остановись и поговори со мной, — старший дотронулся рукой до запястья Хана, не ожидая, что тот резко ее оттолкнёт. — Блять, не трогай меня! — Джисон окончательно взорвался. Он пытался уйти молча, изо всех сил старался не реагировать, потому что Хан прекрасно знал, что Минхо сумеет вывести его на разговор, а говорить совершенно не хотелось. — Пожалуйста, расскажи мне, что произошло? — Ли никак не отреагировал на грубый тон и поднялся, наконец-то поймав взгляд младшего. — Я не хочу, понятно? Я просто хочу уйти, можно? — Джисон смотрел ему прямо в глаза, и кроме презрения, раздражёнными искорками мигающего в карих радужках, Минхо больше ничего не нашёл, — или ты меня удерживать собрался? — Я хочу с тобой поговорить. Я не хочу отпускать тебя домой в таком состоянии, тем более, — старший взглядом указал на рюкзак, — ты собирался остаться у меня. Значит, после психотерапевта ты приехал домой и собрал вещи, — рассуждал вслух Минхо, больше для себя, — получается, что-то случилось либо в квартире, либо по пути ко мне домой… Джисон на это ничего не ответил, лишь снял тёплую куртку с крючка и накинул ее на свои плечи. — Малыш, я ничего не понимаю, — тихо всхлипнул Минхо от пробежавшей мысли, что Хан сейчас просто уйдёт, без всяких объяснений и причин, — пожалуйста, давай поговорим. Что случилось? — Не прикидывайся идиотом, ладно? Тебе вообще не идёт, — фыркнул Джисон и на мгновение остановил руки, расправляющие воротник куртки, когда за стекляшками круглых очков заметил поблескивающие слезинки. — Просто скажи мне, что произошло, а после можешь идти… — Я тебе ничего не обязан говор… — Да, хорошо, не обязан, — перебил его старший и отошёл на шаг, опуская голову вниз и скрывая свои истинные эмоции, — оставь ключи на тумбочке, — он развернулся и собирался пройти на кухню, но остановился, будто что-то вспомнив, — точно… а это, кажется, твоё, — Минхо снял тоненькое кольцо со своего пальца и с характерным звуком положил его на край поверхности мебели. После чего вновь развернулся и зашел в кухню, скрываясь за углом. Черт… Это было больно… Очень больно… Джисон уставился на аксессуар, который до этого момента целый месяц идеально смотрелся на чужом пальце. Он дарил его в шутку, но с полным осознанием того, что все взаправду. Что теперь они связаны. Любовью, трепетом, заботой… чертовым кольцом и дурацкими брелоками. Но сейчас, брелок на чужих ключах висит головой вниз, а остывшее кольцо небрежно валяется на тумбочке. Значит, это все?.. Хан огляделся по сторонам и непроизвольно всхлипнул, накрывая подрагивающие губы ладонью. Что он вообще творит? Эмоции смешались между собой, и Джисон вообще не представлял, что должен сделать. Если он сейчас выйдет за дверь, то это будет означать самый настоящий конец. Он больше не приедет сюда, в эту квартиру. Не будет спать в обнимку с Минхо. Больше его не поцелует. Никогда больше не погладит котов, чьи три мордочки в данный момент выглядывали из-за угла и смотрели на него с искренним отчаянием. С губ Джисона слетел ещё один всхлип, и он прикрыл глаза. Если он сейчас выйдет за дверь, то всего этого больше не будет. Всего того, что до сих пор удерживает его на плаву, не даёт сорваться и снова погрузиться в животный страх и тревожность. Истерика накатывала приливными волнами, и Джисон сглотнул, пытаясь опустить застрявший ком в горле. Если он сейчас останется, то скорее всего, он все выяснит. Они поговорят, Хан расскажет ему причину своей надменности и холода, и вероятнее всего, все наладится. Но если же его опасения и догадки подтвердятся, то тогда он уйдёт. Уйдёт с полным осознанием, что сделал все правильно. Сейчас ничего не казалось правильным. — М-Минхо? — тихо позвал младший, на негнущихся ногах направляясь к Ли. — Не надо, забери себе, — он имел в виду кольцо, но так же и все остальное. Просто забирай и уходи, как и собирался. — Минхо, давай поговорим, — на грани шепота произнёс Джисон, заходя на кухню. — О, теперь ты решил поговорить, — усмехнулся Ли себе под нос. Он стоял спиной к нему, облокачиваясь обеими руками на кухонную тумбу. Голова опущена вниз, а кончики пальцев подрагивают на поверхности мебели. — Да… скажи, ты знаком с ним? — С кем с ним, Джисон? — Минхо протер глаза, смахивая мокрые последствия слез и развернулся к младшему, — прекращай говорить загадками. — С Каем… ты его знал до этого, я прав? — Хана передернуло от произнесённого имени, и он перемялся с ноги на ногу, невольно проезжаясь резиной ботинок по паркету и создавая неприятный скрежет, от чего оба поморщились. — Откуда я мог его знать? С чего ты вообще решил, что мы знакомы? — Минхо вновь скрестил руки на груди, внимательно рассматривая озадаченное и до боли растерянное лицо напротив. — В клубе он назвал тебя по имени… — И? — старший вскинул брови, — клянусь, это был первый и последний раз, когда я его видел. — Я нашёл это сегодня в своей двери, — Джисон запустил руку в карман куртки и достал записку, — честно, я не знаю, что это означает, но… — он замолчал недоговорив, и просто протянул бумажку старшему, снова отходя на болезненное расстояние. Они никогда не разговаривали так далеко друг от друга, от чего становилось безумно холодно и неуютно. — Но?.. — повторил Минхо в ожидании продолжения и развернул записку, пробегаясь глазами, — будь осторожен с Минхо? В каком это смысле… — нахмурился он, сводя брови к переносице. — Это его почерк… Я помню его… И я не знаю, что это значит, — пожал плечами Хан, опуская голову вниз и начиная нервно перебирать костяшки на пальцах, — он знает твоё имя, поэтому я подумал… — Что мы знакомы? — завершил за него предложение Минхо и ещё сильнее насупился. — Это ещё не все… — Джисон уловил сильную дрожь в коленях и медленно подошел к столу, присаживаясь на подставленный стул, — под моей дверью валялся использованный гандон, завязанный бантиком… — Чего? — Минхо не сдержал смешок от идиотизма всей ситуации, — ты не думаешь, что это соседи… — Нет, — усмехнулся младший, склоняясь пополам и укладывая локти на колени, продолжив нервно ковырять заусенцы, — я сначала тоже так думал… прикол, или шутка какая-то… но у тебя под дверью я нашёл упаковку от этого презерватива… — И ты подумал… — Подумал, что все это, — он образно покрутил пальцем, — это предупреждение. Пазл сложился сам, и я… — младший вновь попытался проглотить накатывающую истерику, но всхлип вырвался сам, — я хотел уйти, пока ты ещё не пришёл… но не успел. — Джисон, я клянусь тебе… — Минхо подошел к Хану и сел перед ним на корточки, — клянусь, что тогда в клубе его видел первый и последний раз. Мы больше не виделись, и честно не знаю, откуда он знает мое имя, может ты его сказал… — Нет, я точно не говорил, — младший отрицательно замотал головой и дёрнулся, почувствовав на своих руках тёплые пальцы. — Когда вы ушли с Феликсом в туалет, то Чанбин рассказал мне, что Кай приходил на выступления все это время. И сказал, что Ликс постоянно набрасывался на него… по крайней мере, делал попытки. Ты не думаешь, что он мог в порыве злости упомянуть меня, как твоего парня? — Минхо самому было безумно интересно, откуда он знает его имя, и если обёртка возле порога не простое совпадение, то в голову напрашивается еще более интересный вопрос: откуда он знает, где Минхо живет? — Может, — покачал головой Джисон в ответ, — я не думал об этом… — Эй, посмотри на меня, — попросил Минхо и провёл руками по его ладоням, привлекая внимание влажных глаз, — я никогда тебе не врал и не собираюсь этого делать. Я не знаю Кая, и никогда его раньше не видел. — Ладно, — кивнул Джисон и вновь опустил взгляд, — извини… — Хорошо, — с тяжёлым выдохом Ли выпрямился и встал, — ты голоден? Хочешь чего-нибудь поесть? — как ни в чем не бывало спросил Минхо, подходя к холодильнику и открывая дверцу. — Хо, я люблю тебя, — практически бесшумно пролепетал Джисон, тихо всхлипывая, — прости меня, пожалуйста, я-я… я не понимаю что происходит… вообще не понимаю, — он склонился пополам, отчаянно прижимая ладони к своему лицу и пытаясь заглушить тихие рыдания. — Эй, иди сюда, — Минхо в несколько шагов вновь оказался рядом с младшим, поднимая его со стула, — все нормально, ты просто запутался… — Не представляешь как, — горько усмехнулся Джисон, кончиком языка слизывая солоноватую влагу с губ, — я устал сомневаться во всем… — Я понимаю, не плачь, — старший притянул его в объятия, и тот с новым, более громким всхлипом обвил его шею руками, утыкаясь мокрым носом в плечо. — Мне страшно… страшно находиться одному, — Хан медленно расслаблялся в чужих руках, что так заботливо и успокаивающе оглаживали его талию и линию позвоночника, — страшно потерять тебя… но я только и делаю, что позволяю с каждым новым разом этому случиться… — Все хорошо, не переживай, — шептал Минхо, прижимая к себе дрожащего от эмоционального наплыва младшего. — Мне жаль… м-мне правда очень жаль, — Джисона в буквальном смысле затрясло, а слёзы попросту выпадали из глаз, тяжёлыми каплями обрушаясь на чужое плечо, — я хочу, чтобы все было хорошо… хочу, чтобы все это закончилось…  — Джисони, малыш… ты должен успокоиться, хорошо? Давай сделаю тебе холодный американо, хочешь? — Нет, просто… — младший сглотнул и прикусил верхнюю губу, громко шмыгая носом, — мы можем постоять вот так? — он, как бы демонстрируя, привстал на носочки и прильнул к Минхо сильнее, на этот раз утыкаясь прохладным кончиком носа в сгиб его шеи. — Да, можем, — кивнул Ли и прижал Джисона ближе к себе, обнимая его за талию, — но ты так устанешь… давай переоденемся и ляжем в кровать. Там сможем обниматься столько, сколько ты захочешь. — Я… я не могу, — Хан покачал головой и зарылся дрожащими пальцами в тёмные пряди волос, — мне стыдно… я даже в глаза тебе смотреть не могу, — он снова шмыгнул заложенным носом, — я постоянно делаю тебе больно… ты такого не заслужил. — Джисон… — Ты самый лучший… Я не заслуживаю тебя, — говорил младший то, что постоянно сидело у него в голове, и зажмурился, когда Минхо, приложив немного усилий, отстранил его от себя. — Перестань так говорить, — цокнул Ли и взял в ладони лицо Хана, — ещё как заслуживаешь… Мы со всем разберёмся, слышишь? — А мне кажется, что у нас не получится, — тихо хмыкнул младший, почувствовав на языке горечь от собственных слов, — не получится, пока я… такой. Верю своим мыслям и идиотским домыслам больше, чем тебе… — Джисон, когда ты уже поймёшь, что у нас все получится? Ты любишь меня, я люблю тебя, и мы со всем справимся вместе, понимаешь? — Да, понимаю, — кивнул младший, слегка приоткрывая глаза, — я постараюсь понять, обещаю. — Хорошо, — выдохнул Ли и осторожно наклонился к лицу Хана, отмечая про себя, что тот съежился от столкновения носов, и принялся покрывать легкими поцелуями его влажное лицо, — все будет хорошо, да? — Да, — тихо хихикнул Джисон, сморщив нос, — щекотно… — Хочешь покушать? Я вчера заказал доставку, чтобы ещё нам хватило. Будешь фунчозу? — Минхо лучезарно улыбнулся, услышав легкий смех младшего, и огладил его лицо, убирая широким рукавом свитера остатки слезинок. — Да, буду, — кивнул младший и отпрянул, ощущая расползающееся тепло прямо из грудной клетки. Он вернулся в коридор и стянул с себя куртку, после наклонился, развязывая тугую шнуровку на ботинках, — Минхо, ты какую-то новость хотел сообщить… — Точно! — воскликнул Ли, выходя за ним из кухни, — помнишь, я рассказывал тебе про своих друзей из университета? — в ответ Джисон лишь кивнул, с облегчённым выдохом избавляясь от первого ботинка, — они в начале лета уехали в Японию работать по контракту… Так вот, они приехали погостить на пару недель и очень хотят с тобой познакомиться, — старший расплылся в улыбке, облокачиваясь о дверной косяк, — ты не против встретиться с ними завтра? Только сегодня Хан раздумывал, почему Минхо так много рассказывает о своих друзьях, но так и не решился его с ними познакомить. Ответ лежал на поверхности, нужно было только спросить… Теперь он будет спрашивать. Постоянно. Не будет додумывать сам или бояться задать вопрос. Пора определённо с этим заканчивать. — Нет, конечно, я не против, — улыбнулся Джисон и стянул второй ботинок, — куда пойдём? — Думаю, в ресторан в центре… Я сейчас напишу им, что мы придём… — Мы? А без меня ты не собирался идти? — младший вскинул брови. Минхо невозможный… — Я же обещал тебе провести все выходные вместе, так что нет… Встретился бы с ними после работы в будни, — старший пожал плечами и уткнулся в телефон, быстро набирая сообщение своим друзьям. — Ты невозможный, — произнёс Джисон мысли вслух и вновь улыбнулся, взглядом поймав сладкую улыбку на лице Минхо. — Давай, относи рюкзак в комнату и переодевайся. Поужинаем и ляжем в кроватку, хорошо, бельчонок? — Хорошо, котёнок, — младший передразнил его интонацию и послушно взял тяжёлый портфель, направляясь в спальню. После ужина Минхо остался мыть посуду в то время, как Джисон разбирал свой увесистый портфель и раскладывал вещи на свободную полку. Это стало некой традицией, оставаться у Ли на выходные и возить туда-сюда кучу вещей каждую неделю. Некоторые Хан, конечно, оставлял, потому что зоркий глаз старшего замечал любое пятнышко, и одежда моментально отправлялась в стирку, после чего ожидала следующий приезд своего хозяина на вешалке в шкафу. — Хён, а где та толстовка, которую ты стирал? — прокричал младший, открывая створку шкафа, — забей, я нашёл! Джисон успел переодеться, разложить вещи и расстелить постель, а Минхо все ещё возился с посудой. Младшему надоело сидеть одному в комнате, даже в компании Дори, который хоть больше на него не злился, но все равно глядел большими блестящими глазами с опаской, поэтому, накинув толстовку Ли на свои плечи и невольно вдохнув аромат лавандового парфюма, Хан поднялся с кровати и прошёл на кухню. — Ты долго ещё? — Джисон подошёл к Минхо со спины, уложив обе руки на талию старшего, а подбородок на его плечо. — Нет, осталась миска, — Ли демонстративно поднял плошку и, не удержав ее одной рукой, выронил прямо в раковину, — черт… — Хо, как давно ты был в травме? — младший с осторожностью взял Минхо за запястье, рассматривая костяшки, — до сих пор ноет? — Нет… ну, иногда, — старший невинно улыбнулся и пожал плечами, — миска просто скользкая от пены, вот и выронил. — Хён, с таким не шутят, — нахмурился Джисон и прищурил глаза. — Правда, все хорошо. Иди умывайся и ложись, я скоро приду, — Минхо сполоснул руки от пены и вновь взял плошку, домывая её и ставя на сушилку. За спиной он до сих пор слышал шорохи носков по паркету и обернулся, наблюдая младшего, до сих пор стоящего посреди кухни. — Малыш, что-то не так? — Хо, я хотел поговорить, — пролепетал Хан с опущенной головой. Он водил носком ступни по паркету, а глаза следили за собственными пальцами, ковыряющими заусенцы, — точнее, обсудить. — Да? И что же? — Минхо очень хотелось бы сказать, что разговоров на один вечер вполне достаточно, но что-то в поведении Джисона его смутило, поэтому он выключил кран и взял в руки полотенце, внимательно изучая задумчивое лицо напротив. — То, что ты говорил… — мямлил Хан, не смея поднимать глаза, — я давно хотел узнать, но все никак момента не мог найти… — Что такое, Джисони? Скажи, не томи, — Минхо всегда начинал переживать, когда младший вёл себя таким образом. И ему очень не нравилось, если можно так выразиться, то, что Джисон часто стеснялся поговорить с ним на откровенные темы. — Ну, о том, что нам надо обсудить все, перед тем, как… — Хан вновь замолчал, поджимая губы и переминаясь с ноги на ногу. — Перед тем, как мы перейдём к сексу, — закончил за него предложение Минхо и улыбнулся уголками губ, — хорошо, давай обсудим это перед сном. Иди умойся и жди меня в кроватке, хорошо, малыш? — он слегка хохотнул и подошёл к Джисону, опуская свои ладони на его щеки и оставляя пару чмоков на кончике носа. — Да, давай только быстрее, — буркнул младший себе под нос и тихо хихикнул от ощущения сладких поцелуев на своём лице. — Ну что, с чего начнём? — Минхо переоделся, выключил свет и забрался под одеяло, сразу же попадая в ловушку из цепких рук Джисона. Он невольно улыбнулся и обнял Хана за талию, положив свой подбородок ему на макушку. — Я не знаю, с чего в таких разговорах начинают, — хмыкнул младший и поджал губы, укладываясь поудобнее в чужих объятиях. Его рука покоилась на груди старшего, а пальцы отстукивали свой незамысловатый ритм под тихим и размеренным сердцебиением. Уютно… И по своей же глупости сегодня он чуть не лишился всего этого… Страшно представить, и Хан зажмурился, прижимаясь ещё ближе. — Малыш, давай расслабимся и не будем стесняться, это же я… — Знаешь, это все равно уверенности мне не придаёт, — пробурчал младший и зарылся носом в мягкую шею, — давай попробуем поиграть в вопросы… задавай, а я буду отвечать, — предложил Джисон, а Минхо искренне залился смехом от милости ситуации. — Боже, ты такой милый, — не удержался Ли и тихо хихикнул, чем смутил Хана ещё сильнее. — Задавай вопросы, — более серьезно произнёс младший, но все равно на грани шепота, и очень неуверенно. — Хорошо, — вздохнул Минхо и пригладил непослушные волосы Джисона, что так и норовили залезть в чужой рот, — есть ли какая-то поза, которая тебе может не понравиться? — Хмм, не думаю, — младший мотнул головой в отрицании, ожидая следующий вопрос, — кажется, та, в которой мы делали это, для начала больше подойдёт. — Согласен, — кивнул старший и придумал новый вопрос, — тебе будет комфортно, если я буду с тобой разговаривать в этот момент? — Мгх, — пролепетал Джисон и прижался ещё ближе. — А если буду ещё и хвалить? — Минхо попытался скрыть ухмылку в голосе, но все же позволил ей расползтись по лицу, ведь младший все равно в темноте ничего не увидит, — буду говорить, какой ты хороший котёнок. — Да, — пропищал Хан, словно в подтверждении его слов. — Действительно, самый настоящий котёнок, — посмеялся Минхо и откинулся головой на подушку. Джисон, воспользовавшись моментом, решил проучить веселящегося Ли, и приподнявшись на локтях, быстро наклонился и цепанул зубами нежную кожу под ключицей. — Эй, чего кусаешься? — хохотнул старший, дёрнувшись в чужих объятиях. — Я бельчонок, забыл? — фыркнул Хан и вновь вернул голову на грудь Минхо, устраиваясь поудобнее. — Бельчонок, как я понял, ты не против, чтобы я тебя отшлепал, да? — насмешливый тон голоса сменился и приобрел глубину, от чего Джисон слегка вздрогнул. От вопроса резко потянуло внизу живота, и младший слегка отодвинулся от Минхо, чтобы тот не заметил, как именно его слова повлияли на него. — Нет, не против, — пискнул Джисон и сжал колени, пододвигая их ближе к груди. — Я заметил, что тебе очень нравится кусаться, — начал Минхо, а Хан уже догадался, каким будет следующий вопрос, — но с твоих слов я — котёнок, а котята царапаются, знаешь? — Мхг, — промямлил младший, зажмурив глаза, — можешь царапать, если хочешь. — Я уже это делал, забыл? — прошептал Ли слишком тихо, от чего по спине Джисона поползли мурашки вслед за движением руки старшего. Он забрался под объемную футболку и провёл кончиками пальцев по линии позвоночника, выбивая из груди Хана томный выдох. — Тебе тогда понравилось? — Очень, — младший пискнул на уровне ультразвука, и вновь юркнул носом в сгиб шеи Ли. — Хмм, — Минхо вновь задумался. Это оказалось гораздо сложнее, чем он предполагал. Ему хотелось спросить много вещей, но как назло на ум ничего путного не приходило. Старший не хотел задавать слишком откровенные вопросы, чтобы не смущать и без того дрожащего в его объятиях Джисона. — Что, вопросы закончились? Уже сдулся? — усмехнулся младший и звонко хихикнул, когда Минхо ущипнул его за ягодицу. — Дразнишься, значит? — в голосе Ли прозвучала ухмылка, а ладонь уже полноценно легла на чужое бедро, — может, сразу приступим к… — старший закончил своё предложение не словами, а действиями, слегка шлёпнув Джисона под одеялом. Хан игриво захихикал и дернулся, прижимаясь ближе. — И это все, что-ли? — притворно надул губы младший, пытаясь раззадорить Минхо ещё сильнее. — Я смотрю, ты нарываешься, — Ли приподнялся на подушках, пытаясь в темноте разглядеть бесстыжее лицо Хана. Старшему очень хотелось отыграться за все те случаи, когда Джисон заставлял его нервничать, особенно за сегодняшний мимолётный бойкот, который чуть не привёл к расставанию. — А если и нарываюсь, то что? — у Хана звездочки летали перед глазами, то ли от кромешной темноты комнаты, то ли от тягучего предвкушения. Младший ещё с самого начала мечтал оказаться у Минхо на коленях, и чтобы его, такого невнимательного студента, хорошенько проучили. — Ничего, — Ли пожал плечами и улыбнулся. Ему захотелось подразнить Джисона, и он с наслаждением упивался молчаливой возмущённой реакцией. — Эй, так же нельз… — Хан не успел договорить, как вмиг оказался прижатым щекой к кровати. Одеяло было откинуто в сторону, а бёдра очень удобно уместились на чужих коленях. Минхо отполз к спинке кровати и прислонился к ней спиной, принимая сидящее положение, после чего немного задрал футболку младшего и погладил его поясницу. — Так тоже нельзя, — пробурчал Джисон и подложил под свою щеку кусочек одеяла, чтобы голова не затекла в низком положении. — А мне кажется, что ты совсем не против такого, раз уж устраиваешься поудобнее на моих коленках, — дразнился старший, поглаживая открывшуюся спину и пробегаясь кончиками пальцев по выступающим рёбрам. — Щекотно, не надо, — хихикнул Джисон и поёрзал на месте. — Тебе комфортно? — с осторожностью спросил Ли и прижал свою теплую руку к мягкой ягодице. — Да, более чем, — младший выдохнул от ощущения горячей ладони на своём бедре. В паху тянуло от предвкушения, и он приподнялся чуть выше, чтобы слишком быстро не раскрыть тот факт, насколько ему сейчас комфортно. Минхо протянул свободную руку наверх и щелкнул выключателем маленького светильника, чтобы точно не промахнуться и ненароком не причинить боль. — Хорошо, малыш, тогда считай. Джисон не успел задать интересующий вопрос «какое считать», как тяжёлая ладонь вернулась на ягодницу с характерным хлопком, от чего он вздрогнул и не сдержал прерывистого стона. — О-один, — выдохнул Хан весь оставшийся воздух из легких и зажмурился, приготовившись к следующему удару. — Точно все хорошо? — поинтересовался Минхо и принялся поглаживать и мять розовеющую половинку. Ли слышал, как Джисон задержал дыхание, и сильно забеспокоился. Все же младший лежит на его коленях в очень уязвимой позе. — Да, пожалуйста… продолжай, — на выдохе произнёс Хан, а после вобрал слишком много кислорода в лёгкие, из-за чего голова слегка закружилась. На разгоряченную ягодицу вновь приземлилась ладонь, и Джисон не сдержал протяжного стона. Если так будет продолжаться и дальше, то младший скоро набросится на него… — Не слышу… — Минхо как можно серьёзнее старался произнести фразу, но вышло скудно. Мягкий бархатистый голос заставил Хана ухмыльнуться, и он произнёс тихое: «два». Старший вновь поднял руку и оставил шлёпок на соседней ещё нетронутой половинке, и Джисон простонал в ответ от неожиданности. В животе разгорался самый настоящий пожар, младший ерзал на коленях, словно просил большего, а Минхо, уловив немой намёк, ударил ещё раз, после чего принялся растирать покрасневшие ягодицы. — А может… ну его… — через выдох произнес Хан и слегка приподнялся на дрожащих руках, — может… — он закусил губу и замолчал, ожидая, пока Ли сам все поймёт. — Я не буду читать между строк, даже не надейся, — тепло засмеялся Минхо и пригладил взъерошенные волосы на его затылке, — в таких ситуациях ты будешь использовать слова, хорошо, солнце? — Может… — Джисон постарался собрать все мысли воедино и прикрыл глаза, — может сейчас попробуем, Хён? — Нет, малыш, — старший качнул головой в отрицании, — ты слишком устал, поэтому сейчас мы пробовать точно не будем… Разве что… — Минхо задумался на мгновение, а младший глядел на него большими влажными глазами, терпеливо ожидая, когда тот решится закончить предложение, — разве что, можем попробовать пальцами? — О господи, — Джисон зажмурился и рухнул лицом обратно в скомканное одеяло. Ему было слишком неловко, даже находясь с поднятой задницей кверху на коленях старшего, даже ощущая скрученный узел внизу живота, и даже предполагая, что Минхо прекрасно чувствует его эрекцию своим бедром. — Если ты не хочешь… — начал Ли, но Хан его резко перебил. — Хочу… очень хочу, — простонал Джисон куда-то в одеяло, уткнувшись носом и сдерживая всхлип желания. Ягодицы призывно приподнимались, не в силах контролировать мелкую дрожь возбуждения на внутренней стороне бедра. — Сними с меня боксеры, и давай попробуем, пожалуйста… — руки младшего сами потянулись к прикроватной тумбочке, в которой, казалось, всегда можно было найти именно то, что нужно. Он кончиками пальцев отодвинул маленький ящичек и на ощупь достал тюбик со смазкой, протягивая его через плечо старшему. — Хорошо, в этой позе тебе будет комфортно? — ладони Минхо вновь легли на ягодицы, поглаживая и пытаясь унять мелкую дрожь во всем теле Хана. — Не знаю… посмотрим, — Джисон снова приподнял бёдра, и Ли стянул его боксеры до колен. Поелозив ногами, младший скинул их окончательно, ступней отодвигая на другой край кровати. — Ты точно уверен? — младший кивнул в ответ, а Минхо решил перестраховаться, — ты же знаешь, что в любой момент мы можем остановиться? Не стесняйся, не бойся и говори, хорошо? — Да, я знаю, Хо… начинай, — Джисон не сдержал стона, когда до ушей дошёл звук открывающейся крышки от бутылочки. — Тебе придётся слегка раздвинуть ноги, — промурлыкал Минхо и прикоснулся к внутренней стороне бедра младшего, помогая ему согнуть одну ногу в коленке. — Вот так, умница, — пролепетал старший, а Хан издал тихий писк от сладкой похвалы. Ли налил на пальцы прохладную жидкость, разогревая ее в вечно тёплых руках. — Малыш, как давно ты был в туалете? От вопроса кончики ушей Джисона резко заалели, а сам он смутился, ощущая волны жара, подкатывающих к лицу. — Утром… все нормально, — пробурчал младший и подложил под голову руки для лучшего удобства. — Хорошо, — кивнул Минхо больше для себя, прекрасно понимая, что Хан его лица сейчас не видит, как и он его. Что немного осложняло и так довольно нервную ситуацию. Ли привык считывать эмоции с лица, а сейчас он пялится на затылок и наблюдает за покрасневшими ушами Джисона. — Возможно, будет немного неприятно, — предупредил старший перед тем, как поднести кончик одного пальца к сжатому колечку мышц. — Знаю, — буркнул Хан и дернулся от легкого прикосновения. За своей спиной он услышал тяжёлый выдох, и почувствовал, как от его резкого движения ноги Минхо напряглись, — все нормально, хён… давай. Ли осторожно надавил, другой рукой придерживая за ягодицу. Войдя на одну фалангу, он остановился и наклонился вперёд, оставляя невесомый и до боли нежный поцелуй на влажной пояснице. В комнате было довольно прохладно, особенно если учесть то, что на календаре уже началась первая половина ноября, но казалось, что из помещения выкачали весь свежий кислород, оставляя лишь спертый воздух. Тело Джисона буквально пылало под чужими руками, а сам он вздрагивал при каждом движении пальцев Минхо. Вздрагивал от предвкушения и слегка тревожного чувства, что он открыт. Открыт полностью и… доверяет. Каждый раз, когда какой-то случайный парень из клуба, которого Джисон выбирал в качестве спутника на вечер, пытался залезть к нему в трусы и проявить свои доминантные замашки, то сразу же был послан далеко и надолго. Хан никогда не подпускал к себе сзади, даже если дело касалось только оральных ласк. Последний придурковатый парнишка, ещё в конце лета, когда Джисон напился перед новым семестром, за свою чрезмерную настойчивость поплатился ударом в нос и разбитой губой в качестве бонуса. А теперь, младший сам захотел устроиться на чужих коленях, сам попросил попробовать, и сам же тихо постанывает и мычит в согнутый локоть, просит второй палец. Даже несмотря на то, что поза до сжатого сердца уязвимая, потому что именно в таком положении его растягивали в первый и последний раз. Только тогда его с чрезмерной силой прижимали к матрасу в четыре руки, а сейчас он сам подмахивает бёдрами, плавясь от нежных поглаживаний по внутренним стенкам. — Точно все хорошо, бельчонок? — поинтересовался Минхо и медленно вынул палец, добавляя побольше смазки. — Да, все хорошо, — пролепетал Джисон и приподнялся на локтях, пытаясь разглядеть через пелену блаженства прекрасное лицо старшего, — я хочу тебя поцеловать, — признание вышло случайно, и младший невинно улыбнулся, облизывая пересохшие губы. — В таком случае, — Минхо замурлыкал и с игривой улыбкой притянул Хана к себе, усаживая его на свои колени и располагая его бёдра по обе стороны от своих, — иди сюда и целуй, малыш. Джисон, не теряя времени, прильнул к мягким губам своими сухими, вовлекая старшего в крышесносный поцелуй. Язык обвёл нижнюю губу и юркнул внутрь, встречаясь с чужим и выбивая из горла Ли такой приятный стон. Пока младший с рвением вылизывал его рот, Минхо решился и вновь поднёс руку к слегка растянутому колечку мышц, осторожно и до нежности медленно проталкивая пальцы внутрь. Хан несдержанно застонал в чужие губы, а Ли поймал стон своим ртом, начиная аккуратные движения внутри. Джисон не хотел признаваться, ни себе, ни Минхо, насколько сильно боялся этого момента. Хотел и не хотел одновременно. Боялся, что не выдержит, что струсит как последний болван перед любимым человеком, который в свою очередь доверился, позволил овладеть собой даже в состоянии опьянения, когда, по сути, такие вещи должны делаться исключительно на трезвую голову. И позволял и дальше проявлять активность все последующие разы. Хан не отрицал, что ему нравилось вести, и раньше он никогда не задумывался над тем, чтобы лечь под кого-то и отдаться целиком и полностью в чью-то власть. Но с Минхо все было по-другому… Младшему до дрожи в коленках хотелось оказаться внизу, под пылающим телом, пока тёплые до безумия руки ласкают талию и бёдра, а горячий язык исследует шею, покрывая выпирающие венки от напряжения влажной слюной. Стонать под ним и ловить покрасневшими ушами такие же стоны блаженства в ответ. Так хотелось, что Джисон забил и нырнул во все с головой. Привыкнув к движениям, бёдра сами непроизвольно начали описывать круги, буквально насаживаясь на чужие пальцы. Хан был бы полным идиотом, если бы не почувствовал чужое возбуждение низом живота, где под футболкой уже давным давно изнывал от желания собственный член. Подрагивающими руками Джисон схватил края ненужной вещи и, оторвавшись от таких сладких поцелуев всего на мгновение, стянул ее через голову, небрежно откидывая куда-то за спину. — Ещё, — судорожный выдох сорвался с губ младшего, и руками он потянулся вниз, забираясь пальчиками под футболку Минхо. Одна ладонь вновь поднялась вверх по торсу, короткими ноготками очерчивая линии напряженных мышц, а другая в нетерпении залезла под резинку трусов, обхватывая стоящий член. Кольцом из пальцев Джисон провёл вверх вниз, размазывая естественную смазку по стволу. Ли напрягся и застонал, выгибаясь дугой под чувственными движениями, и сам согнул пальцы внутри младшего, стимулируя комок нервов на внутренней стенке. Из груди Хана в ответ вырвался протяжный стон, и он прогнулся в пояснице, дергаясь на чужих бёдрах. — М-Минхо-о, — голова Джисона опустилась на плечо старшего, а сам он вздрогнул всем телом, — ещё-ё, пожалуйста…ещё, — всхлипнул младший и поддался назад в попытке насадиться глубже. — Ещё один? — Минхо прикусил губу в тот момент, когда Хан слишком сильно сжал его член под головкой, лениво массируя ее пальцами, — или… ещё сделать так? — Ли демонстративно вновь согнул пальцы внутри, с напором массируя кончиками простату. — Мм, д-да, пожалуйста… — Джисон заскулил и приподнялся на дрожащих согнутых ногах, словно тело не слушалось и отчаянно пыталось уйти от блаженного удовольствия, — д-держи меня, пожалуйста… я… у меня не получается… Минхо одним движением перевернул младшего и оказался сверху. Он навалился всем телом и припал к искусанным губам. Поймав кончиком языка томный стон, старший втянул мягкий язык младшего внутрь и слегка прикусил. Пальцы продолжили размеренные движения, лишь изредка проходясь по такому желанному для Джисона месту. — Мм, Хо… пожалуйста, — Хан плавился под Ли и ерзал на простынях, призывно раздвигая бёдра ещё шире. Минхо с искренним восторгом наблюдал за тем, как младший разваливался от его прикосновений на части: медовые волосы ореолом разбросаны по простыне, прикрытые глаза с подрагивающими от блаженства ресницами и искусанные губы, с которых то и дело слетают несдержанные влажные стоны. Он терпеливо ждал того момента, когда Джисон будет готов довериться, и по грани сознания промелькнула мысль: неужели это все взаправду? Старший не успел понять, где именно заканчивается наивная фантазия и начинается всепоглощающая реальность, как Хан вновь протянул руку вниз к его члену, размашистыми движениями выбивая из груди Минхо рваные стоны. В ответ Ли раздвинул пальцы, мягко проникая в горячее нутро практически до основания, и принялся массировать простату, не оставляя Джисону и шанса сдержать громкие всхлипы. — Хён… — звучно проскулил младший и выгнул спину до хруста, отчаянно хватаясь одной рукой за предплечье Ли, а другой продолжая двигать запястьем по члену, словно синхронизируясь с движениями пальцев Минхо внутри себя. — Хён, пожалуйста… — Джисони, ты умница… такой хороший… — казалось, старший впервые заговорил за это время. Вместо разговоров, которые так были нужны Хану, Минхо следил за каждой его эмоцией, изучая и запоминая, под каким углом Джисон хнычет сильнее, а в каком положении рвано дышит и напрягает мышцы низа живота. Он словно читал его как открытую книгу, захлебываясь в сюжетных поворотах между страниц. Младший в ответ заскулил от похвалы и закинул одну ногу на поясницу Минхо, самостоятельно слегка меняя угол проникновения и прогибаясь, насаживаясь сильнее. — Ещё… я… Хён, почти… — Джисон зажмурился и вцепился ногтями в плечо старшего, от чего тот зашипел и вогнал пальцы глубже. — Давай, малыш… Кончи для Хёна, — хрипло протянул Минхо и удержал младшего за живот на месте, когда тот снова начал бесконтрольно убегать от приближающейся разрядки, отползая ещё дальше. — Минхо-о, — Джисон буквально взвыл от того, насколько грязно прозвучала томная фраза Ли прямо над ухом, врезаясь в опьяненный негой разум. Хан откинул голову назад, а по телу словно прошлись электрошоком, когда его накрыл оргазм. Осознание того, что он кончил нетронутым, пришло не сразу. Бёдра обмякли и опустились на смятую простынь, а чужие пальцы осторожно покинули пульсирующее нутро, выбивая из груди тихий всхлип от непривычной пустоты. — Малыш, ты как? — Минхо небрежно стянул с себя белую футболку и вытер ею пальцы от излишек смазки, с осторожностью разглядывая подрагивающее от последствий разрядки тело младшего. Джисон глупо улыбнулся от прозвучавшего вопроса и приоткрыл слипшиеся от слез удовольствия глаза. Он провёл кончиками пальцев по своей взмокшей груди и дотронулся до искусанных губ. Взглянув на разгоряченного и до сих пор возбужденного Минхо, младший закусил один палец с застывшей игривой ухмылкой на губах. — Кончишь на меня, Хён? — фраза вылетела слишком легко, от чего внутри бы Джисон точно смутился, но на лице виднелась лишь довольная улыбка. Минхо замер, а в паху стало ещё горячее. Он уже давно балансировал на грани, но был слишком увлечён тем, чтобы доставить в первую очередь удовольствие младшему, напрочь забывая о своём. — Ну же, иди сюда, — Хан уловил тень сомнения в блестящих глазах Ли и притянул его на себя, заставляя забраться верхом. Джисон выглядел как настоящий дьяволёнок, с коварной ухмылкой на устах и посасыванием своих пальцев, и Минхо купился, устраиваясь по обе стороны от талии младшего и обхватывая свой изнывающий член кольцом из пальцев. Хватило несколько рваных движений руки, и он излился на живот Джисона с протяжным хриплым стоном. Младший на это хихикнул и дотронулся кончиками пальцев до своего живота, где от двух разрядок скопилась маленькая лужица и, не сдержавшись, вновь запустил пальцы в рот с довольным причмокиванием. — Боже, какой ты грязный, — ухмыльнулся Минхо и слез с Джисона, после чего встал с кровати и направился в ванную в поисках влажных салфеток. — Кончи для Хёна… И это я ещё грязный? — Хан искренне расхохотался и приподнялся на локтях в то время, когда Ли уже вернулся и принялся вытирать последствия их бурного оргазма с его живота и груди. Старший на это лишь молча усмехнулся, а затем с осторожностью посмотрел Джисону в глаза. — Точно все хорошо? Как ты себя чувствуешь? — Просто прекрасно, — младший поднял руки вверх и потянулся с протяжным уставшим стоном, невольно демонстрируя Ли выпирающие рёбра. — Тогда спать, бельчонок, — шутливо строго произнес Минхо и шлёпнул Джисона по едва розовой ягодице. — Ай… тогда иди ко мне, котёнок, — младший игриво засмеялся и на ощупь нашёл свои влажные боксеры. Он попытался подняться с кровати, чтобы достать из шкафа чистые, но ноги предательски затряслись, и он вновь рухнул на месиво из одеяла и простыни. — Лежи, сейчас принесу, — посмеялся Минхо и легонько прижал младшего к постели. От мимолетного прикосновения к животу Джисон задрожал, а с губ слетел тихий стон. — Ой, вы посмотрите на него, какой чувствительный, — старший хихикнул и спрыгнул с кровати, попутно подбирая выброшенные наспех футболки с пола. — Сделай мне поблажку… Я до этого вообще не представлял, как можно кончить без члена, — Хан с ещё одним тихим стоном переместился обратно на подушки и прикрылся одеялом. Взмокшее тело постепенно остывало, а в квартире все ещё был дубак. — Представь себе, я тоже… — Минхо многозначно ухмыльнулся, натягивая на себя чистое белье, предварительно выбросив в корзину то, что до самого конца болталось на коленях. Джисон мгновенно понял, на что намекнул ему старший и покрылся румянцем, зажмурив глаза. Совсем недавно, ещё на прошлой неделе, когда Ли все же смог оторваться от своего горячо любимого ноутбука и уделил внимание Хану, они устроили целый марафон, в конце которого Минхо настиг сумасшедший оргазм без единого прикосновения к возбужденному органу. Сказать, что Джисон был слишком горд собой в ту ночь — значит ничего не сказать. — Хо, я могу тебе кое-что сказать? — осторожно спросил младший, когда Минхо помог ему надеть чистое белье и лёг рядом. — Конечно, — кивнул Ли и притянул Джисона на свою грудь — привычная для них поза, в которой комфортнее всего засыпать. — Во-первых, я снова хочу извиниться… — Малыш… — начал Минхо с тяжёлым вздохом. — Нет, послушай, — прервал младший и накрыл свои обнаженные плечи одеялом, — так действительно дальше не может продолжаться. Мои догадки и додумки только все портят. Я обещаю тебе, что если буду в чём-то сомневаться, или если меня будет что-то тревожить, то я буду задавать тебе вопросы, ладно? — в ответ Минхо лишь молча кивнул, продолжая вырисовывать кончиками пальцев незамысловатые узоры на его спине. — Поэтому не смейся, пожалуйста, если они будут слишком глупыми… — На этот счёт можешь не волноваться, Джисони… В любое время спрашивай, я обязательно на все отвечу. — Спасибо, — пролепетал младший и поймал своей рукой ладонь Минхо, переплетая их пальцы вместе. Хан уловил блеск темного металла и расплылся в улыбке, — когда ты успел кольцо снова надеть? — Когда за салфетками в ванную шёл, увидел его на тумбочке, — тихо ответил Ли и оставил невесомый поцелуй на мягкой макушке, — я люблю тебя… — Хо… — Джисон непроизвольно всхлипнул, сжимая чужую руку в своей, — прости меня, пожалуйста… — Ну все, тише… Все же хорошо, правда? Мы все выяснили, и с остальным тоже сможем справиться… — Минхо притянул младшего ещё ближе к себе, и тот практически лёг на него всем телом, уткнувшись шмыгающим носом ему в шею. — А во-вторых, — тихо произнёс Джисон и слегка приподнялся, чтобы заглянуть Ли в глаза, — я хочу тебе рассказать, что со мной случилось тогда… как это произошло… — Малыш, ты уверен, что готов? — настороженно взглянул на него Минхо и помог ему сесть на кровати, когда тот поднялся на локтях и слез с его тела. — Да, уверен, — решительно кивнул Хан и снова взял Ли за руку, — я знаю, что ты не глупый, и наверняка смог тогда сложить два плюс два… — Ты о чем, малыш? — нахмурился Минхо и сам сел на кровати, прислоняясь лопатками к мягкой спинке. — О том, что тогда сказал Кай… до того, как ты его ударил, — Джисон усмехнулся и покачал головой, —… о том, что… — он закусил губу и потупил взгляд вниз, — о том, что мне понравилось втроём… — Так… — протянул старший и обеспокоено наклонил голову на бок, в свете тусклого светильника пытаясь поймать опущенные глаза Хана. — Так вот, тогда Кай был не один… — Джисон сглотнул тяжёлый ком в горле и зажмурился, отчаянно смаргивая подступающие слёзы, — он сделал это со своим другом… Я… я не видел его лица, поэтому даже не знаю, кто это был… — Боже мой… — прошептал Минхо и прикрыл глаза. Он действительно догадывался ещё после той фразы, но старался не зацикливаться и не искать в этом потаенный смысл. Ему просто не хотелось думать, что такое правда произошло с Джисоном… С его Джисоном. — После этого… они просто ушли, представляешь? — с губ Хана сорвался ещё один всхлип, и он склонился пополам, пытаясь не разрыдаться окончательно. — Джисони, малыш… иди сюда, давай я тебя обниму, — Минхо ручками потянулся к младшему и притянул его в свои объятия, — господи, мне так жаль… —… и я поехал к Феликсу… Нашел последние деньги в кармане куртки и поехал к нему… — оказавшись в тёплых руках старшего, Джисон не сдержался и заплакал, обвивая трясущимися пальцами его шею, — именно поэтому он знает… он все знает… — Малыш… прости, мне так жаль… мне очень жаль, — шептал Минхо Хану на ухо, поглаживая по плечам и спине, пытаясь забрать хоть немного дрожи и боли на себя. — А я любил его… можешь себе представить? Любил… — Джисон тихо заскулил и закусил губу, стараясь не издавать слишком много всхлипов, — как я мог его любить, Минхо? Как я мог ему доверять… — Тише, малыш… мне правда очень жаль… очень жаль, что с тобой случилось такое, — Ли сам еле слышно всхлипнул и вновь натянул на них тёплое одеяло, — иногда, люди не показывают своего истинного лица, а ты, по своей неопытности и искренней доверчивости, впускаешь их в свою жизнь. Ведь думается, что эти люди мало чем отличаются от тебя. И если ты дружелюбный, то полагаешь, что другие будут дружелюбными с тобой в ответ. Если ты доверяешь, то надеешься, что другие будут доверять тебе… Но не всегда все происходит именно так. Иногда люди пользуются искренностью других, заботясь лишь о своей выгоде. И ты никогда не знаешь, какой именно человек окажется перед тобой. Будь то такой же светлый и неподдельный, с чистой душой и благими намерениями, или же эгоистичный, который будет желать лишь того, чтобы забрать все без остатка… — Красивые слова, Хён, — тихо прошептал Джисон спустя несколько секунд, когда Минхо завершил свою речь, — спасибо, что ты оказался именно тем человеком… и спасибо, что все ещё меня терпишь… — А куда я от тебя денусь, малыш? — усмехнулся старший и снова лёг на подушки, притягивая Джисона обратно к себе. — Это ты вечно куда-то собираешься. — Больше не буду, обещаю, — младший улыбнулся и вновь уложил голову на грудь Минхо, — я рад, что рассказал тебе… Не знаю, почему не сделал этого раньше. — Всему своё время, Джисони, — Ли улыбнулся и, потянувшись рукой вверх, выключил светильник, устраиваясь поудобнее на мягких подушках, — я тоже рад, что ты рассказал… Я знаю, как это было для тебя важно. И я очень благодарен за то, что ты это сделал. — Угу, — кивнул Хан и протер влажные глаза перед тем, как прикрыть веки, — я люблю тебя, Хо… — И я тебя люблю, малыш… Очень и очень сильно, — Минхо позволил младшему закинуть на себя ногу, и притянул его ещё ближе, сладко поцеловав в висок, — засыпай, бельчонок. Отдыхай. — Завтра я наконец-то познакомлюсь с твоими друзьями, — Джисон сонно хихикнул и в ответ оставил легкий поцелуй на груди Минхо. — Да, потому что как-то нечестно получается, — посмеялся Ли, — они то о тебе уже много что слышали, а ты их даже не знаешь. — Согласен… полная несправедливость…