Кровоток

Оказавшись в безопасном пространстве внутри ТАРДИС, Доктор и Роза вместе с Зелл уселись на кухне, водрузив на стол между ними тарелку с печеньем и три исходящих паром чашки. Как только они вернулись, Таймлорд, ни секунды не колеблясь, отправил их во Временной Вихрь. Одно было ясно: они вряд ли смогут помочь хоть кому-нибудь, если будут просто сидеть и болтать в обычном временнОм потоке, бесполезно тратя драгоценные часы. Им требовался план. И если они хотят одновременно уцелеть и достичь успеха – план должен быть надежным. Доктор, конечно, готов был перманентно восхвалять свою ТАРДИС, но в данном случае, когда назревало столь ответственное дело, возможность исчезнуть из времени действительно была настоящим подарком. Тем более, что позволить себе подобную роскошь они могли нечасто. Обычно они оказывались в самом центре катаклизма, из которого невозможно было выбраться даже на секундочку, или не могли добраться до ТАРДИС. И-или Роза пропадала где-нибудь и влипала в неприятности. И-или она отправилась в прошлое просто найти отца и спасти ему жизнь, отчего миру едва не пришел конец, а ТАРДИС превратилась в обычную полицейскую будку. Так или иначе, но приближаться к решению очередной заковыристой проблемы в столь расслабленном и приятном темпе было не в их обыкновении. Они так не привыкли к этому, что и сами не знали, что делать с этим подарком судьбы. Но, с другой стороны, у них не просто была возможность не торопиться, у них не было особого выбора. Они столкнулись с масштабной проблемой, действительно требующей тщательного обдумывания. Настолько тщательного, что понадобится не одна тарелка с печеньем. Было и еще кое-что: возможно, спешка имела бы смысл, будь Зелл уже готова расстаться с секретами, таящимися в ее памяти. Но пока что она, пусть и неявно, но очевидно не слишком стремилась к этому. Наблюдая за ней, Доктор с Роза сошлись во мнении, что она боится. Боится того, что может там обнаружиться. Быть может, что-то страшное на ее глазах случилось с ее семьей. А может, она и сама состояла в банде Отбросов. Кто знает? Они не могли откладывать раскрытие этой тайны вечно, и она это понимала, но пока еще не созрела до этого, и Доктору оставалось лишь уважать ее выбор. Ни при каких обстоятельствах он не стал бы проникать в ее разум без разрешения. Он уже сделал собственные выводы относительно утраченных ею воспоминаний. Не может быть, чтобы она была на стороне зла. Она была самоотверженна и добра, приятна в общении и скромна. Злодеи, даже потерявшие память, такими не бывают. Скорее наоборот, таким бывает эталон порядочности. Доброта была сутью этой женщины. Даже если в ее воспоминаниях и таилось что-то мрачное, Доктор не хотел тревожиться об этом заранее. …Но, если бы он сказал, что эта внезапная неспешность не создаёт на борту ТАРДИС особой расслабленной атмосферы, он бы определенно солгал. Итак, они уселись за стол, дабы обсудить дальнейшие планы, но их желудки так громко заурчали в унисон, что разговор о насущных проблемах опять пришлось отложить. – Что ж, – сказал Доктор, положив ладони на край стола. – Полагаю, это явный признак, что нам пора подкрепиться. – Он оттолкнулся от края и отодвинул стул, чтобы встать. – Неплохая идея, правда? Роза откинулась на спинку стула и, слегка постукивая костяшками пальцев по столу, развернулась и посмотрела на Зелл. Обе промолчали, и Доктор поднял бровь. – Я…– начала Зелл и тут же осеклась. Под прицелом двух пар любопытных глаз она прочистила горло и нервно улыбнулась. – Я знаю, что это, наверное, звучит абсурдно, возможно, даже… ну, некрасиво, но мне просто интересно… По-прежнему никакого давления. Серьезно. Я просто подумала… ну… Э-э-э. – Все в порядке, Зелл, – с улыбкой сказала Роза. – Это всего лишь ужин! Зелл издала смешок, еще яснее показавший, насколько она волнуется. – Эй, не переживай так, – мягко сказал Доктор, снова садясь и протягивая ей руку через стол. – Тебе абсолютно не о чем тревожиться, пока ты с нами, честно. Скорее уж мы переживаем, как бы не расстроить тебя. Это твою планету мы вроде как собрались спасать, если ты не забыла. – Он посмотрел на Розу, которая кивнула в знак согласия, а потом опять перевел глаза на Зелл и улыбнулся уголком рта. Зелл стиснула его руку, отпустила и неловко зажала обе ладони между коленями. Вздохнула. – Ладно. Я вот о чем. Моя жизнь тут была адом, но никакой другой жизни я не помню. То есть в буквальном смысле не могу вспомнить. – Она посмотрела на потолок и улыбнулась – одной из тех нерадостных улыбок, подразумевающих что-то вроде «вот такое у меня везенье». Роза осторожно погладила ее по спине и поймала сочувственный взгляд Доктора. – Все в порядке, Зелл, – заговорила она. – Продолжай. С нами можно об этом поговорить. Зелл опять вздохнула. – Я говорю это потому, ну… моя жизнь все это время была адом… Пока не появились вы двое. Тогда я ощутила надежду. Дружба! Вы пустили меня в свою волшебную будку, и это было так волнительно. Несмотря на все случившееся, на все сложности последних дней, я почувствовала, что снова могу дышать. Я в порядке. Мне даже хорошо. Знаю, это звучит очень эгоистично, и так оно и есть, но я просто хочу сказать… Можем мы еще немного подождать? Хотя бы один день? Худшее наконец прозвучало, и Доктор с Розой переглянулись через стол. Но не успели они заговорить, как Зелл продолжила. – Если нет, я понимаю. Правда. Я знаю, как это эгоистично. Вы уже подарили мне больше радости и надежды, чем было на моей памяти, и я умоляю вас, не считайте меня неблагодарной из-за этой просьбы. Мне просто кажется, что из-за той своей жизни в постоянном напряжении я не готова так сразу расстаться с этим путешествием по времени и пространству вместе с двумя очаровательными пришельцами. – Она вновь тихо рассмеялась. Пока она говорила, Доктор, сжав губы в тонкую линию, внимательно разглядывал ее, размышляя над ее словами. Такого с ним прежде не случалось – чтобы житель мира, который он прямо сейчас спасал, практически просил его на время отложить это самое спасение. Это была «уловка 22» [целенаправленно созданная или случайно возникшая ситуация, когда соблюдение правила означает его нарушение – прим. перев.] Он знал, что должен – и хотел – разобраться со здешними бедами. Но он также понимал, что они по-прежнему во ВременнОм Вихре, и через пять минут по их субъективному времени они вернутся или через пять лет, не имеет абсолютно никакого значения. – Зелл, – мягко сказал он. – Боюсь, нам все же придется заняться разработкой плана. – На его лице проступило сочувствие. Зелл уставилась в пол и едва слышно вздохнула. – Да, конечно, – с легкой улыбкой сказала она, и в ее голосе почти не слышалось уныния. Почти. – Но, – он склонил голову и поправил галстук, – я не вижу проблемы, если мы повременим с этим еще совсем немного. Обе женщины в изумлении вскинули глаза и уставились на него. Он пожал плечами, делая вид, что ничего особенного не происходит. – Обычно я ничего такого не поощряю, скорее наоборот, честное слово. Это абсолютно не в моем стиле, спроси хоть у Розы. – Он кивнул на свою спутницу. – Но, так или иначе, – добавил он, хлопнув ладонями по столу, – мы выбрались оттуда только благодаря тебе, Зелл. Так что мы очень тебе обязаны. – И он широко улыбнулся. Пока Зелл рассыпалась в восторгах и благодарностях, Доктор старательно убеждал себя, что все делает правильно. Это и правда было абсолютно не в его стиле, но, возможно, раньше он был к себе слишком строг? Они не бросают это дело, от этого промедления ситуация не ухудшится. Они просто дают своей неожиданной спасительнице – а заодно и самим себе – возможность чуть дольше не возвращаться в дастарианский кошмар. Который, скорее всего, предстанет для Зелл в совершенно ином свете, как только она разрешит Доктору заглянуть в ее разум. Да, он правильно поступил. Он был уверен в этом. Они не собираются откладывать то, что должно, на недели. С точки зрения линейного времени, не прошло еще и суток с тех пор, как они покинули планету и ушли в Вихрь, и все это время они вовсе не бездельничали: придумали отличный способ защиты от телепатического воздействия и сделали важные открытия касательно природы всего происходящего. Они не просто молодцы, они огромные молодцы! Так почему же он чувствовал себя таким виноватым? Что ж… Дело было в его либидо. О да. Возможно – самую чуточку вероятно – что его внезапно проснувшееся и практически ненасытное либидо слегка повлияло на его решение. Ради бога, он почти набросился на Розу в том заброшенном корабле «Отбросов» прямо в процессе разведывательной миссии. Что с ним такое? Ему почти тысяча лет, а то и больше, он просто не очень тщательно вел счет, и за это время он прекрасно освоил умение подавлять сексуальное напряжение. Здесь, в ТАРДИС, где он жил вместе со спутницами, так было заведено. Немного флирта, немного объятий, быть может, порой – в медиа-комнате во время просмотра фильмов – чуть более тесных. Насколько он мог судить, это всегда было совершенно невинно. Во всяком случае, раньше… До того, как он познал нежность кожи на ее бедрах, если их касаться губами. Услышал, как дрожит ее голос, когда он попадает в нужную точку внутри нее. Увидел, как стекленеет ее взгляд, когда он шепчет ей на ухо всякие скабрезности. Почувствовал, как колотится ее сердце за секунду до того, как она разлетается на осколки в его объятиях. …Ладно. Да. Прямо сейчас мысли о Розе очень сильно влияли на его решения. И у него достаточно мужества, чтобы это признать. …Вроде бы. Но не вслух. Никогда. Хотя если подумать, так ли это важно? Пусть даже у него есть тайный личный мотив проявить доброту к их новообретенной приятельнице, и что? Он же не собирается отклоняться от цели, в конце-то концов. Ему очень хочется как-то отплатить Зелл за ее самоотверженность, этот факт сомнению не подлежит. И если не дай бог в процессе реализации их планов что-то пойдет не так – хотя он ничего такого не допускал, конечно – он рискует навсегда упустить шанс должным образом отблагодарить ее. Да, это было именно то соображение, в котором он нуждался. Он порадует и Зелл, и Розу… по-разному. А заодно осчастливит и себя, причем, скорее всего, несколькими способами. – Доктор? – продолжая улыбаться, Роза слегка сдвинула брови. – Все в порядке? О, и в самом деле, он уже давно сидел, положив локти на стол, сцепив пальцы под подбородком, и боролся со своей совестью. Возможно, это выглядело малость безумно. Внезапно он ожил и заулыбался – надеясь, что не слишком восторженно. – Прости! – Оттолкнувшись от стола, он вскочил на ноги, едва не уронив стул, подхватил его и остался стоять, опираясь на спинку. – Задумался! Придумывал план. По-моему, отличный план. – Он прочистил горло, стараясь не замечать, что Роза и Зелл смотрят на него так, будто он спятил. А может, так и было. – Роза, покажи-ка Зелл нашу гардеробную. Подберите там что-то вместе. Что-то подходящее для жары. Как тебе идея? Обе женщины синхронно распахнули глаза и взглянули друг на друга с довольными улыбками. – Да, – отозвалась Роза, переводя взгляд обратно на него. – Вполне. Доктор кивнул, отпустил стул и засунул руки в карманы. – Встретимся у консоли, скажем… через полчаса? – Да, да, да! – радостно воскликнула Роза, вставая. Зелл явно несколько растерялась, но энтузиазм Розы, подскочившей поближе к ней, был очень заразителен. Оказывается, у него был и второй скрытый мотив: щедро подкормить свое самомнение, показав Зелл, на что еще способна ТАРДИС. *** Гардеробная была столь огромна, причудлива и прекрасна, что Зелл, само собой, моментально прониклась и осталась в полном восторге. Роза уверила ее, что у них еще будет время как следует все здесь осмотреть. А пока что, увы, у них было всего тридцать минут на сборы. Оставив подругу наедине с уходящими в бесконечность стойками с одеждой и с большой сумкой для выбранных вещей, Роза отправилась собираться в свою комнату. Не в силах прогнать улыбку с лица, она принялась рыться в ящиках, доставая все подряд, даже совершенно ей не нужное – несколько разных бикини, пару очень милых лифчиков и стрингов в тон, короткое платье, которое она вообще не рассчитывала когда-либо надеть, блузку, которая была ей самую чуточку мала и сидела в обтяжку, очень короткие джинсовые шорты, огромную футболку вместо пижамы… Ей точно все это не понадобится. Но ей хотелось быть готовой ко всему. Она очень удивилась, когда Доктор ответил согласием на просьбу Зелл немного повременить с разработкой плана. Она и подумать не могла, что он способен отвлечься на приятное времяпровождение в самый разгар опасного приключения, но ей определенно было не на что жаловаться, особенно если в это времяпровождение будет входить пляж, а она предполагала именно это. Нечасто они так проводили время в разгар катастрофы, но эй, такие перерывы могли бы войти у них в привычку, если бы на это хватало времени. Однако большинство их подвигов ради спасения мира обычно укладывались в день (и они точно прежде не попадали на укрытые от посторонних глаз планеты, взятые под контроль дешевыми шаманами вуду). Собравшись и приведя себя в порядок, она решила заранее переодеться и выудила из сумки новенькое оранжево-красное бикини, которое еще ни разу не надевала. С короткого облегающего лифа под грудью свисали маленькие кисточки с ракушками, такие же украшали пояс плавок. Не то чтобы слишком откровенное, оно все же открывало достаточно много кожи и смотрелось при этом броско и дорого. Полюбовавшись собой в зеркале, она натянула миленькую маечку из красного шелка с кружевным V-образным вырезом и светло-голубые джинсовые шортики. Добавив к наряду пару симпатичных босоножек на танкетке, она вдруг занервничала, не опередила ли она события насчет пляжа. Но даже если нет, ничего страшного, главное, что ее одежда точно подходит для жары. Просто будет немного неловко, если (когда) Доктор доберется до ее белья и обнаружит купальник. Насколько она его знала, в следующее мгновение они окажутся на пляже, а он будет уверять, что так задумано с самого начала. Закончив со сборами, она отправилась в гардеробную проверить, как там Зелл, и с удивлением обнаружила, что ее там нет. Она думала, что их новая попутчица будет полностью поглощена выбором из бесконечного количества одежды из разных времен и с разных планет, но оказалось, что ничего подобного. Усмехнувшись, Роза напомнила себе, что у Зелл не было необходимости впечатлять своим нарядом мужчину. Разумеется, ей понадобилось на примерку меньше времени. Через несколько минут Роза с сумкой через плечо вошла в рубку управления и остолбенела от вида приодевшегося Таймлорда, стоящего у консоли. На нем была свободная серая майка с глубоким вырезом, красиво подчеркивающая его грудные мышцы. Вырез еще сильнее оттягивали темные очки, которые он нацепил на майку, отчего эффект еще больше усиливался, и у Розы немедленно появилось желание лизнуть его прямо в это углубление. К майке он надел шорты – или, возможно, плавки? – вызывающего кораллового цвета. В любом случае, длиной они были чуть выше колен. Картину дополняли серые «Вэны» [Vans – фирма-производитель кед – прим. перев.], идеально подходящие к майке. Весь этот наряд подчеркивал все детали его фигуры куда лучше костюма, но при этом он выглядел максимально прилично для такой непринужденной экипировки. Роза спросила себя, не в ее ли мыслях ТАРДИС подглядела – и подсунула Таймлорду – этот набор, столь успешно превращавший его в ходячий (или плавучий, если они все же окажутся на пляже) секс. Она любила его – по-настоящему, всем сердцем – и в прежнем теле, но вынуждена была признать: в своей предыдущей версии Доктор ни за что бы не надел ничего подобного. Скорее всего, его стошнило бы от одной этой мысли. В том числе и по этой причине она так удивилась, увидев его в таком наряде. Возможно, она и влюбилась в его предыдущую версию, и все же глупо отрицать: после регенерации ему досталось просто потрясающе красивое тело. Как будто Вселенная игриво подмигнула ей, Розе – ведь эта инкарнация ее любимого мужчины была стройна, прекрасна и словно создана специально для нее. Все части его тела подходили ей настолько идеально, что это даже пугало, и она невольно задавалась вопросом – а случайно ли это? Его объятия, его прекрасно соответствующий размер, естественность, с которой соединялись их губы… Все это заставляло ее в глубине души подозревать, что он в буквальном смысле слова переродился в идеально подходящего ей мужчину. Разглядывая этого пришельца с другого конца комнаты, она подумала, что больше всего он напоминает обыкновенного землянина чуть за тридцать. Невозможно поверить, что он по возрасту годится ей в пра-пра-пра… О, можно подумать, это имеет хоть какое-то значение! Особенно когда он смотрит на нее вот так. Доктор откашлялся. – Что ж, Роза, ты выглядишь… – Он осекся. Откровенно блуждая по ее телу, его взгляд задержался на каждом изгибе и особенно – на участке обнаженной кожи под короткой маечкой. Через мгновение их взгляды встретились, и Роза ощутила, что краснеет с головы до ног – то ли смутившись под его пристальным взглядом, то ли (она сама толком не понимала) внезапно возбудившись. Коварная понимающая ухмылочка, скользнувшая по его губам, намекала, что верна все же вторая причина. – Роза! – подала голос Зелл с другой стороны консоли, и Роза подпрыгнула от неожиданности. Уже не в первый раз она забывала, что Доктор – не единственное живое существо во Вселенной, и в присутствии Зелл это тоже случалось не впервые. Она улыбнулась рыжеватой блондинке и окинула взглядом ее наряд. Зелл выбрала длинный белый с розовым саронг, плотно обтягивающий ее, точно платье, и собрала волосы в пучок. – Тебе нравится? – Она слегка покрутилась в разные стороны. – Как будто завернулась в простыню вместо платья, обожаю такое! Доктор сказал, что я отлично впишусь, уж не знаю, впечатлю или напугаю! – Похоже на то, куда бы мы не попали по его милости, – поддразнила ее Роза, лукаво улыбаясь Доктору. На его лице все еще играла та сексуальная усмешка. Наглый ублюдок. Ну почему он всегда чует тот эффект, который он на нее производит? Он внезапно сорвался с места и бросился к консоли. – Ладно! Роза, Зелл, мы отправляемся в особенное место. – Он начал давить на кнопки, поворачивать ручки, крутить колесо и одновременно нажимать на большой красный рычаг, еле дотягиваясь до него. – Блестящий план. Вот увидите! А теперь держитесь! – Он схватился за круглую ручку большого рычага и толкнул ее вперед. Всем троим пришлось постараться, чтобы удержаться на ногах, но длилось это недолго – через несколько секунд они благополучно приземлились и дружно рассмеялись. Не успели они опомниться, как Доктор уже подвел обеих к дверям и с широкой улыбкой распахнул створки. Вид сверкающего на жарком солнце рая немедленно ослепил их. Перед ними простиралась кристально чистая бирюза воды, уходя в бесконечность, вдоль нее тянулся пляж, покрытый белым песком. Сей тропический пейзаж выглядел абсолютно уединенным и не тронутым ни цивилизацией, ни временем. С другой стороны к ТАРДИС со всех сторон подступали заросли тропических растений и пальм, а посередине этого великолепного, сражающего наповал пейзажа стояла огромная и весьма впечатляющая вилла. Зелл, едва ли не крича от восторга, выскочила наружу, а Роза утратила дар речи. Рука Доктора скользнула ей на талию, и он притянул ее к себе. Продолжая потрясенно молчать, она взглянула на него снизу вверх из-под ресниц. Он просиял улыбкой в ответ. – Кстати, прекрасно, – быстро сказал он, и Роза выпала из своего транса. – Чт..? – Ты выглядишь прекрасно, – нежно отозвался он. – Я именно это и собирался сказать, просто ненадолго забыл, как произносятся слова. – Он наклонился, поцеловал ее в макушку и с теплой улыбкой отстранился. Роза еще несколько секунд пялилась на него с открытым ртом. – В жизни не видела такого пляжа, а ты настолько сексуально одет, что я и правда взволнована, – неожиданно для самой себя выпалила она, и брови Доктора тут же взлетели под самый лоб от такой честности. Роза же от своего признания покраснела с ног до головы, и самодовольная улыбка, которая вновь появилась у него на губах, лишь усилила эффект. Он чуть сильнее развернулся к ней, склонил голову и прошептал прямо ей на ухо: – Значит, в рубке управления, мне не показалось. – Он отстранился, подмигнул ей и повернулся, чтобы отыскать взглядом Зелл. Роза воспользовалась моментом и перевела дыхание. Ее рука потянулась к груди – умерить отчаянное сердцебиение. – Барбадос! – громко и радостно возвестил Доктор и раскинул руки, словно обнимая все это великолепие. – Маленькое островное государство в Вест-Индии, расположенное в чудесном регионе, который американцы называют Карибами. – Он подошел к совершенно ошеломленной Зелл и приобнял ее за плечи. – Прямо сейчас мы находимся на планете Земля примерно в 2007 году. Зелл, это планета нашей прекрасной Розы и ее время. Зелл так резко повернула голову к Розе, что могла бы сломать шею. – Это и есть Земля? Ты отсюда родом? – в полном изумлении воскликнула она. Роза рассмеялась. – Это Земля, но я не отсюда. – Широко улыбаясь, она смущенно накрутила на палец прядь волос. Доктор отпустил Зелл и вернулся к Розе, снова положил руку ей на талию и махнул рукой куда-то вправо. – Роза живет примерно в шестидесяти сотнях километров вон туда в месте под названием Лондон, Англия. Выглядит абсолютно не так, но в нем есть своя прелесть. – Он прочистил горло и тихо добавил. – Когда на него никто не нападает и все такое. Хотя это привносит разнообразие в монотонную жизнь. – Он застенчиво улыбнулся Розе и тут же получил шутливый тычок в бок. – Ой! Как грубо. Но все равно, люблю Лондон! Всегда любил. И я постоянно там, верно? Просто обожаю его, вот и все. Иначе не спасал бы его раз за разом, ведь так? Только я и поддерживаю в этом городе жи… нет! – Он вырвался из рук Розы, спасаясь от щекотки, и отскочил на добрый метр. Зелл в оцепенении уставилась на огромное строение, стоящее совсем недалеко от них, вряд ли осознавая, о чем болтают Доктор и Роза. – Что это за место? – мечтательно спросила она. Доктор немедленно заулыбался во весь рот, и Роза усмехнулась, наблюдая за этим новым всплеском самомнения. – Что ж, пойдемте со мной, и я с радостью покажу, где нам предстоит провести вечер. *** Для описания абсолютного великолепия этой виллы на берегу, которую Доктор выбрал, чтобы ненадолго отвлечься от их большой проблемы, просто не было слов. Пожалуй, она была даже великовата для них троих: с шестью огромными спальнями, в каждой своя ванная комната, а на первом этаже – общее пространство с изобилием кресел и диванчиков, роскошной кухней, обеденной зоной и, конечно, множеством сокрытых здесь жемчужин, которые им еще предстояло обнаружить. Сам дом тоже был великолепен – в испанском стиле, с ослепительно-белыми стенами, большими арками, украшенный со всех сторон каменными фигурами. Позади дома, с той стороны, откуда они пришли, располагался бассейн, гидромассажная ванна, множество шезлонгов и еще больше уютных уголков для отдыха. Там была даже беседка. О, и этот задний двор выходил прямиком на тот самый частный пляж, где они приземлились. Примерно так Роза и представляла себе рай. Она ожидала, что Доктор отвезет их на пляж, но о таком даже подумать не могла. Забавно, но за два года путешествий по времени и пространству она ни разу не была на Карибах или в каком-то подобном месте. Как будто для нее таких мест не существовало, или она не заслуживала их. С девочками, которые выросли в Пауэлл-Эстейт, такое случается. До появления Доктора она часто ловила себя на мысли, что ей суждено провести остаток жизни, ужиная перед единственным доступным ей окном в мир – цветным телевизором. К вилле прилагался персонал, но Доктор настоял, чтобы оставили только шеф-повара и горничных. Повар работал по утрам и ранним вечером, а горничные приходили в середине дня. Не прошло и получаса с их прибытия, а Доктор уже заметил (и не один раз), что и сам чувствует неловкость, выбрав для них нечто столь грандиозное. Но ему показалось, что они этого достойны. При этом он вовсе не желал, чтобы вокруг болталась толпа народу, выполняя все их желания. Он позволил остаться управляющему виллой, потому что тот жил в частном бунгало на краю участка. Они бы даже не узнали, что он там, если бы не позвали его сами, что тут же не преминула сделать Зелл. Когда он пришел, она попросила организовать ей экскурсию по местности, о которой узнала из лежавшей на кухне брошюры. В экскурсию входил даже бесплатный обед в пятизвездочном ресторане. Их частная вилла располагалась в уединенном месте, но не так уж далеко от оживленного района Сент-Лоренс Гэп, который Зелл и возжелала исследовать, ознакомившись с брошюрой. Она была, ну… не так уж и тактична, как ей думалось, в своем стремлении не слишком-то стеснять их. Несмотря на уверения Доктора и Розы, что вилла огромна и что ей совершенно не о чем беспокоиться (другими словами, что они вряд ли будут трахаться у холодильника или на коврике в прихожей, где она может их застать), она все же заявила, что искренне желает осмотреть хотя бы небольшой участок чужой планеты, и что экскурсия продлится достаточно долго, чтобы они тут «освоились». Впрочем, жаловаться на это никто из них не собирался. Едва Зелл покинула виллу, закрыв за собой большую, замысловато украшенную парадную дверь, Доктор взял Розу за руку и увлек в хозяйскую спальню на верхнем этаже. В их комнату вела просторная длинная лестница с необычно широкими ступеньками, покрытая толстым белым ковролином. Решив посоревноваться друг с другом, кто быстрее доберется до верха, они побежали по лестнице, толкаясь, дурачась и перескакивая через ступеньки, пока не столкнулись и не упали друг на друга. Смеясь, они принялись распутываться в руках и ногах, благодарные мягкому ковролину, что не ушиблись. Роза уже вскочила и собиралась продолжить подъем, но Доктор, все еще сидя на ступеньках, остановил ее, положив руки ей на бедра. Он сидел на ступеньку выше нее, а она стояла между его колен и смотрела на него сверху вниз, загипнотизированная бесконечностью его темных глаз. В их глубине мерцала идея, явно посещавшая его еще задолго до этого приключения. Его рот слегка приоткрылся, он глубоко и прерывисто дышал. Не говоря ни слова, он взялся за ее шорты и, глядя ей в глаза, ловко расстегнул пуговицу и медленно потянул вниз «молнию». Сердце у Розы перестало биться. Кончики его пальцев скользнули под пояс ее шорт и плавок от бикини. Роза ахнула и задышала чаще. Пальцы Доктора нырнули под ткань, лаская и дразня чувствительную кожу. – Еще бы чуть-чуть, и я трахнул бы тебя на том корабле, – тихо признался он. – Я этого хотел. – Он внезапно вцепился сразу в шорты и бикини, которые до этого лишь слегка теребил. Его глаза потемнели еще сильнее. – А ты хотела меня? Роза прикусила зубами нижнюю губу, улыбнулась ему и нежно обхватила руками его запястья. – Да, – прошептала она. – Конечно. – М-м-м. – Он притянул ее ближе и поцеловал чуть ниже пупка. От нежных касаний этих мягких губ дрожь пробежала у нее по позвоночнику. Он поднял на нее глаза: подбородок упирается ей в живот, руки по-прежнему крепко сжимают пояс ее шорт, уголок губ изогнулся в легкой улыбке. С минуту они наслаждались уютной тишиной. Затем он глубоко втянул в себя воздух и медленно выдохнул. – Мне правда очень нравится секс с тобой, – тихо и ласково сказал он. От этого спокойного признания возбуждение пронзило Розу, словно электрический разряд. Ее брови сошлись на переносице, а изо рта вырвался прерывистый вздох. Осознанно или не вполне, но она сильнее вцепилась в его запястья и обнаружила, что кивает. – Я тоже это обожаю, – едва слышно ответила она, ощущая, что интенсивность излучаемых им эмоций буквально сбивает ее с ног. – С тобой. Он снова промычал в знак согласия и повернул голову, чтобы запечатлеть еще несколько смелых, влажных поцелуев пониже ее пупка, как раз там, где начиналась ткань купальника. От тех участков кожи, которых коснулось его влажное дыхание, по всему ее телу побежали мурашки. Доктор, разумеется, замечал все эти детали. Продолжая дразняще теребить пояс ее шорт, он тихо заговорил: – Расскажешь, что тебе в этом нравится? – Он подался назад ровно настолько, чтобы удобнее было с садистской медлительностью стягивать с нее шорты и бикини. От ощущения его пальцев, скользящих вниз по ее ногам, у Розы ослабли коленки, тело от предвкушения скрутило напряжением. Она схватилась рукой за его плечо, чтобы удержать равновесие. Тем временем он закончил освобождать ее от того минимума одежды, которое она носила ниже пояса. Склонив голову, она наблюдала, как он, закрыв глаза, целует ее чуть выше лобка, там, где начинаются жесткие завитки, но совсем не там, где она хотела ощущать его. Он снова испытующе взглянул на нее, и она сообразила, что так и не ответила на вопрос. Она глубоко вздохнула, собираясь с духом. – Мне нравится, как ты трогаешь меня, – призналась она. Его ладони легли на ее икру и медленно заскользили вверх. – М-м-м. А я люблю трогать тебя, – прошептал он. – А что еще тебе нравится? Его руки со скоростью ледника продвигались вверх по ее ногам, и она попыталась взять себя в руки, хоть и понимала, что это бесполезно. Она могла придумать миллион более чем весомых причин, по которым Доктор был блестящим любовником, но ни одну из них не могла облечь в слова. – Ты страстный, – выдохнула она. – Ты… От тебя исходит какое-то… напряжение, но в хорошем смысле. Понимаешь? Как будто тебе в самом деле, от всей души нравится заниматься этим. – Она улыбнулась. У нее были все основания волноваться, и она удивилась, что смогла хоть что-нибудь сформулировать. Доктор застонал – так тихо, что она едва услышала. – Да, – прошептал он. Одна его рука обхватила ее ягодицу, а вторая наконец-то скользнула между ее ног. Два приподнятых пальца, дразня, прошлись по ее складкам. – О да, Роза… В ответ на его ласки и полный восхищения взгляд она в свою очередь издала тихий стон, судорожно сглотнула и разрешила себе закрыть глаза. У нее не было привычки вот так говорить о сексе. Она желала его почти до боли, но даже при всем этом подобные откровения с Доктором на столь интимную тему изрядно охлаждали ее пыл. Она попыталась справиться с собой. Он хотел ее. Он любил ее. Ей нечего было стыдиться. – Мне нравится ощущать тебя… нравится, когда ты внут-ри меня. – Она ахнула и непроизвольно подпрыгнула, когда его палец наконец-то осторожно и нежно проник между ее складками. – М-м-м, мне это известно, – пробормотал он низким, рокочущим голосом, от которого ее дыхание вновь прервалось. – Вот так? – Он погрузил в нее средний палец, и Роза почти вскрикнула и покрепче ухватилась за его плечо, чтобы устоять на ногах. – Да, и-и… – Она зажмурилась, наслаждаясь ощущениями от движения его пальца внутрь и наружу. – А-а… и твой… О-о-о. – Он добрался до точки «Джи», и она, пошатнувшись, едва не упала. Он начал с мягкого поглаживания, постепенно усиливая нажим. Роза крепко вцепилась в его плечо. Возможно, она делала ему больно, но была не в силах задуматься об этом. Целиком захваченная его прикосновениями, она хныкала, дрожала и теряла себя. – Расслабься, любовь моя, – промурлыкал Доктор и передвинул вторую руку, чтобы дотянуться и начать поглаживать ее клитор, не прекращая нежно погружать в нее палец. – Я собираюсь довести тебя до оргазма. – Он снова поцеловал ее пониже пупка. – Как тебе это, нравится? Роза тихо проскулила что-то невнятное. Ноги у нее дрожали, нервные окончания горели от его прикосновений. – Д-да, – выдохнула она. – Доктор… Он довольно хмыкнул. – Я так и думал. – Еще один поцелуй, на этот раз в выступающую слева тазовую косточку. Тем временем его большой палец продолжал нежно оглаживать ее клитор, а средний – с легким нажимом погружаться в нее. – Ты всегда лучше всех для меня, Роза. Ох, твою мать. Это просто нечестно! Он всегда знал, что именно сказать, чтобы развязать узел внутри нее, небрежно подсовывая свечу под туго натянутый шпагат ее рассудка. С каждым туманным заявлением, слетавшим с его губ, нежных, как шелк, его палец скользил по ее влажному лону – туда и обратно, и с каждой минутой такого внимания к ней ноги у Розы ослабевали и подкашивались все сильнее. Теперь каждый ее прерывистый вздох сопровождался жаждущим стоном, и Доктор, идеально улавливающий ее ощущения, чуть добавил давления на клитор и начал описывать вокруг него маленькие круги. Его дыхание тоже сделалось тяжелее – достаточно, чтобы донестись до нее и почти заглушить непристойные звуки, с которыми его пальцы погружались в нее. Она жаждала его абсолютно и всепоглощающе, и доказательство этой жажды переполняло Розу – настолько, что она лишь усилием воли выбросила из головы тревожную мысль, не потечет ли это доказательство прямо по его руке на ковер. – Моя сладкая Роза, – бормотал Доктор. Она все еще жмурилась, сосредоточенная на ощущениях внутри, но явственно ощущала на себе его взгляд и слышала улыбку в его голосе. – Ты была так хороша. – Она почувствовала, как его губы ласкают кожу между тазовой костью и животом, и затрепетала. – Ты уже близко, правда? – М-м-м, – Розе едва удалось выдавить из себя какой-то беспомощный тихий звук. Ноги, похоже, собирались подломиться под ней. – Блядь… – выдохнула она. – Все в порядке, держись за меня, я с тобой, – почти прошептал он, и она тут же положила свободную руку на его второе плечо и крепко сжала. – Вот и всё. Очень хорошо. Ты отлично держишься, Роза, я это ценю… – Теперь он целовал ее в другое бедро, а его большой палец тем временем скользнул вниз, окунулся для смазки в ее влажную глубину и снова принялся играть ее клитором. Роза издала несколько прерывистых громких вздохов, и Доктор, застонав, начал более интенсивно давить ей на точку «Джи». – Посмотри на меня? – тихо попросил он, и Роза торопливо кивнула. Но чтобы открыть глаза и встретиться с его взглядом, в глубине которого всегда тлели горячие угольки, ей потребовалось собраться с духом. Его обжигающий взгляд был полон нежного томления, и Роза прикусила зубами нижнюю губу, чтобы заглушить очередной стон. Но это не слишком-то удалось. – Вот так, моя прекрасная Роза, – ласково бормотал Таймлорд, улыбаясь ей. – Ты была так чудесна. Мне так нравится, что ты отдаешься в мои руки. – Продолжая смотреть ей в глаза, он слегка повернул голову и прижался щекой к ее животу. Роза задрожала, каждый мускул на ее теле напрягся, фокусируясь на его прикосновениях – от влажного трения вокруг ее клитора до теплого дыхания, едва заметно щекотавшего ее кожу. Ее снова одолела потребность закрыть глаза, но она все же удержала их открытыми. Он окутывал ее своим нежным вниманием, и ей хотелось на это смотреть. Он усилил интенсивность движений внутри нее, и Роза с громким стоном втянула в себя воздух. Напряжение в каждой клеточке ее тела норовило достичь критической массы, сердце барабаном стучало в ушах. Глаза Доктора потемнели от предвкушения, а на лбу выступил пот. – О, ты уже почти…– выдохнул он тихим, но полным желания голосом. – На самом краю. Все в порядке Роза, просто расслабься… Ты была такой хорошей девочкой… Я хочу довести тебя до сокрушительного оргазма. Заговорив, он зажег фитиль – настолько короткий, что он едва успел закрыть рот, а Роза уже вспыхнула как пожар. Кончая, она издала прерывистый громкий вскрик, почти сразу же застрявший в горле – сила ее ощущений оказалась так велика, что она практически задохнулась. Что-то подобное она уже испытывала, но только с этим мужчиной… Напряжение, которое Доктор так старательно нагнетал, наконец выплеснулось волной ощущений. Он замедлил движение пальцами, но не остановился; хватая ртом воздух, она шептала его имя, пока он, тяжело дыша, наблюдал, как она разлетается на осколки прямо над ним. Роза почти растворилась в этой сладкой агонии, не чуя под собой ног. Она не свалилась на ступеньки лишь потому, что опиралась руками ему на плечи, а руки Доктора оставались между ее бедер. Пока она переводила дыхание, Доктор нежно вытащил из нее палец и, продолжая поддерживать ее одной рукой, немедленно засунул его в рот. Глубокий, чувственный стон вырвался из его груди, такой низкий, что Роза едва расслышала. Опустив глаза, она с изумлением уставилась на него. Он медленно извлек палец изо рта, продолжая смотреть на нее голодным взглядом из-под полуопущенных век. Первобытное, почти хищное выражение проступило на его лице. С тихой жаждой они изучали друг друга. Потом он усмехнулся и сказал: – Мы еще не решили, что будем сегодня есть. Роза застыла на месте и открыла рот, не в силах отвести от него глаз. Скорее всего, она выглядела слегка безумно, но прямо сейчас она совсем не тревожилась об этом. Внутри нее, питаемый любовью, потерей, страстью и временем, назревал шторм, и чем дольше они вот так смотрели друг на друга, тем выше поднимался этот поток. Ее сердце вновь забилось чаще, а дыхание, так до конца и не восстановившись, снова сбилось. Доктор с любопытством наблюдал за этими изменениями, подняв бровь. – …Роза?