Шагая в разных направлениях

      Утро, словно в противоположность прекрасной ночи, выдалось дождливым и прохладным, и Даше, сидящей на краю кровати и задумчиво треплющей короткие волосы, было совершенно неохота никуда идти. Не говоря уже о том, что и голова разболелась, и спать хотелось ужасно. Но делать нечего – поезд отходил с платформы вокзала в тринадцать сорок пять, а опаздывать не было никакого желания.       Основные вещи собрали ещё с вечера, но даже без внушительного содержимого Дашиного чемодана комната не казалась пустой или необитаемой. Воронцов – до приезда Даши это было его обиталище. Стеллажи, заваленные книгами, неширокая, но бесконечно удобная кровать. Рабочий стол с кочующим из Суреса в академию и обратно простаковским патефоном и целой коллекцией винила. Женя Каратеева в своё время подсадила на грохочущий американский металл, чуть не заставив своего брата по-волчьи завыть, ибо такую музыку Рома теперь был вынужден слушать не только дома, но и в академии, а Воронцов, к тому же, не скупился на громкость.       Сам дом большим не был – это был именно тот критерий, по которому Игорь искал новое жильё. После «Тёмной пропасти» любой коттеджик больше, чем на пять комнат, казался парню бестолковым лабиринтом, не оправдывающим своё существование, поэтому симпатичный одноэтажный дом на окраине Суреса был куплен у старой колдуньи уже по окончанию третьего курса. Две спальни и зал, большая кухня, совмещенная со столовой, деревянная веранда, откуда открывался приятный вид на поля и подлесок, а в тихие ночи было слышно, как в пруду за ними квакают лягушки и хихикают кикиморы.       Приехать сюда Игорь предложил за пару недель до окончания учебного года, после одного из экзаменов, Даша уже и не помнила, после какого именно. Тем вечером она с парнем сидела у озера, того, что уже успели как следует убрать от останков и грязи, того, что снова было похоже на озеро, а не на помойный цех в мясокомбинате.       Тогда Игорь ещё пытался скрывать лицо, даже в тёплую погоду прячась за капюшоном толстовки. В тот вечер он много молчал, и Даша даже начала переживать, не случилось ли чего.       – Давай съедемся, – просто сказал он, и слова стали неожиданностью для Даши.       Для Игоря, в общем-то, тоже, потому как он тут же поспешил уточнить:       – Ничего только не подумай, я безо всяких. Просто у тебя ведь нет дома, а сессия скоро закончится, каникулы. Знаю, что снова зовёт Белла, но твоя стихийная магия… в смысле, ладно, когда ты показала Кузькину мать своим предкам, но в доме Беллы это будет не очень.       Даша хмыкнула, в тот момент подумав, что Игорь прав. Стихийные всплески после битвы за академию случались много чаще, чем раньше, сопровождаясь летающей мебелью, ураганным ветром или ливнем посреди комнаты – девушке действительно не хотелось тащить такую непредсказуемую магию в дом лучшей подруги. Однако задумчивое «Хм…» Игорь воспринял по-своему и не верно.       – Слушай, я и правда ничего такого, Дашка. Если хочешь, отдам тебе свою комнату, сам буду жить в зале. Возьмём кота, пускай ящериц ловит…       Игорь нёс что-то ещё в подобном духе, краснея, сильно волнуясь, словно он впервые в жизни звал девушку на свидание, хоть это было и не так. Но он наверняка знал, что впервые это у самой Даши: она ещё никогда не была с мужчиной.       С Артуром у девушки до постели дело так и не дошло. Сам Арти был старомоден в этом вопросе, считая, что первая брачная ночь должна быть первой во всех смыслах. Даша не была столь консервативна, но ей не горело. Она хотела сделать это после каникул, может, ко дню рождения Артура, он ведь обещал приезжать к ней в РМТА каждые выходные. А потом случился весь этот кошмар, Арти погиб, и второго сентября, в день его рождения, Даша просидела в одном из глухих уголков академии, напиваясь до беспамятства в обществе Ивана, призрака войны, который один из немногих знал, что такое терять близких и как справляться с болью.       Сейчас больно не было. Больше не было. Арти остался воспоминанием, тихой грустью на окраине души. Когда-то Даше было тяжело общаться с Игорем – братья были так похожи внешне, что в чертах младшего Воронцова постоянно чудился Артур, его серые глаза с печальным разрезом, красивый профиль. Но в тот вечер у озера, глядя на смущающегося Игоря, Даша вдруг подумала: а как давно она перестала видеть в Игоре Артура и стала замечать самого Игоря? Как давно стал важен именно Игорь?       – …Сурес большой же, экскурсию устрою, ты всё время проездом, а Круглое летом очень тёплое и можн…       Даша прикрыла ладонью губы Игоря, остановив поток слов, и скинула с его головы капюшон, обнажая едва зажившие багровые рубцы на лице и шее. Игорь вздрогнул, как делал это каждый раз, когда видел такой пристальный взгляд на себе, на своём уродстве, но Даша просто улыбнулась.       – Я поеду с тобой, – ответила девушка. – Но только если ты перестанешь прятаться.       Девушка взмахом руки отправила свои вещи по чемоданам и направилась в ванную, разбудив по пути Андромеду. Привела себя в порядок, переоделась и пошла искать кота – нельзя оставлять его без присмотра. Тем временем комната Андромеды открылась, и сонная девушка, приглаживая спутанные ото сна волосы и шмыгая тапками по полу, скрылась за дверью туалета. Что ж, оставался Игорь.       Даша не без труда открыла двери в зал – им мешали разбросанные на полу вещи. Метла, одежда, клетка Пухи и сам Пуха, что неспешно чистил перья на её верхушке, несколько грязных тарелок, сложенных горкой, книги по углублённой защитной магии, которые Игорь усиленно изучал этим летом – бардак шёл за парнем по пятам.       Нашёлся и кот – наглый толстяк спал на диване рядом с Воронцовым, свернувшись калачиком и уткнувшись носом в одну из вытатуированных рун на правом плече. Девушка улыбнулась – Игорь любил эту рыжую морду, да и котяра относился к парню с явной симпатией. С июля, когда Даша поселилась в Суресе, Воронцов с Рыжиком подружились особенно. Пушистый даже периодически оставлял любимое место, Дашину кровать, и приходил в зал, устраиваться к парню под бок.       Зрелище было умилительное, но нужно было просыпаться. Поэтому Даша, отталкивая ногой лежавшие на пути вещи, направилась к дивану, на котором сном праведника сопел Игорь.       – Эй! – тихо позвала Даша, мягко проведя кончиками пальцев по его лицу. – Пора вставать!       Игорь улыбнулся во сне, но не проснулся.       – Игорь!       Девушка провела по лицу чуть настойчивее и позвала громче – ноль реакции.       – Игорь! – громко позвала Даша, потормошив парня за плечо.       Филин, растревоженный, бесшумно взмахнул крыльями, но Воронцов только моргнул глазами, после чего повернулся на бок и, подмяв под себя мурчащего кота, засопел дальше.       Даша начала злиться. Она с силой дернула Игоря за руку и несильно хлопнула по щеке.       – Воронцов, подъём!!!       Парень подскочил, как ужаленный, а кот, недовольно мяукнув, повалился на пол.       – А? Что случилось?! – непонимающим взглядом парень смотрел по сторонам. Потом увидел перед собой Дашу – взгляд приобрёл осмысленность. – А… что, пора, да?       – Да, вставай. – Даша стянула с него одеяло, чтобы парень не завалился спать снова. – Тебе не в новинку, но мне за поездом бежать не хочется, да и Дро, думаю, меня поддержит. Давай, Игорь, не ложись, я тебя знаю! Приготовлю завтрак. Не задерживайся, а то остынет.       – Ага, и-иду… – ответил Игорь, широко зевая и почёсывая рубцы на правом плече.

***

      К приезду в РМТА погода поменялась. Слякоть осталась в Суресском округе – тучи рассеялись, и, хотя было так же прохладно, светило солнце, от чего стало намного уютнее.       Академия с прошлого семестра почти не изменилась. Лишь до конца убрали грязь и гнилые останки, да огромный курган далеко на юге напоминал о той страшной ночи – именно там захоронили упырей мёртвой зоны. На этом месте так и не выросла трава.       Что до самой мёртвой зоны, то она рассыпалась сразу после смерти Вайрэт. Как рассыпались и чары, что маскировали её в лесах. Отряд ликвидаторов ОБТС почти три недели выжигал огнём гнилые деревья и осушал болота. Территория, теоретически, стала безопасной, но жизнь как будто до сих пор обходила эту часть леса стороной – такие раны природа лечит десятилетиями. В Гайру не вернулась рыба – рыбаки Надречья потихоньку уходили в сторону притоков, а сам посёлок хоть и не грозил исчезнуть, но местный староста уже строил планы по переносу зданий.       Игорь всё время задавался вопросом: как он и Даша смогли оказаться внутри мёртвой зоны? Особенно в то время, когда она ещё не разрослась, когда упырей было не так много, а маскирующие чары особенно сильны? Объяснить не могла даже Рада. Лишь Белла предположила, что это могло как-то переплестись со связью. Что та случилась ещё до червонца, во время поимки Вайрэт в полнолуние. Это не объясняло, почему мёртвую зону не нашла Рада, ведь крепче всех с Вайрэт была связана именно она, но мысль казалась лучше, чем безвестность. И лучше предположения, что мёртвую зону не искали вовсе, пока не стало слишком поздно.       В РМТА больше не видели Сатирова. Когда на академию напали, Даниил Петрович сбежал в неизвестном направлении. Телепортировать с территории он не мог – особое заклятие, защищавшее замок. Он мог лишь переместиться к самой окраине, а оттуда надо было пройти метров триста. Но упырей наползло слишком много, даже ОБТСовцы не смогли пробиться. Что уж говорить о старом обрюзгшем сатире! Тела не нашли, и хотя кто-то говорил, что в куче гнилых останков якобы видел рога, ректор, тем не менее, считался пропавшим без вести.       Оставаться без руководства академия не могла, поэтому место Сатирова заняла Шольцева. Ректоресса с первых же дней развела бурную деятельность по обустройству и реформам, и дел было столько, что преподавать Шольцевой стало просто некогда. Вместо неё вести основы бытовой магии назначили пару молодых аспирантов – снизить нагрузку, коей при Сатирове хватало. Аспирантов Даша ещё не видела, но говорили, будто один так хорош, что первокурсницы уже роняют слюни.       Преподавательский состав вообще изменился. Язык гномов теперь преподавал гном – низкорослый и суровый, с густой тёмной бородой и кустистыми бровями. Древние руны снова вела эльфийка – Эния Дэйгольмир сдержала обещание и прислала резюме, как только узнала о смене ректора. Шли переговоры с Ойкю Энтель насчёт того, чтобы нимфы или дриады вновь заведовали оранжереей – им в этом не было равных, а Медунковой хватало и зоологии.       Изменилась и фамилия на двери кабинета сглазов – теперь её украшала новенькая латунная табличка с выбитым на ней «Горгона-Огнева М.П.»       Это были далеко не все изменения в составе преподавателей и обустройстве академии, но о них предстояло узнать немного позднее. А пока вечером первого сентября студенты толпились в вестибюле. Одни уже тащили вещи по общежитиям, другие изучали новое расписание – ещё бы, лекции начнутся с завтрашнего дня, и сейчас было вполне себе логично ознакомиться с перечнем новых занятий заранее. Первогодки скучковались в общую группу, но вместо Шольцевой руководил ими Мамонов.       – Сюда, сюда, не толпимся в дверях, первый курс!       Громогласный бас Георгия Робертовича было слышно на милю вокруг, но Дашу с Игорем его работа сейчас не касалась, хоть преподаватель и приветственно махнул ребятам рукой, когда увидел в толпе.       Андромеда упорхнула по своим делам – в толпе мелькнули лишь её длинные волнистые волосы. Даше было всё равно. За время каникул она привыкла к сестре Игоря, и перестала раздражаться от одного её вида, но девушка всё же утомляла своей болтовнёй, а за время поездки болтала она немало. Впрочем, очень скоро на горизонте показались люди, от которых ни Игорь, ни Даша не уставали никогда.       Рома и Белла стояли рядом у лестницы. Рома держал в руках аквариум с ядовито-зелёной Беллиной лягушкой, а сама Белла – стопку газет. Наверняка тех, что этим летом печатали в Академическом округе: после истории с Вайрэт Белла сама себе поклялась больше не быть такой равнодушной к новостям или политике. Студенты о чём-то переговаривались, а взгляды их были почти магнетическими, словно Белла и Рома общались ещё и мысленно. Дашу это не удивило, ведь именно Белла ухаживала за парнем в больнице. Две недели не отходила от его постели, кормила с ложки и умывала, как ребёнка, отпаивала зельями, обрабатывала воспаления в культе. И после того, как Даша сообщила о своём намерении провести каникулы с Игорем, а не в Адлере, как планировалось изначально, Белла решила составить компанию Роме и осталась в академии ещё на месяц, пока лекари колдовали над медленно растущей рукой.       – Дашка! Игорь!       Белла кинулась обниматься. Рома обнял Дашу, а с Игорем обменялся рукопожатиями.       – Друг, выглядишь ты просто кошмарно! – сказал Рома Игорю, с грустной улыбкой хлопнув того по плечу.       – Иди ты! – Игорь в улыбке обнажил зубы; удлинённые клыки в совокупности со шрамами на мгновение сделали внешность парня демонической. – Как твоя рука?       – Работает. – Рома продемонстрировал правое предплечье: возле локтя, там, докуда хирург ампутировал гниющую плоть, по кругу шёл шрам, тёмный, грубый, даже хуже тех, что были на лице Игоря. Отросшая рука и правда нормально работала, но казалась бледнее, если не синее остальной кожи.       – Даша, новые предметы убьют нас меньше, чем за месяц! – Белла потащила подругу к стенду, на котором уже вовсю красовалось расписание четвёртого курса медицинского факультета.       Понедельник: 1. Боевая магия (Огнев К. Д.) 2. Теория и практика сглазов и защиты от проклятий (Горгона-Огнева М. П) 3. Теория и практика сглазов и защиты от проклятий (Горгона-Огнева М. П)       Вторник: 1. Алхимия (Моржов В. С.) 2. Боевая магия. (Огнев К. Д.) 3. Немагические заболевания и их лечение (Ложкин Ю. П.) 4. Немагические заболевания и их лечение (Ложкин Ю. П.)       Среда: 1. Латынь (Шатальникова Н. В.) 2. Травмы, нанесённые живыми существами и растениями (Мамонов Г. Р.) 3. Травмы, нанесённые живыми существами и растениями (Мамонов Г. Р.) 4. Алхимия (Моржов В. С.)       Четверг: 1. Латынь (Шатальникова Н. В.) 2. Практические 3. занятия по 4. клиническим 5. дисциплинам (Гредяева Р. Я.)       Пятница: 1. Основные лекарственные грибы и растения (Лёгких А. С) 2. Уход за растениями, обладающими целительной силой. Практика (Медункова О. С.) 3. Немагические заболевания и их лечение (Ложкин Ю. П.) 4. Немагические заболевания и их лечение (Ложкин Ю. П.)       – Месяц? – Даша задумчиво взъерошила волосы на затылке. – Да мы и двух недель не протянем!       – Ну, в тебя-то я верю. – Игорь обнял Дашу за талию, заставив девушку улыбнуться.       – Ладно, раз уж даже ты веришь, значит, точно справимся.       – Чёрт, Игорь, – Рома по-доброму улыбнулся, – я до сих пор не могу привыкнуть, что вы вместе.       – А вы с Белкой так и не рассказали, на что делали ставки, – ответила вместо Игоря Даша, заставив Рому рассмеяться хриплым смехом.       – Эй, да вы о чём вообще? – Белла окинула друзей взглядом. – Первое сентября! У нас ведь всё ещё выходной! Пошли отмечать!