Однажды

- Черт, так и знала! Виктория начала нервно ходить туда-сюда. Я с озадаченным выражением лица сидела на койке. И только один Арен Фрэнк ничего не мог понять: где радость? Женщине сказали, что у нее будет ребенок! Маленькое, прямо крошечное существо, смотрящее на тебя своими маленькими глазками! Но все же, вечно вопящее, шумное, голодное, и ему постоянно надо менять пеленки. Может это их расстроило? - Доктор, извините, нам нужно поговорить наедине! - Хорошо. До свидания, - попрощался он и направился к выходу. - Что скажет шеф?.. Она до сих пор ходила взад-перед. - Нужно делать аборт!.. - Разумеется! - Только на это нужно Бог знает сколько денег... – подумала Вик. – Сколько? - Откуда я могу знать? Меня это не интересует! Не интересовало... До сих пор.. - Ладно. Пойду, узнаю, можно ли тебя забирать и... все такое. Я думала. Напряженно. Как я могла такое допустить? Скорее всего, это случилось при встрече с Оливером. С другими все строго. С ним я могла забыться. В общем, не важно! Сейчас главное узнать об этом все. В первую очередь срок – примерно месяц, потом – стоимость. Дальше как карта ляжет. Господи, я беременна! Вот это влипла. Аборт... Как-то странно все. Я могла бы стать мамой. Но я не замужем. И парня даже нет... И работа необычная. Нет, ребенка иметь я точно не могу! Зачем мне мелкий прожорливый человечек, который не дает спать по ночам? Куча денег на пеленки и детское питание... Да на что мне такое счастье?! Вошла Виктория. - Гвен, твоя одежда в тумбочке, можешь одеваться. Доктор Фрэнк ждет нас, чтобы поговорить обо всем этом. Я медленно повернулась и скинула ноги с койки. Сидя на ней, потянулась открывать дверцу тумбочки, которая уже, видимо, доживала свои последние дни. - Он сказал, что может помочь в этом вопросе, - продолжала она. Мои вещи были аккуратно сложены. Вещи – это, собственно, всего лишь рубашка, юбка официантки и обувь. Виктория подошла, чтобы помочь снять с меня больничное одеяние. Спокойными, но слегка резкими движениями, она развязывала сзади шнурочки на ночном платье. Она выглядела озадаченной. Думала ли она о том, где взять денег на операцию? Или же о том, что подумает шеф, если узнает? ЕСЛИ! Когда я уже одевала свое, я заметила, что взгляд ее не пересекался с моим. - Вик? - Давай быстрее, Гвен. Нас ждет доктор. - В чем дело? - Я просто думаю... Это ведь может, принести большой вред. А ты еще так молода! И в такой ситуации… - Все равно, я не хочу иметь детей! В этом мире им не место. Жестокие люди повсюду. Виктория непонятным взглядом смотрела на меня. Моя мысль была неясна? - Мне ведь нельзя рожать детей! Сама же знаешь! Ни жилья, ни денег. Да и как проститутка может быть матерью?! - Ччть!.. – прошипела она, - я не спорю. Я все понимаю, но никто не знает своего будущего! Вдруг ты поменяешь свои взгляды. Может, лучше было бы родить и отдать на усыновление? Тем самым ты бы сберегла свое здоровье. - Я не хочу вынашивать ребенка! Это было окончательное решение. Для такой как я – роль матери не подходит. Девять месяцев нужно будет как-то жить за двоих. В положении я не смогу выполнять свою работу. У двери нас ждал доктор Фрэнк. - Этот доктор хоть и молодой, но уже имеет опыт, - идя по коридору, рассказывал он. – К нему обращается много девушек. Сегодня он дежурит ночью, поэтому вы спокойно можете с ним поговорить, я договорился. Вы уверены, что хотите встретиться с ним прямо сейчас? Я шла задумчивая, не отвечала. Выглядела я так, будто не спала уже сутки - волосы были безалаберно растрепаны, глаза заспанные. - Да, и как можно быстрее, - уверенно ответила я. Мы дошли до кабинета. На двери висела табличка с надписью "Врач-гинеколог К.Энджелс" Странная фамилия, - подумала я. Виктория повернулась ко мне и взялась поправлять волосы. Все отлично. Доктор Фрэнк взглядом спросил, готовы ли мы, и получив согласие, постучал в дверь, просунул голову, позвал: "Крис?" В ответ послышалось: "Входите" и мы повиновались голосу. Кабинет был не слишком освещен, что придавало ему иллюзию некой уютности. За столом сидел мужчина в белом халате, раскинувшись на стуле. Когда мы вошли, он встал. Фрэнк решил нас познакомить, и это выглядело как знакомство на свидании. Я не представляла, как буду говорить ему, что хочу сделать аборт. Знакомивший попрощался и вышел, сказав, что будет находиться в приемной, и если что, искать его там. - Итак, вы хотите избавиться от ребенка, - как бы констатируя факт начал доктор. Ну да, конечно же его предупредили и об этом. Эти слова прозвучали как-то жестоко. Видимо, психика у него уже закаленная. Тем не менее, это правда, и нужно продолжать. - Да, именно, - подтвердила я, - нам сказали об этом буквально только что, но срок я могу примерно сказать. Где-то… - Вы уверены в своем решении? – прервал он. – Вам придется нелегко, чтобы осуществить эту затею. Может быть, вы еще подумаете? Хотя бы до завтра. Утро вечера мудренее. Он пытается уговорить меня подумать? Да я уверена в своем решении на сто процентов! Тем более, что ребенок от случайного… Не хочу даже думать об этом! - Доктор, сколько денег потребуется на операцию? – спросила сидевшая рядом Виктория. - Все зависит от степени сложности операции, которая в свою очередь от срока беременности. На саму операцию от 250 до 400 долларов в среднем. Не считая расходов на анализы и тому подобное. Еще немного поговорив о растратах, мы взяли его визитную карточку и распрощались. Не особо приятный разговор. После него остался осадок. Мне было уже не по себе. Стены начинали беспощадно давить. Я чувствовала удушье, глаза начали закрываться, меня подташнивало. Вик молча шла рядом. Когда мы проходили через приемную, к нам выскочил доктор Фрэнк. - Ну что, как все прошло? - Более или менее, - ответила Виктория. - Гвен, как вы себя чувствуете? – обратился он ко мне. Я же решила практиковать мастерство избегающего взгляда, и молча смотрела сквозь него. То, как я себя чувствовала, вряд ли можно было описать словами. Мне было уже жарко. Они начали что-то переговариваться. Я как-будто не слышала. Будто ушла под воду, и у меня заложило уши. Меня звали, но я не слышала. Всплывать на поверхность не хотелось, там душно. И то ли они уже закончили, то ли я уже позеленела, но подруга ухватила меня за руку, быстро попрощалась с доктором, и потянула меня к лифту. А он стоял и смотрел вслед двум удаляющимся девушкам. На улице было прохладно. Я даже сказала бы холодно. Чисто случайность, наверное, что у блузки имелись длинные рукава, и возле тротуара в метрах 300 от больницы стояло такси. Виктория потащила меня к нему. Я плелась за ней словно сомнамбула. Мы сели в машину, что оказалась свободной, и поехали домой. В салоне было тепло, приятно пахло. Свет минавших фонарей нежно усыплял. Я склонила голову на плече подруги и погрузилась в темноту. Но темно было не долго. Вскоре мне начали являться некие неведомые существа. Они говорили со мной на совершенно непонятном языке, а потом взяли за руки и куда-то потянули. Они были разноцветные, и постоянно их искаженные рожи размывались. Один подошел ко мне вплотную и нагло ухмыльнулся. Потом прокричал что-то остальным и вскоре они кричали все, окружив меня. Я почувствовала толчок. Пихаются? "Гвен!" Чего они хотят? Пусть заткнутся и не мешают мне, тут так тепло и… "Гвеееен!" Опять. "Вставай! Ну же!" Открываю глаза, передо мной лицо Виктории. - Вставай, приехали уже! Пришлось вылезать обратно в холод, который уже успел стать мега-холодом! Похоже, что приходит настоящая осень. Я начала дрожать. Рука подруги, обнявшая меня, немного передала тепла, но все равно, зубы мои нервно стучали, а колени подрагивали. Мы вошли в подъезд. Сырой воздух, блеклый свет. Скорее бы домой. Пробравшись на свой этаж, Виктория спросила, нужна ли мне ее помощь. Нет, спасибо. Если что, я могу обращаться. В ответ: "хорошо". Передо мной дверь. Опять возвращаюсь в эту маленькую комнатку. Что-то меня сюда тянуло. Где бы я ни была, в каких бы номерах отелей, именно здесь я могла укрыться от внешнего мира, спрятаться от лиц прохожих, осуждавших меня одним лишь взглядом. Только тут я поняла, как я устала! И как мне все надоело! Глаза бы мои ни на что не смотрели – я увидела лишь кровать, в которую позволила себе свалиться. Она заскрипела. "Попробуйте, впору ли вам этот гроб?" – кажется, это была моя последняя мысль перед тем, как я, накрывшись одеялом с головой, стала проваливаться в забытие бездонного, черного сна.