Serpentin opiat

Зрачки уныло скользнули по нему, но монстр не ответил. Впрочем потом он узнает, что ЭТИ монстры не могут говорить. По крайней мере не так, как это умеют делать они. Монстр громко выдохнул и скелет едва устоял на ногах. Поток горячего воздуха ударил в него так, будто бы маленький ураган, но он устоял на ногах. Он мог бы просто развернуться и уйти, но… — Я тебя не вижу. — Сказал скелет делая пару шагов вперёд. — Могу ли я… — Скелет покосился на магические камни вокруг. Они горели так тускло, но стоит ли ему это делать? Вдруг он боится света? Или то, что он увидит заставит его ужаснуться и пожалеть? В конце концов, что он теряет? Если бы он хотел, он бы просто остался в том теплом озере и не сдвинулся с места, но он ведь здесь, верно? Ленивый для всех, но такой добрый для самых близких. Иногда он ненавидел себя за это. Монстр продолжал просто лежать, а глаза не сводили взгляда со скелета. Они были такими… красивыми и жуткими одновременно. — Я… «Маленький скелет». Этот голос был похож больше на эхо. Он был готов поклясться, что рот монстра не двигался. «Я чувствую твою душу, маленький скелет». Снова. Ему не кажется. Он… или она говорит с ним, но кажется это больше на подсознательном уровне, но разве магия монстров не позволяет их телам выходить за рамки человеческого понимания и восприятия? А может то, что он сейчас слышит — идёт ещё дальше. Яркий синий свет вспыхнул в его груди. Даже сквозь его одежду свет пробивался настолько чётко. Очертания синего сердца были так хорошо видны. «Она призвала… как?!» — Э, извини, но зачем ты так делаешь? — Санс посмотрел на свою грудную клетку. Маленькое синее сердце медленно вышло из него и зависло между ним и огромной чёрной тенью. «Я просто так давно не видела этого прекрасного света, что не смогла удержаться. Прости меня, маленький скелет». Сердце погасло. Санс почувствовал, что оно вернулось на своё законное место. «Не бойся меня. Ты можешь зажечь свет». Скелет немного помешкал. С чего она так рьяно хочет, чтобы он её увидел? Нет… он точно пожалеет о том, что пришёл, но интерес и желание узнать больше взяло над ним вверх. Костяные пальцы коснулись одного камня и он ярко вспыхнул. Рядом стоящие последовали его примеру и теперь вся поляна горела ярким голубым свечение и тогда он смог увидеть её — настоящего монстра. Перед ним, — свернувшись и сдерживая боль, — лежала белоснежная змея. Её белые чешуйки — такие идеальные и гладкие, — отражали магический свет вокруг и от этого она буквально светилась. Теперь он мог увидеть её морду — длинную и ровную. Ноздри слабо двигались в такт её тяжелому дыханию, а её глаза… какие же они были красивые. Два настоящих зелёных магических камня, свет от которых мог затмить наверняка даже солнце на поверхности. Скелет заметил сложенный капюшон на её шее (кажется, Фриск рассказывал, что такие капюшоны есть лишь у небольшого количества змей), а на её белоснежном теле были причудливые чёрные узоры которые подчёркивали всю её красоту. Скелет ничего подобного в жизни не видел. Он видел безумные цветы, видел смешения двух видов живых существ и врата в другие миры, но… ничего более прекрасного чем это создание он ещё не встречал. Змея наблюдала за его реакцией и параллельно иногда из её приоткрытого рта высовывался длинный и чёрный раздвоенный язык. «Ты меня смущаешь маленький скелет. Смотришь на меня так, будто бы никогда не видел змей». — Я никогда не видел чего-то столь прекрасного раньше. И да — змей я здесь не видел. «Это обнадёживает… и печалит». — Последнее она сказала с печалью и разочарование отводя взгляд в сторону. — Прости, я не хотел тебя обидеть. «Ну что ты, это не твоя вина». — Так… — Скелет смущённо потёр свои шейные позвонки. — Что… или… «Так много вопросов, верно?» — Ну, я не любитель капаться в чужом грязном белье… — Скелет усмехнулся, но потом всё же решил не продолжать свою шутку. Он конечно любил разряжать обстановку, но сейчас вряд ли было для этого время и место. — Но я услышал то, как ты… «Я люблю эхо-цветы. Они хоть и хранят лишь малую часть слов, но они так прекрасно пахнут…» Санс промолчал. «Как тебя зовут, маленький и храбрый скелет?» — О, — Санс отмахнулся. — Пожалуйста. Во мне совершенно нет храбрости. Лишь мааааленькая толика любопытства. И лени. Змея укорительно прищурила свои веки и от этого по его костяшка пробежала мелкая дрожь. «Прошу не лги мне. Я хоть и старая, но я вижу тебя насквозь. Твоя душа… твоё прошлое…» — Меня зовут Санс. Скелет Санс, а тебя… — Он постарался обойти тему своего прошлого. Он приходил сюда забыть, а не столкнуться с ним снова. «Амиат». — Кажется… у людей есть схожий в названии камень… «К сожалению не могу тебе на это что-то ответить. Я видела людей очень давно». «Странно, — неужели она никогда не видела Фриска? И даже не слышала? Откуда она тогда?» «Мне очень приятно познакомиться с тобой, Санс. Пусть и не при самых добрых обстоятельствах». — Почему? «Я умираю». «И вот снова это повторяется. Оно никогда его не отпустит». — Тебе… больно? «Немного, но скоро я обращусь в прах и его развеет по всему Водопадью. Я буду там, где и должна, но пока у меня есть ещё силы чтобы…» — Разве монстры могут быть таких размеров, как ты, Амиат? Прости за такой вопрос, но я не могу его не задать? «Мой маленький скелет — ты прекрасно знаешь ответ, и всё равно хочешь услышать это, просто от подобного существа?» «На сколько глубоко она смогла заглянуть?» Скелет кивнул. «Я скажу тебе кратко — вы, — лишь потомки. Монстры древнее людей и какие они были помнит лишь земля». «Вот как…» — Обидно, но спасибо и на этом. Позволь я попробую это перевести? Змея едва заметно кивнула продолжая лежать. — Были монстры ДО нас, да? Они были больше, мудрее и сильнее в магии… «Всё верно, но нас осталось так мало. Мы… умираем. Мы изжили своё». — Но разве вы все здесь? Люди и вас заперли? «Мы были способны путешествовать по мирам также легко, как легко вам даётся вставать по утрам». «Ну уж точно не мне». «Тот барьер… вряд ли стал бы для нас преградой, но как я уже и сказала — нас почти не осталось, а вам — нашим маленьким потомкам, — досталась тяжелая ноша. Война. Разруха. Слишком маленький запас магии и такие хрупкие души». — Значит… ты здесь одна? Как давно ты… была здесь? «Я пришла сюда для того, чтобы Древние не вымерли окончательно». — Прости… не понял? «Моя кладка. Здесь была моя кладка, но… от неё почти ничего не осталось». «Да. Благородство мы от вас точно не унаследовали. По крайней мере не все». «Я хотела… увидеть как они родятся, но когда я увидела что стала с моим гнездом… моя душа разовралась на маленькие части, а ты прекрасно знаешь, что будет с монстром, если его душа разрушена». — Он обратиться в прах. — Санс стыдливо опустил глаза и засунул руки поглубже в карманы. Он здесь бессилен. «Скажи мне… люди стали лучше?» Неожиданный вопрос и это ввело его в ещё больший ступор. Сразу же в голове начали мелькать маленькие картинки. Бешенный алые глаза Чары, но потом на их месте появилось такое доброе и милое лицо Фриск. — Люди все разные, — покачал головой Санс. — Кто-то окончательно потерял себя и перестал доверять даже самому себе, ну а кто-то помог нам разрушив стену и подарив нам свободу. Люди не стали лучше — они стали более разнообразнее в своих чувствах и взглядах. «Как приятно слышать, что эти создания не стоят на одном месте». Наступила неловкая тишина, и прежде чем Санс успел что-то сказать змея начала говорить снова: «Скажи мне, маленький скелет Санс — ты давал в своей жизни обещания?» «О, ещё как давал». — Было дело. — Кратко ответил он. — Я дал его одному хорошему монстру, потому что она считала, что так будет правильно. И она не ошиблась, хотя я проклинал себя за это почти до самого конца. Обещания для меня… тяжелая штука, но я всегда их держу. «Почти всегда». «Дрожь в твоем голосе говорит, что были моменты, когда тебе приходилось его нарушать». «Временные линии жуткая вещь. Из-за них я бросил пытаться». — Ну, если на то были очень веские причины, но тогда я ненавидел себя ещё больше. «Я понимаю, и я вижу твою душу даже сейчас. В тебе скрыта такая сила, которую ты научился использовать с умом. Ты и твой брат». «Нет, она определённо всё прекрасно знает». «У меня нет другого варианта, поэтому я хочу попросить тебя». «Кажется, где-то я это уже слышал. Даже обстоятельства были практически похожими». «Пожалуйста, маленький скелет — пообещай мне, что моё единственное дитя выживет и ты позаботишься о нём».