В вечную память бытия

      Комната. В этой комнате двое. Кто они? Казалось бы, что эти двое являются злейшими врагами, но на самом деле их отношения были куда более глубокими. Взаимная ненависть, ругательства и пренебрежительное отношение, скрывало более теплые чувства, чем казалось на первый взгляд. Он непонятый и непризнанный гений в сфере технологий, она высокомерная аристократка, которая привыкла получать все самое лучшее. Так кто же они? Обычные люди со своими проблемами и внутренними переживаниями. Увы, но мутация сыграла злую шутку. Да, определенно они получили силы, новую жизнь, но проблемы никуда не исчезли.       И вот они вдвоем. Она заперла его тут. Какие чувства он испытывает? Страх? Ненависть? Можно было сказать точно, что потаенное желание. За его маской презрения, ненависти ко всему и каждому, ему определенно хотелось получить ту каплю внимания, которую, как он считал, заслуживал. Она заковала его в цепи, но он мог легким движением избавиться от пут и дать ей отпор, но стоит ли это делать? Альсина Димитреску определенно ему симпатизировала, он чувствовал это на уровне организма. Каждая клеточка его тела, была готова к тому, чтобы отдаться ей во власть. Она искушала его, игралась с ним и уничтожала его высокомерие и это Карлу определенно нравилось. Не то, что он был любителем этого. Но порой мужчины, хотят, чтобы ими овладевали.       Комната была освещена парой канделябров, что висели на стене. Стены были отделаны бархатом, кроваво-алого цвета. В таком же стиле была сделана софа и кровать. Рядом находилась полка из темного дуба, где были навешаны: плетки, ошейники и веревки. Однако, несмотря на такое обилие игрушек, и средств для удовлетворения самых похотливых желаний, создавалось впечатление, что комната давно находилась в запустении. Аристократка подошла к мужчине и ловкими движениями пальцев, стала расстегивать его рубашку. Пуговица за пуговицей, медленно и аккуратно. Перед её взором предстало вполне неплохое тело. Довольно подкачанное, что было неудивительно ведь он очень много времени проводил на заводе и мастерил свои конструкции.       – Лапуля, я в последний раз предупреждаю тебя. Еще одно прикосновение ко мне и ты останешься без своих красивых ноготочков – огрызнулся мужчина. Самообладание покидало его. Задолго до того, как познакомиться с Матерью Мирандой, он вел распутный образ жизни. Его харизма и острый язык, не оставались в стороне, когда дело доходило до женщин. Он не любил нежных и смазливых женщин, от них не было никакого толка. А вот те кто были высокомерными, слегка тщеславными и порой мнили из себя пуп земли, были намного интереснее. Ломать их было сложнее, но от этого не менее приятнее. Все поменялось, когда он заполучил силу и возможность создать армию механизмов, он мечтал, что его изобретения могут произвести впечатления на многих и помочь планам Матери Миранды. И вот он, сам Карл Гейзенберг, прикован наручниками к стене перед двухметровой вампиршой. Его самолюбие было задето, но внутренний голос, словно дьявол говорил ему «Она сама захотела этого, она привела тебя сюда. Что же ты отказываешься, когда добыча так легко попала в твои сети? Мм?». Мужчина невольно тряхнул головой, чтобы избавиться от мыслей, что наглым образом лезли в его голову.       – Ах, Карл ты такой милый, когда злишься – женщина усмехнулась и слегка обнажила свои клыки. Они оба понимали, что должно произойти в это комнате, но кто будет водить? Кто по итогу будет занимать активную роль, а кто пассивную? Ответ на этот вопрос не заставил себя долго ждать. Карл, использовал свои способности, и наручники высвободили его руки. Приземлившись на ноги, он слегка потер свои запястья и уже на его лице была самодовольная ухмылка.       – Дорогуша, я же предупреждал тебя. Ты сама закрыла меня здесь с собой. Для определенной цели и я знаю какой. Это далеко не месть… – он аккуратно снял свои очки и она впервые за очень долго время смогла посмотреть в его глаза. Он не стал долго медлить со своими действиями, используя свою силу, женщина была снесена потоком энергии в сторону кровать. Довольно грубый толчок руками и мужчина уже на ней. Из-за разницы в росте, это выглядело достаточно забавно, ведь Альсина из-за своего роста и крупного телосложения могла с легкостью скинуть его с себя. Он нежно провел пальцами по её щеке, любуясь красивой внешностью женщины. Его руки были грубыми, где-то были мозоли. Это легкое прикосновение пробирало до самого нутра. Словно легкий ток, пустили по её телу.       – Правила просты, моя дорогая. Ты должна смотреть мне в глаза, уведешь взгляд, и я остановлюсь.. – его голос больше напоминал рычание. Тело было напряжено, ему было важно, чтобы она вновь не включила свою спесь. Женщина, молча, смотрела на него, не отводя взгляд. Он понял, что она согласилась с его правилами игры. Он аккуратно коснулся губами впадинки у виска, прикосновение было нежным, скорее родительским. Поцелуй в лоб или висок, всегда ассоциируются больше с заботой, чем с чем-то интимным, но в данном случае было намного сложнее. Он прошелся мягкими поцелуями по её щеке и добрался до губ. Слегка облизнув одну из них, он впился в её губы, достаточно грубо. Эта игра на контрастах очень сильно заводила их обоих. Она ответила на поцелуй, обхватив его шею и властно прижимая к себе. Она не собиралась проигрывать ему, но в правилах не было ни слова о том, что он тоже может участвовать в процессе. Их поцелуй длился долго, мучительно долго. Кислорода в легких стало не хватать, было мучительно больно.       Прервав их поцелуй, он грубым движением рук стянул рукава её платья, слегка обнажив края её нижнего белья. Он не стал долго церемониться с платьем, если он хотел, то он получал. Послышался треск ткани, платье в районе груди было разорвано. Красивое кружево с драгоценными камнями, предстало перед ним, через несколько мгновений. Её грудь была огромной, красивого молочного оттенка, а из под нижнего белья, были видны бугорки сосков с легкой розовинкой. Бретель белья тянется вниз по плечу, освобождая желанную Карлом грудь.       – Знаешь, у меня было достаточно женщин, но только ты разожгла во мне эту похоть.. – слегка прерывистым голосом поделился с ней Гейзенберг. Его похоть затуманивала разум, отдаваясь приятной болью в районе паха. Губы мужчины захватывают нежно-розовый холмик и слегка посасывая, второй рукой он массирует её грудь. Он сжимает достаточно грубо, но при этом с соском ведет себя очень нежно, стараясь не повредить.  С губ женщины срывается стон, её стоны были словно музыка для его ушей. Он хотел больше, он хотел её всю. Она стонала только для него, больше ни для кого и это мысль сводила с ума. Казалось, будто штаны ему были малы, напряжение было очень сильным, но он не должен был спешить. Он всегда считал, что важнее доставить удовольствие, а не получить его.       – Я буду нежен, но только до того момента, пока ты не захочешь большего – его пальцы уже пробрались к её промежности. Как он и думал, она уже была влажной. Оторвавшись от её груди, он облизнул два своих пальца, нарочито показав свой язык. Альсина не сводила с мужчины своего взгляда, что давалось ей крайне тяжело. Отодвинув красивую кружевную ткань, он кончиками пальцев дотронулся до её клитора, вызвав бурную реакцию со стороны женщины. Её пальцы вцепились в одеяло, на котором они лежали. Он плавно водил пальцами вверх и вниз, давая ей возможность привыкнуть к нему и его движениям. Он аккуратно целует уголок её губ, пальцы аккуратно входят в лоно, вызывая у женщины вздох. Этот вздох он поймал своими губами, беспощадно впиваясь в них. Он двигает свои пальцами внутри, иногда доставая и вводя обратно, меняя амплитуду движения. Её тело было полностью расслабленно, она не сжимала ноги, сердце колотилось как бешенное. У Альсины довольно долго не было мужчины, поэтому её чувствительность была максимальной, казалось, что она словно девственница, тело не слушалось, контроль был на нуле.       – Я думаю, настало время десерта – мужчина извлек пальцы из её лона, слегка облизнув и смакуя вкус её смазки. Он не стал долго церемониться и со своей одеждой, сбросив рубашку и штаны на пол. Женщина усмехнулась, настал её черед. Она уложила Гейзенберга на кровать и её рука плавно коснулась его паха. Сжимая член в своей руке, она начала движения вверх и вниз при  этом касаясь губами головки члена, слегка посасывая. С его губ доносились стоны, она была весьма искусна в этом деле. Его щеки покрылись багровым румянцем, и он прикусил свою руку, чтобы его стоны не вырывались наружу. Удовольствие накрыло его тело и придавило к кровати, её язык, движения рук вполне могли довести его до оргазма, однако он желал получить её тело в качестве своей награды. Подойдя почти к пику своего наслаждения, он, тяжело дыша, перевернул её на живот. Раздвинув её ноги, он аккуратно ввел свой член в её лоно. Начиная с медленных и нежных движений. Со временем амплитуда ускорялась, и он наклонился к ней. Его руки обвили её шею, слегка придушивая женщину. Её тело напрягалось и от этого чувствительность была крайне высоко, она сжимала внутри его член, каждый раз, когда он надавливал на её шею.       – Ну что красотка, не хочешь взять реванш? – он облизнул её щеку. Женщина не стала долго думать и уже Гейзенберг лежал на лопатках, а она сидела сверху на его члене. Она двигалась достаточно грубо, её бедра сильно прижимали его к кровати.       – А я и не знал, что ты такая красивая Альсина… – он аккуратно убрал локон её волос, который выбился из-за её интенсивных движений. Он положил руки на её округлые бедра, двигаясь ей на встречу. Дыхание было прерывистым, пульс учащался, оба медленно подходили к финишу. Димитреску то и  дело садилась полностью на всю длину его члена из-за чего, держаться дольше было намного сложнее. Она чувствует легкую пульсацию внутри себя и в лоно ударяет горячая сперма. Она делает еще несколько рывков, давая мужчине насладиться полностью оргазмом, а затем слезает с него.       – Это было весьма недурно… – усмехается она, но тут же была уложена обратно на постель.       – Мы еще не закончили моя королева… – он медленно наклоняется к её бедрам и достаточно грубо впивается губами в её промежность, чем вызывает достаточно сильное подергивание со стороны женщины. Его губы посасывают клитор, иногда он использует язык и все для того, чтобы довести саму Альсину до оргазма. Руки Карла грубо держат её бедра, чтобы она не смогла вырваться или  попытаться сжать ноги. Он слегка надавливает на клитор и её ноги бьются в экстазе. Тело её не слушается, оно дрожит словно лист на ветру по телу пробегают легкие искорки наслаждения. Он опускает бедра женщины и поднимает наверх к ней. Легкий поцелуй в лоб и он накрывает их обнаженные тела одеялом. Оба молча, лежали на кровати и переводили дыхание. Такой долгий перерыв в сексе у обоих, давал о себе знать.       Пока они приходили в чувства, служанка дома Димитреску ушла искать госпожу по просьбе её дочерей. Служанка заходила в каждую комнату, где по её мнению могла быть госпожа. Было много мест, где она любила уединяться, но увы служанка не знала, что на самом деле заставило Альсину Димитреску уединиться…