Взаимодействия

Они уставшие вернулись с яхты, на которой встретили закат. Весь день на солнце – умотались. Но были довольные. Распрощались друг с другом на ресепшне до завтра, договорившись встретиться на завтраке. Все разбрелись по номерам. Саше было совсем в другую сторону относительно Марка, но никто уже не обращал внимания на их невинные действия под кодовым названием «ничего не происходит». Взаимодействия, касания, взгляды. Все всё понимали. Марк цеплялся за её талию и прижимал спиной к кнопкам лифта. Целовал жадно. Саша судорожно хватала воздух и прикрывала глаза, потому что голова натурально кружилась. Отель уже спал, на этажах никого не было. И в лифте, слава богу, тоже. Характерный звук оповестил о том, что они добрались до нужной высоты. Слишком быстро. Этот Дубай с его технологиями... -Марк, - хрипло, не узнавая собственный голос, проговорила Саша, пытаясь увернуться от поцелуев, -Ну Марк. Приехали же. Кондратюк нехотя отрывается от губ девушки и останавливает рукой уже закрывающуюся дверь лифта. Выходят. Саша – с раскрасневшимися щеками. Марк – с ошалевшим взглядом. Она в платье с длинным рукавом. Замерзла вечером на яхте: короткая юбка и топ с открытыми плечами – отличное решение для полудня. Но после заката зябко, да и ветер на воде всегда сильнее. Хорошо, что у неё предусмотрительно завалялась запасная одежда на случай непредвиденного купания в одежде (да, так уже было). Переоделась.   -Надо переодеть платье, оно всё солёное, - судорожно шепчет Трусова, когда Марк не выдерживает и снова обрушивается на нее поцелуем, прижимая к отельной стене у выхода из лифта. -Надо, - коротко соглашается, мелкими поцелуями касаясь её губ. Одной рукой держит пляжную сумку с кучей их барахла, другой – Сашу. Крем от загара предательски падает, эффектно раскрываясь в полёте. Марк чертыхается, Саша смеётся. Выскальзывает из его рук, чтобы поднять тюбик. Шутливо мажет Марка по носу остатками на крышке: -Может, хоть так не сгоришь, - широко улыбается. Кондратюк усмехается и раскрывает сумку, позволяя Саше бросить этот крем обратно. -Ты же не можешь в коридоре переодеваться, зайдёшь в гости? – выгибает бровь Марк. Трусова положительно кивает. Он смотрит на неё вкрадчиво, а потом снова не выдерживает и притягивает к себе, целуя, целуя, целуя. Как они добрались до номера – одному богу известно. Саша была прижата спиной ко всем стенам отельного коридора, рваные вздохи слышал, кажется, весь Атлантис. Нужные цифры на дверях никак не находились, стороны путались. Двое целовались, наступая друг другу на ноги. Отлепиться не представлялось возможным.   Наконец нужная дверь была опознана. Марк судорожно пытался достать карточку от номера, пока Саша горячо дышала ему в губы в попытках хоть чуть-чуть прийти в себя. Дверь поддалась. Они буквально ввалились в номер. Стоят, смотрят друг на друга, дышат рвано. Щёки Сашки почти слились с её же волосами. Она опускает взгляд, пытается начать соображать: -Так, ну, надо руки помыть, причесать… - задумывается. Причёсывать только нужно не волосы, а мысли.   Пока Саша суетится, Марк одним движением разбирает пляжную сумку, эффектно вываливая всё на комод с грохотом. Саша укоризненно на него смотрит. -Ну что? – ловя на себе взгляд, спрашивает, -Так быстрее, - пожимает плечами. Снимает чёрную рубашку на пару размеров больше, чем он сам, и влезает в пижамные шорты. Плюхается на кровать звёздочкой. Пока Саша смывает с лица крем от загара вперемешку с песком и морской солью, Марк лезет в телефон. -О! Спорт сру интересуется: сможет ли Трусова вернуться в спорт после беременности. А, Сашк? Как оцениваешь шансы? – кричит он ей через стенку. Саша выглядывает из ванной, удивленным взглядом окидывая фигуриста. -Думаю, Трусова подумает об этом лет через семь, - отвечает с ватным диском в руке, которым вытирает щеки. -Так в комментариях и напишу, у меня тут информация от достоверного источника. Так, "Трусова подумает об э-том..." - наигранно задумчиво продолжает Кондратюк и делает вид, что печатает. Саша лишь закатывает глаза и усмехается.   -Иди ко мне, - зовёт Марк, похлопывая по кровати, -Устала же. Саша и правда устала. Солнце и море выматывают. Оставляют воспоминания, но забирают силы. Она обессилено плюхается рядом с парнем, складывая голову на его грудь. Он притягивает к себе и чмокает в лоб. Они молча лежат близко-близко друг к другу. Марк смотрит в потолок, а Саша на просвечивающий из-за штор светящийся город небоскрёбов. -Останься, Саш, - тихо просит он, перебирая соленые от моря волосы. Саша вздрагивает. -Ну как я останусь, Марк? А родители, а… - не успевает договорить, все еще глядя на огни города через балкон. -Ну, скажи, что карточка не сработала, а Егора будить не хотела. Поздно вернулась. Или три араба-инопланетянина не пустили тебя в номер. Или… - стал накидывать варианты фигурист, -Все всё понимают, Саш, - вдруг осёкся и добавил он. Девушка молча повернулась в его руках и посмотрела в глаза. -Я не зайду дальше, чем ты сама позволишь, обещаю, - тихо, но очень вдумчиво сказал Марк. Саша поменялась в лице и очень серьёзно на него посмотрела: -Я знаю. Посмотрела так, как будто Кондратюк сказал, что Земля круглая или зимой холодно. Очевидные вещи. Не нуждаются в уточнении. Марк упрямо смотрел в её зелёные, выискивая в них ответ. Она сдалась. -Ну давай футболку что ли какую-нибудь. Спать в купальнике – такое себе удовольствие, - пряча всеми силами улыбку, напущено недовольно пробурчала Саша. Кондратюк засиял. Вскочил с кровати как мальчишка и распахнул шкаф перед девушкой. -Выбирай любую! Значит есть розовая с голыми женщинами, есть зеленая с яблоками, есть та, где чувак уточняет, как креститься… - стал перечислять он. -Как креститься давай. Вдруг молиться на утро придётся, а я забуду, как, - серьёзно выдала Трусова. Марк закатил глаза, но радостно протянул ей футболку.   Саша скрылась в ванной с его футболкой и расческой, вытащенной из развалов содержимого пляжной сумки. Написала маме сообщение о том, что всё хорошо и они встретятся на завтраке. Без уточнений. Расчесала длинные рыжие, заплела в косу. Переодела платье и купальник, на его футболку. И внимательно посмотрела себе в глаза, приблизившись к зеркалу.   «Трусова, осторожнее», - заговорил внутренний голос.   Она вышла к нему смущённая, незаметно подтягивая подол футболки вниз. Была короткая, хоть и висела на худенькой Саше. Марк улыбнулся. Раскрыл одеяло, приглашая к себе. Девушка юркнула к нему и спрятала нос в его шею. Марк по-доброму посмеялся, притягивая к себе ближе. Потом вдруг встрепенулась, оперлась руками на его грудь и чуть приподнялась. -Чего? – вопросительно посмотрел на ожившую Сашу Марк. -А мы завтра едем в пустыню? -Завтра. -А я хочу в аквапарк! Когда в аквапарк? – обеспокоенно проговорила Трусова. -Послезавтра можем в аквапарк, кис, - уверил её Кондратюк, снова притягивая к себе. -А на Бурдж-Халифу поднимемся? – по-детски продолжала. -А ты хочешь? – уточнил. -Ну… - задумалась, -Можно ещё разок, там прикольно, только надо не в выходной, а то не протиснешься среди толпы, - продолжала тараторить. -Саш, - прерывает её Марк. -А? – вопросительно на него смотрит. -Ты такая красивая, просто невозможно, - выдыхает, глядя ей в глаза. Она смущённо улыбается. Уже собирается спрятать лицо у него в шее по привычке, но вдруг жмурится и, как будто шагая в пропасть, рывком прижимается к его губам. Сама целует. Неумело, но очень искренне. Марк на секунду удивляется, но быстро отвечает. Его руки перемещаются на её талию, он перетягивает девушку на себя. Поцелуи влажные, дыхание сбитое и рваное. Марк путается в её волосах, собранных в небрежную косичку, а его футболка неприлично задирается на ней. Марк ведёт поцелуями от губ до шеи, заставляя Сашу запрокинуть голову. Медленно, тягуче прикасается губами к чуть загоревшей коже. Поднимается к уху и влажно дышит в него. У Саши бегут мурашки. Она уже вообще ничего не соображает. В висках пульсирует, а кислорода не хватает. Он без футболки. Трусова, сама не понимая, что делает, ведёт руками по его торсу, медленно опускаясь ниже. Марк целует шею, покусывая и посасывая. Гладит её поясницу под своей же футболкой. Она нависает над ним: раскрасневшаяся, с осоловевшим взглядом. Смотрит в глаза и медленно ведёт маленькой ладошкой по кубикам его пресса вниз, задевая резинку пижамных шорт. Аккуратно поддевает её и чуть опускает руку ниже. Касается чувствительной кожи на лобке, но дальше – не осмеливается. Марк смотрит на неё оцепеневшим взглядом. В штанах уже откровенно стало тесно. Она как будто опомнилась, одернула руку и уже хотела уткнуться в его шею, чтобы спрятаться, но не успела. Марк резко перевернул её, заставляя сменить положение и подмял под себя. Саша звонко ойкнула. Он бездумно целовал её: губы, щеки, скулы, шею. Руками лез под футболку, гладил пресс, цеплялся за пирсинг в пупке. Саша жмурилась. Когда открывала глаза, ей казалось, что комната ходит кругом. Голова кружилась покруче, чем на самом комбинированном вращении. Как вообще такое возможно? Всё фигурное катание – обороты вокруг собственной оси. Почему на льду она может справляться с головокружением, а под ним – нет.   Саша цеплялась за его плечи, выгибала поясницу и рвано дышала. Кислорода не хватало. Пыталась ловить его губы и целовать в ответ. Получалось не всегда. Почувствовала сквозь влажные поцелуи на шее, как он добрался руками до груди, чуть сжав. Но быстро убрал руки, снова сжимая талию. Вздрогнула и распахнула глаза, когда он зацепился руками за трусы от её купальника. Испуганно посмотрела. Он поймал взгляд, внимательно всматриваясь в её лицо. Саша сжалась и напряглась. Он считал. -Нет? – аккуратно и вкрадчиво спросил, всё еще держа руки на резинке её трусов. Саша испуганно замотала головой с тревогой в глазах. Вся натянулась как струнка, сжала зубы. Он тяжело дыша, убрал руки, звонко поцеловал её в щёку и с хрипотцой в голосе от возбуждения сказал: -Мне надо в душ. Встал и быстро закрылся в ванной.   Саша свернулась калачиком на кровати, укрываясь с головой одеялом. Пыталась привести дыхание и мысли в норму. Чувство вины захлестнуло волной. Сама же полезла. И что вот? Закусила губы. Злилась на саму себя. Чего испугалась - то? Сама не поняла. За те 17 минут, что Марк был в душе, Саша возвела в апогей все возможные исходы развития событий. Начиная от того, что он уйдет спать к Морису и заканчивая тем, что вообще больше никогда к ней не притронется.   «Дура!» - проносилось у неё в голове.   Сердце колотилось, а в солнечном сплетении была тяжесть. Не находила себе места.   Из процесса самоуничтожения её вывел звук открывания двери. По факту тихий, но для неё самой – оглушающий. Саша сжалась в страхе, натягивая на себя одеяло ещё сильнее. Марк сел рядом с ней на кровати и положил руку поверх этого сугроба из Саши и одеяла. Она аккуратно выглянула, высунув только глаза и нос. -Прости, - прошептала она, -Прости, пожалуйста. Я… Я не знаю. Не знаю, что… - судорожно шептала она, сжимая пальцами край пододеяльника. -Тшшш, - остановил её Марк, нежно прикасаясь пальцами к губам.   Притянул к себе всю эту конструкцию из одеяла и Саши, обхватил руками и вкрадчиво, спокойно сказал: -У тебя столько времени, сколько тебе самой нужно. Ты можешь в любой момент сказать «нет». Я всё равно всегда с тобой. Саша, чуть не плача от того, что сама себя накрутила, безвольно упала в его объятия, выдыхая в шею. -Ты самый хороший на свете, - прошептала куда-то в плечо, пока Марк залезал к ней под одеяло, чтобы прижать к себе.