Исполненная роль

•••

Через тридцать два часа после атаки Парижа Монте-Карло, Монако

      Аэротранспорт мчался по извилистым дорогам «Европейского Лас-Вегаса» в приятной тишине, размытые огоньки за тонированными окнами напоминали бегущую реку частиц киберпространства, интернет-сети или прочего виртуального небытия, о котором им разъела всю плешь эксцентричная мексиканка в жутких страшилках про незащищённое подключение с заражёнными ею омниками.       В салоне летящего авто был лишь слышан вибрационный гул магнитных двигателей, еле заметно ощущающий под кожаным сиденьем одинокий пассажир. Сегодня его никто не сопровождал.       Цифровые строки новостей плыли перед глазами бордовым шрифтом, рассказывая ему международные вести — результаты их плодотворной работы. Наслаждение разгорающегося конфликта сменялось удовлетворением от пополнения собственной казны, той самой выгодой от сотрудничества с организацией, давшей путь самосовершенства и бесконтрольного влияния. Большего пока ему и не требовалось.       Он несомненно разделял идеологию своего давнего друга по укреплению человечества путём избавления от «унизительных технологий, подаренных людям, как слабым ничтожествам, из рук опасных машин с преобладанием возможностей» и даже сам испытывал прагматическое презрение к своему же виду. Его принципы складывались на фундаменте своей роли, чувстве собственной важности для этого хрупкого мира, в котором отчасти понимал человеческие страх и ненависть по отношению к омникам, безосновательно забравшим за собой миллионы жизней. Он уверен в том, что лишь сам способен принести фактическую пользу и гарантийное самообладание просто потому, что не уподобляется программной эмуляции человеческих эмоций.       «…эксперты оценивают как новую угрозу мировой безопасности. Комиссия Европейской Конфедерации направила миротворческие контингенты во Францию по урегулированию конфликта, назначив представительствами стран срочное заседание в Брюсселе. Участие омников остаётся под вопросом, многих отстраняют от политических должностей на время парижского кризиса. Анти-омнические настроения волнами распространяются по Великобритании, Скандинавии и Германии, жители государств публично выражают опасения насчёт общего будущего с машинами, устраивая митинги и протесты. Неподтверждённая информация: всё больше звучат мнения о возрождении Overwatch…»       Если бы Максимильен умел улыбаться, ему бы не составило труда оскалиться во всю ширь с отвращением на лице, на лбу которого замигали его светодиодные сенсоры, заполняя темноту салона красноватым свечением. Но оно не сравнится с палитрой неоновых красок в этом ночном городе, что возвышался на склонах простирающихся вдоль всего горизонта гор и холмов, напоминающих улочки старого Сан-Франциско.       Это была его стезя, его влечение к роскоши и богатству, манерам и тщеславии. Максимильен не помнил своего существования до пробуждения, всю прошлую жизнь с момента собственного производства с конвейера одной из тысяч Омний и род деятельности, который был заложен в его алгоритмы. Он успел застать рождение мира в облике красивой реальности, где в самом сердце игорного бизнеса Европы оказался пробуждëнным, — в Монте-Карло.       Знает, именно здесь он отсчитывает для себя ленту времени, познав искусство любить прекрасное, вожделенные материальные ценности, к которым стремятся люди. Пожалуй, за это омник их и уважал. С иным же мышлением просто соотносил к жалостливым созданиям, а смысл не двигаться по карьерной лестнице и продолжать постигать диванные увлечения он благополучно рассеивал в программном коде, расходясь со своими нормами целеустремлённости в достижении желаемого, даже если требуется преступить закон, нередко тормозящий саму концепцию развития. Людям дано сознание не для деградации. «Вы прибыли на место назначения» — оповестил приятный женский голос бортового компьютера транспорта. И ведь правда: пассажир стал свидетелем плавной посадки личного лимузина на свободной парковочной зоне, гудение подушки вонзилось в непроницаемую тишину, как и та лёгкая вибрация. Двери открылись, впуская наружный фон из городских звуков и восхищённых криков неспящих миллионеров. Максимильен, выставив левую ногу на ступеньке маленького трапа, просканировал местность, довольно кивнув головой, и покинул салон аэромобиля уже окончательно, убедившись в собственной безопасности. Его одобрение в выбранном районе для места встречи точно будет ей высказано.       Ресторан под открытым небом на крыше белокаменного здания с брендовыми магазинами сегодня населял не так много посетителей. — Чем могу служить? — вежливо обратился к нему парящий официант с таким же телом, но бездушной, по его мнению, составляющей внутреннего сознания. — Я в гости, — краткая холодная фраза Максимильена прошибла омника и тот спешно поклонился, пропуская многоуважаемую персону на территорию элитного заведения, не сказав более ни слова.       Огибая столики с присущей ему невозмутимостью, финансовый аналитик «Когтя» искал еë изучающими каждую случайную фигуру глазами, бросая мимолётные взгляды на распивающих шампанское сдержанно веселящихся гостей, что потеряли счёт времени под расслабляющую минорную музыку. Завидев по знакомым бледным чертам кожи богато одетую девушку, отрешённо стоявшую на дальнем балконе с бокалом вина в руках, Максимильен по деловитой привычке поправил алый галстук и направился к своей спутнице, осматривая на ней этот шикарный наряд: открытое тонкое платье цвета индиго с широким разрезом на ногах, с талии приспустился прозрачный узорчатый шлейф, как со свадебной коллекции, от глубокого декольте любой мужчина не мог оторвать взгляда, а хрустальная заколка в пучке собранного хвоста на голове подчёркивала еë убийственный во всех смыслах стиль.       Максимильен восхищался шикарными женщинами, она же была этим примером, как никто другой. — Вы как всегда неотразимы, Лакруа.       Роботизированный металлический голос, завораживающий своими хищными нотками, вывел Амели из пейзажных рассуждений, та полуобернулась, созывая прибывшего омника рядом составить компанию. — У тебя всё прежний переизбыток лести, — отпив глоток белого вина, безмятежно поприветствовала его девушка. Ветер завывал вдалеке, гулом доносясь средь шелеста пальм и высоких рядов небоскрёбов, что ступенчато уходили вниз к морю. — Tu es arrivé assez vite. — Vous souciez-vous de ma ponctualité? — идеальной речью без акцента спрашивал Максимильен, прислонившись к перилам с обзором на его город.       Брови Амели чуть приподнялись. — Pas, я интересуюсь твоим желанием принимать в этом участие. — Очень ценю ваш переход к делу, — честно говорил омник, любуясь сверкающей подвеской на еë груди, — но куда нам так торопиться? Нежелательная цель пока ещё в небе на пересечении границы, есть время поговорить. — Я не очень разговорчивая, tu sais, — поводила средним пальцем по верхушке уже пустого бокала, легонько сцепив ладонью железную опору перил.       Он хотел было сообщить ей прохладную температуру воздуха, ссылаясь на слишком свободное одеяние девушки, только знал бессмысленность проводить в еë присутствии какой-либо прогноз погоды — они оба это понимают, не созданные ощущать физические холод к предметам или теплоту касания людей.       Может, она когда-то могла… — Как насчёт французского? — Максимильен не настойчиво предложил вариант беседы на родном языке спутницы, перебирая пальцами с характерным механическим звуком. — В нашем случае практика не имеет значения, будет лишь для вас проще меня воспринимать.       Не каждому даётся возможность так располагать к себе собеседников, какую имеет этот скрытый бухгалтер. Амели иронично приулыбнулась, совершив трюк с переворотом бокала. — Qu'est-ce que ça fait de tout savoir sur le monde? — Demandez à mes créateurs, — на этот комментарий глаза Амели сузились, поэтому омник продолжил: — Je me sens inutile d'utiliser des appareils mobiles, les limites de la pensée me sont aveugles. La réponse à toute question est soutenue par la logique, émise automatiquement. L'algorithme d'auto-apprentissage intégré vous permet de naviguer rapidement dans l'espace, comme si je saisissais tout à la volée. Cela ressemble probablement à une conférence ennuyeuse, mais je parle de sensations directes d'une source illimitée de connaissances, — поделился с ней своим убеждением, удивляясь поставленному вопросу — раньше он никогда об этом не задумывался.       Лакруа безразлично смотрела через призму стекла с подтëками выпитого алкоголя, удостоив Максимильена скучающим выражением лица. — Votre discours est toujours aussi beau, — после еë слов омник сделал щелчок пальцами, — et ce n'est pas un compliment. C'est un fait. — Beau, tout comme votre goût géographique. Longtemps dans la ville? — провёл он ладонью по воздуху, скрестив руки в полуобороте перед ней. — Immédiatement réservé un vol depuis son domaine Guillard dès que le message est arrivé. — Пока вы, детки, тут мило болтали, наша цель пересекла воздушное пространство Монако, — третий голос с мексиканским акцентом проявился в голове Максимильена отдалённым эхом, Амели же по привычке стала настраивать незаметное прослушивающее устройство за ухом, готовая к работе с ленивым спокойствием.       Вот и вся команда в сборе, что, кстати, не очень удовлетворило серьёзные принципы француженки. — Как долго? — медленным тоном спросила она.       В ответе послышалась тихая усмешка на том конце связи: — Не так важно, как сама миссия. Вы же не хотите, чтобы цель опоздала на собственные похороны, amigos? — Твои хакерские способности на превосходном уровне, Сомбра, но впредь предупреждай о своём присутствии, а не молча подслушивай. Нормы приличия между агентами должны сохраняться. — Макс, может, мне охладить твой процессор? — язвительно отозвалась Сомбра. — Глядишь, меньше душнить будешь… — Займёмся делом, — требовательно отрезала Амели, напоследок устремив далёкий взор на водную гладь, где игрались блики неоновых огней целой страны, прежде чем не поставила на свободном подносе верх дном бокал и покинула террасу, на миг ощутив потерю созерцательности внутри себя.       В ресторан зашёл один — вышли уже двое. Всё тот же встречный омник-официант со своей небольшой группой сотрудников проводили их до лимузина, не решаясь задавать лишние вопросы. Конечно же, Максимильен обладал ещё одним принципом: всё и всех можно купить и продать, имея на то разумную цену. Кто, как не этот бухгалтер?       С истинными чертами джентльмена он подобрал ладонь спутницы, открыл для неё двери авто и пропустил внутрь с коротким поклоном, присаживаясь рядом. Створки опустились, вновь лишая салон акустических звуков большого города. — Скажи, Максимильен, ты когда-нибудь работал швейцаром? — она изучающим взглядом убийцы всматривалась на одного из лидеров «Когтя», прочесала с ног до головы его стройное по стандартам красоты тело в модном, никогда не снимаемом пиджаке. — Для вас я могу быть кем угодно, — попытки лести с его стороны забавляли Амели. — Hermano, ну что ты в ней нашёл? — разочаровано протянула Сомбра.       Лакруа предпочла проигнорировать услышанное, пока еë обходительный спутник соединил вместе пальцы, немного скрючившись. — Улавливаю признаки ревности. — Улавливает он… Conmigo solo en tono ordenado… — Ты ведь знаешь, что я тебя понял? — сладко усмехнулся омник. — Все тебя уважают за твой талант открыть любую дорогу «Когтю», часто без последствий. Просто не хватает малость субординации, а так ты могла быть чем-то большим для всех нас.       Сильно сомневаясь, Амели пожала плечами на его слова. — Dios, в твоём компьютере столько наивности! — с циничной издёвкой рассмеялась хакер, что даже связь на мгновение заглушила еë писклявый оркестр из голосовых связок. — Так-с, фу-ух, ладно, таможенный контроль прошли… цель по плану направляется в назначенную гостиницу и нас ждёт увлекательное… Хм-м… О-о-о-у. — Сомбра? — одна из ресниц Амели дрогнула в намёке на беспокойство. — Доложи ситуацию.       Перед ответом растянулась томительная пауза, заставившая пассажиров переглянуться между собой. — Сомбра? — повторила она с напористой настойчивостью. — Есть проблема, но маленькая, словно бородавка на подбородке этого дядьки: он развернулся со своей охраной с намеченного курса, выразив желание отыграться в казино. Скользкий тип, вот ведь даёт. — И разумеется, устранять объект под пристальным наблюдением папарацци и охраны — так себе затея. Могу посеять панику на всю Европу, — фыркнула Лакруа. — Как он вообще смеет баллотироваться? — Густав Риччи — главная посредственность для «Когтя» в Италии. Внедрённый политик должен переизбраться, иначе главный центр организации встанет под угрозу, чего бы очень не хотелось Кулаку Смерти, — констатировал им Максимильен. — Напомни-ка, Сомбра, какое именно казино он решил посетить? — Я тебе ничего не напоминала. — Ну-у, — омника одолела лёгкая конфузия, — так скажи мне.       Интригующий стон и очередная усмешка — всё, что последовало с её невнятным ответом, после чего он сам догадливо присвистнул. — О-ля-ля, этой ночью у меня довольно много гостей. — Имеешь ввиду нас тоже? — со вскинутой бровью поинтересовалась Амели.       Максимильен посмотрел на неë своими алыми глазами, создав зловещее освещение на хмуром лице девушки, и утвердительно кивнул. — О-о-о, божечки, как это мило. Нет, я серьёзно. Сейчас расплачусь. Мы с вами классная команда, вам со мной очень повезло. — Ты?.. — снайпер «Когтя» запнулась на своих же словах от притворных соплей третьего сокомандника. — Как ты это сейчас поняла? — Амели усекла мимолётное мерцание фиолетовых искр в глазах омника, томно вздыхая со скрещёнными на груди руками. — Ах, маленькая букашка незаметно засела в моём круассане. — Упси, Макс, меня раскусили, — такие уточнения вызывали у аналитика полноценное замешательство и дискомфорт от неведения со связанной с ним темой. — Короче, я чуточку наблюдаю твоими глазами, словно камерами видеонаблюдения. К тебе было трудно подключиться, но фаервол всё же паршивый, надо признать.       Омник даже не почувствовал этого вмешательства в систему, внезапно убеждаясь в своей личностной незащищённости перед киберпреступниками. Ему требовалось срочное обновление протоколов безопасности. На отдельные случаи со всякими мексиканками точно пригодится. — Леди, у меня появилось желание провести это время с пользой, а не дожидаться очередного прокола в плане и новых сюрпризов от тебя, Сомбра, — маленький, но сверхмощный компьютер с матрицей интеллекта Максимильена создал необычную идею, которой не суждено было таиться в глубинах цифрового сознания после еë возникновения. — Меня охватывает обширная известность в этом городе благодаря моим активам и способности угодить каждому клиенту за обещанную конфиденциальность. — К чему ты клонишь? — О да, сейчас умру от скуки.       Он незамысловато приказал автопилоту следовать по курсу в «Aucune Chance» — в его собственное казино. Безоговорочно лимузин приподнялся на магнитной тяге антигравитации, выравниваясь над землёй, и с резким отрывом приступил к дрейфующему полёту на свободной дорожной полосе, оставляя позади себя приевшиеся картины теперь меняющегося окружения. — Не хотели бы примерить на себя образ моей супруги, Лакруа? — стряхнул с пиджака невидимую пушинку, нисколько не стесняясь произнесённых слов.       Вдова сглотнула застрявший ком в горле, воспоминания ушедшей жизни кольнули острой иглой что-то в еë груди, что она не могла разобрать. Почему-то дышать стала быстрее обычного, ощущение давящего препятствия в гортани навевало внутреннюю панику, так хорошо скрываемую внешней оболочкой чёрствого безразличия. И всë же ей было открытием узнать этот эмоциональный беспорядок, затронувший подкорку беспробудной памяти. Амели успокоила себя глубоким вздохом, поворачиваясь к напарнику по миссии с немым вопросом. — Это лишь временно и грамотно поставленный спектакль в нашем исполнении, — говорил он дальше, — которое произведёт фурор для моих поклонников и вызовет доверие итальяшки. А вы сможете с шиком отдохнуть, получив незабываемые впечатления от сыгранной роли. Нам ведь не только всю жизнь следовать указке «Когтя», в коем мне удостоена честь принимать участие в Совете. — Нихрена себе. А что, так можно было? — театрально ахнула Сомбра, всё это время находясь в обескураживающем состоянии. — Mierda-a, теперь я окончательно не верю в здравое состояние омников.       Его идея показалась для Амели странным методом подката, но доскональное понимание вмиг преобразило картинку действительности: притворствами заниматься — настоящее искусство, а последним — мастерство, которого все добиваются любыми способами. Она бросила на Максимильена заинтересованный взгляд девушки, оставившей за собой более сотни трупов, и показала ему змеиную улыбку. — Мне только в радость продемонстрировать свою игру… дорогой. — Ух ты, а я тогда обшарю местное законодательство и попытаюсь найти логическое объяснение легализации межрасовых браков.

•••

      Огромная гавань переполнялась припаркованными яхтами и кораблями, округа набережной выстроена зрительскими трибунами по всей длине Королевской Трассы — город готовился к возобновлённому турниру «Гран-При Монако», в котором проводятся знаменитые на весь мир гонки самых продвинутых версий Формулы-1, созданных по последнему слову техники. После Восстания Машин о спортивных мероприятиях пришлось позабыть, сконцентрировав всеобщее внимание на ликвидации последствий, и лишь недавно турнир был успешно восстановлен на фоне возрождения олимпийских игр в Греции, чему поспособствовали набирающие популярность римские гладиаторские поединки.       Прибрежные дороги перекрыты и уже активно используются летящим с бешенной скоростью транспортом от лица каждой страны-участницы, тренировка к завтрашнему чемпионату активно разгорается звуком агрессивных движков, что невозможно было не услышать их смазанный городским эхом рык вероятного победителя. Как бы всем этим зрелищам не помешал новый конфликт, давший своë начало во Франции?       Вся красота и величественность Монако однажды пошатнулись кровопролитной попыткой омников отправить цивилизацию в посмертный конец. Что предпримут люди, когда «Нуль-Сектор» вторгнется в это маленькое княжество, ассоциированное с его недавней жертвой? Ответ знает «Коготь», который дал омникам настойчиво рекомендательный характер по запугиванию мира своим террористическим присутствием. При этом сам «Нуль-Сектор» — самостоятельная организация, чья независимость старательно поддерживалась их таинственным лидером, заключившим союз с «Когтем» ещё шесть лет назад, — ведь в планах экстремистов был не простой захват Парижа средь бела дня.       Удивительно, с каким праздным настроением монегаски занимались обыденным времяпрепровождением за тратой своих денег на бесконечные развлечения города, вполне осознавая опасность новой войны. Такая атмосфера игнорирования современных проблем не редкость для обеспеченных европейцев, уверенных в собственной безопасности за счет привилегированного статуса. Кому вообще нравится эта паника, когда есть повод заказать жареного лобстера в компании богатой женщины за ужином при свечах? Но факт остаётся фактом: напряжение даже среди миллиардеров легко стало заметно по убавившимся вечеринкам и запланированным мероприятиям, за исключением самого главного, которого все так долго ждут. — Нервничаете, Лакруа? — лицезрея движущуюся вместе с их лимузином картинку архитектурных холмовых строений в стиле итальянского ренессанса, хорошо сохранившегося с Эпохи Возрождения, саркастическим тоном спросил Максимильен.       Амели, в задумчивом жесте подперев рукой подбородок, удостоила его охотничьим взглядом: — Никогда.       Они ехали идеально подготовленными к исполнению ролей, в доказательство своих намерений обзаведясь брачными серебряными кольцами во встречном ювелирном магазине. Теперь на груди омника красовалась дополнительная золотая нашивка в виде буквы «G» рядом с первой буквой своего имени, а гравировка из жёсткого света на кольцах составила фразу «L'amour est la coopération». Никаких формальностей, только следование пунктуальности. — Сомбра, как и договаривались, — настойчиво оповестил еë Максимильен. Аэромобиль уходил всё вглубь гористой местности соседней коммуны, где небольшими рядами многоэтажной недвижимости располагалась хаотичная акварель золотых огней карликового государства. — Si, готовьтесь встречать журналистов. Та ещё мерзость… — Сомбра.       Его режущий холодом голос взбодрил мексиканку, и та опомнилась: — Ну да, конечно. Прости, что задела источник твоего эго, Макс. — От тебя слишком много шума, Сомбра, — с раздражением сказала уже Амели. — Это не шум, а логические факты. — Значит от тебя слишком много ненужных фактов. Работай и не трепись языком.       По ту сторону связи не умолкающий хакер разыграла надутую жабу со звуками старого педагога, который жаловался на всë подряд испанскими изречениями, после чего пробурчала тихое: — Mamá, no lo volveré a hacer, lo prometo.       Максимильен перевёл с окна взгляд на свою «жену», привлекая еë импровизированным кашлем. — Будь у вас такая дочь, что бы сделали с еë воспитанием?       Амели притронулась к нагрудному кулону, незаметно для него приулыбнулась, тяжко выдыхая. — У меня никогда не было детей, поэтому не смогу тебе ответить на столь деликатный вопрос. — Не стоит пытаться, мы уже почти прибыли.       Серпантинная дорога вела к обычно немноголюдной площади на склоне вертикального выступа к блестящему при лунном свете Средиземноморью. Панорамные террасы здешнего места открывали виды на лесные территории гор Франции, чьи маленькие домики одиноко украшают природные клочки поверхности, по сравнению с ютящимися постройками в Монако. Шикарный дворец, окружённый скульптурами древних существ, возвышался над собравшейся толпой репортёров и журналистов. Этим ненасытным информационным искателям только что удалось протоптаться на кандидате в примьера Италии, так подъехавший транспорт привлёк на себя новое внимание фотокамер и летающих дронов новостных агентств. Многие сразу догадались, кто скрывается внутри лимузина из-за характерных возгласов про знаменитого владельца казино.       Стоило лишь приспустить стекло, и все сомнения в мгновение улетучились: Максимильен собственной персоной, строго выглядывающий своими красными глазами людей с таинственной незнакомкой. — Игра началась, Лакруа, — пока их транспорт неспеша искал парковочное место по аллее дорогих автомобилей, они могли в полной мере показать себя. — Улыбайся на камеру, mon chou.       Это был его первый опыт в переходе с ней границы обращения, полностью влившись в роль среднестатистического супруга. Девушка удивилась этому фамильярному манёвру, подвинулась к омнику поближе, почти вплотную, в ответ схватив того за галстук, сначала начиная поглаживать другой ладонью его ногу, и затем, облокотившись рукой на правом плече бухгалтера, демонстративно улыбнулась, ощущая эту физическую твёрдость Максимильена. Он не чувствовал никакого смущения перед еë действиями, довольствуясь игрой Амели и всецело своим потрясающим планом, — но чувствовал лёгкое возбуждение, приятно охватившее его тело электрическими разрядами. — Tu serais déjà un cadavre si tu n'étais pas aussi intelligent et galant, — продолжала сиять под вспышки фотокамер, сладко произнося каждое слово. — Несомненно, mon chéri.       Новая страница форума покровительства азартных личностей ему успешно обеспечена, как и будущая обложка во всех информационных статьях Монако. Подоспевшие люди в униформе сотрудников казино, напоминавших швейцаров, выпустили пассажиров со всей благосклонной церемониальностью, страшась посмотреть в глаза своего хозяина настолько, что черты идеальности спадали временами заторможенным поведением.       Максимильен почтительно подал руку превосходящей уверенностью Амели, какая с непрекращающейся теневой улыбкой приняла этот жест, крепко обхватывая его запястье, словно маникена, — посыпались моментальные расспросы под руку шествущей паре, объективы засвидетельствовали те самые кольца и буквенное обновление декора пиджака. Будет много различных сплетен, слухов и интриг, распространяющихся быстрее правды, которую Максимильен не любил раскрывать раньше положенного срока. Он делал это через фактическую действительность, что крылась в безмолвном намёке, из-за чего, возможно, и обрёл репутацию доверительных отношений, как бы это парадоксально не звучало.       Греческие колонны огромного заведения, выстроенные подстать симметричности дворца, голографическая вывеска, статуи судебной системы с могуществом женщины над роботом в весах, что были по бокам на крыше, тёплое оранжевое освещение из-за раздвижных сëдзи и центральный купол, выполненный в веницианском стиле собора, охваченного «Когтем» в утопающем городе, — это казино пропитано главенствующими культурами континента, сочетающее в себе элементы старого и нового, компромиссного гостеприимства и омнической дискриминации. Ирония в том, что этим местом владеет омник, которому чужда собственная раса, а мысль о возможном воплощении себя человеком делает его беспомощным.       Двойные стандарты? Принцип в преимуществах от технического подарка, созданного хрупкими существами с великолепной историей. — Вы оба мило смотритесь вместе. Как со свадебной открытки где-нибудь в Нигерии.       Издевательские комментарии их общего союзника давно бы вызвали психологический диссонанс у любого другого агента, Сомбра так невзначай испытывала каждого «хлебушка» на прочность, чтобы выявить слабое звено организации. Но ни с этой парой. С ними ей банально весело. — Я и забыла, что вам нечего ответить. Так неинтересно, — вяло заключила Сомбра. — Вы пока работайте, поищу возможности договориться с фаерволом местной электростанции… Чисто побуянить…       Достаточно заботливая охрана сопроводила прибывшего владельца и его спутницу к заведению, крупные чернокожие бугаи оттаскивали шумную толпу, исполняя свои обязанности, как в последний раз. — Вы посещали это место с Аканде впервые, когда решили навестить меня. Во второй раз что-то изменилось? — немного любопытствовал Максимильен.       Внутренности казино ожидаемо соответствовали провокационной, но роскошной обёртке: простора для покерных столов хватало для принятия целой делегации, барные стойки с дорогими марками вина прошлого века встречали вокруг себя союзнические клубы, VIP-зоны на просторных балконах второго этажа с шерстяными шторами, играющие фортепианные произведения на весь зал и огромная люстра закатного освещения под куполом, что подстраивалась сменой оттенков под степень азартного настроения посетителей, говорили о тенденции развития современного благоустройства. — Mon partenaire a changé, — ослабила хватку Амели, покосившись на нечеловеческого администратора.       При всей унизительности омников по японским стандартам, они добились престижных должностей в игорном бизнесе французского княжества. Как и в этом казино, роботам позволено руководить играми в качестве посредников, а некоторые даже нашли свои места среди хостесс и менеджерного состава. Максимильен признавал в них одну значительную пользу: у искусственного интеллекта нет предвзятости. Он также считает, что каждый способен обрести шанс показать себя с лучшей стороны, всё больше понимая свой покинутый круг родного железа на топливном масле. — Ничто меня так не вдохновляет, как ваша лаконичность, — признался он, встречая перед ними омника в ало-золотой форме с планшетом под плечом. — Рады вас приветствовать, мисье. — Такой же обходительный приём устроили для Риччи, надеюсь? — Конечно, мисье, — отличительной чертой от живого персонала являлась выраженное спокойствие без излишней робости, что придавали им идеалистический образ. — Вашей даме подготовить сеанс? — Спасибо, мы к нашему общему гостю, — улавливая глазами нужную цель, Максимильен обнаружил средь всех мужчин того самого, выделяющегося из окружения со своим личным телохранителем за общением с миленькой девицей.       Молча обменявшись взглядами с неживым сотрудником, Лакруа проследовала за напарником к долгожданному объекту миссии в конце зала, не теряя бдительность. Яркий звон бьющихся друг об друга монет и возгласы сорвавших приличный куш врезались ей воспоминаниями старой жизни, вновь беспокоя перестановкой мечущихся внутри чувств, словно рождающаяся звезда в замкнутости неправильного мира. Умиротворяющая мелодия пианистов, что напоминала родное кабаре, где всё чаще стала засиживаться ради нежного голоса Луны, могла вот-вот растопить маску непринужденности. Но элитный снайпер тверда своим непробиваемым характером, не подающим признаки возможной слабости, — она не из таких.       Еë концентрация на задании вернула женщине холодную чуткость, сознание заволокло прежним туманом сосредоточенности. — Здесь бывает куда больше неискушенных личностей с планами опробовать своё везение на полигоне случайностей, — расчётливой речью привлёк на себя внимание политика Максимильен, подбрасывая золотую монету созвучно ударному такту композиции. — Ныне становится сложнее этим отвлекаться, верно?       Присутствие машины в компании с молодой женщиной на миг встревожили приватность Риччи, не готового поддерживать монолог с кем-либо ещё, особенно когда рядом вторгается разодетый омник. Телохранитель заранее пресёк попытки неизвестных подойти к нему ближе. — Пардон?.. — полноватый дядька лет пятидесяти, с густой щетиной и металлическим имплантом на виске, невысокого роста. На лицо Густав бросается своим обаянием среди итальянской публики, чья поддержка приукрасила карьерную жизнь борца за независимость их правительства в столь короткий период выступления в конгрессе. Налоговые поступления стали частой проблемой граждан, боящихся и слова сказать на коррумпированных властей. — Максимильен Гийяр, — тактично протянул он руку, — владелец этого замечательного места.       Настрой политика заметно возрос сквозь толщу нетерпения к омникам, как и его удивление по изменившемуся взгляду. Мужчина жестом заверил своего охранника, уже отступившего к смущённой обстоятельствами блондинке, переключившей внимание на вылизывание взглядом сильного и высокого красавчика рядом с ней. Густав совершил неохотное рукопожатие, пускай исходящий всплеск интереса от политика бухгалтер хорошо уловил. — Гу… — …став Риччи, мы о вас хорошо наслышаны, — опередил того с не искренней доброжелательностью. — Это моя супруга — Амели. — Очень… ух, красивая дама у вас, — смутился ей Густав, давно позабыв об отсутствии милой цыпочки, с которой почти бы мог рассчитывать на горячее продолжение в номере отеля. — Рад с вами знакомству. — Mutuellement, — с интригующей улыбкой представилась она, мягко уместив ладонь на плечо своего кавалера.       Как в лучшей традиции идеального плана, этап заверения начинался с красивых не типичных фактов из жизни богатой пары, не представляющих собой ничего подозрительного, что могло бы указать на их лживую легенду. Густав с осторожностью бросался деловыми фразочками, по-прежнему сохраняя социальную дистанцию. Фигура омника настораживала мужчину, но в присутвии шикарной дамы, в частности говорящей на французском, становилось трудно не потерять голову. Их ждёт та ещё кровавая драма, след в истории которой отразится на благополучии миллионов итальянцев, если всё пройдёт гладко. С другой стороны, есть время разузнать свою жертву, еë мотивы и страхи — возможность «поиграть» с ней. — Регистрационный номер — телефонный код Монако? Я могла ожидать биометрический шифр дочери княгини, но три всем известные циферки? Да у моего холодильника защита надёжней. — Мисс Гийяр, — Риччи смотрел на задумчивую девушку, с ухмылкой ожидая ответа, — ваша ставка. Летаем в облаках или делаем пересчёт скупленной недвижимости?       Лакруа отвлеклась на познавательные открытия третьего члена миссии у себя в голове, проигнорировав запрос крупье. Они располагались за небольшим столом для игры в рулетку, скрытые от любопытных глаз на уютном балкончике, конечно же, в составе мускулистого охранника Густава. Максимильен исполнял роль наблюдателя, подчиняясь юрисдикции запрета на азартные игры. Приватный сеанс Амели и Густава, организованный верным сотрудником — другом-омником владельца казино, — как нельзя кстати раскроет интересы и расслабит бдительность политика. — Охранный бот такой няшный, обращается за советом к идентификатору частных лиц, aquí está el imbécil.       Амели нахмурилась: — Cinq cents euros, — поместила оранжевую фишку на красное поле. — Разминка не повредит. — Согласен, поймаем кураж в песочнице, — Густав почесал бороду, принимаясь делать выбор. — Та же сумма на чёрное, — улыбнулся мужчина. — Ставки сделаны, — прокоментировал омник-крупье и лёгким движением руки пустил серебряный шарик в раскрученный барабан, начиная пристально следить за его траекторией движения совместно с заинтересованным Максимильеном, что деловито выпрямился, туго затянув свой галстук с самодовольным мерцанием его анализирующих глаз.