Шагая в разных направлениях

      На озеро идти не пришлось, как не понадобились и запасные варианты – когда Игорь с Ромой вскрыли защитные ограждения Северной башни, и студенты зашли внутрь, Маховик нашёлся очень скоро. Он сидел на бочке с лаком рядом со строительными лесами. Голова опущена к груди, и он, казалось, дремал, но губы незаметно шевелились, как будто он что-то бубнил под нос, что и выдавало в нём бодрствующего человека.       Даша подошла к нему одна. Остальные ждали за углом и не должны были показываться, пока девушка не даст команду. Маховик был нужен. Нельзя было дать ему повод ускользнуть.       – Привет. – Даша встала чуть на расстоянии, чтобы в случае чего у неё было время уйти. – Мог и предупредить. Мне пришлось два дня провести в больнице после твоих фокусов.       Маховик поднял голову в сторону девушки, но его грустные серые глаза смотрели куда-то вдаль, словно мыслями он был на столетия назад, при Иване Грозном или даже дальше.       – Ты странная. – Поза парня оставалась статичной. Двигалась только его челюсть, когда он говорил, и глаза, что оставались живыми, даже несмотря на отсутствующее выражение и немигающий взгляд. – Мне казалось, что наша предыдущая встреча должна заставить тебя держаться подальше. Но ты, как мошка, летишь на пламя. А я говорил, что не надо меня искать.       – Я бы и не стала. – Даша проглотила ком в горле. Парень навевал жуть, от него хотелось бежать, а его немигающий взгляд напомнил Ганнибала Лектера. Но в третьем общежитии, на полу комнаты номер двести четырнадцать было нечто похуже, чем этот мрачный тип. Нужно было себя перебороть. – Мне нужна помощь.       – Я тебя не знаю, – отмахнулся парень. – А ты не знаешь меня. Я видел, что у тебя есть друзья. Попроси их.       – Я не могу. – Даша удивилась твёрдости своего голоса. – Здесь нужна твоя помощь.       Маховик смотрел всё так же отрешённо, но уже через долю секунды его глаза широко распахнулись от удивления, а ещё через одну – налились гневом. Он резко спрыгнул с бочки и приблизился к Даше за какую-то секунду.       – Я всё понял! – он действительно был очень высок. Сейчас он словно огородное чучело нависал над девушкой, а сальная чёлка болталась перед её носом. – Хочешь вернуть? Исправить всё? Этого нельзя делать! Нельзя вмешиваться во время! Плохо будет!       – Хуже не будет.       – Что бы ты ни натворила, я не буду тебе помогать! Мы можем застрять в пространстве. Оставить круг не замкнутым!       – Можем. Но ведь совсем не обязательно, чтобы это было так.       – Да ты не понимаешь! – крикнул Маховик и толкнул девушку.       – Да вот хрен тебе, козёл!       – Воронцов, стой!       Но было поздно. Не стоило и ждать, что когда Маховик начнёт распускать руки, Игорь останется и дальше ждать команды в засаде, а Рома не дёрнется следом, пытаясь, как обычно, сгладить конфликт. Дашин окрик утонул в громком хлопке, и слово «стой!» прозвучало уже тогда, когда все трое исчезли.       – Где они? – Белла вышла из укрытия и встала рядом с Дашей.       – Когда, – чуть слышно ответила ей Даша. – Они могут быть когда угодно.       Игорь не понаслышке знал о боли, и это была не она, хотя подобного чувства парень ещё не испытывал. Грудь сдавило с такой силой, что невозможно было дышать. Перед глазами кружили цветные пятна, а голова раскалывалась на части, грозя раскидать мозги по неизвестности, по кусочку на каждую секунду жизни.       Периодически это заканчивалось. Иногда перерыв длился пару мгновений, ограничиваясь какой-нибудь слабо знакомой картинкой из его или Роминого прошлого, но порой всё длилось гораздо дольше…       Их выбросило на траву под жарким летним солнцем. Неподалёку на непомерно большой метле, повиснув на ней, как обезьянка, летел светловолосый мальчик лет пяти-шести. За ним бежала вразвалочку старая бабушка, охая: «Ромочка, да что ж ты папину метлу-то! Ушибёшься!»       И снова внутренности сдавило, а дыхание перемкнуло. Теперь, словно в противоположность предыдущей картине, предстала совершенно иная. Серый хмурый день и очень холодно, кое-где лежит снег, деревья голые. Сурес – Игорь узнал его, но с трудом узнал в неказистом и угловатом мальчишке трёхлетнего себя. Но вот женщину, быстро идущую рядом, он узнал бы даже с закрытыми глазами. Светлые волосы, красивые голубые глаза она отдалённо напоминала Андромеду, лишь лицо было иным. Злым, жестоким. Эта всегда была жестокой, что сейчас было видно по тому, как она волоком тащила за собой маленького Игоря, невзирая на то, что тот постоянно спотыкался и чуть не падал…       Опять эти проклятые цветные пятна… Рома. Около десяти лет, но уже хорошо узнаваем. Лицо его грустное – чьи-то похороны. У гроба рыдает мать. Отец стоит рядом с сыном и держит на руках маленькую девочку – Женю, которая так же, как и мама, плачет, громко всхлипывая…       Игорь. Лет четырнадцать, не больше, но в нём через пафос тех лет уже пробиваются знакомые небрежные повадки, а физиономия почти приобрела привычные черты, хотя и была ещё по-юношески тошнотворно смазлива. В помещении темно и дымно, стол заставлен бутылками и Игорь безумно пьян. Сигарета в зубах, в руках – карты. Отсюда видно, что он блефует…       Ночь и почти ничего не видно. Видно лишь, как пятеро с силой пинают распластавшегося на земле человека. Воспоминание исчезло до того, как Игорь услышал Мишкин голос, спугнувший в ту ночь уличную шпану…       Полнолуние. Они остановились ровно в тот момент, как из-за двери под звуки глухого рычания вылетает и кубарем катится вниз по лестнице большой чёрный пёс, разбивая шкаф своим весом. Из комнаты раздаётся приглушённый вздох, как будто перемкнуло дыхание – Игорь и Рома знают, что в этот момент огромный белый волк, вервольф, прижал Дашу лапой к полу, готовый разорвать на куски. Из этого воспоминания убраться поскорее поспешил даже Маховик.       «АТАРИФЕ!» – красная вспышка, которую сопровождает грохот от обрушения потолка…       Следующая картинка длилась лишь мгновение, но предстала перед глазами так детально, будто её выжгли в мозгу. Игорь увидел свою комнату в общежитии, её заливал солнечный свет, было очень тепло. В комнате находились двое – Белла и Рома. «Июль» – понял Игорь по тому, что его вещи отсутствовали. Отсутствовала и часть Роминой руки – после ранения парень пробыл в академии ещё месяц, чтобы оставаться под наблюдением лекарей.       Игорь увидел их лежащими в обнимку на кровати – на своей, к слову, кровати. Рома лежал на спине, он блаженно жмурился и гладил единственной рукой спутанные волосы Беллы. Девушка лежала сверху, положив голову Роме на грудь. Она, улыбаясь, водила пальцем по мелким шрамам, оставшимся на теле парня после битвы за академию, и те на глазах становились светлее или исчезали совсем – оттачивала свою невербалку.       Видеть настолько интимный момент Игорю было неловко, ну а тот факт, что оба его друга лежали абсолютно голые, вообще вогнал парня в краску.       – Ну уж нет! – Взбешённый тем, что в его самые личные воспоминания так грубо вторглись, даже несмотря на то, что тело снова с силой сдавило, и студенты понеслись в другое время, Рома со всей дури засветил Маховику кулаком в ухо. В тот же момент безумие прекратилось.       Настоящее весьма недружелюбно встретило гранитным полом Северной башни, но Игорь был ему рад больше, чем самой удобной постели из своего или чужого прошлого. Обессиленный, он, тяжело дыша, перевернулся на спину.       – Великое Открытие! – раздался со стороны голос Даши. – Парни, вы как?       Игорь жестом показал, чтобы не приближалась. Во-первых, он не был уверен, что Маховик не рванёт в прошлое снова. Во-вторых, Игорю требовалось отдохнуть, чтобы его никто не трогал. Парня трясло, мышцы сводило судорогой, перед глазами мелькали цветные мушки. Вестибулярный аппарат помахал на прощание рукой, и желудок с трудом удерживал в себе содержимое. Игорь готов был отключиться. Рома, судя по всему, чувствовал себя не лучше: его уже вывернуло несколько раз, и теперь он задыхался, уткнувшись лбом в пол. Где-то чуть поодаль слабо застонал Маховик – ещё бы, удар был такой силы, что у парня, скорее всего, сотрясение мозга.       Они вернулись не в то же самое время, из которого переместились, это, почему-то, было понятно. Игорь, как никогда, посочувствовал Даше: скачки по времени действительно выматывали, и выматывали очень сильно. Радовало только одно – это сказалось не только на Игоре с Ромой, но и на Маховике, хотя, быть может, того просто оглушило болью.       «Надеюсь, после удара он сможет функционировать, и не придётся тащить его в больницу», – подумал Игорь, хотя, положа руку на сердце, не был уверен, что больница не понадобится ему самому или Роме.       Беспокоиться за Маховика пришлось не сильно долго. Парень, наконец, приподнялся на локтях; капюшон слез с его головы, открыв не слишком чистые русые волосы. Взгляд Маховика не выражал ничего доброго, но казался осмысленным.       – Ладно, – прохрипел он. – Согласен выслушать.

***

      В качестве места обсуждения предстоящего похода выбрали один из кабинетов Северной башни, что уже радовал свежей отделкой и новыми окнами. Пятеро студентов, а именно Маховик, Даша, Белла, Игорь и Рома, сидели кто на мешке с цементом, кто на бочке олифы, кто на перевёрнутых вёдрах, выстроив их полукругом. Даша объясняла Маховику суть всего, что произошло два часа назад в башне третьего общежития, но парень не проявлял никаких эмоций. Он просто очень внимательно слушал. Даша закончила, а он всё молчал. И все молчали, каждый опасался, что странный тип может от любого неловкого действия или слова махнуть в другую эпоху.       – Эй! – первым не выдержал Игорь. – Ты уснул что ли?       – У меня чуть мозги не вылетели с противоположной от удара стороны. – Голос Маховика больше не был отрешённым, но и не выражал в полной мере тех эмоций, которые мог выражать. – И я не понимаю, чего вы от меня хотите. Я не умею возвращать мёртвых к жизни.       Ответил Рома:       – Зато ты можешь вернуть нас в то время, когда это произошло, и предотвратить её смерть.       Маховик вскочил на ноги, опрокинув ведро, и закричал:       – Вы не понимаете!!! Думаете, что это так просто?! Вот так вот взял, и прилетел в прошлое?!       Игорь усмехнулся:       – Что, серьёзно? Кажется, не так давно ты махнул вместе с нами на годы назад и как-то совсем не задумывался о последствиях.       Маховик слегка замялся:       – Это… совсем другое. Мы ничего не меняли. Мы были где-то в толпе или поодаль, или оставались в прошлом на долю секунды. Нас даже толком никто не видел. А здесь круг не замыкается…       – Ты можешь объяснить всё по-человечески, а не абы как? – вскинулась Даша.       – Ладно, – Маховик подкатил глаза к небу. Когда он не кричал и не паниковал, его голос был чуть ли не грубым. – Объясню на пальцах. Вы – это вы, вы четверо, что сейчас сидите передо мной. А Они – это те же вы, но живущие в прошлом. Когда Вы перенесётесь в прошлое, Вы окажетесь в Их мире. Допустим, что Вы не дали этой девушке – Рите, да? – попасть в ваш холл. Предположим, Вы заперли её в чулане. Выходит, что ты, – Маховик ткнул пальцем в Дашу, – спокойно спускаешься вниз по лестнице и садишься пить чай. Вы двое отсыпаетесь после стажировки. Ты заходишь в общагу, видишь подругу и составляешь ей компанию.       – Так ведь это нам и нужно! – обрадовалась Белла, однако остальные уже понемногу начали понимать.       – Нет. Они продолжают жить своей спокойной жизнью, тогда как Вы вынуждены будете снова и снова возвращаться в прошлое, и исправлять свои ошибки. Вы не сможете вернуться в своё время. Круг не замкнут, теперь понимаете?       Даша задумчиво потёрла переносицу:       – То есть, чтобы круг замкнулся…       – …Рита должна умереть, а Они отправиться на поиски меня, – закончил Маховик.       – А что если… – Даша на мгновенье задумалась, говорить или нет, но потом решила, что хуже уже не будет. – Если умрёт не Рита?       Взгляды, полные недоумения, если не ужаса, незамедлительно обратились к Даше. Даже Маховик был шокирован, а уж его-то, казалось, ничем не проймёшь.       Игорь посмотрел на свою девушку, как на умалишённую:       – Если ты не собираешься укокошить кого-то вместо Щербаковой, то тебе лучше поскорее объясниться.       – Я никого не собираюсь кокошить. – Даша не смогла подавить улыбку, уж очень забавными были сейчас окружающие её лица. – Просто, что, если с лестницы упадёт двойник Риты? Её точная копия, но не живая. Допустим, мы сможем такое провернуть. Тогда эта копия падает с лестницы и замирает. Белла щупает у неё пульс, но она ведь не живая, и соответственно, пульса быть не может. И тогда всё повторяется. Они сидят в холе, вспоминают про Маховика…       – Вы что, уже и прозвище мне успели придумать?       – Вспоминают Маховика, – продолжила Даша, не удостоив парня взглядом, – находят его и так далее. Всё сначала. Круг замкнут.       – Звучит не плохо, – отметил Рома, – но где же нам взять эту неживую копию?       – Эй, да у нас же семь штук валяется в сарае! Фантомы с тренировок, мы ведь можем стащить одного! Попросим Раду помочь нам с превращением, а потом, когда всё кончится, вернём на место. Никто и не заметит!       Игорь ухмыльнулся:       – Вообще-то, может сработать. Но одним нам такое не провернуть, – парень повернулся к Белле. – Белка, где сейчас Рада?       – В больнице. У неё сегодня дежурство в ночь. А ей точно нужно об этом знать?       – Говорю же, сами мы не справимся, – пожал плечами Игорь. – Да и Циклоп тогда говорил, что они давно пытались создать фантомов для тренировки, но оживить их смогла только твоя бабушка. К тому же, если кто и сможет создать нечто подобное без лишних вопросов, так это Рада. Может, конечно, Циклоп теперь тоже это умеет, но ещё одного рассказа я не выдержу.       – Значит, так и сделаем, – кивнула Даша. – Создадим копию и перенесём её в прошлое, но не будем возвращаться. А когда Они переместятся в том времени, Мы займём Их место. Я ведь правильно пользую твои формулировки?       – Да, – ответил Даше Маховик, в прочем, бесцветно, и не удостоив даже кивком головы. – Но я возьму только тебя.       – Да хрен ты угадал, маньяк. – Игорь спрыгнул с бочки и имел бы угрожающий вид, если б его не шатнуло в сторону. – Ты её в прошлый раз в полнолуние кинул. Какие гарантии, что не сделаешь это снова и не бросишь насовсем?       – Да не смогу я перенести всех, – ответил Маховик, впервые искренне оправдываясь. – Сил не хватит. Вы вдвоём-то меня выжали, а вчетвером просто убьёте.       – Тогда хватай меня, – процедил Игорь сквозь зубы. – Какая тебе разница? Я Риту знаю, как-нибудь задержу её оригинальный прототип.       – Успокойся, Воронцов. – Игорь повернулся, когда почувствовал мягкое прикосновение на своём предплечье, и глаза в глаза столкнулся с Дашей. – Он прав, идти нужно мне. Вы с Ромой на ногах едва стоите, да к тому же я всё это наворочала.       Игорь посмотрел на Рому: тот сидел на мешке с песком, бледный, можно даже сказать, синюшный. Шок от путешествий по времени ещё не прошёл, и Игорь понимал, что выглядит сейчас примерно так же. Потому и не мог отпустить девушку.       – После прошлого раза ты несколько часов пролежала в отключке, – ответил он ей. – А в этот ещё и кого-то искать собираешься. Как?       Ответил Маховик:       – Тогда было несколько лет. Сейчас это часы, она даже с непривычки ощутит лишь лёгкое головокружение.       – К тому же, это разово, – кивнула Даша. – Мне не придётся возвращаться.       – Значит так, – Белла встала со своего стула и подошла к Маховику вплотную. – Парней ты перенести сумел? Значит, и нас с Дашкой сможешь. Рома, не возмущайся, я знаю, что делаю.       Даша опешила:       – Белка, не надо…       – Одну я тебя не отпущу, – оборвала её подруга. – Да и как ты собираешься отвлекать Риту и не грохнуть её ещё раньше? Тебе нужен напарник. Я переношусь с тобой.       Маховик как-то странно посмотрел на Беллу, словно изучая.       – Ты иная.       – Мой род – потомственные ведьмаки и ведьмы, – ответила ему девушка. – А моя бабушка – ведунья. Это не повлияет на переход?       – Нет. – Сосредоточенный взгляд Маховика исчез так же быстро, как и появился, уступив место бесстрастному выражению лица. – Ведьмовство – часть сил природы. Природе всё равно.